ex libris

Объявление

Ярость застила глаза, но – в очередной раз – разум взял своё и Граф легким аккуратным движением руки перехватил Виконта, будто бы тот ничего не весил, и, мягким, останавливающим, движением не дал вспороть шею поверженному некроманту.
— Тут достаточно крови. Он умрет и сам.
Быстрый, внимательный взгляд в сторону человека и вопросительно приподнятая, аккуратная бровь – умрешь же?
Возмущённый вздох – французский.
Хриплый свист через сжатые губы и такой же прямой взгляд в ответ Кролоку. Выживет. Слишком сильный. Слишком долго общается со смертью на ты. Возможно даже последний из тех, первых, что заключили контракт с костлявой.
— Мессир?
Адальберт тоже сохраняет хладный рассудок, чуть взволнованно посматривая на треснувшие зеркала – всплеск силы, произошедший буквально несколько минут назад, вновь зацепил всех. Франсуа тоже пытается сказать что-то, но вместо слов издает очередной булькающий звук и бросается в сторону уборной.
Ситуация сюрреалистична.
Ситуация провокационна.
Рука расслабляется на талии Герберта, не потому что Эрих этого хочет, а потому что в его пальцах сминается ткань тонкой рубахи обнажая… обнажая. На самом дне синих глаз все еще клокочет ярость, и только Виконт сможет понять её суть – не должна была сложится подобная ситуация в эти дни. В любые другие, но не те, что должны были принадлежать им для осознания, понимания, расставления литер и точек.

Лучший пост: Graf von Krolock
Ex Libris

ex libris crossover

— А ты Артёма Соколова видел? – Вася спросил у него первое, что на ум пришло.
— Ну да, он меня рекомендовал.
Вася завистливо хмыкнул, взведя курок.
Никто не понял. До сих пор дело висит без подозреваемых. Стечение случайных обстоятельств.
А Вася и ничего не знал. Спустя три часа после назначенного времени телеграфировал в Москву, что не встретил на перроне напарника. А где мальчик-то? Куда дели?
Ему так и не ответили.
Вася не даже самому себе не смог объяснить, зачем.
До какой-то щемящей завистливой боли в груди он чем-то походил на Артёма, то ли выправкой, то ли молчаливостью. Вася не понял, а, убив, в принципе утратил возможность разобраться. Да чё там было-то, Соколов – это класс, это верхушка, это интеллигенция, как его можно сравнивать с каким-то босяком-курсантом?
Артём бы не позволил себя просто так пристрелить в тёмной подворотне. Никогда.
Вася получил такое моральное удовлетворение, увидев, как разъехались некрасиво молодецкие ноги, как расползлась на груди рубашка. Некрасиво, неправильно, ничтожно. Вот тебе и отличник. Вася с удовлетворением потыкал носком ботинка в ещё румяную щеку, пытаясь примерить на его лицо Тёмино.
Но ничего даже близко.
Это успокаивает его на некоторое время.

Лучший эпизод: чёрный воронок [Eivor & Sirius Black]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ex libris » альтернатива » no time to die [WoD]


no time to die [WoD]

Сообщений 1 страница 30 из 43

1

[html]
<div class="episodebox"><div class="epizodecont">

<span class="cita">Are you death or paradise?</span>

<span class="data">Лас-Вегас / 2022 год, апрель</span>

<div class="episodepic"><img src="https://imageup.ru/img188/3803945/h3.png">
</div>

<p>

</p>
</div>

Какие бы пути они ни избрали, все они рано или поздно сойдутся.
</div>[/html]

Гейл Пирс - основная информация
  • Дата рождения | становления: 27.03.1935 | 18.10.1957

  • Клан: Бруха

  • Поколение: 10-е

  • Натура | Маска: Идеалист | Аутист

  • Путь Просветления: Человечность (5)

  • Дисциплины: Могущество (4), Стремительность (2), Присутствие (2), Стойкость (1)

  • Лояльность: Камарилья

Курцио Джованни - основная информация
  • Дата рождения | становления: 01.09.1967 | 04.04.1990

  • Клан: Джованни

  • Поколение: 10-е

  • Натура | Маска: Авантюрист | Посредник

  • Путь Просветления: Человечность (6)

  • Дисциплины: Некромантия (Путь Склепа 3) (Путь Праха 1), Доминирование (2), Могущество (1)

  • Лояльность: Независимые

[nick]Gale Pierce[/nick][status]memento mori[/status][icon]https://imageup.ru/img225/3914202/sarah-brannon2.png[/icon][lz]<a class="lzname">Гейл Пирс</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">If you don't stand for something, you'll fall for anything.</div>[/lz]

Отредактировано Nemesis (21.05.22 17:10:05)

+2

2

soundtrack

[indent] Когда садилось солнце и опускалась тьма, жизнь в этом городе продолжала бить ключом. Различные заведения только открывались и начинали принимать готовых расщедриться клиентов с распростертым объятьями. Другие же отрабатывали ночные смены, ведь кто-то же должен был поддерживать в рабочем состоянии такую махину. Яркие огни, неоновые вывески – такова была лицевая сторона Вегаса, одного из крупнейших мировых центров развлечений и игрового бизнеса. В этом смысле идеальная среда обитания для созданий ночи, известных в простонародье как вампиры, хотя сами себя они так предпочитали не называть вовсе. В такой среде им было легко затаиться в толпе, вести ночной образ жизни, оставаться незамеченными и сытыми. Столько ничего не подозревающих, наивных, самоуверенных и беспечных пакетов с соком – просто бери и питайся их витэ с минимальным риском нарушения Маскарада.
[indent] И все же Гейл Пирс с трудом выносила пребывание в этом городе. Она терпеть не могла всю эту мишуру, привлекавшую богатых и властных людей, желавших расстаться со своими сбережениями столь бесцельно. Хотя прошло уже немало лет, она по-прежнему помнила, как в детстве по ночам ее тело все сотрясалось от холода, а днем желудок жалобно урчал от голода. Пусть кто-то и счел бы это иррациональным, все же презрение к богатству каждый раз невольно закрадывалось в самых темных уголках души (или того, что осталось от нее). Будь на то ее воля, она бы ни за что не вернулась туда, да вот не могла ничего с собой поделать. Кое-что продолжало неумолимо тянуть ее в этот оплот человеческой алчности.
[indent] Дело близилось уже к утру, однако до рассвета еще оставалось несколько часов. Черный кадиллак севилль проложил свой путь в западную часть города, прямиком к последней остановке на текущую ночь. За рулем сидел гуль, верно служивший Гейл уже больше десятилетия хакер, которого она когда-то спасла от верной гибели. Высокий, тощий, приятной наружности, со светлыми взъерошенными волосами паренек выглядел молодо, на вид не больше двадцати пяти, в нем еще не угасало пламя жизни, хотя на самом деле он был гораздо старше, сохранившись благодаря крови домитора.
[indent] Внешний вид его госпожи несколько контрастировал с ним, она представала грозной на вид женщиной высокого роста с прожигающим хищным взглядом ее голубых глаз. Слегка непослушные пряди волос струились подобно черной мгле, но резко и неаккуратно обрывались чуть выше плеч. Мертвецки бледная кожа резко контрастировала с волосами брюнетки, однако все же требовалась внимательность для того, чтобы опознать в ней немертвую. Она была крепко сложена и точно так же, как и ее спутник, выглядела молодо, даже красиво, хоть и в хищной манере, тогда как взгляд все же немного выдавал в ней возраст. И в отличие от служившего ей паренька она одевалась строже, хотя и не с большей бережностью и аккуратностью, поскольку даже той ночью края скверно заправленной черной рубашки местами торчали из-под классических брюк. Порой при взгляде на нее можно было дивиться тому, что кто-то имел совесть являться на элизиумы в таком виде с полной невозмутимостью.
[indent] А именно на это пришлось потратить полночи – на то, чтобы известить здешнюю ячейку Камарильи о своем прибытии, которое, разумеется, было запланированным. Невозможно провести столько лет в ночи, не уяснив необходимость почтительного отношения к традициям. Ее прошлое в особенности обязывало уважать законы общества, порядок в котором она стремилась поддерживать до сих пор, несмотря на истинное отношение к тем, кто стоял на самой верхушке.
[indent] - До чего же я ненавижу сраный Вегас, чтоб ты знал, Райан, - в очередной раз высказала свое недовольство расположившаяся сзади Гейл. Ее ноги были вальяжно вытянуты вдоль задних сидений, пока она аккуратно подносила зажигалку к краю зажатой промеж бледных и сухих губ сигареты.
[indent] - Я знаю, - послышался с водительского места голос светловолосого парня. Неровный голос выдал его неумелые попытки сдержать смех, что он предпочел замаскировать последовавшим кашлем. – Ты говоришь это каждый раз и все же возвращаешься сюда.
[indent] «Я оставила здесь кое-что важное. Кого-то», - было бы искренним ответом, вот только Гейл оставалась сородичем и не могла позволить себе такую роскошь, как честность. Да и в этом не было никакой необходимости, ведь Райан прекрасно знал о причине их визита и просто поддразнивал ее в свойственной ему манере. Со временем даже раздражительная бруха перестала реагировать на подобные выпады. Кто-то бы счел, что она давала ему слишком много свободы, но этот кто-то тотчас получил бы по ебальнику, ибо непрошеные советы она не терпела.
[indent] - И даже здесь я продолжаю охоту на наших старых приятелей, - устало озвучила она другую причину появления в ненавистном домене. Ту причину, что считалась официальной.
[indent] Оба замолкли, резко посерьезнев после произнесенных ею слов. Райан следил за дорогой, как и положено водителю, тогда как Гейл любовалась выпущенными ею же клубами дыма, мирно покуривая начатую ранее сигарету в тишине, что скрашивал лишь шум двигателя. Погрузившись в омут собственных беспокойных мыслей, она просто начала считать для профилактического успокоения. Нельзя было оставлять свои помыслы без должного контроля, когда твое собственное естество действовало против тебя, цепляясь за любые отголоски гнева и страха. Воспоминания о цели ее преследования по-прежнему вызывали ассоциации с той ночью, когда ей не удалось сдержать Внутреннего Зверя в узде.
[indent] Через какое-то время кадиллак остановился, что ознаменовало окончание их сегодняшней поездки. Гейл как раз успела докурить – выпорхнув из машины, она бросила сигарету на асфальт и придавила ее ботинком, после чего направилась к знакомому ей зданию. Не самое изысканное место для проживания, но прекрасное в качестве убежища для сородича. Непримечательное и надежное местечко, которое она лично помогла подобрать. Райан шел следом за ней, оба несли сумки со своими вещами с явным намерением провести хотя бы один день в этом убежище.
[indent] - Даю голову на отсечение, ты не сказала ему о том, что приедешь сегодня, - высказал свое чересчур уверенное предположение гуль, когда за ними закрылись двери лифта.
[indent] - Осторожнее, рискуешь так и в самом деле остаться без головы, - съязвила в ответ Гейл, выразительно фыркнув. На сей раз ее раздражение оказалось подлинным, поскольку этот проходимец слишком хорошо знал ее.
[indent] И все же ее губы на мгновение предательски дрогнули, преобразившись в ностальгическую ухмылку при мысли о Курцио. Казалось, ее мертвое сердце потихоньку возвращалось к жизни и начинало биться вновь от ожидания их неминуемой встречи. И хотя ей по-прежнему было мучительно смириться с этой опасной привязанностью, все же она не могла продолжать скрывать от самой себя, что в глубине души скучала по нему. Это казалось глупым, но память о кровной клятве с венецианцем не позволяла обманывать себя – дрожь в руках была тому доказательством.
[indent] Ей самой казалось глупым то, что она не осмелилась связаться с ним заранее, чтобы предупредить. Однако Гейл также понимала, что не смогла бы оставить его в неведении надолго. Скорее всего ему уже было известно о ее приезде, так что было бы наивным с ее стороны попытаться застать его врасплох или же просто удивить. Порой Курцио удавалось каким-то образом опережать ее на несколько шагов.
[indent] Она оставила Райана у лифта на нужном этаже, а сама направилась дальше по коридору в поисках двери под номером 71. Перед нею же Гейл выпрямилась, собравшись с духом, и постучала: два стука с длинными интервалом, а затем еще три с короткими. То был незамысловатый способ сказать: «Хэй! Никакой опасности, просто я». Хотелось относиться к этому проще, натянув на лицо мраморную маску невозмутимости, да только внутри все сжималось. Усугубляло ситуацию еще то, что ей никак не удавалась подобрать подходящих слов для чертового приветствия! Простого «здравствуй» явно недостаточно после исчезновения длиной в несколько месяцев. Гейл неосознанно нахмурилась в привычной ей манере и стиснула зубы от напряжения.

[nick]Gale Pierce[/nick][status]memento mori[/status][icon]https://imageup.ru/img36/3824781/bezymiannyi.png[/icon][sign]https://imageup.ru/img142/3695074/2.png[/sign][lz]<a class="lzname">Гейл Пирс, 87</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">If you don't stand for something, you'll fall for anything.</div>[/lz]

Отредактировано Kagami Tsurugi (26.10.21 16:34:19)

+1

3

-Нет, compares, вам придётся подождать. Терпение. Я не знаю почему до сих пор никому из нас не поступило приглашение на ежегодный ужин в Венеции, но это не повод паниковать и трястись в страхе из-за пары шабашитов в городе. Я знаю эту стаю, и даже если Августо и anziani действительно откинулись, то нам не составит труда отвадить их от наших доменов. Шабаш устрашает больше, чем представляет угрозу на самом деле. - Курцио смотрел на котерию неонатов в его квартире, расположившихся на большом сером диване в стиле арт-нуво в его гостиной, и думал о том, почему они до сих пор не пристрелили его, не попытались навязать ему своё мнение, как это обычно бывает с птенцами, которые столкнулись с кем-то младше анциллы.  -К тому же, мы не одни сейчас в Вегасе - Camarilla не будет пытаться надавить на Данте Джованни, пока по городу бродит свора озверевших маньяков, нарушающих Маскарад. Нарушает Шабаш - а охотники и полиция находят нас. В интересах всех сородичей города сейчас искать, пытаться выйти на след этой стаи. Они называют себя "Двуручный меч", их лидер - из клана Бруха, coqlione, которую мы когда-то пытались прикончить в Атланте, но он выкарабкался. Зовут Майкл Хирт. За ним увивается придурковатая латиноамериканка-равнос, набирающая бойцов для стаи. В основном это гангрел, городские гангрел. Брошенные на произвол судьбы Сирами или просто отчаявшиеся из-за кланового проклятия. Слово "стая" как нельзя хорошо подходит их банде: я знаю что они действуют как дикие звери, находя заброшенное здание в пригороде и совершая набеги на центр города. Им всегда известно где находятся убежища потенциальных жертв, поэтому я уверен что в Камарилье и у нас, в Семье, есть их информаторы. Я говорю это вам, потому что уверен что никто из солдат не успел повестись на их сладкие речи о том что "потомство Каина должно править человеческими стадами". Даже полный кретин поймёт что Шабаш выдаёт желаемое за действительное, ведь даже самые старые из нас уязвимы перед картечью и напалмом. Они застряли в Тёмных Веках, откуда пришли. Мы - современный клан, и можем ответить на их вызов так, что в казино на Стрипе останется как прежде. Спокойно, безопасно и, главное, удобно находить сосуд. 
Глаза неонатов загорелись голодным огнём при последних словах о витэ. Все они голодали в последние ночи, строго соблюдая наказ Данте не светить лишний раз трупы после  того как банда Хирта попыталась пробраться вечером в "Венецианца", главное место собраний клана в городе - и практически сразу была вычислена Данте Джованни. Глава клана в Вегасе не стал выслушивать Хирта и его ультиматумы, выпроводив его из казино, но всем в в клане было ясно:
Бруха пришёл за шкурой Курцио. Никто не стал говорить шабашиту о том что единокровный действительно в Вегасе, но было очевидно что тот и так всё знает.
-Curzio, amico... Даже нам ясно что после Атланты Шабаш другой. - Вилли Сантино, праправнук Данте Джованни, получивший объятия всего десять лет назад, чем-то походил на Курцио. Молодой на вид, сведущий в технических вопросах, но не столь талантливый некромант, он должен был стать кем-то вроде эмиссара для постоянных дел в Камарилье, но теперь чувствовал что новоприбывший единокровный венецианец мог потеснить его навсегда. Он отчаянно пытался быть полезным, и Курцио никогда не отказывал ему, зная что однажды уйдёт из Вегаса, как бежал когда-то из Атланты.
Говорят, некоторые из детей ночи вовсе не меняли убежище на протяжении всей не-жизни. Молодой Джованни завидовал храбрости и неусыпному внимание таких проклятых.
-Да. Но эти - старой закалки. Насколько я понял, спутница Хирта часто науськивает его на самые дикие решения, и без неё он был бы хитрее и эффективнее... но Узы не дают ему. Да, в Шабаше есть обязательства Уз, пусть никто не пытается ввести вас в заблуждение - только ритуализированные, более жестокие. Нам придётся искать того, кто выдал им информацию обо мне... и если следующая провокация поставит под удар слишком многих, то мне придётся пойти на крайние меры.
-На какие, к примеру? - Кайла Ротштейн не смотрела на Курцио, разбирая на журнальном столике из Ikea старый Magnum '44, - шумный, но полезный в бою против сородича револьвер. -На твоём месте я бы вышибла себе мозги от страха. - пожилая женщина, становленная лишь благодаря старом долгу Данте перед местной семьёй Ротштейн, оказалась невероятно полезным пополнением для клана. Она не дрожала за собственную не-жизнь, как многие, смело отправляясь туда, куда порой боялись идти анциллы и старейшины, потому что получила Объятия перед смертью от болезни лёгких. Большая часть мест убийств и заброшенных мест, богатых на catene были обследованы ею.
-Кайла, если Курцио ещё не приобрел знак статуса в нашем городе, это не значит что можно действовать ему на нервы. - Бен Миллинер был главным в этой котерии. Внушительный мужчина, словно с военного плаката сороковых, он оставался подающим надежды некромантом и имел особое расположение Данте - был его чайлдом. Именно его инициативой было посторожить убежище венецианского гостя хотя бы пару ночей, заручившись поддержкой. -Я беспокоюсь насчёт четвёртого апреля, Курцио. Миллинеры теряют контрольный пакет акций "American Petrol", его покупает тот мерзкий трест, "Pentex". Это не сулит ничего хорошего клану. Снова дрязги. Я не хочу чтоб в случае чего, это повлияло на отношения между нами, ладно? Здесь, в Вегасе, нам ничто не мешает, здесь не так тесно как на побережьях. Многие приезжают, немногие выживают. Здесь нужно уметь вести диалог. И мы не сомневались что ты закрепишься здесь после всего пережитого, можно сказать что мы все... Все ведь?.. Восхищены твоей выдержкой. Вот только...
Стук в дверь заставил их всех взять за оружие, нервно осклабившись от беспокойства Зверя, скребущегося внутри.
-Тихо, тихо.  Это условный стук. Мало кто его знает. - Курцио встал с рабочего кресла и закрыл работающий ноутбук. Джованни выглядел странно на фоне прилично, по-деловому одетых неонатов с револьверами и дробовиком. - свободная белая футболка и спортивные серые штаны, шлепанцы. Его квартира, арендованная Данте по просьбе из Венеции, была ещё скудно обставлена - трёхкомнатные апартаменты  на Вест-Рино авеню имели доступную цену, и в здании постоянно менялись постояльцы. Но решающим фактором при выборе места здесь была хорошая охрана. Гули.
Если они пропустили гостя, то всё поняли. Это была она.
Курцио провернул замок, моментально просияв, чувствуя на себе взгляд её чудесных серых глаз.
-В этом номере где-то семь лет назад было убийство, и ещё в здании был пожар, его обносили митингующие, рядом был теракт, а вечером невыносимые пробки по пути на Стрип. Конечно, это идеальное место для меня. Как ты догадалась? Весь город знает о том что здесь можно найти единокровного Джованни? Я местная знаменитость, меня обсуждают на Элизиумах? Заходи, Гейл, у меня гости. На этаже никого нет, сейчас не сезон. Райан уже связывался со мной. - он улыбнулся и подмигнул, не дав ей опомниться от вылитого потока информации. -Спокойно, ребята, это Гейл Пирс. Она когда-то была рукой закона в Атланте, Камарилья. Никто сегодня не против компании старых друзей?
Он сжал её руку, пока никто не видел, и в гостиной послышались звуки убираемого оружия.
-Я скучал, Гейл. - тихо прошептал он, быстро целуя её в щёку. -Я рад что ты будешь рядом.
Его пустая, стерильно-чистая квартира не говорила о нём практически ничего, кроме того что Курцио часто, часто переезжает.
Неонаты клана Джованни встали, выйдя в коридор, и Бен первым представился, ошеломлённо протянув руку из вежливости:
-Бен Миллинер. Рад встрече. Не знал что Камарилья уже в курсе что охота ведётся за Курцио, но теперь мне ясно что он в безопасности. Пожалуй, нам в таком случае лучше уйти? - он по-голливудски улыбнулся, и Кайл молча достала из-за стены кейс, в который быстро сложила оружие, не глядя на гостью.  -Мы сегодня охраняли убежище. Не думаю что охрана понадобится теперь.

