сроки средние, от недели до месяца, объемы примерно 3-6к символов

...Кровь медленно текла густой струйкой из его разбитого горячего носа. Гидеон шмыгал носом, не зная, куда ему деваться, поэтому спрятался в лесу, надеясь, что кровь скоро остановится. Он не хотел показываться в таком виде своему отцу и заставлять его волноваться. В конце концов, он так же не хотел, чтоб папа опять пошел предъявлять претензии Пайнсам. Ведь Глифул-младший сам придумал себе заслуженную по его мнению расправу. Ходил к Дипперу и предлагал отомстить за прошлый год. Уже несколько раз ходил. Наверное, он дурак и псих как и прежде. В конце концов, сидя на огромном камне в лесу и зажимая нос рукой с бумажным платком, Гидеон рассеянно озирался усталым взглядом. День был погожий, тёплый, но не жаркий. Солнечный свет прорывался сквозь небольшие прорехи в кронах деревьев, играя тенями листьев, когда легкий ветерок эти листья шевелил. Рассеянно наблюдение за такими простыми естественными процессами гипнотизировало и почти убаюкивало.
Наконец, Гидеон удостоверился, что кровотечение унялось, так что он вытер лицо еще одним бумажным платочком и отправился в контору волонтёров. Худи светлого льдисто-голубого оттенка, слава богу не запачкалась, а значит, свидетельств драки нет. Вроде бы. Нос только покраснел и немного опух, но пустяки. Если что, папе он скажет, что белка уронила на него большую шишку, когда он эту белку рассматривал.
В конторе его известили, что завтра команда из нескольких волонтёров должна будет сопровождать экскурсионный автобус до Малёр Бьютта, и спросили, хочет ли он войти в это число и разрешит ли ему отец, в конце концов, ему только десять с половиной лет, так что нужна подпись Бада. Гидеон задумался, хочет ли он ехать. С одной стороны, он вроде бы устал, от всего устал. Но с другой он вообще не думал, что у него есть право чего-то хотеть, а чего-то нет, он должен пахать и замаливать свои грехи. Так что он взял документ и пошел просить отца подписать разрешение. Папа не особо хотел его отпускать, словно чувствовал опасность, но все же решил поставить галочку возле варианта "да, разрешаю" и свою подпись.
Однако на следующий день, увидев состав тех, кто хотел поехать ради развлечения, он пожалел. Близнецы Пайнс. Нет, он их не ненавидел, просто он знал, что уж они-то явно хотели бы отдохнуть без его присутствия. Вот только документы подписаны, пути назад нет. Так что мальчик убрался восвояси в дальнюю часть автобуса и там сдался в комок, обнимал свой рюкзак с аптечкой, парой бутылок воды и коробкой сэндвичей.
Наверно, следовало бы заранее догадаться, что этот день превратится в катастрофу. В его жизни вообще частенько случаются катастрофы или просто неприятности. Хотя пока еще ничего толком не случилось, но он был уверен, что это лишь начало путешествия и спокойно оно не пройдет.
Волонтёры, включая его самого, получили инструкции и коробку лекарств, просматривали за посетителями экскурсии, стараясь не позволять отдельным личностям убегать далеко или не дай бог пораниться. Или всё сразу.
Экскурсовод рассказывала скучно и уныло, так что не удивительно, что Диппер Пайнс навострил свои ноги в привычных белых носках и старых кедах в сторону от остальных. Правда, Мэйбл его остановила, вызывая недовольство.
— Только Дип, давай без в этот раз без безумных треугольников, восстания зомби и без сумасшедшего Гидеона, да? - долетел до его слуха, и он лишь тихо вздохнул. Он не обижался, нет. Он просто хотел бы, чтоб его тут не было, чтоб он не приносил им дискомфорт одним своим присутствием здесь [или вовсе существованием в этом мире]. Ветер шевелил белоснежные растрёпанные волосы, щекотал бледное веснушчатое лицо. Надев рюкзак на спину, он приготовился идти за ними, если что вдруг.
***
Несколькими днями ранее ~
Гидеон уже успел извиниться перед Диппером в первые дни приезда близнецов, когда спас от скорпипумы мальчишку. Но до сих пор не поговорил с Мэйбл. Он не был уверен, кому он нанёс больше морального физического ущерба в прошлом году, да и не был уверен, что вообще есть смысл сравнивать. Мэйбл все время ёжилась в его присутствии. А сам Гидеон вообще старался не ходить в Хижину лишний раз. Но пора было уже принести свои извинения. Она,вероятно, не поверит и не примет их. Он и не собирается настаивать. Ни на чем вообще. Он просто хочет дать понять, что искренне сожалеет, что испортил ей каникулы в прошлом году.
Неуверенно подойдя к лужайке перед Хижиной Чудес, он увидел Мэйбл, которая о чем-то болтала с Кэнди и Грендой под хрипящие вопли стареньеого магнитофона, заливавшегося слащавыми песенками какого-то очередного бойзбенда.
- Привет, Мэйбл. Мы... можем поговорить? Вообще... я просто... я честно не хочу тебя доставать. Я просто хотел сказать, что мне очень жаль. То как я вёл себя в прошлом году - это было отвратительно. Я не прошу тебя простить меня, потому что у тебя есть все права не прощать меня никогда. Едва ли я могу в точности знать, как много боли и страхов принес, но... да, просто хотел, чтобы ты знала - я правда сожалею, - он ковырять землю носком кеда и смотрел себе под ноги.