[nick]Curzio Giovanni[/nick][status]Neonate[/status][icon]https://imageup.ru/img212/3897034/f0e300bf06d0.jpg[/icon][lz]<a class="lzname">Курцио Джованни</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">Всегда огонь благой любви зажжет другую, Блеснув хоть в виде рабского следа.</div>[/lz]

Отредактировано Artemis (14.03.22 22:39:06)

+1

4

[indent] Как только разделявшая их входная дверь открылась, их взгляды нечаянно встретились, отчего оба ощутили небывалое облегчение подобно насыщению после длительного голодания. Инстинкты пробуждались при виде аппетитного Джованни со сладчайшим витэ, вкус которого позволял ей ощутить себя чуть живее. Все же совладав с собой, Гейл закусила губу и кивнула Курцио, переступая через порог, пока он притворно дивился тому, что ей якобы удалось самостоятельно найти его убежище. Она же не возражала, понимая необходимость разыграть спектакль на публику, наличие которой она определила по оставленной у входа уличной обуви и верхней одежде. Все же, пожалуй, стоило его предупредить о своем визите, а не врываться на глазах у ненужных им обоим свидетелей, понадеявшись на то, что в столь близкий к рассвету час никаких гостей помимо нее не будет.
[indent] - Из меня бы вышла удивительно херовая чистильщица, если бы я не могла при необходимости выследить сородича, - подметила она, невозмутимо пожав плечами.
[indent] Столь теплое приветствие с его стороны, этот быстрый поцелуй и пронзительный взгляд пошатнули ее непоколебимость, вызвав трепетный отклик глубоко внутри. Каждый раз она замирала, не в силах вовремя отреагировать на сентиментальные жесты с его стороны. Удивительно, но в этом плане в некроманте осталось гораздо больше человеческого, чем в ней, что расходилось с пугающей репутацией его семейства. Однако ей нравилось, что своими действиями ему порой удавалось пробудить эти человеческие повадки и в ней, пусть прежде ей и казалось это невозможным.
[indent] И все же произнесенных им шепотом слов, действительно предназначавшихся ей, оказалось достаточно для того, чтобы сбавить львиную долю сковавшего ее напряжения. На душе потеплело от простейшей мысли о том, что каждый раз он продолжал ждать ее и искренне тосковал по ней. Ей думалось, что в этот раз Курцио не принял бы ее так просто, ведь несколько месяцев назад она оставила его, не сказав и слова. Однако вот же он снова смотрел на нее все с тем же восхищением во взгляде, от которого кровь в жилах воспылала с воскресшей страстью.
[indent] - Я здесь, - с трепетом шепнула ему в ответ Гейл.
[indent] К тому моменту в коридоре уже начали стягиваться посетителей владений Курцио, и в каждом из них Гейл без труда распознала его соклановцев. То, как они держались, уже выделяло их среди камарильцев, повадки которых ей были уже известны с излишком. К тому же не следовало ожидать застать в этом месте кого-то другого. То, что Курцио уже представил ее, как лицо законов Камарильи, играло им обоим на руку, поскольку делало ее внушительнее в глазах зеленых неонатов. Потому она и не постеснялась упомянуть о своем прошлом в звании чистильщицы, прекрасно осознавая, какой эффект это зачастую производило как на камарильцев, так и на чужаков.
[indent] - Взаимно, - равнодушно отрезала она и положила свою дорожную сумку на пол, чтобы ответить на рукопожатие. Рука у Гейл была тяжелая, что заставило мужчину перед ней поежиться в ее хватке. - Удачное стечение обстоятельств. На протяжении довольно продолжительного времени моя миссия заключалась в выслеживании этих ублюдков, что в конечном счете и привело меня в Лас-Вегас, - объяснила она, решив не скрывать официальную причину своего внезапного приезда. На то она и была официальной, черт возьми.
[indent] Известие о том, что Курцио угрожала опасность, заставило ее напрячься сильнее. Этого следовало ожидать, однако Гейл надеялась на лучшее - что стая Хирта пересекала Мохаве, преследуя иные цели, не имеющие отношения к старой вендетте. Это только усугубляло положение дел, но ей все же удалось успокоить себя тем, что ей посчастливилось вернуться до наступления неминуемой беды.
[indent] Да и чего еще следовало ожидать от Курцио Джованни? Фортуна давно отвернулась от этого неоната, что вечно встревал в неприятности, граничившие с перспективой окончательной смерти.
[indent] - И все же следует оставаться на чеку. Если они действительно вышли на след... господина Джованни, то начало активных действий с их стороны - лишь вопрос времени, - холодно констатировала очевидное Гейл, припоминая тот случай, когда убежище Курцио в Атланте оказалось объято адским пламенем в результате столкновения интересов стаи Хирта, Гейл и бывшей главы семьи Джованни в том домене.
[indent] По крайней мере отныне клан стоял за него, что не могло не вызывать облегчение. И все же оттенки ревности поднимались из темных глубин души при мысли о том, что она уже не была для него такой незаменимой. Однако эти эгоистичные порывы ей все же удавалось подавлять время от времени. Это было просто глупо с ее стороны.
[indent] К счастью, соклановцы Курцио в самом деле собирались расходиться, что избило от необходимости долго поддерживать профессиональные отношения между ними. Асоциальной Гейл и без того хватило общения с другими сородичами на элизиуме пару часов назад. Продолжительная игра на публику заставляла ее гневаться. К тому же близился рассвет, и ей было необходимо устроиться на дневной сон хоть где-нибудь, а вариантов лучше убежища Курцио у нее на уме не имелось, что, пожалуй, являлось промашкой с ее стороны. И все же вскоре они действительно остались наедине. Проводя молодых сородичей своим выразительным взглядом, полным недоверия, Гейл заметно оживилась, когда входная дверь все же захлопнулась за ними. Сложив руки на груди и не сдержав ухмылку, она покачала головой.
[indent] - И это твои защитнички, Курцио? И почему я ожидала большего от здешних Джованни? - с насмешкой прокомментировала увиденное она, однако затем ее выражение лица сделалось обеспокоенным. - Мы что-нибудь придумаем. Как обычно.
[indent] "И это все, что ты можешь сказать, Гейл? Серьезно?" - мысленно возмутилась она собственным словам, но не стала предпринимать попытки исправить ситуацию. Возможно, ей и хотелось броситься в объятья к нему, прижаться и вдохнуть его чудесный аромат, который наверняка остался прежним, выпустить клыки и погрузить их в нежнейшую кожу его шеи, чтобы ощутить на языке обжигающее витэ, что вызывало в ней неуемную страсть - возможно! И все же... что-то не позволяло ей сделать и шага навстречу ему.

[nick]Gale Pierce[/nick][status]memento mori[/status][icon]https://imageup.ru/img36/3824781/bezymiannyi.png[/icon][sign]https://imageup.ru/img142/3695074/2.png[/sign][lz]<a class="lzname">Гейл Пирс, 87</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">If you don't stand for something, you'll fall for anything.</div>[/lz]

Отредактировано Kagami Tsurugi (26.10.21 16:34:35)

+1

5

Он был слишком сильно привязан к ней, опасно сильно. Кровавые Узы не желали спадать со временем, Курцио заметил это очень рано, ещё во время их первой размолвки - когда они должны были поехать разными дорогами, чтоб выжить. Порой, глядя на её чудесные скулы,  упиваясь возможность ухватить её за крепкую, гибкую талию и чувствуя как страстно двигаются навстречу её бёдра, некромант забывал что все эти аффекты - всего лишь результат обмена витэ. Старое проклятие библейского Каина, - окружённая вампирскими мифами магия крови, имитирующая смертную любовь.
Один глоток крови сородича - и вот, ты уже привязан к нему, как к старому знакомому, ищешь встречи постоянно, хочешь быть рядом. Если ты смертный - всё гораздо хуже, твоя плоть перенимает частичку проклятия библейского Каина, и ты становишься зависим от крови его хищного потомства.
Второй глоток - истинная любовь, а может подобие её. Многие спорили на этот счёт, но Курцио знал ответ, потому что никогда не делал больше двух глотков из Гейл. Она не давала ему, как бы он ни просил - и в этом были достаточно искренности, достаточно доверия друг другу, чтоб можно было принять Узы за любовь.
Третий глоток - беспрекословное подчинение. Обоюдный третий глоток - граничащая с безумием привязанность, которую нельзя преодолеть. Это смерть личности, как многие говорят. И они не желали проверять это на собственном опыте. У них не было уверенности в том, как это будет работать. Но Курцио знал что мог бы себе позволить ей посадить себя на этот поводок.
Но она... ни за что бы так с ним не поступила. И это значило больше чем любые обещания защитить.
-Ужасно скучал, Гейл. Действительно ужасно, ужасно скучал. Прости за этот спектакль, мне было ужасно страшно без тебя. У меня ещё нет ничего здесь, никаких Оков или ещё чего-то, чтоб сторожить  убежище. - он хотел было протянуть к ней руки и обнять, но внезапно застыл. Шорох. Неприятные шлепки где-то в коридоре, словно там, за стеной, брело что, расплескивающее воду. -Стоп. - он протянул руку к правому глазу и быстро, на холодный палец, снял с радужки линзу, укрывавшую совершенно иного цвета глазное яблоко. Оно явно было чужим, вставлено внутрь насильно - даже вдавлено.  Курцио не любил показывать Гейл этот глаз, но когда он был открыт миру, то некромант видел вещи иными.
Такими, какими они могли бы быть в Землях Теней. И в этом участке стена между главным коридором и апартаментами была разрушена, обнажая взору некроманта всё, что было за ней.
По коридору шёл человек с дробовиком, явно разминувшийся с котерией в лифте. Его размытые черты лица не указывали ни на пол, ни на расовую принадлежность, но мокрые сапоги хлюпали слишком, слишком узнаваемо. Словно Курцио уже видел такие однажды.
Но в Неваде не бывало дождей.
-Веди себя тихо. Он вооружён. - Курцио проводил его взглядом, едва не вперившись в Гейл. - Носферату. Здесь, в доме. Использует маскировку. Не похоже что это шабашит, он бы не был один. Других я не вижу. - он дотронулся до её предплечья, чтобы почувствовать как холодные, стянутые словно канаты мускулы Гейл напрягаются вместе с оскалом досады. Эту же гримасу гнева некромант видел в первую ночь их встречи.
-Он идёт к нам. - Курцио держал руку на мобильном в кармане штанов. - Я звоню ребятам.
Гудки. Долгие гудки. Они не отвечали!
-Это называется взаимовыручкой в семье... Да, Гейл. Спасибо что пришла. Постой... - носферату огляделся, сжимая внушительного калибра дробовик в руках. Внезапно он начал шарить по карманам куртки, лихорадочно. Они оба услышали рингтон - мелодию по умолчанию в кнопочных телефонах-раскладушках. Каинит сбросил и ринулся прочь, быстро как только мог. 
-Ему позвонили. Он убегает. Сразу как только позвонил я. - Курцион осклабился. -  Жалкие идиоты. Я чувствую здесь запах попытки покушения. Пришёл носферату с дробовиком, уже хотел выбить выстрелом дверь, но я начал звонить Миллинеру. Тот не ответил. Тогда позвонили этому уродцу, и он в панике убрался, не ответив на звонок. Совпадение? Я не верю в совпадения. - Курцио прошёл в зал спальни, где окна плотно закрыты перегородкой. -Хотели сфабрикованное покушение, но явилась ты, и они не захотели рисковать в присутствии бывшей чистильщицы. Да, это дом, милый дом. Как будто я никогда не уезжал из Венеции, и не бежал из Атланты. Надо сказать, там было легче чем здесь. Сильвио стабильно был козлом, а этих приходится вечно подлавливать, и не всегда удаётся сделать это верно, подсадив на крючок. Мне больше везёт, чем действительно удаётся избежать участия в их игре. - он подобрал брюки с кресла и начал вытаскивать куртку из шкафа. -У Райана есть друзья, чтоб подневали тут?
Он был как никогда напряжён, и отстранился от Гейл, чтоб не показывать этого, скрывая нервозность за обилием речевых конструкций. Но утро близилось.
А решение проблемы было далеко.

[nick]Curzio Giovanni[/nick][status]Neonate[/status][icon]https://imageup.ru/img212/3897034/f0e300bf06d0.jpg[/icon][lz]<a class="lzname">Курцио Джованни</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">Всегда огонь благой любви зажжет другую, Блеснув хоть в виде рабского следа.</div>[/lz]

Отредактировано Artemis (14.03.22 22:39:42)

+1

6

[indent] С указанием ждать сигнала Гейл оставила Райана наедине возле лифта. Любые звуки в коридоре отдавались звонким эхом - никто и ничто не смогло бы пройти мимо него незамеченным, так что он отвернулся к окну, не слишком восхищаясь открывшимся перед ним видом. Последние ночи окончательно вымотали его, так что единственным его желанием было хорошенько наесться и выспаться, а уже потом можно было возвратиться к охоте на злобных вампиров, которых они преследовали с самой Атланты. Вот только зная своего домитора, он справедливо предположил, что до заслуженного отдыха еще придется хорошенько попотеть.
[indent] Уже около двенадцати лет он верно служил ей с того самого дня, как спасла его израненного, отправив на тот свет загнавших его в угол бандитов и напоив своим витэ. И каждая новая ночь преподносила все больше откровений, от которых кровь стыла в жилах. Райан старался не думать о том, как бы он прожил эту жизнь, если бы так и не узнал о существовании каинитов, бродящих в ночи и пьющих кровь живых. Он также старался не вспоминать о днях минувшей юности, которые он провел на убогих грязных улицах мегаполисов, промышляя делишками незаконными во имя выживания. Если бы Гейл не появилась вовремя, то он бы так и погиб всеми забытым, уткнувшись в перемешанную с его кровью грязевую массу.
[indent] Блондин тихонько вздохнул, ни о чем толком не думая в борьбе со своей усталостью, и прижался лбом к отрезвляюще холодному стеклу, сомкнув глаза на минутку (хотя бы). Через некоторое время его покой нарушил дверной скрип и сонм незнакомых ему голосов. Затем и они утихли, но раздались звуки шагов, которые предупреждали о непредвиденной встрече оставленного в тылу гуля с целой группой незнакомцев. Райан сохранил невозмутимый вид и продолжил смотреть в окно, будто бы пытался слиться с окружением. Неизвестные ему лица проследовали мимо него прямо к лифту, не обратив на него никакого внимания. Парень лишь успел бросить на них мимолетный взгляд и обратил внимание на плохо спрятанное оружие, что не могло не взволновать его. Он быстренько пересчитал их и постарался хорошенько запомнить их, чтобы в будущем при необходимости узнать. При работе с бывшим чистильщиком Камарильи было полезно запоминать всех, с кем она имела дела, а Райан быстро понял, откуда вышла эта примечательная компания. Это не могло быть простым совпадением, поскольку во взглядах незнакомцев читался голод, свойственный лишь проклятому роду Каина.
[indent] Сигнала по-прежнему не было, так что Райан начал в ожидании бродить из стороны в сторону, время от времени поглядывая на часы в нетерпении. Следовало ожидать, что этим двоим потребуется выделить время на приватный разговор, учитывая их совместную историю, которая тянется с той же роковой Атланты. Пожалуй, Райан оказался единственным "счастливчиком", которому доверили тайну о кровавых узах между двумя сородичами, что не приветствовались в их обществе, не говоря уже о рисках, которые неизбежно сопровождали их порочную связь. Хотя напрямую ему никто об этом не говорил, но Райан не был глух или слеп, он сам, будучи гулем, прекрасно понимал силу проклятой крови каинитов. Однако это не значило, что он испытывал хоть какую-то симпатию по отношению к Курцио, даже однажды отдельно подчеркнул, что хранил верность лишь Гейл и подчинялся только ей одной. Кто-то бы мог назвать это ревностью, но Райан давно смирился с тем, что для него эта женщина оставалась недосягаемой, как горящие на черном небе звезды.
[indent] Со стороны лифта послышался скрежет, который моментально привлек внимание ждущего сигнала Райана. Тот моментально напрягся и вовремя зашел за угол, прежде чем двери разошлись в разные стороны. От незваного гостя ощущался потусторонний холод, ставший причиной дрожи в конечностях молодого хакера. Он позволил себе осторожно выглянуть из своего укрытия, но увидел лишь широкую спину незваного гостя, одетого во все черное. К счастью, тот не обратил внимание на гуля, а ушел от него прямо к злополучной двери под номером 71. Тем временем Райан не медлил и быстро просунул руку в карман за телефоном, чтобы быстро подать сигнал уже Гейл, номер которой предусмотрительно был добавлен в быстрый набор. Затем он потянулся уже за спрятанным под куртку, надетую поверх худи, пистолетом, чтобы приготовиться к худшему из сценариев. И хотя Гейл обучила его тому, как действовать при столкновении с сородичами, все же ему никак не удавалось обуздать страх, от которого перехватывало дыхание, что могло выдать его с потрохами. То был первобытный страх перед безумным хищником, который был способен проглотить его заживо и не подавиться при этом. Сердце бешено колотилось в груди, его удары отдавались в ушах подобно барабанам древних первобытных племен. Пусть в жилах Райана разгоралось пламя витэ брухи, он по-прежнему оставался по-человечески слабым и уязвимым. Ничтожным.
[indent] Однако по счастливому стечению обстоятельств все же удалось избежать неприятностей, которые могли обрушиться на них сокрушительным потоком. Незваный гость сам потянулся к своему зазвонившему телефону, после чего поспешил удалиться тем же способом, которым и заявился. Райан не стал рисковать и снова высовываться, преодолев соблазн заглянуть под капюшон грозного силуэта мрачного незнакомца. Вместо этого он дождался, когда звуки, издаваемые нарушителем, сами утихнут, после чего телефон гуля завибрировал у него в кармане - вот и сигнал. Райан чуть ли не влетел в квартиру подобно необузданному зверю, выпущенному из клетки. Его взгляд забегал по помещению в поисках любой угрозы для нежизни Гейл, однако не заметил ничего подозрительного и с облегчением выдохнул из своих легких все напряжение. До его ушей дошел обрывок последней фразы Курцио, за которую он не мог не зацепиться.
[indent] - Да, конечно, у меня же полно друзей, которые только ожидают возможности посторожить днем чужого домитора. Не говоря уже о том, что мы только приехали, я же как приезжаю в домен, так сразу обзавожусь друзьями. Такой вот очаровательный и приятный в общении малый, - тяжело дыша саркастично прокомментировал Райан с дерзкой ухмылкой на бледном от усталости лице, подмигнув некроманту. Он прошел вглубь апартаментов Джованни и начал обыскивать каждый закуток в поисках возможных ловушек, оставленных недоброжелателями. - Дайте мне всего-то пару часов сна до рассвета и целую гору кофе, и я посторожу ваши бледные задницы до самого захода солнца. Полагаю, никакой еды я здесь точно не найду? Закажем пиццу?

[nick]Ryan Atkins[/nick][status]#тыжпрограммист[/status][icon]https://imageup.ru/img191/3806646/ezgif-4-392ed4b0f52e.gif[/icon][lz]<a class="lzname">Райан Эткинс, 34</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">Circles in circles I go around, looking for something that can't be found.</div>[/lz]

Отредактировано Nemesis (22.08.22 12:30:49)

+1

7

[indent] Сколько бы ночей не минуло, между ними все оставалось прежним. Курцио чертовски много болтал - Гейл не любила пустую болтовню, но его могла слушать и слушать, позабыв о приближении рассвета. У него был приятный, даже красивый голос, приправленный чарующим итальянским акцентом. Еще красивее он звучал, когда говорил на родном языке - пожалуй, на руку играло то, что Гейл не могла понять ни слова, а от того ей больше ничего не оставалось, кроме как наслаждаться чистым звучанием голоса. И все ж чувствовала она нервозность от встречи с его соклановцами, и это чувство уже не было связано с ревностью. Члены котерии совсем еще молодых неонатов поглядывали на нее так, словно она сорвала им что-то своим нежданным появлением. Нельзя было доверять сородичам, особенно тем, кто не относил себя к Камарилье. Особенно тем, кто готов был предать свою плоть и кровь для того, чтобы выставить себя в лучшем свете перед старейшими членами семьи (как-то Курцио обмолвился тем, какая конкуренция ожидала каждого Джованни, желавшего заполучить Становление). На них нельзя было положиться, поскольку они видели в Курцио угрозу для своего положения в иерархии этого домена - они ничего не могли противопоставить единокровному Джованни.
[indent] И опасения бывшей чистильщицы лишь оправдались. Стоило Курцио известить ее о надвигающейся угрозе, она тихо выругалась себе под нос и вся напряглась, уже готовая к конфронтации с чем бы то ни было. Досада и разочарование проявились на ее малоподвижном лице в виде гримасы. Тверже гранита была каждая мышца в ее теле, она могла одним ударом снести целую стену, одним движением ноги способна была давить черепа - представители клана Бруха всегда считались одними из лучших воинов Башни. Каждый раз, когда Курцио угрожала опасность, она была очень близка к тому, чтобы впасть в Безумие. Однажды в бою ей уже приходилось терять самообладание из-за него, что, наверное, спасло их от верной гибели, да только нервировало ее то, что вся выработанная самодисциплина могла вот так рухнуть подобно карточному домику в присутствии венецианца, с которым она по глупости связалась кровавыми узами. Брухи и так славились тем, что прозвали "яростной страстью", их проклятье заключалось в том, что им с большим трудом удавалось держать в узде внутреннего зверя, который рвался наружу при каждой удобной возможности. Кто-то упивался их клановой чертой, считая это одной из немногих возможностей испытать что-то близкое к утраченным при Становлении человеческим эмоциям. Остальные же страшились лишиться рассудка раз и навсегда, из-за чего взращивали в себе и в своих потомках железную дисциплину.
[indent] В это же время в кармане завибрировал телефон - это мог быть только Райан, подтвердивший, что к ним в самом деле что-то приближалось. Гейл не стала медлить и увела Курцио на кухню, чтобы у их незваного гостя не было возможности сразу с порога атаковать его. Сама же она намеревалась вернуться в прихожую и встать в угол у двери, чтобы при необходимости застать вероятного противника врасплох, напав со спины. Она поставила рядом свою спортивную сумку и аккуратно достала оттуда свой старый добрый USAS-12, что выручал ее много раз в битвах против опаснейших каинитов разных мастей. Однако Курцио внезапно остановил ее, после чего из коридора за входной дверью послышался громкий рингтон старого кнопочного телефона. Как только он оборвался, снова послышался удаляющийся неприятный звук шлепающих шагов. Тогда Гейл задумалась о том, что на улице ведь было сухо, без единого намека на дождь...
[indent] Решила она убрать обратно ружье и подать сигнал оставшемуся в коридоре Райану, когда они окончательно убедились в том, что опасность миновала. Курцио продолжал говорить и словами выдавал то, как сильно нервничал. В прочем, Гейл не могла его винить в этом, тяжело не лишиться рассудка, когда твои соклановцы желают тебе окончательной смерти. Мало кто смог бы назвать ее клан сплоченным, они нередко набивали друг другу морды из-за разногласий во время гвалтов, однако внешняя угроза соклановцу воспринималась ими, как повод объединиться против общего врага. И на фоне этого Гейл всегда казалось ироничным, что другие кланы, смотревшие на них свысока, будто на дикарей, порой с большей кровожадностью предавались междоусобицам. Гребаные лицемеры, верность которых ограничивалась лишь пустыми словами. За долгие годы проживания в обществе сородичей Гейл по-прежнему едва ли удавалось смириться с тем, как обстояли дела. Ее буквально трясло от воспылавшего из самых недр ее естества чистого гнева. Она не смотрела на Курцио, его слова не достигали ее, его голос обратился в белый шум для нее, кровь закипала в жилах. Очевидно стало, что она была готова вот-вот сорваться, поэтому она начала пытаться глубоко дышать, чтобы усмирить внутреннего зверя. Хотя сородичи не нуждались в кислороде, порой дыхательная гимнастика все же помогала ей очистить разум от ярости. Дрожащими от гнева пальцами Гейл потянулась в карман своих брюк за пачкой сигарет, но у нее никак не получалось вынуть хотя бы одну, что только усилило раздражение.
[indent] - Да... чтоб тебя... Ебучий кусок говна! - выпалила она со всей силы бросив в сторону пачку, которая со шлепком врезалась прямо в грудь Курцио.
[indent] Тогда в квартиру ворвался Райан, из-за чего Курцио моментально напрягся, однако завидев знакомое лицо все же не стал предпринимать необдуманные действия. Кто бы что ни говорил, Гейл едва ли разбирала их слова, а голоса их лишь подливали масла в огонь, пробуждавший ее внутреннего зверя, готового рвать и метать при любой возможности. Она ненавидела это чувство и ненавидела свое бессилие, что не позволяло ей успокоиться.
[indent] - Срань господня! ЗАМОЛЧИ! - подобного рыку дикого зверя раздался ее крик, заставивший всех вокруг замолкнуть. Райан с обеспокоенным видом посмотрел на нее и встретился с ее взглядом, полыхающим от гнева и ненависти.
[indent] В такие моменты он прекрасно понимал, что время для его дурацких шуток подходило к концу и что от него требовалось не провоцировать домитора. В самом деле гуль медленно подошел к Курцио, чтобы поднять с пола сигареты и протянуть одну из них Гейл, однако она непроизвольно смяла ее, стоило ей только прикоснуться к ней. В такие моменты Гейл с огромным трудом удавалось контролировать свою сверхъестественную силу. Тогда Райан протянул еще одну прямо к ее губам, а затем поднес зажигалку, чтобы дать ей прикурить. Резкий щелчок и вспыхнувшая искра будто бы вытянули ее обратно в реальность, тогда до нее, наконец, дошел смысл сказанных ранее слов обоих мужчин.
[indent] - Да... до рассвета есть еще пара часов. Отдыхай, Райан, - хрипло согласилась Гейл. - Полагаю, ты не видел лица нашего гостя... Успокаивает то, что раз он удрал, как только его предупредили, то у нас все же есть преимущество. Но, черт подери, я совершенно не ожидала, что мне придется разбираться с кем-то помимо Хирта и его дружков. Почему с тобой всегда так сложно, Курцио? - с раздражением вопрошала она, пока с ее бледных губ срывались клубы терпкого табачного дыма. - Было бы идеально следующей ночью покинуть это убежище. А еще хотелось бы придумать способ заставить твоих родственников работать на нас, а не против нас.

[nick]Gale Pierce[/nick][status]memento mori[/status][icon]https://imageup.ru/img36/3824781/bezymiannyi.png[/icon][sign]https://imageup.ru/img142/3695074/2.png[/sign][lz]<a class="lzname">Гейл Пирс, 87</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">If you don't stand for something, you'll fall for anything.</div>[/lz]

Отредактировано Kagami Tsurugi (30.10.21 01:43:27)

+1

8

Эти апартаменты стали капканом, вырваться из которого означало нанести себе ещё больше вреда.
Но в конце концов, они попали в него сразу втроём, а не поодиночке. Это могло помочь тому кто на них охотится, но могло и усложнить задачу, заставить отступить. Едва Гейл распахнула дверь для Райана, Курцио втолкнул его внутрь и запер дверь, оглядевшись. Гуль брухи говорил слишком громко, двигался слишком резко и нервно. Гейл расчехляла пушку.
Как будто им действительно нужен был этот спектакль со стрельбой, и одного удара её кулака было недостаточно чтоб пробить несущую стену этого хлипкого здания.
Нет, если бы кто-то действительно пытался им навредить, а не припугнуть – сделал бы всё намного проще, без посланного с дробовиком одинокого ночного стрелка. Курцио можно было убить этим днём, разбив окно в номер или просто попросив медвежатника ворваться с колом наперевес. Если это было покушение сейчас, то просто идиотское. Пытаться убить бодрствующего Джованни в его убежище – это тянет на премию Дарвина.
-Эй! – Курцио едва не присел, когда болтовню гуля прервал щелчок предохранителя дробовика и громогласный голос Гейл. –Я и так достаточно испуган, ты хочешь чтоб я навредил Райану, словив пелену перед глазами? Держи себя в руках, donna, - он похлопал Райана по плечу, с улыбкой глядя на Гейл. – запасся едой с доставки на неделю. Там апельсиновый сок, pizza и соусы. Догадывался что вы приедете, и тебе понадобятся силы, Эткинс. - можно было позволить себе дружеское подмигивание. Не слишком панибратское, ведь этикет - это не только умение вести себя на семейной встрече.
Этот гуль, цифровой подручный Гейл, был от неё без ума. Сила крови давала ему море энтузиазма – Райану нравилась кочевая жизнь домитора, но он слишком хорошо догадывался о том, что не нравится Курцио. Им обоим нравилась одна и та же женщина, и Джованни ясно давал понять чья она на самом деле.
-Жаль, я планировал задержаться в этом номере ещё на месяц. Но теперь, когда слухи о шабашитах перестали быть слухами, мне действительно нужно быть настороже. Я должен затаиться сильнее чем раньше, потому что кто-то внутри Семьи мог сдать меня, едва я заявился в казино. Конечно, они пришли и по твою душу, но что-то мне подсказывает что целая стая не стала бы откалываться от похода на Юг из-за слухов о твоём присутствии. Ты замела следы лучше меня.  А мне пришлось платить здесь родственникам практически в первые ночи, и меня долго представляли всему домену, допрашивали и выпытывали как умер Сильвио и Миллинеры в Атланте. Мне пришлось рассказывать. – он вновь бросил взгляд на USAS-12 в крепких руках Гейл и опёрся о стену, сложив руки на груди. –У меня есть Magnum ’44 под кроватью, чтоб Райану было поспокойнее. И подписка на Netflix, чтоб расслабился за моим ноутбуком. Я, в общем-то, сплю крепко в последнее время, несмотря на гостей. Раньше, бывало, я просыпался посреди бела дня, бродил по комнате и ложился где-нибудь на полу. Теперь, когда catene в доме стало меньше… всё намного лучше. Всё благодаря тебе.
Он не сводил взгляда с оружия в руках женщины, с которой связал себя узами крови, и изредка многозначительно кивал в сторону кухни, не решаясь сказать.
-М, Гейл. Я всё хотел упомянуть… я ведь так и не сказал никому что между нами. Это похоже на самоубийство. Но теперь твоё появление может решить все наши проблемы – мои и твои. Тебя видели неонаты, и это было похоже на деловой визит. Я видел как Миллинер, - тот что с квадратной челюстью, - чуть не оскалился на выходе, и здесь не нужно искать скрытый смысл. Они испугаются уже того, что ты в деле, а если я скажу что ты боролась с шабашитами самом Данте, местному главе Семьи, то они не будут вставлять нам палки в колёса, и у моих родственников начнётся переполох. – Курцио отпрянул от стены, выразительно поджав губы в удовлетворённой полуухмылке. –Да. Пойдём на кухню, а потом в спальню. Я скучал по тебе и тому эффекту, который ты производишь на такие клубки змей – он моментально перестают цепляться друг за друга и кусают того, на кого укажешь ты. Обожаю тебя за этот талант! – он мимолётно погладил её по предплечью, сквозь толстую кожу куртки. Её тёмные волосы выразительно подчёркивали красивую, сияющую синеву хищных глаз, и некромант боялся заглядывать в них, не зная что боится увидеть больше: голод желания или гнев.
Оба варианта грозили ему истощением и потерей контроля. Но два пакета с кровью всё ещё хранились в морозилке на чёрную, худшую из ночей. Похоже, время настало.
Он хотел сказать ещё что-то, когда свет внезапно начал моргать и гаснуть.
-Что? – в зеркале, вмонтированном в шкаф гостиной,  мелькнул силуэт из Земель Тени. –О. Прекрасно. Пара spiriti решили подействовать мне на нервы.

[nick]Curzio Giovanni[/nick][status]Neonate[/status][icon]https://imageup.ru/img212/3897034/f0e300bf06d0.jpg[/icon][lz]<a class="lzname">Курцио Джованни</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">Всегда огонь благой любви зажжет другую, Блеснув хоть в виде рабского следа.</div>[/lz]

Отредактировано Elyon Andras (14.03.22 22:41:45)

+1

9

[indent] С бледных губ Гейл срывался табачный дым, она выдыхала с напускным равнодушием на лице, чуть ли не закатывая глаза. Разумеется, то было притворством, призванным скрыть ее истинные переживания и помочь отвести внимание от нахлынувших опасений. Еще не настал тот час, когда стоило терять самообладание.
[indent] - Нашел, в чем упрекать бруху. Еще так говоришь, будто вовсе не причастен к моим вспышкам гнева, - на выдохе с раздражением выпалила она, сузив глаза. - И не называй меня "женщиной", шовинист проклятый.
[indent] Курцио приобнял Райана и подмигнул ему так, будто обыграл его в чем-то, хотя никакого соревнования и не было вовсе. Отвращение гуля выражалось во всем: в его взгляде, мимике, языке тела... В том, как он спешно отстранился, выскользнув из хватки некроманта со взглядом удава. А затем будто пытался оттереть грязь со своего плеча, ведь именно так и воспринималось им прикосновение Джованни.
[indent] - Не ожидал такой заботы от тебя, Курциан, - ворчливо отметил Райан, после чего выдохнул и принял более расслабленную позу. - Что ж, пойду-ка отосплюсь хорошенько. Не шалите без меня, - холодно добавил он, направившись к спальне и напоследок махнув им рукой на прощание.
[indent] Дверь в спальню захлопнулась, двое сородичей, наконец, остались наедине. Однако Гейл так ничего и не предприняла, позволив Курцио говорить вместо нее - уж больно он это любил. Она же всегда оставалась немногословной, так что ее вполне устраивало подобное положение вещей. Курцио будто сам любил звучание своего голоса, поэтому ему вполне хватало своих бесконечных монологов. Отчасти это даже успокаивало ее, ведь больше всего он говорил тогда, когда ощущал себя в безопасности. Если бы им что-то угрожало, он бы опасался выдать лишнюю информацию, которая могла потенциально навредить им.
[indent] - Ты прав, шабашиты пришли не по мою душу. Это я пришла по их. Помнишь, я обещала, что убью их для тебя? - ее голос внезапно потеплел, будто бы специально для его ушей. Губы изогнулись в хищное подобие азартной ухмылки, которая появлялась на ее мраморном лице всякий раз, когда она визуализировала то, как этих мерзавцев настигала окончательная смерть.
[indent] Однажды Гейл сказала Курцио, что убьет их всех, как собак. Для него. И даже спустя годы она так и не растеряла решимость сдержать слово - для нее то было делом чести. И способом проявления теплых чувств по отношению к нему, ибо иных она попросту не знала, проведя слишком много времени в лишенном человеческих эмоций холодном посмертии. Вернее, так она думала, пока он вновь не касался ее и не заставлял тем самым усомниться и в этом. Его прикосновение... каждый раз пробуждало в жилах тепло, словно она вновь оживала в его руках, пусть и сердце ее по-прежнему не билось.
[indent] - Ты в самом деле не сердишься на меня за то, что уехала без предупреждения? Я скуч... - хотела признаться она, да только не смогла закончить фразу, которая оборвалась, когда замигал свет в помещении.
[indent] В такие моменты Гейл ненавидела иметь дело с Курцио, потому что в его отсутствие можно было делать вид, будто мертвецам нет никакого дела до мира живых. Если бы их судьбы не переплелись в ту роковую ночь, когда она поймала его за нарушением Маскарада, то ей бы никогда не пришлось думать о призраках. Знакомство с этим Джованни было подобно открытию ящика Пандоры, подарившего ей тайное знание, которое ей безумно хотелось забыть. Хуже всего то, что призраки слишком сильно влияли на нее, даже если она не видела и не слышала их. Ее достигало их отчаяние, их злоба, которые она ощущала, как собственные, что подводило ее все ближе к внутреннему зверю. Стоило только Курцио сказать о насланных на убежище духах, как Гейл осенило, что на самом деле довело ее до критического состояния.
[indent] Не этого она ждала от их долгожданного воссоединения, из-за чего чувствовала себя наивной идиоткой, ведь по-другому и быть не могло. Стоило им только выпроводить гостей, в том числе и незваных, и отправить Райана спать, как снова кто-то решил посягнуть на их приватность. И так было каждый раз, им некуда было от этого деваться. Всякий раз Гейл чувствовала себя так, словно ее загнали в угол. Столько всего хотелось сказать Курцио, но ей приходилось держать язык за зубами и рассчитывать на то, что он и сам все понимал, благодаря той порочной кровавой связи между ними. Это было... нечестно.
[indent] - Черт, и почему мы не можем хоть раз поговорить нормально без посторонних, блядь, ушей, - разочарованно пробурчала Гейл, потупив взгляд.
[indent] Она по-прежнему ощущала чье-то присутствие в квартире, как не до конца изъятую из плоти занозу. Потусторонний холод вновь распространился в воздухе, из-за чего даже погасла сигарета во рту, вместе с тем можно было уловить неразборчивый шепот давящих на рассудок стен. Теперь так будет до самой окончательной смерти, покуда она связана узами с некромантом и тем самым разделяет с ним его проклятье. И хотя Гейл не могла видеть призраков, знание об их вечном присутствии отравляло существование не меньше. Сородичам и так приходилось скрывать всю правду о себе, все свои чувства и переживания, чтобы никто не сумел воспользоваться этим в вечном Джихаде.
[indent] Хотелось встать поближе к нему, поймать его за руку, ощутить покой в его присутствии, но то было проявлением страха и слабости, с чем Гейл отчаянно боролась. Пришлось ухватиться за спрятанный под курткой револьвер вместо его руки, хоть от ее оружия и было мало толку. Она не должна была позволить проклятым мертвецам оказывать воздействие на нее, Курцио сам говорил ей об этом, когда их вот так застали врасплох в ее убежище еще в Атланте. Даже в такой ситуации ему удавалось сохранять спокойствие, потому что для него подобное было привычным с раннего детства. В такие моменты она испытывала жалость по отношению к нему, но в то же время была безмерно благодарна ему за все, что он мог сделать для них, когда от нее было чертовски мало проку. [Если, конечно, отбросить тот факт, что Гейл и не попала бы в такую ситуацию, если бы не сблизилась с ним изначально.] Она медленно подошла к Курцио, вцепившись в него своим хищным взглядом, требовавшим объяснений.
[indent] - Курцио, ты сказал, что у тебя нет при себе оков... Куда же делась Катерина? - не могла не спросить она, хотя и понимала, насколько опасна была перспектива наговорить лишнего в присутствии чужих призраков. - Выходит, я оставила тебя совсем беззащитным? Почему ты не сказал мне раньше?.. Черт подери. Что нам делать? - впервые она позволила ему увидеть себя растерянной.

[nick]Gale Pierce[/nick][status]memento mori[/status][icon]https://imageup.ru/img225/3914202/sarah-brannon2.png[/icon][lz]<a class="lzname">Гейл Пирс</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">If you don't stand for something, you'll fall for anything.</div>[/lz]

Отредактировано Nemesis (22.08.22 12:32:20)

+1

10

Вегас становился переполнен такими призраками перед рассветом. Примерно за три часа до восхода солнца каждый Джованни начинал чувствовать их приближение. Sudario в этом проклятом городе истончался глубокой ночь особенно сильно, вопреки здравому смыслу. Неоновые вывески, бурная ночная жизнь, кипящие от нескончаемого потока бездельников улицы, присосавшиеся к Вегас-Стрип - всё это должно было удерживать границу между тем миром и нашим на замке.
Там, где кипит жизнь, нет места гостям из Земель Теней. Особенно таким как эти.
- Я... - Курцио невольно оборачивался в сторону бледных силуэтов, которые видел лишь он сам, и боялся ответить невпопад. -Catherine свободна. После Атланты ей понадобился ремонт, ты помнишь. Мы еле спасли эту машину, её catene. - он неопределённо взмахнул рукой и поджал губы в раздражении, как будто кто-то невидимый постоянно дёргал за плечо, стремясь утянуть за собой.
Трутни. Призраки с рудиментарной личностью, способные лишь на повторение одного-единственного действия. Именно они чаще всего просачивались сквозь sudario, бредя инстинктивно в странной пародии на крестный ход сквозь Стрип. И эти сбились с пути.
Их было несколько десятков - они все брели по коридору, цепляясь корпусами за стену квартиры Курцио. Однообразно белесые, карикатурно похожие на призраков, какими их рисовали для жанра ужасов, эти летающие простыни смогли изменить направление лишь после команды.
- Vattene. - Курцио сжал руки в кулак, произнеся это мягким, наставляющим тоном. Так непослушный скот погоняют пастухи, или воспитатели детского сада отчитывают детей. Джованни не утратил хватки за прошедшие ночи.
Эти Трутни явно были чьей-то шуткой.
- Извини за это. Старая паранойя, я было подумал  что эти призраки специально насланы кем-то, но даже если так, то именно они могли спугнуть нашего гостя из подземелий. Думаю, сегодня положу револьвер под подушку. - некромант обернулся и беспардонно  приобнял Гейл за талию, улыбнувшись той, знакомой ей улыбкой. Так он улыбался, когда беда была позади.
Когда повезло выжить.
- Хотя в общем-то я это всегда делаю ещё с того случая с Кейтлин, когда к ней в магазин заявился Восставший. Ужасные времена! - он поправил её непослушный локон по-собственнически ухмыляясь и делая вид, что не придаёт значения завистливому взгляду Райана. - Не скучаю по ним. Но по тебе - всегда. - их крепко сжатые руки передавали страх перед пробуждением Зверя. От голода или беспокойства, но он мог зашевелиться прямо сейчас, оторвав их от хрупкого момента воссоединения. Мир вокруг оставался жесток и враждебен даже в пределах этой якобы безопасной комнаты под охраной одного из самых жестоких вампирских кланов.
Их союз... привлекал враждебные взгляды с обоих сторон, всегда. И потому должен был оставаться тайным. Это трудно было назвать любовью, но в лучшие моменты они оба надеялись что их Узы скрепляют... остатки настоящих чувств. Последние якоря воспоминаний о жизни под солнцем.
- Я не позволю тебе ставить себя под угрозу так, в одиночку. И не буду отягощать тебя своей ношей, мы... - небрежный кивок в сторону гуля. - ...и Райан, должны открыть охоту на этих выродков грамотнее чем они могут ожидать. И я предлагаю тебе встретиться с Семьёй в Венеции, они охотно примут твою помощь. Шабашиты - плохо для бизнеса, мы не ведём  с ними дел. Ты сама можешь ощутить как много здесь мертвецов и как много людей умирает. Самоубийства в Вегасе слишком часты. И это значит что мёртвые регулярно пополняют наши ряды. Даже неонат на Стрипе владеет свитой настолько же внушительной как анцилла в Старом Свете, да. - он отпустил её и зашёл в спальню. Револьвер выглядывал из-под матраса, поблескивая в свете вновь зажегшейся лампы. - Господь сохранит всех нас. Никто из находящихся в этой комнате не заслуживает того, что произошло, этого проклятия... Но мы хотя бы даём себе отчёт в том, что это действительно ноша.
Проверка барабана. Три крупнокалиберных, экспансивных патрона - в самый раз для того чтоб разорвать плоть бесповоротно, и с огненной вспышкой. От такого можно оправляться целую неделю. Это были три заряды для крупного зверя.
- Стая Хирта охотится на нас и наслаждается смертями. Они делают это ради удовольствия, ради того что называют войной против Старейшин... но под удар попадаем мы, младшие. Те, кого они называют "пешками".  Это звучит просто жалко. Райан, ты можешь поспать, и когда всё уляжется - я посторожишь нас. Я закрываю окна.
Последнее было сказано требовательно, с нажимом. Но Курцио нравилось изображать из себя высокомерного урода, имидж которого дался ему со слишком большим трудом.
Город всё ещё бушевал огнями вывесок и громкой музыкой Стрипа. Тысячи людей веселились в бесконечной вакханалии или изображали веселье - этот  город вбирал такие эмоции, превращая их в отчаяние. Перегонял, как алхимический куб, очищая человеческие эмоции до их основы, единственного источника:
Страха перед смертью и невозможности насытить эго.

[nick]Curzio Giovanni[/nick][status]Neonate[/status][icon]https://imageup.ru/img212/3897034/f0e300bf06d0.jpg[/icon][lz]<a class="lzname">Курцио Джованни</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">Всегда огонь благой любви зажжет другую, Блеснув хоть в виде рабского следа.</div>[/lz]

Отредактировано Elyon Andras (14.03.22 22:42:02)

+1

11

- Вы — совершенные хищники. Вы — полноправные хозяева мира, властители грядущего царства тьмы. — он обвёл взглядом собравшихся, в сумраке пещеры близ Коппер-Роуд их глаза блестели холодным, потусторонним огнём. Свежевыкованная стая, ещё неделю назад они сновали по пригородам, боясь попасться на глаза оставшимся в Камарилье гангрелам или наёмникам Джованни.
Бесклановые. Каитиффы, отбросы и нарушители Маскарад, бежавшие к неоновому пламени Вегаса в ночи, надеясь красиво сгореть.
Все эти — все десять, — были обречены. Дилан знал это, и не питал иллюзий насчёт собственной вечности.
- Вы можете спросить меня: так почему мы собрались здесь, на отшибе города, вдали от свежей крови из казино? Но вы сами знаете ответ: все эти замшелые уроды из Башни не желают делиться с вами нажитым, не дают шанса найти собственный уголок в ночи. Они считают что ваша кровь слишком слаба! Будто бы легче вас уничтожить, чем возиться. Они боятся что вы подставите их нежные бессмертные шейки под удар охотников, нарушите драгоценный Маскарад. Да, это то что вы слышали, каждый из вас - и вам повезло сбежать от их гнева! Уже этим вы доказали что способны на большее. - он развёл руками так, что рукава его кожаной куртки повисли на тощих,  мертвенно-бледных даже в свете переносных фонарей кистях. Вещавший перед бесклановым, Дилан был для них не просто Пандером, каитиффом Шабаша... он оставался для них надеждой. На утоление голода и, возможно, на месть.
Cводы старой выработки, забитой в надежде найти в холмах Мохаве руду, огласили рычание и грохот. Каитиффы улыбались, не скрывая клыков, и чувствуя товарищей по Братанию, понимали что способны на многое. Город, ждущий их за стенами пещеры, должен был трепетать от ужаса.
- Но есть ещё кое-что из того что вам забыли сказать. Вам повезло, если вы слышали это из уст дегенератов, посещавших Элизиумы, игравших с вами в эту тонкую, лицемерную дипломатию... Любой, кто идёт с вами на контакт, держит в голове эту мысль, боясь вас как прокажённых: ваше появление предвещает Геенну. Возвращение Патриархов, самого Каина и конец нашей крови, если не всего мира. Кто-то уже слышал от них это, да? Джереми, дай мне пушку. Нет, крупнее, винтовку мать твою! М4А1, их любимая бесшумная малышка... - глаза Дилана засияли в темноте оранжевым, болезненным светом - наследие диаблери слишком долго преследовавшего его в пустырях гангрела. Крашеные белые волосы пандера встопорщились, черты лица сузились и стали чем-то напоминать морду неандертальца и какого-то хищного дикого зверя. -Я могу догадаться зачем вы приехали в этот штат. Вы хотели свободы, хотели послать к чёртовой матери абсурд законов, взять пушку, жить как хочется, заиметь деньги, трахаться с кем угодно. Простые желания. Я тоже этого хотел, когда оказался здесь, но воротилы Вегаса выбросили меня в Мохаве и хотели закопать заживо. Да, и не всем нам нравится то, что принесло проклятие в итоге: нам недоступно всё чего мы желали при жизни, это не приносит удовлетворения. Вы и сами видите к чему приводит то что вы цепляетесь за прошлое - к тому что вы лишаетесь разума. Я чувствовал то же самое каждую ночь, пока не прошёл через Братание и не обрёл стаю. - он передёрнул затвор и несколько раз нажал на спусковой крючок, хитро прищурившись. - Рано или поздно вы поймёте что это не так уж важно: быть как они, живые. Я начал речь с того, что вы воины нового мира, но в чём удовольствие бороться за то чтоб Шабаш пришёл сюда вновь? Вы слышите на улицах толки о том что стаи бегут на Восток, сдерживать угрозу, которую Камарилья не признаёт. Мы не сможем установить здесь контроль... но заставим их поверить в то, что последние дни уже здесь. Мы покажем им что время, когда они скрывались от людей играючи легко, прошло, и достаточно одной провокации, чтоб в городе началась полномасштабная охота. И поверьте, видеть Старейшин в ужасе - удовольствие куда большее чем может показаться. Я позволю вам вкусить их крови и выпить души - и вкус их плоти покажется вам сильнее чем что-либо на свете, сильнее любого дерьма что вы пробовали при жизни. Я дам вам почувствовать что значит носить в себе кровь Каина по-настоящему, в полную силу. Вы станете настоящими хозяевами Вегаса, и я вам обещаю: уже через пару месяцев мир утонет в огне, и мы будем править тем, что успели урвать. Мы - единственные кто видит что на самом деле охватывает мир. И Вегас останется оазисом спокойствия, где мы сможем осуществить мечту: быть свободными! - Дилан вставил обойму и выстрелил по сводам шахты, вызвав волну ликований и грохот ветхой арматуры, вихрь осыпавшейся бурой пыли. Он знал на что шёл, был готов вести это голодное стадо.
- Мы ударим по Подземному Городу! По Вестсайду, и носферату будут первыми! - он сжал кулак и высунул язык, пиная бушующих перед ним каитиффов. -Они сами верят что их Патриарх придёт за всем своим потомством однажды, так сыграем с ними в игру!
Он знал к кому нужно обратиться, чтоб изменить лица до неузнаваемости, так чтоб даже носферату пришли в ужас при виде отвратительности их морд.
Манойя и Майкл знали, ожидая их готовности в Silver Sevens Casino. Следующая ночь обещала стать для многих канализационных крыс последней, если... Если Джованни не решат оказаться там первыми.
[nick]Dylan[/nick][status]of Pander[/status][icon]https://imageup.ru/img210/3860168/the-sexiest-vampires-of-all-time.jpg[/icon][lz]<a class="lzname">Дилан из Пандеров</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">Caught under wheels roll
I take the leech, I'm bleeding me,
Can't stop to save my soul,
I take the leash that's leading me,
I'm bleeding me... oh, uh I can't take it!
</div>[/lz]

Отредактировано Artemis (25.12.21 15:19:57)

+1

12

Лас-Вегас. Яркий, сияющий монумент посреди бесплодной пустыни. Суммы, зарабатываемые казино Лас-Вегас-Стрип за одну ночь равняются государственному бюджету небольшой восточноевропейской страны. Люди, обитающие здесь, одержимы призраком свободы, которой никогда не видели. Привязанные к местной индустрии развлечений, они не успевают понять что прожгли жизнь впустую.
Обычно в середине жизни они просыпаются где-то в худшем из номеров пригородного отеля, поняв что спустили всё до гроша без возможности отыграться. В крови несчастных игроманов остаются все известные миру яды: от алкоголя до амфетаминов. Боль от ломки со временем толкает неудачников на грабежи, кражи, и одна из них рано или поздно приводит к убийству. Рано или поздно убийцу ловит полиция - грустные работники надзора, которые видели слишком много таких случаев чтобы быть небезразличными к судьбе очередного сошедшего с ума декадента. В погоне у него остаётся три опции: сдаться и сесть в тюрьму, что гарантирует медленную и болезненную гибель, или пойти на суицид, может скрыться в Подземном Городе. Первые два выхода неизбежно обеспечивали некромантов семьи Джованни новоиспечённым призрачным слугой. Последний мог обеспечить полезным гулем, но при неблагоприятном исходе клан Носферату или Малкавиан давали Становление беглецу прежде, чем его доставали Джованни или наряд полиции. Другие кланы Камарильи предпочитали искать для себя союзников в высших эшелонах, среди посещавшей Вегас богемы и власть предержащих, но Семья... Некроманты всегда были лишены такой роскоши.
Они всегда становили лишь тех, кто носил фамилию Джованни или фамилии ветвей их большой семьи. Им необходимо было взращивать тех, кто был способен удержаться на плаву в обществе властолюбивых, жестоких и кровожадных банкиров, топ-менеджеров, чиновников и теневых воротил. Данте был одним из таких, нужных Семье людей, и получил Становление не просто так.
Он всё ещё оставался настоящим хозяином Лас-Вегаса, несмотря на столь жестокую к его фамилии эпоху Интернета и цифровых технологий. Пока Камарилья безуспешно пыталась сохранить вуаль Маскарада, Данте латал бреши в анонимности платежей с помощью брошенных Башней гулей из IT. Пока Шабаш страдал под гнетом Зова на окраинах, а гангрелы безуспешно пытались сбежать от настырных охотников-мормонов и дорожных камер, Джованни думали о том как использовать призраков для редактирования и выбраковки цифровых записей, где видели питающихся каинитов.
К 2021 году у "Венецианца" всё было схвачено, и Данте не распространялся о том как именно отводил охотников, налоговую службу и ФБР от своего казино. Даже планы по переезду, чаемые смертным владельцем казино, успешно и тихо оборвались стараниями неонатов клана. И пока финансисты Ротштейны растили смертных отпрысков, считали прибыль, а Путанеска разбирались с остатками не успевшей вывести бизнес из тени мафией, некроманты основного клана пытались заполучить контроль над всеми неприкаянными духами Вегаса.
Ведь они больше не платили десятину в Венецию, тихо преуспевая. Данте был способен защитить свой город, свою вторую Венецию, от посягательств даже самых могучих старейшин.
Единственное что его беспокоило - это преданность ближних.
- Вилли, Бен, Кайла! Gli amici... - он стоял среди посетителей и охраны, в вестибюле набитого до отказа казино, белоснежно улыбающийся под аккомпанемент щелканья рулетки и фишек. Неизменный чёрный пиджак подходил его образу пожилого, респектабельного и делового италоамериканца. Неонаты вошли через парадную дверь казино, чуть сутулясь от необходимости так прямо заявляться в общество смертных, а не в закрытые комнаты убежищ.
Все они старались использовать витэ, чтоб выглядеть как смертные, но любой приблизившийся мог почувствовать исходящую от этих троих ауру опасности и голода. Они рисковали самим фактом этого разговора, но не могли ничего поделать: до рассвета оставалось совсем немного.
- Padrino, anziani... - Вилли выступил вперёд, подавших к охране, расступившейся перед знакомым лицом, до боли похожим на самого Данте - одна и та же кровь, прямые родственники. Прапрадедушка и внук. И всё же их разделяла пропасть. -До утра совсем немного, и мы хотели посидеть здесь. Курцио Джованни, он... к нему пришла подруга. Не из наших друзей. Мы решили что не будем мешать.
Напряжённое молчание повисло между неонатами и старейшиной с померкшей улыбкой. В зале ставок заиграла музыка: тихая, непринуждённая, напоминающая истинному владельцу этого места о старых-добрых временах, когда всё было намного проще.

Lazy day blues


- Что ж... Ладно. Раз наш бедняга-новичок думает что справится сам и ничего не боится, то мы не вправе ему мешать. - Данте подошёл к внуку ближе, и оглядев остальных, ткнул ему в грудь пальцем, -Мне нужны детали, giovanotto. Мы все поднимемся в апартаменты и обсудим это. Кажется, настают бурные ночи, да?
- Они давно знакомы. Не думаю что это проблема. - встрял Миллинер, но встретив на себе взгляды остальных, осёкся. -Простите.
Там, на улице, он мог быть главным в котерии, но когда дело касалось разговора с патриархом семьи Вегаса, Вилли должен был быть у руля. Лишь Кайла всегда молчала, пока мужчины говорили. Но её присутствие здесь было слишком важно для Ротштейнов, выделивших деньги на это казино, чтоб её голос игнорировали.
-Бен не понимает чем может обернуться такая привязанность. Мы должны были остаться там, но венецианец настаивал. - Кайла скривилась, отвернулась чтоб не видеть на себе оценивающих взглядов мужчин. Она привыкла к их главенствующей роли, но иногда просто не могла молчать. До сих пор никто не осмеливался делать ей замечания.
- Хорошо, я попробую принять этот суицидальный выпад нашего друга, но не приемлю жалоб. Слишком очевидно что вы завидуете вниманию, которое ему уделяется, но всё же... - морщинистое лицо Джованни начало бледнеть. Неонаты попятились, охрана спешно собралась к Данте, стараясь не выдавать беспокойства. Все понимали что это значит: раздражение и стресс наконец подточили самоконтроль старейшины, дав его внутреннему зверю шанс вырваться наружу. -...aaah, sterco! Не хватало проблем здесь, на работе, так ещё и эта семья дробится из-за того что вы завидуете крохам, которые нам достаются! Быстро, в мой кабинет! - он взмахнул рукой, энергично указав в сторону лифта. За большими окнами люди плескались в холодном бассейне, рядом с круглосуточно работающими фонтанами. Жизнь кипела в "Венецианце", но свежая кровь посетителей отеля всё ещё оставалась табу для каинитов. Болезненный укус - известный недостаток Джованни, мог убить жертву. Практически все они питались лишь нарушителями порядка и недоброжелателями, перебиваясь в моменты затишья поставляемыми Ротштейнами из банков крови пакетами с плазмой. Наверное, именно поэтому каждый из них втайне радовался очередной заварушке и проблемам с другими кланами, сектами каинитов.
Каждый раз эти конфликты обещали возможность вкусить новой, свежей крови.
Большой грузовой лифт должен был отвезти их наверх, но вместо этого медленно двинулся вниз. Все понимали к чему ведёт разговор - к посещению убежища Данте под казино. Но патриарх заговорил ещё внутри, будучи не в силах сдержать собственную натуру въедливого, старающегося вникнуть в суть проблемы директора:
- Я напомню вам троим, что в Лас-Вегасе мы - свободный клан. У каждого из вас есть полная автономия, вы независимые и полностью несущие за себя ответственность проклятые. Единственная ваша обязанность - это десятина и необходимость знать где свой, а где чужой. И вы, кажется, не сумели сразу выяснить кто пожаловал к Курцио, а сразу ринулись ко мне. Жаловать на его проблему, проступок - nessuna differenza. Мне не нравится это поведение, и особенно то, что вы сделали это в тот самый момент, когда Шабаш внезапно вернулся в Неваду и скалит зубы на Стрип. Их охота за Курцио - только предлог для вторжения. Проблема не в нём, miei cari ragazzi. В восьмидесятых Камарилья обвиняла каитиффов во всех бедах этого города, но я принимал их и позволял работать на нас. Сейчас многие держат в Пальмдейле, Примме и пригородах широкие домены и прекрасно коротают не-жизнь, никому не мешая. Шабаш не осмелится совать к ним: они до сих пор не напали лишь потому, что собирают таких слабокровных, прослышав о том как это делал я когда-то. Вегас может прокормить всех, сколько угодно каинитов, если они способны скрыть своё существование. Я не боюсь показываться в толпе, а старейшины Камарильи боятся. А знаете почему?
Дверь лифта раскрылась, обнажив воющие лабиринты, ведущие в Подземный город. Широкие гермоворота и стены с нишами, в которых были заперты catene, говорили об одном: здесь скована целая армия spiritii, готовых служить Данте. Энтропия охватывающая это место, ощущалась почти физически.
- Потому что заводить друзей я всегда умел лучше, чем наживать врагов. И вам следует оставаться друзьями с Курцио, пока он не даст нам понять что действительно делает что-то вредное для Семьи. Я прощу ему интригу. Он чувствует себя загнанным в угол, а конфликты с Венецией были у каждого единокровного. Но в конце концов, он платит нам. Ведь так? Он послал нам ту машину с несколькими spiritii на привязи?
- Да, nonno... - Вилли посмотрел на ворота, ведущие к старым канализационным тоннелям. -Я всегда задавался вопросом зачем вы делаете вход в домен Носферату настолько вызывающим, очевидным и видимым всем. Если это место увидит инспекция, то...
- То мы скажем что это вход в бомбоубежище, оставшееся с пятидесятых, и мы будем искренни, правдивы и не будем ничего скрывать. Я завтра ночью я отправлю Курцио на испытание, а вас поставлю следить за тем, чтоб оно было выполнено. Он контактирует с Башней? Хорошо. Пусть докажет нам полезность этих контактов. Я отправлю его договориться с примогеном Носферату - и тогда мы увидим помогают ли ему эти встречи с подругой или нет.
Все трое неонатов взглянули на старые, тяжеловесные врата с печатями американской армии, и каждый подумал о собственном самом большом из страхов.

[nick]Dante Giovanni[/nick][status]Orphan patriarch[/status][icon]https://imageup.ru/img38/3863631/7b8c48d367e030abbe15063b540cc62a.jpg[/icon][lz]<a class="lzname">Данте Джованни</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">"If you want to see the fate of democracies, look out the windows</div>[/lz]

Отредактировано Artemis (31.12.21 19:26:49)

+1

13

soundtrack

[indent] Не суждено им было ни увидеть красоту восходящего солнца, ни ощутить его тепло на своей немертвой коже - их уделом оставалась бесконечная тьма, пожирающая их как снаружи, так и изнутри. Каждое утро в час близившегося рассвета Гейл проваливалась в холодную темную бездну и не видела никаких снов, не испытывала никаких чувств. Наверное - думалось ей - именно так и ощущается смерть, за ней следовал лишь мрак и пустота. Такой ей запомнилась смерть в роковую ночь Становления, когда ее тело безвольно обмякло в руках ее сира - сородича, даровавшего ей вечность. Тогда ей было страшно, чуть больше полувека спустя ее отношение к смерти изменилось, когда она узнала о более пугающих способах существования после смерти. Лучше остаться в объятьях пустоты, не отыскав пути на небеса, чем стать сородичем, призраком или же - еще хуже - жертвой диаблери.
[indent] При жизни Гейл была католичкой, вера помогала ей пережить самые тяжелые и голодные дни и осталась с ней даже спустя столько лет, сохранившись в груди тлеющим угольком, подпитывавшим ее человечность. Безумием было бы отречься от религии, когда с каждой ночью оставалось все меньше воспоминаний о сути человеческого бытия. Многие цеплялись за эту очевидную ниточку из страха окончательно потеряться во мраке без каких-либо ориентиров. Гейл не была исключением, хотя ее какая бы то ни было религиозность изменилась вместе с ней самой, что являлось закономерным для сородичей. Вера, идеалы, мечты, чувства - со временем от всего этого оставалось лишь их извращенное подобие, эфемерное и пустое. Ощущение медленной, но мучительной гибели собственной души лишило Гейл всякой надежды на то, что Господь предусмотрел для них место небесах, ведь они несли на себе Его проклятье, сквозь поколения передавая друг другу Каинову печать. Каждый раз при пробуждении она вновь вспоминала это чувство, а вместе с ним в очередной раз приходило осознание.
[indent] Во все такой же стерильной спальне апартаментов Курцио уже горел свет, что могло означать лишь одно: она снова пробудилась последней. Меньше минуты назад Гейл походила на труп еще больше, чем обычно, потому что лежала абсолютно неподвижно; потому что меньше минуты назад она на самом деле была трупом. Слабость в теле быстро отступала, о чем Гейл искренне сожалела, поскольку в глотке разливалось невыносимое жжение от жажды. Повернувшись на спину и пошевелив пальцами ног, она потерла свою мраморно белую шею. Глаза ее походили на пустые стекляшки, будто кукольные. Тихий хрип сорвался с ее бледных и сухих губ, обнаживших выступившие от голода клыки. Единственной разумной мыслью, если опустить благой мат, стало напоминание о том, что - о, Боже! - следовало хотя бы перекусывать перед дневным сном. Повезло, что в комнате не оказалось Райана, иначе она могла бы не сдержаться. Следовало вообще избегать прямого столкновения с ним до того, как ей удастся найти проклятый, мать его, пакет. Эта мысль сподвигла Гейл подняться с постели и в спешке покинуть спальню, не поправив на себе одежду и даже не посмотревшись в зеркало.
[indent] Практически в беспамятстве она преодолела путь до холодильника тяжелыми и широкими шагами, как заведенная, минуя как Райана, так и Курцио, и даже не обратив на них должного внимания (лишь бы избежать искушения). Ее рука сама бесцеремонно потянулась к заветному пакету с донорской кровью, Гейл едва удавалось контролировать свою силу - так она чуть было не раздавила пластиковую упаковку. Без доли стеснения она опустошила пакет, чуть ли не разорвав его клыками от нетерпения, и только тогда у нее получилось подумать о чем-то еще. Жажда чуть отступила, но не до конца, она никогда не уходила по-настоящему, всегда подыгрывая дичайшим порывам внутреннего зверя. Только тогда, чуть переведя дух, Гейл заметила, что все это время Курцио был рядом, совсем близко.
[indent] Поймав на себе его взгляд, она отчетливо видела за пеленой беспокойства плохо скрываемое желание - он думал о том же, о чем и она. Не в силах выдержать натиска, она все же отвела взгляд в сторону, но не отступила. Ее дрожащие пальцы будто сами по себе коснулись его груди; в такие моменты ей действительно хотелось дотянуться до самого сердца волновавшего ее душу некроманта, чтобы согреть его изнутри и просто почувствовать. Будто и следа не осталось от той, что когда-то внушала страх нарушителям Традиций - той, что отчаянно уводила взгляд подальше от манящей шеи мужчины перед ней. Под рукой даже не осталось сигарет, с помощью которых можно было отвлечься, да и не вспомнила бы она о них, когда практически ничего не отделяло ее клыки от столь желанного витэ, его витэ. Но даже чисто из принципа Гейл не могла позволить себе так просто сдаться под натиском самых низменных желаний своего тела, ведь не даром она усмиряла их на протяжении стольких ночей. От этой мысли ее взгляд чуть смягчился.
[indent] - When the night has come and the land is dark, - следом неожиданно для самой себя она тихо запела, медленно отняв ладонь от груди Курцио. - And the moon is the only light we'll see, - небольшая пауза. Гейл заметила замешательство на его лице и чуть улыбнулась - уж слишком много удовольствия она испытывала, когда игралась с ним. Ей нравилось оставлять его безоружным и полностью завладевать остатками чувств в его душе, а также всеми его мыслями. Это было неправильно, порой она стыдилась этого, но не могла отказаться от этого, как не могла отказаться и от крови. - No I won't be afraid, no I won't be afraid. Just as long as you stand, - сгорая от любопытства, она снова осмелилась заглянуть ему в глаза. - Stand by me...

[nick]Gale Pierce[/nick][status]memento mori[/status][icon]https://imageup.ru/img225/3914202/sarah-brannon2.png[/icon][lz]<a class="lzname">Гейл Пирс</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">If you don't stand for something, you'll fall for anything.</div>[/lz]

Отредактировано Nemesis (22.08.22 12:34:46)

+1

14

Он проснулся раньше и первые минуты после пробуждения просто наблюдал за тем, как она лежит. Трудно видеть труп твоей женщины рядом, утешаясь мыслью что в общем-то вы оба давно мертвы и в часы дневного сна одинаково неподвижны. Курцио удержался о того чтоб поправить её волосы, памятуя о рефлексах Гейл: от прикосновения она могла проснуться раньше времени и нанести удар без раздумий, сломав в попытке самозащиты всё что угодно, даже хребет близкого человека или бетонную плиту. В отношениях с ней всегда нужно было соблюдать границы, не давать собственному Зверю ни малейшего шанса на высвобождение. Бруха легко спровоцировать. Их гнев вспыхивает быстрее и ярче.
Курцио до сих пор вспоминал ту ночь, когда она выбросила в окно bastone diablico - Курцио пришлось провести в поисках артефакта во дворе её убежища час или полтора. Ту заговорённую от spettri кость пришлось украсть из-под носа старейшин Атланты, и потерять её было бы досадно.
Настолько же досадно было осознание того что пакетов с отработанной плазмой крови в холодильнике осталось всего два.
Гуль, Райан, наблюдал за вечерними поползновениями некроманта с усталым недовольством. Они оба старались не смотреть в сторону друг друга, как бы смиряясь с существованием. Курцио боялся случайно применить Дисциплины на слащавом живом мальчишке, а гуль не желал выдать открытую неприязнь. Часы тянулись в молчании за столом без особого смысла: смертный явно от души поел днём и успел запастись энергетиками.
- Кто-то приходил днём? Кроме курьеров. - Курцио положил револьвер на стол и начал считать патроны, что как-то себя занять. Он уже знал что перед визитом в казино заедет в пункт переливания крови рядом с аэропортом, и лишь потом вернётся в "Венецианца". Пушка не помешает.
- Нет. - сквозь едва приоткрытые жалюзи пробивался свет мигающих неоновых вывесок Стрипа. Даже здесь, далеко от центра, огни не давали покоя, призывно напоминая о том как много этот город приготовил для каинита этой ночью. Райан не включал в доме свет, чтоб не выдать того что они всё ещё здесь, но домашней лампы и экрана ноутбука хватало для освещения стола: и в этом свете гуль выглядел особенно аппетитно. - Пара птиц садилась на подоконник. Всё.
Курцио оторвал взгляд от барабана и внимательно посмотрел на парня, не стесняясь синяков некроза под глазами. Он приливал кровь к лицу только когда нужно было выйти в люди. Или для неё.
- Птицы не залетают в Вегас. Ты... - шипение венецианского мата сквозь стиснутые зубы чуть не выдало его эмоций, почти не отражавшихся на каменном, бледном лице. - ...уверен что это были действительно просто птицы?
- А кто это могли быть? Оборотни-вороны? - Райан позволил себе слегка рассмеяться и достал из-под стола бутылку Mountain Dew, с шипением откупорив.
- Гули. Или гангрелы. Как тот лысый придурок, на которого жаловалась Гейл в те ночи. - некромант прокрутил барабан револьвера и с громким щелчком взвёл курок. Нацелился в кухонную раковину. - Где они были?
- На подоконнике в зале. - Райан отпил, немного прополоскав рот.  - Пожалуйста... убери пушку. Я знаю как ты стреляешь.
- Ты-то откуда знаешь, sanguisuga?
- Я потом сам доставал из неё пулю. - приятный хруст упаковки Doritos, резкий хлопок. - Не думаю что ты из тех кто учится на ошибках.
Курцио молча отсел, встал и отправился в зал, пытаясь сдержать нарастающее раздражение. Этот гуль был способен вывести его из себя, а вред, нанесённый Райану был равен испорченным отношениям с его домитором. Гейл нужен был здоровый водитель.
- Нечего ответить, да? - Райан внезапно встал и пошёл следом, остановившись в коридоре. - Она не пила двое суток из-за тебя.
- Я могу поделиться с ней своим витэ. - Курцио медленно отложил револьвер на столик с зеркалом, стараясь не смотреть на собственное отражение. -Как только она проснётся. Знаешь, когда ты долго пьёшь из кого-то, то привязываешься. - он выдерживал спокойный, ядовитый тон и внимательно наблюдал за реакцией гуля. Их силы в схватке должны были быть примерно равны. Если Райан пил из Гейл, то это значило что он перенял толику её физической мощи. - Жаль что твоя кровь...
Этот разговор приобрёл бы плохой оборот,  если бы не её пробуждение. Шаги Гейл было хорошо слышно в коридоре, и оба умолкли, стоя по разные стороны со сжатыми до посинения кулаками. Гейл пронеслась мимо как ураган, и тут же раскрыла рефрижератор с хранилищем крови. Райан отвернулся и зашёл в гостевую, лишь процедив:
- Ты опоздал. К тому же, она никогда не пила из слизняков.
В этот раз Курцио был близок к тому чтоб сорваться, но собственное отражение напомнило о том, что в гневе он особенно уродлив. Он предпочёл спрятать зубы и промолчать. Состояние Гейл было важнее.
Некромант подошёл к ней, боясь спровоцировать зиявший в брухе голод, но она оказалась быстрее. Гейл была полна сил. Курцио поневоле начал разгонять кровь по венам, видя что она в одной рубашке, а обнажённые клыки напоминали о том, как много удовольствия приносит её укус. Сверхъестественная притягательность Гейл оставалась для него чем-то большим чем влияние Уз и дисциплин её клана, нет: это явно было нечто большее.
Когда она пела, он застыл и напрочь забыл о том, что меньше минуты назад едва не сцепился с гулем.
- Я рад что ношу это проклятие, потому что при иных обстоятельствах, не получив Становления, я бы никогда не встретил тебя. Это песня из шестидесятых? Не узнаю её. - венецианец попытался изобразить улыбку, но неловко опустил взгляд, чувствуя присутствие в соседней комнате Райана. -Долго смотрел вечером на тебя. Люблю когда ты надеваешь лёгкие рубашки, тебе очень идёт. Очень подчёркивает твои сильные предплечья, шею, а светлые тона подходят твоим глазам. Люблю твой стиль. Наверное, будь я тореадором, то впал бы в ступор... - их пальцы сцепились. Он делает шаг назад, чувствуя как её голод и его комплименты подхлёстывают ностальгию по тем, почти забытым ощущениям. Близость.
- Кхм... Райан всё ещё здесь. Он видел как птицы садились у окон. - зрачки его карих глаз задрожали, а пятна бледной кожи под футболкой окончательно приобрели здоровый цвет, мимика и тембр голоса ожили. Курцио держал её за руку и оставался тёплым. - Извини. Я хотел чтоб мы съездили тебе за пищей, а потом навестили дядюшку. Я знаю что ты долго не питалась в пути из-за меня.
В соседней комнате раздались щелчки зажигалки. До них донёсся слабый запах скверных сигарет и шум улицы.
- Извини.

[nick]Curzio Giovanni[/nick][status]Neonate[/status][icon]https://imageup.ru/img212/3897034/f0e300bf06d0.jpg[/icon][lz]<a class="lzname">Курцио Джованни</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">Tu ragazzo dell'Europa
tu col cuore fuori strada
tu che fai l'amore selvaggio
trovi sempre un passagio per andare più in là

</div>[/lz]

Отредактировано Artemis (17.04.22 12:09:22)

+1

15

[indent] Даже спустя столько лет они оба продолжали извиняться друг перед другом, потому что обоих преследовали гнетущие мысли о природе их связи - оба винили прежде всего самих себя за то, что сглупили и попались на узы и что привязали к себе друг друга. Существование каинита всегда больше походило на выживание, чем на жизнь, но последние несколько лет выдались особенно невыносимыми. И в то же время им удавалось находить сытость и покой, сжимая друг друга в холодных объятьях, благодаря чему сожаления все же отступали на задний план. В такие редкие моменты, как этот, Гейл все же позволяла себе снять с лица маску напускного равнодушия и невозмутимости и обнажить свое истинное лицо. Даже с Курцио, даже с ним она редко открывалась, но некоторые ночи - особенно после долгой разлуки - становились поистине исключительными. Давалось это ей с большим трудом, каждый раз на подкорке зарождался страх выдать свои слабости, которые неизбежно обратят против нее. Поэтому она надеялась на то, что Курцио понимал, какие усилия над собой ей приходилось совершать, чтобы только оставаться с ним.
[indent] Гейл изучающим взглядом неотрывно следила за реакцией Курцио и наслаждалась ею сполна, что промелькнуло в - неожиданно даже для нее самой - ожившей синеве ее глаз с разгоревшимися хитрыми искорками. Очаровывала противоречивость в его порывистых действиях: то он сам берет ее за руку, пытаясь согреть своим прикосновением, то с рывком отступает назад в страхе зайти слишком далеко. Глазами она продолжала разделывать его, будто бы препарировала, и видела его насквозь со всеми его порочными желаниями и страстями. Да только те вовсе не отвращали ее, Гейл только упивалась его вожделеющим взглядом и переполненными тоской по ее телу движениями. В такие моменты чертовски хотелось покрепче схватить его, обездвижить и выпить досуха.
[indent] - Песня 61-го года, Бен И. Кинг. Удивлена, что ты ее не знаешь, она очень известная, - как будто проигнорировав все остальное, пояснила Гейл с серьезным взглядом. И дело было вовсе не в тщеславном желании принизить собеседника и потешить свое эго, а в желании оттянуть неизбежное - момент, когда им придется нырнуть в гущу событий. Самой Гейл подобное проявление собственной слабости показалось чем-то постыдным, но даже так она не могла совладать с собой, ведь прошлой ночью им так и не удалось нормально поговорить - не как деловым партнерам, а как возлюбленным - после столь долгожданного воссоединения. Пришлось совершить очередное усилие и все же взять себя в руки. - Вообще, это я должна извиняться, ведь это я взяла твою кровь без спросу. У тебя так мало пакетов... А ведь я надеялась, что ты не голодаешь. Очень наивно с моей стороны, знаю. А еще я должна извиниться перед тобой за то, что оставила тебя без предупреждения. Просто... Если бы я решила увидеться с тобой перед отъездом, то не смогла бы оставить тебя. Ты...
[indent] На губах вовремя удержанный за зубами поток невысказанных слов, которые им обоим было опасно произносить вслух. То были обязывающие к чему-то вещи сродни нерушимым клятвам. Гейл находила в этой черте их взаимоотношений очевидную парадоксальность: они оба примирились со взаимной жаждой витэ друг друга, но при этом все еще боялись озвучивать слова любви и привязанности. Как будто самого факта существования между ними кровавых уз, скрепивших их запретный союз, было недостаточно для того, чтобы перейти и эту черту. Поэтому ей ничего не оставалось, кроме как поспешить сменить тему, зацепиться за что-то из того, что он сказал раньше, лишь бы избавить себя от соблазна дойти до слащавых признаний, к которым ее подталкивало опустошающее чувство тоски по нему, возникшее из-за долгой разлуки. И тем не менее это же чувство оказалось достаточно сильным для того, чтобы подтолкнуть ее к попятившемуся Курцио. Действия Гейл всегда были красноречивее любых слов.
[indent] - Умеешь ты, конечно, заставить женщину почувствовать себя старухой. Да, я знаю, что мне на днях исполнилось 87, но мне было 22, когда меня становили, - ее длинные, на удивление изящные пальцы с силой обхватили его шею и на секунду сжали, чтобы затем перейти к его затылку и зарыться в волосы, притягивая ближе. - Так что технически мне всегда 22. Если взглянуть с этой точки зрения, то, насколько я помню, выходит, это ты биологически старше меня, - говорила она с невозмутимым видом, но затем не сдержала хитрой ухмылки. - Хотя признаюсь, мне льстит то, что ты уже не можешь представить свою жизнь без меня, - опасно близко Гейл подпустила к себе мужчину, чьи клыки могли обречь ее на адские страдания, но ей слишком нравилось рисковать. Раззадоривать его аппетит, а затем ловко уворачиваться, либо же с силой хватать его за шкирку, как зверька. Их губы почти соприкасались, хотя целоваться им не следовало по той же самой причине, поэтому ее рука заблаговременно расположилась на плече Курцио, чтобы иметь возможность вовремя оттолкнуть его от себя.
[indent] Если бы только опасность исходила лишь от него, если бы только все упиралось лишь в его самоконтроль... Его тело по-прежнему излучало тепло, воссозданное им сознательно при помощи крови, и Гейл находила оживленную и согретую плоть слишком соблазнительной, чтобы отказаться от нее. Курцио должен был осознавать, что ходил по острию ножа, распаляя в ней пламя голода. Влекомая, словно магнитом, Гейл опустилась к его шее, потянув его голову за волосы назад, а затем принюхалась. Некромант пах так, будто бьющееся в его жилах витэ обещало неземные удовольствия. Не ослабляя хватку, она высунула язык и провела им по его шелковой коже, оставив на ней влажную дорожку. Глаза ее полуприкрыты, в них остатки рассудка догорали в страстном пламени желания. Инстинктивно высунутые клыки ласково скользнули по увлажненной коже, угрожая в любой момент погрузиться резко и до упора.
[indent] Однако ж другие инстинкты все же вовремя забили отрезвляющую тревогу, вместе с этим в голову закралась ужасающая мысль: Курцио осознанно навлекал ее на себя, чтобы подсадить на полные узы. В этот момент внутри Гейл все сжалось и похолодело, она резко отстранилась от некроманта и постаралась выпрямиться, однако вместо этого дрожала от разочарования и неутоленного голода. Взгляд ее резко сделался строгим и бескомпромиссным, каким она обычно смеряла по-глупому нарушивших Маскарад слабокровных перед их казнью. Хотелось обвинить его в предательстве, но то было бы слишком лицемерным с ее стороны, учитывая то, что чуть ранее она проделывала с ним то же самое.
[indent] - И ты не обязан нянчиться со мной. Я и сама способна прокормить себя, обойдусь и без подачек с твоей стороны, - прозвучало чересчур грубо даже по ее мнению, из-за чего Гейл сама опешила и чуть попятилась, в итоге наткнувшись спиной на край раковины. - В смысле... - смягчила она тон, - не нужно волноваться обо мне сейчас, лучше сосредоточься на наших планах. Сомневаюсь, что эта ночь не преподнесет нам новых опасностей, и мы должны подготовиться к ним. А пока... - в ее шепоте чувствовалась своеобразная нежность - на какую только была способна женщина, что провела не одно десятилетие за выслеживанием и умерщвлением нарушителей Традиций. - So darlin', darlin'! Stand by me - оh! - stand by me. Oh, stand-stand by me, stand by me! Пошли в спальню, мне нужно одеться, - тихо напевая, Гейл настойчиво взяла его за руку и повела за собой. Ему ничего не оставалось, кроме как следовать за ней, иначе он рисковал остаться этой ночью без руки вовсе. - Нам сегодня придется посуетиться, чтобы побольше успеть: как минимум, найти пропитание и получить ответы на некоторые вопросы. За последним нам придется сунуться к носферату, благо я знаю, где их искать. И ты ведь думаешь познакомить меня со своей ла фамилия поближе, м? Надеюсь, в этот раз получится лучше, чем с Сильвио - мне следует быть сдержаннее. Что лучше надеть?
[indent] Проще отпустить эту ситуацию. Проще забыть о том, что было, и обмануть саму себя. Проще оттянуть момент, когда они все же не выдержат, до последнего.

[nick]Gale Pierce[/nick][status]memento mori[/status][icon]https://imageup.ru/img225/3914202/sarah-brannon2.png[/icon][lz]<a class="lzname">Гейл Пирс</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">If you don't stand for something, you'll fall for anything.</div>[/lz]

Отредактировано Nemesis (09.04.22 16:14:26)

+1

16

Старейшины клана сказали бы что это вовсе не недостаток - умение причинять невыносимую боль самым лёгким укусом. Клыки, Поцелуй других каинитов приносит жертве или партнёру по Узам наслаждение, сравнимое разве что с эйфорией на пике интимной близости.
Пасть Курцио - нет.
Он обнажил клыки поневоле, когда Гейл приблизилась, его внутренний Зверь живо напомнил о своём присутствии в страхе перед тем что представляла Бруха. Заряд мощи, скрывавший в её руках, легко мог позволить ей сломать позвоночник. Как соломинку, зубочистку. Когда она схватила его за загривок, не давая прильнуть к шее, Джованни поневоле оскалился, желая вкусить и её крови тоже. Рассудок молчал в такие моменты.
Конечно, если бы он укусил её в ответ, то валялся бы раздавленный в нише пробитого пола, а Гейл продолжала бы крушить, давить его череп, остатки костей и замешанные в кашу органы. Но и это было бы хорошим случаем - в плохом удовольствие от питания полностью затмило бы рассудок, и Курцио выпил бы её досуха. Урон, который мог нанести укус в таком случае, мог бы довести до смерти, и кто знает: может быть, её душе грозило бы диаблери. Некромант сомневался и не хотел думать об этом.
Он хотел сопротивляться этой брутальной ласке, но привычка Гейл брать его силой уже давно нравилась ему. Спонтанно, грубо и бескомпромиссно. Она умела застать врасплох, и как сейчас, подарить одновременно страх перед Ротшреком, голодом и чувство экстаза от того, как именно можно играть этими чувствами.
Курцио получал от этой связи больше, чем могла получить Гейл. Но он старался быть для неё хорошим, достойным подарком - сладкой и податливой добычей, близость с которой отдавала теплом и запахами живого тела. Даже в страхе перед её силой, он желал чтоб Пирс получила удовольствие, и при необходимости могла одновременно погрузиться в его сочную плоть и дать ему проникнуть в себя.
У них никогда не было стоп-слова, но о нём следовало бы задуматься.
- Голод, Гейл... - тихий стон, когда её язык касается шеи, и обнажённые клыки проходят так близко от вены, а крепкая рука не даёт вырваться. Впиться в неё в ответ и причинить смертельную боль. -Я хочу тебя, но тише, тише... - он коснулся свободной рукой талии, такой крепкой и подтянутой, просящей впиться в неё пальцами и притянуть к себе. Но нужно было оттолкнуть.
Они рисковали этим, будоражили чувство голода. Нельзя было дозволять себе этого сегодня.
Она отпустила его как мешок с мусором - резко, видимо даже не заметив как крепко его держала. Могущество - опасная дисциплина, и близость с тем кто ею владеет всегда обещает травмы и пробуждение внутреннего зверя. Курцио не удивился этому, но когда услышал в каком тоне она говорит, то быстро собрался с мыслями, попытался убрать с лица томное выражение и отошёл от кухонных полок. Угрюмость Гейл не сулила ему ничего хорошего.
Она была обижена?
Осознание сути произошедшего пришло слишком поздно. Он спровоцировал её, и понимание этого резко пронзило мозг, заставив омертвевшую мимику ожить на секунду, широко раскрыть глаза и спрятать клыки за осевшими, ошеломлёнными губами.
- Я погорячился, виноват. Не надо было насыщаться так рано, мы ведь даже не вышли из номера... - он сдержался от дальнейших комментариев, потому что не желал лишний раз провоцировать раздражение. Она могла разозлиться, действительно разозлиться - Узы в последнее время стали для них особенно болезненной темой. Они не знали насколько крепко привязались друг к другу.
Курцио думал что сильно, и страх перед последствиями этой связи посещал его всё чаще.
Гейл пела, впрочем, и пела красиво. Это стоило того чтоб отбросить опасения в том, что она перестала ему доверять.
- ...впрочем, ладно. Пошли в спальню. Не думаю что Данте будет придираться к стилю, нам обоим лучше надеть что-то нейтральное, без формальностей. Я надену черный пиджак, красную рубашку без галстука. - он сделал, паузу, пропуская её вперёд, в коридор. Каждый раз когда они встречались, не переставали наслаждаться внешностью друг друга. Курцио всегда нравились такие как она, женщины которые могут за себя постоять. Наверное, он всегда искал надёжного союзника, а не только партнёра в постели. На слащавых женщин из общества, в котором крутился Джованни, нельзя было положиться: они были способны на предательство, не умели работать бок о бок с кем-то и использовали обаяние, сексуальную притягательность как оружие. Нет, такие мужчины тоже были, но в любом случае среди разгильдяев из кандидатов на Становление не было тех, на кого можно было положиться даже в том чтоб подать вилку за столом.
Они бы неизменно протянули нож лезвием вперёд, а на замечание, извинившись, подали бы вилку пока кто-то из их слуг успел бы подсыпать яд в блюдо. Гейл не была такой... и это было удивительно. Как будто общество сородичей не оказало на неё никакого влияния.
Эта женщина... она застыла навеки в лучшей физической форме, молодая и навеки крепкая, с упругими мышцами и связками, красивой фигурой и яркими, незамутнёнными глазами. Её невероятная притягательность могла быть объяснена свойствами крови её клана и Узами, но Джованни всегда знал что дело не только в этом.
Она - личность. Не просто шаблон, который становили в прислугу.
- Накинь обычное. Чёрный бадлон, чтоб прибавить классики. Будешь как девушка из французских фильмов шестидесятых или Одри Хепбёрн. Если бы мы общались не с Данте, то я бы порекомендовал юбку, но наш крёстный отец уважает бойцов. Я ему не особо нравлюсь, но он одобряет мои интересы. Мне достаточно этого. - он пожал плечами и, включив свет, открыл шкаф в спальне.
Тень Райана в коридоре не давал ему покоя. Не хотелось чтоб гуль слышал хоть что-то из того что они говорят.
- Я подумал о том что ты сказала и в общем-то не чувствую что хоть в чём-то старше тебя. Биология сейчас мало значит. Но ладно, если бы мне пришлось обучать птенца, которого становили в восемьдесят... Мне пришлось бы тяжело. Не знаю как такую ситуацию видят старейшины после сотен лет, границы возрастов должны размываться к тому времени. Да и к тому же, я всё ещё чувствую насклько увереннее ты держишься в ночи... ты уехала так резко, мы не успели попрощаться. Я испугался поначалу. Думал о том, что у тебя проблемы с Сиром или Башней. Не нужно передо мной извиняться за этой, я всё понял... Когда-то нам уже пришлось так расстаться. Ночь очень тесна. Я бы ждал тебя и сотню лет, а кровь привела бы нас друг к другу рано или поздно. И кстати, на первом этаже нас должна охранять ночная смена гулей. Не то что бы я доверял им, но нас отвезут куда надо. Возможно, они просто не знали что сюда кто-то проник. - он быстро скинул штаны, взял с вешалки костюм. В шкафу оставалось ещё много одежды и чистящих средств - страховка от улик. - По крайней мере, меня довозили до больницы без последствий один раз. Думаю, Райану сегодня лучше отдохнуть.
Он наблюдал краем глаза за тем, как она одевается. Это всё равно что смотреть на огонь: можно смотреть вечно, как говорят.

[nick]Curzio Giovanni[/nick][status]Neonate[/status][icon]https://imageup.ru/img212/3897034/f0e300bf06d0.jpg[/icon][lz]<a class="lzname">Курцио Джованни</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">
Tu ragazzo dell'Europa
tu non perdi mai la strada
tu che prendi a calci la notte
</div>[/lz]

Отредактировано Artemis (17.04.22 12:07:29)

+1

17

[indent] Этому не было конца, ибо они постоянно находились на грани - грани слабости, голода и безумия, от которых они не могли сбежать, как бы сильно им того ни хотелось. Каиниты оставались заложниками своих низменных инстинктов, сколько бы они ни цеплялись за остатки своей человечности. С самых первых ночей после рокового Становления в Гейл воспитывалась жесткая самодисциплина, которая жизненно необходима каждому брухе, желающему протянуть дольше двух-трех ночей в суровых реалиях этого жестокого мира. Однако с появлением Курцио в ее не-жизни самодисциплина дала трещину, что неумолимо ширилась в его присутствии. И все же, пускай было бы разумнее разорвать эту порочную связь, они зашли уже слишком далеко для того, чтобы между ними сформировалась взаимная зависимость.
[indent] При одной мысли о том, чтобы лишить себя последних крох настоящих живых эмоций, Гейл охватывал леденящий душу ужас. Сразу вспоминалось то, как она коротала ночи до того, как встретила его: она была чистильщицей Камарильи, всю не-жизнь которой заполнили бесчисленные казни нарушителей Традиций. С каждым прожитым годом в этом статусе она все сильнее отдалялась от своего истинного "я" и все сильнее приближалась к своему внутреннему зверю, грозившему однажды окончательно подавить ее рассудок раз и навсегда. Узы же стали своеобразным спасением от этой участи, а Курцио - лекарством от бесконечного холода и мрака в душе. Чтобы жить по-человечески, требовалось что-то помимо непреодолимой тяги к поглощению крови живых.
[indent] Пока Гейл вела его за собой в спальню, она смаковала воспоминания о брошенном им "я хочу тебя", с трепетом ощущая желанное тепло, зародившееся в давно остановившемся сердце. Подобные слова, сорвавшиеся с бледных уст другого сородича, значили все: это была их альтернатива признанию в любви - признание в зависимости. Осознание того, что Курцио действительно желал ее всю без остатка, волнительно отзывалось в груди, разжигая страстное пламя совершенно иного сорта, не имевшего отношения к голоду. В такие моменты ей становилось тяжелее контролировать свою сверхъестественную силу, что даровала ей клановая Дисциплина, поэтому невольно сжала руку Курцио сильнее, чем следовало. По крайней мере он всегда был готов к этому и не вырывался, спасая самого себя от неизбежной потери конечности.
[indent] Тем временем Джованни дал свой ответ на ее вопрос, который ее полностью удовлетворил. От нее не требовалось блистать, ей лишь хотелось произвести приятное (насколько это вообще возможно) впечатление на его соклановцев, чтобы таки добиться от них хоть какой-то поддержки. Конечно, они бы нашли способ справиться с угрозой и без чьей-либо помощи, но было бы глупо пренебрегать возможным ресурсом. В конце концов, Курцио уговорил ее перебраться в Лас-Вегас как раз для того, чтобы он мог остаться под крылом своей семьи, а она - в тени Башни. Ради своей безопасности им приходилось вести эту двойную игру, балансируя на грани верности своим сектам и преданности друг другу, но пока что они справлялись, ведь Джованни было слишком невыгодно в открытую предпринимать действия, направленные против Камарильи, когда им приходилось делить один город.
[indent] - Я все равно не ношу юбки, Курцио, - пожав плечами, она села на край кровати и потянулась к оставленной на полу дорожной сумке. - Но да, звучит разумно, спасибо за совет, - с характерным протяжным звуком Гейл расстегнула молнию, чтобы вытащить из сумки сменную одежду, которую она возила с собой до возвращения в Лас-Вегас. Поскольку много увезти с собой она не могла, приходилось ограничиваться малым, так что особого разнообразия в ее гардеробе не наблюдалось. И все же ей удалось разыскать подходящий под описание Курцио бадлон, разумеется, траурно черного цвета. Пришлось отвернуться от мужчины, чтобы переодеться, да только даже так Гейл чувствовала на себе его прожигающий взгляд, от которого кожа стала бы гусиной, будь она живой. Однако решила до поры никак не комментировать его нахальное поведение, поскольку в глубине души наслаждалась тем, какое впечатление производила на него. Одно из тех самых немногочисленных удовольствий, от которых Гейл никогда бы не отказалась в силу выработанной зависимости.
[indent] Так или иначе оделась она быстро, когда подобрала к облегающему бадлону классические черные брюки, делавшие ее ноги визуально длиннее, а образ довершал кожаный ремень с массивной пряжкой. Гейл и без того была чрезмерно высокой, даже повыше самого Курцио, пускай и на жалкие пару сантиметров, что при жизни неизбежно ставило ее в неловкое положение. Сейчас же она пользовалась своими природными данными в целях устрашения, прекрасно зная, насколько ужасающей могла быть ее нависающая над собеседником фигура. Хотя столь дешевый трюк работал, пожалуй, лишь с неопытными птенцами, заплутавшими в ночи и позабывшими об основных законах их общества. Но зато самому Курцио нравился ее брутальный стиль.
[indent] А тот продолжал говорить, чтобы как-то заполнить воцарившуюся между ними тишину со сквозившим в ней напряжением. Его слова тревожили ее гораздо сильнее, чем он мог себе представить. Поначалу Гейл едва ли могла поверить в то, что он мог так легко простить ее за то, что она оставила его столь внезапно и даже не поддерживала с ним связь в отлучке, потому что сама бы ни за что не простила его, если бы он поступил с ней так же. Его отзывчивость каждый раз поражала ее по-новому, не давая малейшей возможности опомниться. Своим красивым голосом, приправленным очаровательным итальянским акцентом, Курцио озвучивал вещи, которые просто не могли не пугать Гейл. Само признание их взаимной зависимости и непреодолимой тяги, порожденной проклятьем их кровавой связи, отзывалось причудливой смесью тревоги и удовольствия, будто в брухе отчаянно боролись две грани ее сознания. И вместе с тем из самых темных недр души вновь давал о себе знать вездесущий неутолимый голод, толкающий на самые несвойственные ей поступки.
[indent] - Курцио, for the love of God... Тебе не следует говорить такие вещи и разогревать свое тело для меня, потому что так ты только провоцируешь меня... И я не знаю, сколько еще смогу контролировать себя, если допустить, что я все еще способна на это, хотя произошедшее на кухне доказывает обратное, - она старалась звучать строго, будто воспитывала его, но вместо этого в ее словах сквозила смесь усталости и отчаяния, больше напоминавшая скулеж. - Особенно, когда у тебя самого запасы на исходе. Прошу... не провоцируй меня!
[indent] В страхе сказать слишком много, Гейл подошла к комоду, на котором лежали ее кожаные перчатки и револьвер - последние штрихи на грядущую ночь. Приходилось выдвигаться налегке, что не слишком нервировало бруху, привыкшую справляться с противником одним точным ударом своего надежного кулака. Закончив приготовления, она предстала перед Курцио во всей красе, чувствуя себя немного не в своей тарелке под его пристальным взглядом после всего сказанного. Сама же Гейл старательно уводила от него свой взгляд, не желая отвлекаться на его красоту, которой предпочитала любоваться тайно, но план ее был заранее обречен на провал.
[indent] - К тому же в этом действительно нет необходимости, я и так... - она осеклась, едва удержавшись от слов, о которых бы горько пожалела. - То есть ты привлекателен даже тогда, когда не пытаешься походить на живого.

[nick]Gale Pierce[/nick][status]memento mori[/status][icon]https://imageup.ru/img225/3914202/sarah-brannon2.png[/icon][lz]<a class="lzname">Гейл Пирс</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">If you don't stand for something, you'll fall for anything.</div>[/lz]

Отредактировано Nemesis (09.04.22 16:14:36)

+1

18

Между ними пролегла натянутая струна, не дающая приблизиться друг к другу. Курцио встал у выхода из комнаты, сцепив пальцы на поясе в жесте ожидания. Казалось, стена может не выдержать даже его незначительного веса, немного проваливаясь под давлением плеч. В тусклом свете настольной лампы чернота их одежд сливалась с тенью, и приталенный пиджак некроманта утонул в тени, ярко очертив белизну его кистей, лица и багровый покрой рубашки. Стереотип о Джованни: гробовщик в костюме с выпускного, но Данте настаивал чтоб к нему в казино заявлялись только в таком виде, в качестве дани уважения геральдическим цветам фамилии. Курцио не протестовал. Даже угроза его не-жизни не была поводом нарушать приличия.
Он стоял рядом с выходом, наблюдая за тем как она одевается - как её бледное, крепкое, тренированное тело облачается в практичную, не стесняющую движения одежду. Каждое движение Гейл напоминало ему об том, как она хрупка - и как при этом смертоносны её удары. У него ни разу не получилось справиться с её объятиями, даже в моменты самых явных проявлений голода, когда зверь рвался наружу. Бороться с Гейл - всё равно что пытаться остановить локомотив собственным телом. Она не раз доказывала ему как важно превозмогать боль от таких смертоносных ударов и от захватов, способных расщепить кости. Курцио почти научился превозмогать боль.
Но её бледному телу это всегда будет удаваться лучше, какая бы элегантная одежда ни укрывала эти прекрасные мышцы рук, красивые ключицы и вечно напряжённый пресс. Гейл привлекала его взгляд сочетанием силы и грациозности, которых он был лишён.
Но у этой силы была оборотная сторона - опасность, которую приносит зверь, когда берёт над ней контроль.
- Да, я спровоцировал тебя. Прости, виноват, мне нужно было быть осмотрительнее. - он осёкся, дав ей продолжить, розовые от прилившей крови губы нервно дрогнули, и кисти сделали по-южному нервное движение, помогая словам. Джованни со временем помогают словам жестами всё реже и реже, не желая лишний раз сотрясать воздух. Это верный признак отличить старейшину от новообращённого: последние потакают прижизненным оборотам речи, сопровождают каждый из них характерным итальянским жестом. Курцио старался делать это не так часто как раньше.
Не получалось. Хороший знак. Это означало что его кровь ещё не застыла в жилах от многочисленных обращений с мёртвыми, и каждый раз когда Гейл теплела рядом с ним, он мог реагировать живо, по-настоящему. Как сейчас, когда её слова были искренни, а она сама - беззащитна от страха перед собственным проклятием.
- Mi scaldi il cuore, Гейл. - шаг вперёд, и кажется будто натянутая струна лопается бесшумно, разрушая напряжение между ними. Курцио чувствовал что она боится: эмпатия - это самое выдающее из качеств некроманта, который не хочет чтоб обращение к мертвым превратилось в рутинное закрепощение ещё одной души. - Ты самая красивая из женщин что я видел за все долгие годы, и я не хочу чтоб ты испытывала дискомфорт из-за меня. Я постараюсь не обращаться с витэ так расточительно и не быть таким великолепным. - Курцио широко улыбнулся без смеха и протянул ей руку. - Давай съездим на ужин перед визитом к Данте? Можно в клинику, я знаю гуля который сбывает плазму на чёрный день. Или съездим в ночной клуб, подцепим кого-нибудь. Как Тореадоры. Начнём каждый вечер посещать Элизиум, болтать с другими завсегдатаями о том как всё было в наше время. Продадим оружие, купим особняк на холме и будем жить вместе со слугами. Я буду одеваться в длинный красный халат и принимать ванну из крови налогоплательщиков, а ты - в шикарном чёрном кружевном белье. И все будут думать что я один из этих венценосных камарильцев, а ты - из тореадоров. Смертные будут думать что на холме живёт миллиардер, и пугаться нашего чёрного лимузина. Когда шабашиты приедут сюда из пустыни, то будут поражены шиком и лоском нашей жизни, и попросятся в качестве котерии, которая будет решать наши проблемы взамен на дневное убежище и ощущение статуса. Потому что они будут изгоями, которых никто не уважал. А мы будем уважать. Уважение - это ключ к построению собственной крепкой секты. - он начал говорить с серьёзным лицом, приближаясь всё ближе. - Витэ нам будут отдавать добровольно. Мы будем вкладываться в американскую космическую программу, и через полвека улетим на колонию на Марсе. Там мы заснём в коре Красной Планеты и переживём эту хвалёную Геенну, о которой все говорят, кажется, каждый век, если слушать наших старейшин. Даже если на Земле кто-то останется, то мы проснёмся на Марсе и будем править Красной Планетой как в комиксах. Объявим независимость от центрального мирового правительства и найдём друзей, которые введут нас в курс дел в галактике. Тебя будут звать Императрицей, меня - Владыкой Смерти. - он несколько раз приподнял брови, ухмыляясь собственной креативности. - Гейл! Мы выбрались отсюда и не бросим друг друга. Я знаю что ты справишься с собой. Ты сращивала себе позвоночник и рёбра, я не верю что голод подведёт тебя под черту. Sono fiera di te... А,  проклятье, я так горжусь тобой! Я сделаю для тебя всё. Дам тебе источник свежего витэ, и никто при этом не пострадает. Мы не будем знать голода, преследований и гнёта других. Если тебе сейчас нужно выйти на охоту и ты устала от пакетов, то так и сделай. Выйди на неё, не нужно бояться за меня. Я справлюсь с опасностью.
Полицейская сирена завыла на улице, дав цветные блики в окно. В доме было тихо, и не было ни намёка на опасность. Призрак женщины, умершей от пули шерифа в этой пустыне, похороненная под фундаментом этого отеля, шептала некроманту на ухо:
- Люди на входе не заметили как другой вампир прокрался... Я заметила. Выкопай меня. - бледно-жёлтый, осыпающийся скелет с обрывками скальпа и развевающимися длинными волосами на черепе скалился у Джованни под ухом, и только он мог видеть его. Неприятное ощущение близости spiritii в этом доме должно было рано или поздно согнать его с места, но эта женщина заметила опасность слишком поздно. Награда подождёт.
Курцио не ответил ей.

[nick]Curzio Giovanni[/nick][status]Neonate[/status][icon]https://imageup.ru/img212/3897034/f0e300bf06d0.jpg[/icon][lz]<a class="lzname">Курцио Джованни</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">
Tu ragazzo dell'Europa
tu non perdi mai la strada
tu che prendi a calci la notte
</div>[/lz]

Отредактировано Elyon Andras (03.07.22 13:10:25)

+2

19

[indent] Когда Курцио решил приблизиться к Гейл, она инстинктивно сделала шаг назад; ее удивленный взгляд вцепился в протянутую им руку. Внутри нее уже закипала злость на него за то, что он сначала согласился с тем, что им следовало проявлять сдержанность в эти ночи, но затем продолжал делать ровно то, чего его просили не делать. Провокацию по неосмотрительности еще можно было понять, но не провокацию сознательную. Ей хотелось грубо оборвать его попытку заболтать ее до смерти, отчего воздух с шипением вырвался из ее легких, выдав ее раздражение. Однако стоило Джованни продолжить, вскоре напряжение во взгляде брухи сменилось на снисходительный интерес. Раньше ненавидевшая пустые разговоры Гейл, ныне поражалась тому, как порой ему удавалось своей болтовней обуздать ее гнев и ее страх. Тогда-то она сумела понять, чего он добивался на самом деле, что не могло не отозваться теплом во всем естестве. Под конец все же приняли искаженное подобие улыбки ее бледные губы, с которых даже сорвался хриплый, но все же смех.
[indent] - Действительно. Эго у тебя под стать страдающим от старческого маразма вентру, не иначе. Тебе бы в самом деле проверить голову, раз уж тебе какого-то хера удалось разглядеть во мне тореадора. Серьезно, с такой богатой фантазией тебе бы следовало якшаться с малкавианами. И мне тоже, раз уж меня так привлекает идея жить с тобой вот так, - все же позволив ему сократить дистанцию между ними, произнесла Гейл с игривыми нотками. Бросив еще один взгляд на протянутую руку, она вновь посерьезнела, но все же вложила свою мертвецки холодную и бледную ладонь в его. Пальцы Курцио на ощупь оказались такими же холодными, но ее это совсем не отвращало.
[indent] Услышав свое имя, Гейл моргнула; с ее лица сошло напряжение, будто оставив за собой чистый лист. Мужчина перед ней говорил ей то, что она тайно желала услышать, но во что сама никак не могла до конца поверить, насколько бы убедительно ни звучали его слова. Недоверие проступало в синеве ее глаз, которые невольно округлились, стоило Курцио повысить голос. Она вглядывалась в его манящие карие глаза, будто пыталась найти в них что-то, чего не хватало для того, чтобы окончательно убедить ее и тем самым успокоить. Когда он закончил говорить, между ними воцарилось молчание, так необходимое Гейл для того, чтобы она могла переварить все сказанное. Напряжение чуть спало, но не ушло до конца, что продолжало подначивать ее изнутри, но в тот момент она все еще пыталась совладать с собой.
[indent] - Ладно, - изобразив недовольство, лаконично озвучила она свое согласие. Со стороны могло бы показаться, будто ей захотелось изобразить перед ним недотрогу, но на деле все оказалось гораздо сложнее. Порой Гейл сама с трудом могла объяснить свое поведение рядом с Курцио, но, похоже, его это ничуть не смущало. Возможно, он понимал ее чуть лучше, чем понимала себя она, насколько бы парадоксальным это ни было.
[indent] Видимо, одного ее вербального согласия оказалось недостаточно, поскольку он продолжал держать ее за руку. Или же просто не хотел отпускать ее после долгой разлуки, как и сама Гейл подсознательно не желала отстраняться от него, поэтому они продолжали смотреть друг на друга, держась за руки, при этом словно стоя на краю пропасти. Бездна будто бы заворожила их обоих, но страх все еще не позволял сделать последний шаг навстречу своей окончательной гибели. И все же даже этих отголосков близости хватало для того, чтобы пробудить давно забытые эмоции, которыми они не могли не упиваться в такие моменты. Даже страх оставался желанным, особенно страх за чужую не-жизнь, потому как он взывал к человечности в медленно умирающей от проклятья Каина душе.
[indent] - Дело-то вовсе не в пакетах. Просто... - резко запнувшись, Гейл на секунду прикрыла глаза, будто собираясь с мыслями. - Я тебе доверяю, правда. Но я не могу доверять себе, когда я рядом с тобой. Помнишь битву с Хиртом и той женщиной? Когда он схватил тебя, я... провалилась в бездну, а моим телом овладел зверь. И вспомни тот раз, когда я повалила тебя на кушетку в антикварной лавке и выпила из тебя слишком много, попутно чуть ли не переломав тебе половину костей. Я опасаюсь, что так будет всякий раз... - ей пришлось остановиться, когда в глаза бросилась некоторая отстраненность и отвлеченность Курцио, что могло значить лишь одно. - Эй. Кто-то снова донимает тебя, да?
[indent] От одной лишь мысли о том, что кто-то снова подобрался к ним так близко, а она даже не могла увидеть нарушителя - не могла защитить их - ее кровь вновь закипела от злости на собственную беспомощность. Гейл выдернула свою руку из хватки Курцио и чуть ли не затряслась от охватившего ее гнева и напряжения. Сжав кулаки, она начала ходить вокруг Курцио, изо всех сил хищно вглядываясь в пространство вокруг него, хотя прекрасно понимала, что в этих усилиях не было никакого смысла. Искаженное от переполнившей ее злобы выражение лица казалось неестественным и отталкивающим; не было там больше молодой и привлекательной девушки, вместо нее из темной бездны на свет выглядывало чудовище, именуемое Зверем, которое глазами жестокого убийцы разделывало Курцио.
[indent] - Как ты вообще с этим живешь? Как можно не сойти с ума, когда у стен буквально есть уши?! Срань господня! Это выше моих сил! - прошипела она со змеиными нотками в огрубевшем голосе. Гейл обняла себя, до боли вцепившись пальцами в собственные плечи, чтобы удержаться от того, чтобы разнести стену к чертовой матери.

[nick]Gale Pierce[/nick][status]memento mori[/status][icon]https://imageup.ru/img225/3914202/sarah-brannon2.png[/icon][lz]<a class="lzname">Гейл Пирс</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">If you don't stand for something, you'll fall for anything.</div>[/lz]

Отредактировано Nemesis (09.04.22 16:14:45)

+2

20

- Она уже здесь.
Они всегда были рядом - шепчущие на ухо призраки, осведомленные о том что этот бодрствующий по ночам человек может помочь за Саваном. Они все пытались выклянчить услугу, безропотно и настойчиво. С тех пор как Курцио удалось завершить сделки с Барбарой и Джеймсом, spiritii преследовали его как мотыльки, вьющиеся вокруг ночного фонаря. Их постоянные шепотки могли свести с ума кого угодно. Сны, насылаемые Песочными Человечками, истощали рассудок проклятых кровавой жаждой и могли оставить без дневного сна. Слабое тело Курцио порой не выдерживало вмешательства духов, и он старался не демонстрировать обитателям Земель Теней что видит их своим проклятым правым глазом, прикрытым ублюдочной карей линзой. Унизительное положение - быть бессмертным и страдать от столь простого увечья, которое нанёс себе в попытке сохранить эту не-жизнь.
Нет, после стольких жертв уже нельзя останавливаться: Курцио знал что они с Гейл должны осесть здесь, в Вегасе. Иначе их бессмертие будет потрачено на вечное бегство от проблем.
Гейл держала его за руку, и в общем-то это главное. Она находится здесь, а не колесит вместе с анархами своего клана, пытаясь разбить узы, сковывавшие их воедино, в столь рискованный и невероятный союз. Некромант уставился на неё в полутьме, забыв о шепотах, и призрак с недовольством отпрянул, увидев что застал в самый неподходящий момент... но было поздно. Голос из-за Савана мог быть услышан.
Холодная, любимая ладонь Гейл выскользнула из хватки, и Курцио отпрянул в смятении, поникнув от стыда за собственный дар и молчание. Обычно он говорил много, слишком много... Но теперь не знал что сказать. Она вцепилась в собственные плечи, ненавидя и страшась смерти, которая проходила так близко от неё слишком много раз. Никто не вправе винить бывшую чистильщицу в слабости духа: она тоже слышала и чувствовала серое присутствие неупокоенных душ. Трудно сохранить самообладание, столкнувшись с таким, даже если ночь укрывает тебя уже не первую сотню лет.
- У меня свои недостатки. - Курцио отвернулся и жестом прогнал призрачную фигуру. Серый силуэт исчез, просочившись сквозь пол, словно песок. -Ты не причинила мне вреда ни разу, Гейл. Мне нравилось то что ты делала со мной, и твоя ярость спасла нас от Шабаша в тот раз, в пригороде Атланты. Тебе просто нужно лучше питаться, и для таких случаев как этот... нужна обстановка получше. - он решился сделать шаг навстречу,  слыша как в другой комнате гуль напряженно крутит барабан револьвера. Пришлось заставить себя не скривиться от невыносимого позерства. -Мы в Вегасе, Гейл. Здесь много spiritii, и большая их часть служит нам. Это друзья, а не враги.
Если другом можно назвать прислугу или обслуживающий персонал. Если другом можно назвать раба, который достаточно покорен для того чтоб беспрекословно исполнять всё что ты попросишь. Чудовищное положение мертвых в этом городе было следствием полного отсутствия конкуренции со стороны других кланов - и Курцио знал что никто не может наблюдать за ним из-за Савана злонамеренно, так чтоб он сам не заметил этого.
- Мы в безопасности пока они рядом, Гейл. Этот инцидент вчера... это был шанс один на миллион. Обычно такие проникновения замечают сразу, но в этот раз, я чувствую, призрака заставили молчать. Я поговорю с теми кто обитает на улицах, пока ты подкрепишься, и мы отправимся в казино. - ещё шаг вперед. Его рука коснулась её предплечья, надежно укрытого толстой кожей той самой куртки, которая несла на себе отпечаток памяти об Атланте. Стиль Гейл очаровывал и говорил о ней много, слишком много: повседневная одежда Курцио, напротив, должна была помочь ему выглядеть как человек-которому-можно доверять. Искренность Гейл порой обезоруживала и ставила в тупик его, привыкшего выбирать обходительные формулировки и прятать эмоции. Но сейчас нельзя было потерять самообладание в ответ, это слишком важно для нынешней ночи. -Тебе нечего бояться. Я точно помню что моя знакомая по Атланте, Барбара, помогла тебе в бою с Хиртом в тот раз. Она обладала особым даром - могла не дать его ранам затянуться. Не знаю как она этот делала, помню что ей помогали в этом другие духи, но факт: во многом мы победили благодаря этой старой женщине. Я отблагодарил её, исполнив последнюю прижизненную волю. Никогда не рассказывал тебе это, но думаю что теперь пришло время. Они всегда помогают нам, потому что мир полон чудовищ, и я помогаю им - потому там они тоже ведут свою борьбу за выживание. Это наши друзья, Гейл. - он обнял её. - Мы все мертвы. Но это не значит что мы полные чудовища. Не бойся: за окном нас ждёт старая подруга.
Он надеялся что Гейл догадается сама, и попытался обнять её крепче. Рык мотора старого Chevrolet Camaro узнавался слишком хорошо - в нем отчетливо слышались нотки чьего-то голоса.

[nick]Curzio Giovanni[/nick][status]Neonate[/status][icon]https://imageup.ru/img212/3897034/f0e300bf06d0.jpg[/icon][lz]<a class="lzname">Курцио Джованни</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">
Tu ragazzo dell'Europa
tu non perdi mai la strada
tu che prendi a calci la notte
</div>[/lz]

Отредактировано Artemis (17.04.22 12:06:31)

+2

21

[indent] Слишком часто повторялся этот сценарий, что лишь усиливало отчаяние Гейл при его очередном воспроизведении - отчаяние, порожденное бессилием. Снова все упиралось в ее страх показаться слабой, беззащитной, уязвимой. Возможно, Курцио мог бы защитить ее, но ее бы это никогда не устроило, себя защищать было положено только ей самой. Но что могла сделать она с теми, чей облик никогда бы не различила в пустоте, ощущая лишь искаженное эхо их присутствия в одном тесном помещении и упиваясь приступами собственной паранойи? Подобная загнанному в угол дикому зверю, Гейл начала медленно дышать, исполняя свой давний ритуал, что из раза в раз помогал ей в борьбе за контроль над собственным немертвым телом. Будучи проклятой, как и другие сородичи, она не нуждалась в кислороде, но все же продолжала имитировать дыхание, пускай в ее случае дело заключалось не только в поддержании проклятого Маскарада. Дыхательный процесс являлся напоминанием о человеческом начале, на нем так же было легко удерживать внимание, тем самым отвлекаясь от истоков ярости, взывавших к таившемуся в темных уголках души зверю. Ни разу Гейл не говорила об этом Курцио, но тот наверняка замечал, как учащалось ее дыхание в те моменты, когда она была близка к безумию, и лишь такой же проклятый мог понять что за этим стояло на самом деле.
[indent] Со временем его голос так же начал вытягивать ее разум из цепких лап зверя, производя на нее успокаивающий эффект. Порой Гейл подозревала Курцио в злоупотреблении одной из его клановых дисциплин, но вскоре обнаружила, что в случаях, подобных этому, не могла его винить, вместо этого ей полагалось благодарить его. Любому другому она бы переломала кости, если бы тот позволил коснуться ее в столь критический момент, но от прикосновения Курцио болезненное напряжение в теле напротив начало стремительно спадать. Внешние звуки казались приглушенными, словно у Гейл заложило уши, но с каждым словом голос некроманта все успешнее пробивался сквозь пелену. Следом бывшая чистильщица обнаружила себя в мужских объятьях и даже не ощутила необходимость вырваться из них, вместо этого в сознании зародилось иррациональное желание прижаться сильнее и обмякнуть в его хватке, что она и сделала без особых раздумий, выдохнув с трепетом. Впервые за столько лет в ночи страх проявить уязвимость будто бы перестал иметь значение, позволив ей тем самым найти удовлетворение и успокоение в такой, казалось бы, простой и человечной вещи, как вцепиться в близкого, будто за спасательный круг. Обычно эту функцию брала на себя Гейл, но этой ночью Курцио подарил ей возможность почувствовать его защиту, о чем она тайно желала, хотя сама об этом не догадывалась до сей поры.
[indent] - Ладно, - угрюмо буркнула она в привычной ей манере, чуть согнувшись, чтобы уткнуться в его плечо и спрятать от него свое лицо. Пауза - ее руки сошлись за его спиной, но не сжали в объятьях, чтобы не причинить вред. - Тебе я верю, Курцио. Всегда буду верить - тебе, а не им. И положусь в таком случае только на тебя. Если ты говоришь, что мне не стоит видеть в них угрозу, то я поверю тебе на слово.
[indent] В глотке снова разлилось жжение от пробужденного манящим запахом некроманта голодом, но в ответ на свои низменные позывы Гейл вновь продемонстрировала сдержанность и отстранилась. Позволять ему выпускать себя из объятий совершенно не хотелось, однако слишком долго заигрывать с собственной природой они не могли. Выражение ее лица смягчилось после его утешений, на губах даже застыла признательная полуулыбка, предназначенная лишь ему и лишь в приватной обстановке. Тогда Гейл позволила себе не отводить взгляд сразу же, а вместо этого полюбоваться столь притягательными чертами его лица, на которых уже проступила до того скрываемая им печать проклятья. Облаченная в кожаную перчатку ладонь будто бы сама протянулась к нему, чтобы пальцами едва ощутимо пройтись по его бледной щеке. Не чувствовалась в ее ласке былая грубость, на смену ей пришла неведомо откуда взявшаяся нежность, на которую только была способна женщина, владевшая Могуществом на таком уровне. Порыв сей оказался недолгим, но даже в таком случае он должен был задержаться в памяти обоих.
[indent] - Нам пора выдвигаться. Слишком много нужно успеть до рассвета, - с готовностью отчеканила Гейл, лицо которой моментально сделалось строгим, как если бы она вновь накинула ту самую маску суровой чистильщицы. Словно ничего необычного для нее в этой комнате не происходило вовсе, словно она сама была готова позабыть обо всем и просто двигаться дальше, как ни в чем не бывало - защитный механизм, что зачастую отвращал ее саму. Тяжелым и стремительным шагом Гейл Пирс двинулась на выход из спальни, едва не снеся дверь одним легким движением руки, что чуть ли не вынудило стоявшего снаружи Райана подпрыгнуть на месте. Не глядя на своего гуля и проходя мимо него, она лишь бросила ему беспрекословным тоном: - Пока нас нет, можешь отдохнуть, Райан.

[nick]Gale Pierce[/nick][status]memento mori[/status][icon]https://imageup.ru/img225/3914202/sarah-brannon2.png[/icon][lz]<a class="lzname">Гейл Пирс</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">If you don't stand for something, you'll fall for anything.</div>[/lz]

Отредактировано Nemesis (15.05.22 20:46:28)

+2

22

[indent] Вопреки опасениям зазнавшегося Джованни никто, кроме разве что его ручных мертвецов, не посягнул на их с Гейл приватность. Из чистого уважения к ней - не к гнившему изнутри богомерзкому некроманту - Райан постарался занять себя чем-нибудь, чтобы просто убить время и отвлечь себя от едва достигающих его острого слуха отголосков их разговора. Да и без учета его преданности домитору, ему совершенно не хотелось знать, о чем эти двое могли говорить наедине столько времени. Лучше вообще не думать о том, как этот тип прикасается к ней, шепчет ей на ухо свою ложь, затягивает в тщательно сплетенную его кланом сеть интриг, погружает клыки в ее плоть... В этот момент Райан все же едва не сорвался, но вовремя зажмурился и отогнал прочь навеянные ревностью образы. В такие моменты он ненавидел себя за подобные мысли, ведь он столько лет убеждал себя в том, что уже со всем смирился, что его все устраивало, что ему не хотелось претендовать на что-то. Но... незадавшаяся беседа с Джованни будто вновь пробудила в нем давно затаенный гнев, подогреваемый кровью, что несла в себе не только силу, но и отпечаток проклятья клана Бруха. Любое слово могло заставить гуля наброситься на неудачливого каинита, который слишком много болтал, лишь ее пробуждение заставило их разойтись мирно.
[indent] Если бы Гейл только знала о том, как ее любовничек нарывался из раза в раз, вряд ли она бы осталась настолько же благосклонной к нему. Однако Райан молчал о таком, поскольку беспокоился за ее благосостояние - ему не хотелось лишний раз нервировать домитора своими жалобами, ведь ей и без того хватало забот в последние ночи. Не сказал бы он, что минувшие годы оказались хуже Атланты - напротив, было отрадно видеть Гейл свободной от кровавых расправ над нарушителями Традиций. Лишь казавшаяся бесконечной погоня за старыми врагами отравляла их общее существование, что не могло не сказываться на ней. И хотя поначалу складывалось такое впечатление, будто некромант доставлял одни лишь хлопоты, все же Райан согласился терпеть его надоедливое присутствие, ведь тому удалось скрасить одиночество Гейл, как никому другому. За это отчасти гуль был благодарен, хотя никогда не сказал бы это Джованни прямо в лицо.
[indent] Голоса за дверью спальни притихли, что привлекло внимание даже рассеянного от усталости хакера, который держался лишь на энергетиках, поскольку за последние сутки ему было позволено сомкнуть глаз всего на пару часов. Аккуратно и практически бесшумно он сумел подойти к двери, понадеявшись понять суть происходящего за стеной. Состояние его неизбежно сказывалось на внешнем виде: вечно присутствовавшие на его бледном лице темные круги под глазами стали шире и глубже, благодаря чему он отчасти даже походил на немертвых. Однако он рассчитывал на то, что этой ночью ему дозволят в очередной раз доказать свою пользу, чего он искренне жаждал, так как лишь этим мог заслужить искупление за свои грехи. Ценившая прежде всего свободу и независимость Гейл не могла не сожалеть о том, что сотворила со своим слугой, отчего тот с большим отчаянием стремился показать ей, как ценил дарованную ему возможность спасти свою душу.
[indent] Дверь с треском раскрылась нараспашку, чуть ли не сорвавшись с петель, столь неожиданно, что гуль едва удержался от того, чтобы отскочить в сторону, дабы не оказаться на пути своего домитора. Невероятная сила Гейл неизбежно вызывала страх не только у ее противников, но и у ее союзников, если только те не были старше ее в несколько раз, как в случае ее сира или же той старомодной затворницы из клана безумцев, не раз приходившей им на выручку. Шабашит Хирт также не демонстрировал страха перед ней, поскольку их силы были равны, ведь они принадлежали одной крови, но Райан сохранял уверенность в том, что этого самоуверенного выродка ожидала расплата за то, что тот когда-то посмел недооценить ее. Более того, хакер надеялся на участие в скорой расправой над заклятым врагом своего домитора, да только надежда та была разбита одной лишь беспощадной фразой, настигшей его слух подобно грому среди белого дня. И хотя таким тоном она говорила лишь тогда, когда не терпела возражений, все же забившаяся в груди причудливая смесь отчаяния и злости подтолкнула его к тому, о чем он минутой ранее и помыслить не мог.
[indent] - Ч-что?! Но я... - хотел было уже возразить Райан, но тут же словил на себе тот самый взгляд Гейл, которым она смеряла нарушителей Традиций, будучи чистильщицей. Одним своим холодным и хищным взглядом она могла с легкостью заставить всякого слабее нее замереть в страхе перед ее силой. Прежде его это восхищало, даже когда ему самому приходилось испытывать это на себе, но на сей раз почему-то его охватило возмущение и раздражение, которое моментально проступило на его лице гримасой. К счастью, к тому моменту Гейл вновь отвернулась от него, чтобы пройти в коридор, однако зрелище это попалось на глаза уже Курцио. - Какой в жопу отдых, когда я могу помочь!
[indent] - Ты в зеркало-то смотрелся вообще? Сейчас ты больше походишь на мертвеца, чем мы, - раздалась из коридора ее жестокая усмешка. Тихо фыркнув, Райан поднял глаза на ненавистного ему некроманта с мольбой во взгляде, в котором читалось явное: "Сделай что-нибудь, гнилая ты мразь! Ты же так любишь использовать других в качестве инструментов, так сделай же это снова!"

[nick]Ryan Atkins[/nick][status]#тыжпрограммист[/status][icon]https://imageup.ru/img191/3806646/ezgif-4-392ed4b0f52e.gif[/icon][lz]<a class="lzname">Райан Эткинс, 34</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">Circles in circles I go around, looking for something that can't be found.</div>[/lz]

Отредактировано Nemesis (17.05.22 14:40:14)

+2

23

Узы крови. В этих апартаментах о них думали все трое, и Курцио прекрасно понимал отчего взбеленился гуль, этот смертный сторожевой пёс Гейл. Любой Джованни, одарённый доверием в молодости, знает о чувстве ревности к домитору, жажде внимания и потребности выслужиться, доказать свою верность. Любой, испытавший Поцелуй Доверия, помнит какую боль приносит игнорирование этих чувств. Они оставались инструментами, несмотря ни на что. Среди тех кто отбирает потомков для Становления, нет добрых дедушек и бабушек в навеки застывших моложавых телах. Нет, это точно такие же чудовища как и все остальные - генеалогическое родство с гулем для них оставалось лишь хорошим подспорьем и гарантией верности. Это практично и выгодно.
И чудовищно грязно, потому что Узы - это всегда замена любви для проклятых. Живые умеют любить, им не нужно подкреплять это чувство с помощью витэ, и тогда физическая страсть обращается против гулей. С этого началась мерзкая репутация Семьи.
Курцио осознавал это столь отчётливо, что не мог не поморщиться брезгливо от выпада теплокровного животного, скотины, которая явно пускала на Гейл слюни. Преисполненный отвращения, некромант процедил:
- Ты поможешь если останешься здесь! - он позволил себе повысить голос и  размашисто ткнуть пальцем в Райана, уже находясь у двери. Лицо исказила гримаса недовольства, отчётливо дающая знать о глубоком недоверии, губа обнажила прижизненный паралич. - Мы разбирались с этим без тебя. Я не хочу ставить под удар живого человека, и я позабочусь о том чтоб охрана патрулировала этаж. На всякий случай. - ручка двери с щелчком повернулась, и Джованни смягчил тон. - Ради любви Господа, ты суёшься не в тот бой. Мы будем разговаривать с кем-то намного, намного старше, и этот кто-то не очень любит живых людей со стороны. Мне не хочется думать что по нашей вине ещё кого-то превратят пакетик красного чая. На этих улицах и так слишком много подозрительных смертей, хоть Ротштейны уже не распускают руки так же как сорок лет назад. Мы уходим, Райан. Будь на связи. Ключи от квартиры оставляю тебе.
Связка ключей упала на обувной пуфик, и дверь захлопнулась, провожая два тёмных силуэта в подрагивающем свете бледно-жёлтых ламп. Они должны были спуститься в лифте, давно приготовленном для спуска:  ни один смертный не должен был оказаться внутри.
- Я скажу охране приглядывать за ним. Я знаю что скорее всего этот парень для тебя важен, но я не позволю ему мешаться под ногами. Пусть занимается для тебя техникой. Я никогда не видел его за работой, но... что он вообще для тебя делает? - брови поднялись в смутном недоумение, и Гейл, спускаясь в лифте, могла почувствовать что их уже ждут внизу. Люди в форме частной охраны, до боли точно пародирующей полицейскую, смертная гвардия Джованни - те кто надеется получить Поцелуй Доверия и возможно даже не подозревает о том каковы их наниматели на самом деле. Покорная паства, мыслящая себя стаей волков. Нет, человек с оружием на улицах Вегаса - ещё не хозяин жизни. Городом правит тот, кто держит больше фишек, а не патронов.
- Hai fatto un casino. Abbiamo bisogno di pattuglia al mio piano. Мы ещё вернёмся сюда за человеком, оставшимся дома. Глядите в оба.
Они не говорили некоторое время, пока возле стойки консьержа собирались несколько невыразительных людей  с револьверами непозволительно крупного калибра. Охрана не смотрела Курцио и Гейл в глаза, потому что все знали что смотреть прямо на Джованни нельзя. Так можно запросто лишиться рассудка или чего-то даже важнее.
Металлические двери открылись просто, нажатием кнопки. За витой решёткой забора, возвышающегося как ряд острых пик, впившихся в небо, стоял чёрный автомобиль без водителя. Он гудел заведённым мотором как грузовик, несмотря на габариты - американский автопром никогда не экономил на мощностях двигателей, думая что бензин в мире, наверное, бесконечен. В этом Camaro было что-то до боли знакомое... и оба быстро смекнули отчего, когда из машины донеслись помехи, перемешанные с музыкой на неизвестной радиоволне:
- Tu ragazzo dell'Europa
tu non perdi mai la strada
tu che prendi a calci la notte

Голос с той стороны Савана, приветствующий старых спутников.
- Самое время поговорить о наших спутниках. Если помнишь, это Катерина. Она спасала нас не раз и не два. Я в давней дружбе с ней, и думаю что она будет длиться ещё долго, потому что я посредственный водитель. Сегодня она подвезёт нас к станции переливания крови, а потом и в "Венецианца". Я бы с удовольствием послушал для чего ты держишь Райана. Это ведь для дневной охраны?.. - он вопросительно приподнял бровь, открывая перед Гейл дверь в салон. Машина радостно откликнулась гудком, приглашая Гейл внутрь.

[nick]Curzio Giovanni[/nick][status]Neonate[/status][icon]https://imageup.ru/img212/3897034/f0e300bf06d0.jpg[/icon][lz]<a class="lzname">Курцио Джованни</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">
Tu ragazzo dell'Europa
tu non perdi mai la strada
tu che prendi a calci la notte
</div>[/lz]

Отредактировано Elyon Andras (10.05.22 14:38:33)

+1

24

[indent] В какой-то момент во взгляде Гейл даже проступила жалость при виде охваченного отчаянием Райана, где-то в глубине души вновь пробудился стыд за то, что она стала причиной его помешательства, которое неминуемо сводило его рассудок к полнейшему безумию. Рабство в любом проявлении вызывало у нее невыносимое отвращение, принципы не позволяли сделать исключение и для себя. Становилось тошно от этой картины, когда в очередной раз настигало осознание собственной вины, поэтому Гейл и поспешила удалиться в коридор, лишь бы не видеть... Она уже собралась в привычной ей манере жестко завершить разговор, но вместо этого она еле заметно вздрогнула, когда внезапно повысил голос не кто иной, как Курцио. Этого оказалось достаточно, чтобы заставить всех замолкнуть, удивление застыло на ее лице - она даже не могла припомнить, когда в последний раз видела его в подобном состоянии, потерявшим самообладание.
[indent] - Достаточно! - с явным недовольством бросила Гейл, сузив глаза и насупившись. - Идем, - пальцы ее ощутимо вцепились в плечо Джованни, чтобы утянуть за собой к выходу. Как только тот ступил за порог апартаментов, она в спешке захлопнула входную дверь, как если бы ее совсем не волновало, успел ли ее спутник последовать за ней. Так они и устремились до самого лифта - Гейл торопилась и шла впереди Курцио, не позволив ему поравняться с ней до тех пор, пока они не зашли в лифт.
[indent] Дальнейший выпад Курцио оказался ожидаемым, однако она все же надеялась избежать подобного рода разговора. На словах "этот парень для тебя важен" ей даже не удалось сохранить лицо, которое моментально исказила гримаса отвращения. В напряжении поджав губы, она глянула на Курцио исподлобья, выдержав выразительную паузу так, словно его слова показались ей полнейшим бредом, который она не желала как-либо комментировать. Иррациональные порывы некроманта выдавали его с головой, в его голосе так и сквозила ядовитая смесь обиды и ревности.
[indent] - Ты что, в самом деле хочешь поговорить об этом сейчас? - процедила сквозь зубы Гейл перед тем, как двери лифта раскрылись перед ними. На первом этаже сей разговор не мог продолжаться, поскольку требовал он прежде всего приватности. Смертные охранники были слишком привязаны к клану Джованни, чтобы при них можно было позволять себе вольности, даже если сами по себе они были недостаточно компетентны для того, чтобы в полной мере понять происходящее между двумя сородичами перед ними. - Всему есть свое место и время, - тихо прошипела она, на сей раз уже пропуская Курцио вперед.
[indent] Пришлось сунуть инстинктивно сжатые кулаки в карманах в желании показаться чуть менее опасной, хотя, судя по повисшему в воздухе напряжению, в жаждущих признания глазах смертных она не могла не представлять что-либо помимо угрозы. По этой причине Гейл шла позади Курцио и не вмешивалась в разговор, чтобы лишний раз не провоцировать охрану. Лишь так она могла выбраться из этой ловушки, в которую столь опрометчиво полезла по своей воле, лишь бы увидеться с ним, тем самым подвергнув себя опасности. Бросив несколько мимолетных взглядов на охрану, она в первую очередь обратила внимание на их вооружение. Контролировать ситуацию мог лишь сам Курцио, тогда как Гейл должна была играть роль гостьи, проявлявшей уважение к хозяевам домена. Иначе ей грозила расправа прямо на месте, и даже прикованный к ней кровавыми узами некромант не сумел бы спасти ее.
[indent] Когда они вышли на улицу, легче так и не стало, потому как впереди ее ждало неизбежное воспроизведение данной ситуации уже в стенах "Венецианца". Чуть пройдя вперед, Гейл ненадолго прикоснулась к револьверу под своей кожанкой - оружие в руках умиротворяло, даже если в нем не было необходимости. На этот раз они с Курцио уже шли вровень, направившись к приметному черному автомобилю, чей рев двигателя заглушил даже звуки их шагов. Тогда напряжение, что пронзало насквозь тело бывшей чистильщицы, спало, ибо никогда прежде она еще не была так рада привлекающему излишнее внимание шуму.
[indent] - Помню, конечно, - с ухмылкой подтвердила Гейл, протянув руку к крыше автомобиля, чтобы погладить. В глазах ее застыла немая благодарность, природу которой Курцио бы ни за что не понял, потому что и знать не мог о наличии уговора между ними. Присутствие обитавшей в механизмах Катерины являлось ощутимым, поэтому какой-то контакт с ней все же удавалось наладить, невзирая на неспособность Гейл к некромантии. Точно так же она коснулась пристанища призрака перед самым своим отъездом, когда попросила ту позаботиться о Курцио.
[indent] Некромант же внезапно обступил Гейл, чтобы следом открыть перед ней дверцу, взглядом приглашая внутрь. Недоумение отразилось на ее лице, в ответ на все эти неуместные по ее мнению джентельменские замашки с его стороны она по привычке закатила глаза. И все же отчасти его попытки поухаживать за ней все же отзывались оживавшим в такие моменты теплом в груди. Разместившись в салоне, Гейл даже не сдержала пары смешков, когда уловила знакомые мотивы из магнитолы. Эту же песню Катерина поставила для них в ночь их первой встречи, чтобы подколоть Курцио.
[indent] - М? Райан волнует тебя настолько? - насмешливо поинтересовалась бруха. - Ты думаешь, я подсадила его на свое витэ, потому что у меня были какие-то планы на него? Брось, как будто ты не знаешь, с кем говоришь, - она старалась звучать непринужденно, однако с каждым словом горечь все сильнее пробивалась в ее речи. Напоследок Гейл вовсе отвернулась от Курцио к окну, чтобы спрятать от него свое лицо, с которого вот-вот могла в очередной раз рухнуть ее маска. - Мне не нужны рабы... Я просто хотела спасти его.

[nick]Gale Pierce[/nick][status]memento mori[/status][icon]https://imageup.ru/img225/3914202/sarah-brannon2.png[/icon][lz]<a class="lzname">Гейл Пирс</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">If you don't stand for something, you'll fall for anything.</div>[/lz]

Отредактировано Nemesis (10.05.22 21:50:42)

+1

25

Было приятно вновь оказаться за рулем. Курцио никогда не думал что может привязаться к этому ощущению, особенно будучи давно мёртвым. Его никогда не интересовали автомобили, и необходимость перетаскивать собственное тело с места на место всегда казалась досадным неудобством. Жаль что для этого нужны такие шумные и грязные конструкции. От вождения или поездки пассажиром сложно получить удовольствие, дорога всегда приносит куда больше дискомфорта и тревоги чем хотелось бы, особенно теперь. Каждая поездка в нынешние ночи сопряжена с риском нарушения Маскарада: влиятельные сородичи держат гулей-водителей, но что делать рядовому служителю? Пользоваться такси, на которое может не быть денег? Ездить в метро или автобусах, которые перестают ходить к ночи? В первые часы после пробуждения наводнённые уходящими с рабочих мест людьми проспекты и общественный транспорт особенно опасны. Запах пота, биение сердец и живое дыхание дразнят голод, и довольно часто неонаты срывают тонкий покров Маскарада едва почувствовав себя в относительной безопасности. Конечно, в городе за тобой всегда пристально наблюдают. Не только люди: иные обитатели этого мира тоже желают утолить свою жажду, пусть и не похожую на ту что испытывает сородич. Джованни прекрасно осведомлены о существовании изнанки мира, ведь за ними постоянно следуют бесплотные спутники. Когда Катерина, призрак давно умершей девочки из старого Fiat,  освоила управление другими машинами, всё стало легче: Курцио почувствовал что заботясь о механизме, он заботится о её комфорте. Этот навечно застывший дух ребёнка желал играть, порой игры были слишком жестокими и её заносило, но куда чаще девочка спасала их с Гейл от опасности, притаившейся за поворотом. Некромант улыбнулся, нажав на газ и вырулив на шоссе. Он слушал Гейл и не мог не отметить для себя, что она в очередной раз пытается подчеркнуть разницу между ними. Эта привязанность к гулю должна была напугать, и Курцио с некоторой долей беспокойства взглянул на чистильщицу, теряя улыбку:
- Так я не единственный спасённый тобой красивый молодой человек? Довольно неприятно быть вторым в твоём списке. - их обогнал красный Lamborgini, шумно разрезавший воздух прямо под ухом так, что Курцио поморщил и едва не выпустил клыки, стиснув зубы. -Merda! Ненавижу эту сторону Вегаса. Не понимаю куда смотрит полиция. Рекомендую надеть очки на Стрипе, потому что этот электрический свет просто ужасен. Наверное, будь я здесь в молодости, то долго лечил бы глаза. Когда был гулем, имею в виду. - мотор Катерины рыкнул, словно пытаясь предупредить о том, как опасна эта тема. Но он продолжал. - Старейшины моей семьи используют гулей и призраков для омерзительных вещей. Порой домитор и Сир - разные люди. Это практично, потому никто в таком случае не испытывает сильных Уз. Однажды, возможно, ему придётся принять Становление, потому что я вижу в нём твоё влияние. Надеюсь, тогда я не отойду на второй план? - нотка ревности всё-таки прорезалась в его тихом, приятном голосе, как высокая нота. Машины сновали на трассе в большом количестве, и нельзя было потерять концентрацию на дороге. Тихая пауза, последовавшая за этим заявлением, прервалась его моментальным:
- Не отвечай. - взмах ладонью, импульсивный как будто прогонял морок. На живом, смугловатом лице Джованни проступило разочарование, природу которого можно было легко понять всякому, кто испытывал на себе действие витэ. Драгоценная проклятая кровь затмевала разум, привязывала к одной-единственной мысли: обожанию регнанта. Раб не может перестать думать о Гейл, даже если она принудит его отвязаться. Мысль об этом сквозила в каждом движении напыщенного венецианца в деловом костюме, всегда говорившего заискивающим, предлагающим тоном - Станция переливания крови в одном квартале отсюда, едва мы выйдем в центр. Одна и та же неотложка в разных местах, координаты есть у меня на смартфоне. Если захочешь можем
заглянуть на бои со ставками ближе к казино Башни, за кулисами можно отыграться на бойцах. Там есть несколько привязанных к укусу, даже такому как у меня. Ещё сегодня концерт Uriah Heep, начинается через двадцать минут. Могу подождать тебя у чёрного хода,  я слышал что парочка местных тореадор держат снабженца в амфитеатре. Город просто прекрасен в этом смысле, прокормит тысячи.

Бьющие по глазам неоновые вывески приближались, сливаясь в одну сплошную какофонию цвета без силуэта. Курцио не смотрел на эти пылающие стены, а ждал ответа, как никогда сосредоточенный на дороге.

[nick]Curzio Giovanni[/nick][status]Neonate[/status][icon]https://imageup.ru/img212/3897034/f0e300bf06d0.jpg[/icon][lz]<a class="lzname">Курцио Джованни</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">
Tu ragazzo dell'Europa
tu non perdi mai la strada
tu che prendi a calci la notte
</div>[/lz]

Отредактировано Elyon Andras (15.05.22 22:24:39)

+1

26

soundtrack

[indent] От порожденной ревностью злобы Курцио сам воздух в салоне автомобиля наэлектризовался, сдавив омертвевшие ткани легких изнутри. Разочарование в его взгляде вызвало доселе забытое чувство, что разрывало изнутри даже холодное от проклятья сердце Гейл. Она моментально скорчилась, как после сокрушительного удара Хирта, которым тот с легкостью повалил ее на землю лет пять назад той роковой ночью в опустевшем парке Атланты, где они угодили в уготованную им шабашитами ловушку. Обычно в присутствии Курцио она чувствовала себя чуть живее, однако впервые за долгое время он стал напоминанрем о непрерывном гниении ее души, из-за чего все ее естество словно содрогнулось в панике. Некромант продолжал сокрушаться из-за своей пагубной привязанности к Гейл, позабыв о том, что точно так же привязал к себе и ее и обладал властью над ней. Бывшая чистильщица смотрела на него широко распахнутыми глазами, что предательски обнажили ее боль, которую он только что причинил ей.
[indent] - Что? Да как ты можешь так говорить... Ты действительно такого мнения обо мне? После всего, что я сделала для тебя?! - раздался разрывающий глотку рык, после чего она импульсивно взмахнула обеими руками и без особых усилий проделала вмятину в бардачке перед ней. - Позволь напомнить тебе, что я рисковала не только положением, но и собственной шкурой ради тебя! Да, я пыталась отдалиться после Атланты, но только потому что думала, что так будет лучше и для тебя тоже! Думаешь, мне просто смотреть в глаза тебе, да и Райану тоже, зная, что именно одним своим присутствием в ваших жизнях лишаю вас будущего? Как я могу при всем при этом не испытывать отвращение к себе?! В чем конкретно ты меня обвиняешь, Курцио? Я бы никогда не становила Райана! И я бы не стала искать замену тебе, потому что я бы никогда не захотела снова поступить так с кем бы то ни было! Но это не значит, что ты не важен для меня, даже напротив! Я бы хотела и сама пристраститься к твоему укусу - настолько я доверяю тебе! Настолько ты важен для меня, пускай ты скорее всего и станешь причиной моей гибели так же, как и я стану причиной твоей!
[indent] Только тогда Гейл заметила, что раздававшаяся из магнитолы песня резко оборвалась, из-за чего замолкла сама. Ей стало стыдно за то, что она позволила себе сорваться при свидетеле, особенно при Катерине, к которой все же испытывала симпатию, пускай и презирала прочих духов, что вечно вились вокруг Курцио. Слишком эта ссора напомнила ей те моменты, когда она забирала сестру к себе в комнату, чтобы они обе могли отвлечься от ругани родителей и не бояться криков взрослых. Кулаки ее оказались сжаты чуть ли не до посинения, но все же ей удалось сдержаться и не разнести весь автомобиль изнутри хотя бы из чувства уважения к призраку, что выручал ее не раз на протяжении последних пяти лет.
[indent] - Какие в жопу могут быть сомнения после всего, через что мы прошли?.. - задалась она вопросом, вновь отвернувшись к окну, лишь бы не видеть больше недовольную гримасу на лице Курцио и разочарование во взгляде его темных глаз, подобных завлекающей бездне, ведь одного этого оказалось достаточно для того, чтобы разбить сердце ей, бывшей чистильщице, которая своей твердой рукой несла погибель нарушителям Традиций, не ведая пощады. При мысли об этом меньше всего ей хотелось позволять ему смотреть на свое обнаженное лицо, с которого ему в очередной раз удалось сорвать маску. Сложив руки на груди, Гейл ощутимо вцепилась пальцами в свои же плечи, невзирая на плотный слой кожи ее куртки. Губы ее скривились, а ноздри раздулись от раздражения, в то время как брови оказались плотно сведены вместе, образовав глубокую морщину над переносицей. - Это просто возмутительно. Чего ты, блядь, от меня хочешь? Я же не требую, чтобы ты ушел от своей семьи и был предан лишь мне. Я не Изабель, Курцио! Я всегда уважала тебя и твои интересы, но в то же время ожидала какой-то взаимности. Видимо, я ошибалась, - последнее предложение прозвучало с невиданной ей на протяжении долгих десятилетий горечью, что многократно усиливала все терзавшее глотку жжение от жажды. Казалось, на сей раз ничто не могло восполнить вновь образовавшуюся в душе пустоту, как бы сильно Курцио ни старался бы сгладить углы.

[nick]Gale Pierce[/nick][status]memento mori[/status][icon]https://imageup.ru/img225/3914202/sarah-brannon2.png[/icon][lz]<a class="lzname">Гейл Пирс</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">If you don't stand for something, you'll fall for anything.</div>[/lz]

Отредактировано Nemesis (02.07.22 17:40:18)

+1

27

Невозможно заставить пожар утихнуть, плеснув воды из кружки. И нельзя утихомирить Бруху, если она уже поддалась на призывы Внутреннего Зверя к Безумию. Курцио едва не ослабил хватку на руле, когда услышал глухой, резкий удар по пластику, и взмолился про себя чтоб крик Гейл не перерос в вопль ярости. Это ужасная участь - оказаться в замкнутом пространстве один на один с чудовищем, способным разрывать металл, крошить кости и пробивать  стены. Кости некроманта уже испытывали на себе удары такой силы в те, кошмарные ночи пригорода Атланты, и по этому было сложно испытывать ностальгию.  Он вдавил педаль газа до упора и обогнал фуру, за которой до сих пор так медленно плёлся, боясь ехать быстрее. Сейчас было не до страха привлечь внимание, не до осторожности - все самые глупые, опрометчивые слова уже были сказаны, и нужно было справиться с последствиями.
- Perbacco! - Курцио косо взглянул на неё, стараясь услышать за шумом мотора слова тирады. Скривившиеся губы явно свидетельствовали о страхе, и танцующие на руле пальцы выдавали ещё сильнее. Он испытывал страх. Боялся её силы и едва ли понял где именно наступил на больное. - Что это такое? Santa Madre di Dio, я всегда подвергаю сомнению всё что мне кажется ненадёжным. Я вижу как он смотрит на меня, как высказывается и ревнует. Что я должен думать? Молча смотреть как ты пестуешь себе наследника? Да ни за что, но спасибо что открыто сказала что не имеешь таких планов. Если ты не забыла, наше знакомство началось с того что меня заставили убить человека, а ты должна была за это вычистить меня из города. Мы ведь оба понимаем что в любой момент всё может вернуться к этому. - Курцио резко вырулил, когда она начала вперилась в него взглядом этих холодных, теперь покрытых кровавой сеткой голубых как лёд глаз. Её напряжённая шея вытянулась, белоснежные, - как она умудрялась при жизни держать их в таком состоянии? - зубы стиснулись, обрамлённые нежной рамой розовых губ. Ему нравилось в этой женщине всё, даже то что она давно мертва и может убить легко, играючи - это был риск, который придавал Гейл достоинства. Джованни чувствовал что они друг друга стоят, и любая из их претензий весома, высказана не впустую. Шипение шин по асфальту на съезде прямо к Стрипу, шумному и вечно бурлящему. Он гнал туда, чувствуя что если эта склока перерастёт в приступ взаимного безумия, то нарушить Маскарад стоило бы по-крупному, так чтоб весь город говорил о том как они прикончили друг друга.
- Я хочу чтоб ты поела, успокоилась и взяла себя в руки, пока мы не разнесём сначала Катерину, а потом и весь грёбаный Стрип, все эти убогие неоновые вывески. Прикончим пару наркоманов, потом приедет полиция, вертолёты, Шабаш, - мы ещё продержимся, - но потом пригонит SWAT, и окажется что у них давно на вооружении колья, которые они засовывают в задницу ссорящимся парочкам. Merda, ничего я от тебя не хочу! Хочу чтоб ты была спокойна и счастлива, а не страдала от Уз со мной! - пешеход перебегает на красный свет. Идиотский поступок очередного вегасовского кутилы, лицо которого было трудно разглядеть в свете фар. Курцио вдавил тормоз, с визгом и дымом заставив Катерину тормозить. Camaro с рёвом отозвалась на приказ, и Джованни понимал: если бы эта машина не принадлежала призраку, всё закончилось бы гораздо, гораздо хуже.
- Deficento! - Курцио открыл окно машины и проводил взглядом молодого чернокожего мужчину, который уже убегал со всех ног. За ним гналась полиция. -Тебя мать не учила что... Неважно! - он импульсивно взмахнул рукой и вернулся в салон, столкнувшись с Гейл взглядом. - Нет, мы не погибнем из-за наших Уз, мисс Пирс. Мы сдохнем из-за дегенератов, бросающихся нам под ноги, не понимающих на что мы действительно способны, загнанные в угол. Тебе не в чем себя винить. Это моя паранойя. - зелёный свет. Долгий переход толп зевак, спешащих в казино, чтоб просадить деньги. Откуда их сегодня так много? Какой-то праздник? У них точно есть деньги на то чтоб играть здесь, это ведь удовольствие не для простых смертных... но ответ был очевиден. Судя по одежде многих из ночных обитателей города, они были привязаны к кому-то. Можно было интуитивно опознать гуля или человека, подсевшего на Поцелуй. Вегас переполнен каинитами и их слугами, и однажды это аукнется миру волной крови, насилия и запустением. Среди песка появятся очередные руины, усеянные костями. - Ты не Изабель, нет. Тебя я... люблю. Меня становили в дурном обществе, и я привык думать что сородичи размышляют только о выгоде. Конечно же ты не строила планы против меня, прости. - он пошарил во внутреннем кармане, достал оттуда две небольших карточки со штрих-кодами. - Это тебе. Билеты на концерт нам, Ротштейны всегда дают такие вещи на крупные мероприятия, чтоб можно было прокормиться. Наверняка там будут твои соклановцы, я слышал что местный примоген обожает фанатов хард-рока.
Он позволил себе легко улыбнуться, наслаждаясь тем как тёмные, прямые волосы Гейл обрамляли её недовольное лицо. Она могла напугать любого взглядом этих огромных глаз, тяжёлой челюстью, но Курцио уже давно был не в числе тех, кто мог бы испугаться.
Вновь зелёный свет для трассы.

[nick]Curzio Giovanni[/nick][status]Neonate[/status][icon]https://imageup.ru/img212/3897034/f0e300bf06d0.jpg[/icon][lz]<a class="lzname">Курцио Джованни</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">
Tu ragazzo dell'Europa
tu non perdi mai la strada
tu che prendi a calci la notte
</div>[/lz]

Отредактировано Elyon Andras (15.05.22 22:25:31)

+2

28

[indent] Зверь разрывал Гейл на части, вдоволь насытившись ее злобой и отчаянием, которые она не могла позволить себе. Сжимая себя в собственной могучей хватке, не жалея своей плоти, она прикрыла глаза и зажмурилась, выгнувшись вперед и скорчившись от напряжения в попытках усмирить рвавшееся из нее чудовище, что являлось воплощением самой темной стороны ее души. Издав низкое рычание, она постаралась вслушаться в голос Курцио, какие бы слова он в тот момент ни произносил, чтобы тот вытянул ее сознание из вцепившихся в разум когтей внутреннего зверя. От всех этих усилий на ее лбу вздулась вена, и если бы она только могла, то непременно покраснела бы. Губы ее тем временем чуть приоткрылись, обнажив животный оскал плотно стиснутых зубов, в ряду которых выделялись выступившие клыки.
[indent] - Хочу, чтоб ты была спокойна и счастлива, а не страдала от Уз со мной! - сквозь наброшенную на сознание пелену кровавой ярости все же пробились слова, вес которых обрушился на нее подобно тяжести бетонных плит, из-под которых она едва выбралась после битвы за Атланту в нулевых. Ничто не могло принести мертвой душе ее столько радости и столько боли, даже губительные для сородичей силы огня и солнца не шли ни в какое сравнение. Гейл чувствовала, словно душа ее медленно догорала всякий раз, когда Курцио позволял себе настолько громкие слова.
[indent] Ей хотелось возразить в привычной ей манере, да только невовремя выскочивший на проезжую часть пешеход не позволил ей даже начать говорить. Глаза Гейл вновь широко распахнулись перед тем, как Джованни всем весом надавил на педаль тормоза - они оба ожидали столкновения, в результате которого совесть их снова оказалась бы запятнана гибелью очередного смертного, что неудачно попался под горячую руку. Однако Катерина не позволила этому произойти, поэтому им все же удалось резко остановиться. Правда, если бы двое сородичей не пристегнулись, то неизбежно вылетели бы через лобовое стекло. Удивительно то, как машина сумела выдержать, ведь встряхнуло их изрядно - Гейл даже ударилась затылком об изголовье своего сидения.
[indent] - Ладно! Если мы погибнем не из-за Уз, то твои отвратительные навыки вождения точно добьют нас! - процедила сквозь зубы она, наблюдая за тем, как убегает чудом спасшийся мужчина, преследуемый представителями закона. Чарующий голос Курцио потихоньку проникал в сознание, вынуждая прислушиваться к каждому слову и жаждать большего. Думая о своем положении, он часто забывал о том, какой эффект производил на нее сам и что его собственная кровь точно так же принуждала Гейл обожать его. Не в силах больше противиться его пагубной притягательности, она все же бросила на него взгляд с угрюмым видом. Завидев настолько запавшую в душу красоту его высеченных в алебастре черт, выражение лица и холодный взгляд Гейл моментально смягчились, хотя в них продолжила сквозить не до конца выпущенная злость на него.
[indent] Тогда с его манящих губ были выпущены роковые, непозволительные для сородичей слова, от которых кровь стыла в жилах Гейл, а душа возжелала воспарить. В ее глазах мелькнул страх, который моментально сгорел в пламени всепоглощающей страсти, ставшей результатами кровавых уз. Прикусив губу почти до крови, она инстинктивно постаралась отстраниться от некроманта, однако отступать ей было некуда. Приняв от него билеты, Гейл с недоверием прищурилась и заглянула ему в глаза, пытаясь уловить во взгляде его что-то, что свидетельствовало бы о его попытке одурачить ее своими сладкими речами. Однако не обнаружив ничего подобного, она убрала свой билет в нагрудный карман куртки, снова нахмурившись в подозрении.
[indent] - Л... любишь? - чуть не сплюнула она с этих слов, настолько неправильно они звучали. К тому моменту, когда она заговорила, они уже прибыли к месту проведения концерта, о котором все говорил Джованни. Когда шум двигателя затих, Гейл ненадолго задержала свой пасмурный взгляд на Курцио, прежде чем с тяжестью на сердце покинуть салон автомобиля. - Прости, Катерина. Не хотела навредить тебе, - уже снаружи решила извиниться она, ласково проведя пальцами по дверце, прежде чем отойти в сторону.
[indent] Им еще предстояло дождаться начала мероприятия, попасть на которое Гейл стремилась без особого желания. Ей не нравилось иметь дело с толпой в таком состоянии, однако не могла отступиться, когда так нуждалась в перекусе. К счастью, они оказались на нейтральной территории, где им было позволено охотиться, но это так же означало то, что они могли без труда наткнуться на конкуренцию. Пока излучавшие энтузиазм смертные стягивались у входа, Гейл молча решила закурить чуть поодаль, завороженно наблюдая за мигающей неоновой вывеской и собираясь с мыслями. Попытка ее была обречена на провал, ведь признание Курцио продолжало проигрываться в ее голове по кругу снова и снова, отзываясь дрожью в пальцах ее рук, что вскоре выронили сигарету на землю.
[indent] - Да чтоб тебя... - прошипела Гейл со змеиными нотками в голосе, после чего она наступила на сигарету и принялась безжалостно вдавливать ее в асфальт. В тот момент она ощутила чье-то присутствие поблизости, однако сразу поняла, что на сей раз нарушителем спокойствия стал не ее спутник. - Кто бы ты ни был, немедленно покажись, - потребовала она твердо, обернувшись но так и не заметив никого за спиной. Рука ее инстинктивно потянулась к револьверу и колу у нее под курткой, когда она поняла, что имела дело с сородичем, владевшим Затемнением. Незнакомец перехватил ее руку, продемонстрировав недюжинную силу, которая могла потягаться с ее собственной. Тогда перед ее глазами все же расступились тени, что до того момента укрывали подкравшегося к ней сородича, однако прохожие продолжали не замечать того, кто застал ее врасплох и продолжал удерживать.
[indent] - Не горячитесь так, мисс Пирс. Никакого злого умысла я не преследую, меня лишь попросили передать вам приглашение, - раздался бархатный мужской голос, что контрастировал с отвратительной внешностью его обладателя. Изуродованный своим клановым проклятьем, покрытый гнойными наростами, один из которых давил на его глазное яблоко, носферату потянул Гейл за руку, чтобы вложить ей в ладонь черный конверт. - Желаю вам насладиться этим вечером и своей трапезой, - протянул он, попытавшись подмигнуть, после чего отпустил ее и растворился в тенях прямо у нее на глазах.

[nick]Gale Pierce[/nick][status]memento mori[/status][icon]https://imageup.ru/img225/3914202/sarah-brannon2.png[/icon][lz]<a class="lzname">Гейл Пирс</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">If you don't stand for something, you'll fall for anything.</div>[/lz]

Отредактировано Nemesis (17.05.22 23:54:41)

+2

29

Да, паранойя стала их вечной спутницей. Ни единой ночи не проходило без этих взаимных уколов, провокаций, прощупываний почвы. Недоверие и страх сопровождали Узы постоянно, и это пугало сильнее чем чувство привязанности, давно забытое чувство возбуждения от одного присутствия партнёра, голоса и взгляда. Ревность и страх потери подпитывали Зверя. Ужас перед последствиями раскрытия их общей тайны блек, когда закрадывалось подозрение о невзаимности Уз. Частые отлучки Гейл и постоянное присутствие призраков рядом с некромантом становились поводом для ссор слишком часто.
А появление других Сородичей всегда становилось поводом для страха за тайну.
Едва Джованни припарковался под бархатными навесами служебного входа Лас-Вегасского амфитеатра, стало ясно что здесь что-то нечисто. Люди проходили мимо ворот, не обращая внимание на то что здесь не было охраны. Надежно укрытый от чужих глаз, проулок словно вибрировал, воздух здесь дрожал и ходил ходуном прямо перед глазами.
Курцио чувствовал присутствие призрака - той женщины из отеля, приставшей так некстати.
- Старый мертвец стоит рядом с ней, и он одной крови с тем кто прокрался к тебе... - сухой, кашляющий голос из-за Савана оборвался всхлипом. Некромант не слышал что говорила Гейл, но видел что ей внимание захватило что-то другое, едва она вышла из машины. Курцио распахнул рот, чтоб набрать воздуха для крика и выскочил из салона так быстро, как только мог. Его ужимки и испуганный взгляд в моменты опасности всегда были предметом насмешек старейшин, но по крайней мере Зверь в такие моменты не испытывал Ротшрека, сподвигая на бегство. Нет, Гейл в опасности. Пути назад нет.
Курцио схватил револьвер из закладки между рычагом передач и сиденьем, моментально выставил перед собой, готовый начать стрельбу.  В барабане было ровно два патрона - достаточно, чтоб  затормозить даже самого стойкого сородича, но было уже поздно. Некромант сосредоточенно навёл мушку сначала на дверь, потом на тёмный угол у ворот, но ничего не обнаружил. Пусто и тихо, лишь шум автомобилей неподалёку беспокоил слух. Некромант опустил оружие и медленно огляделся, пока не нашёл изменения в обстановке. Прямо в руке Гейл - чёрный конверт.
- Как это оказалось у тебя в руке? Я ничего не видел и не слышал. Почувствовал что кто-то рядом, сразу вскинул пушку. - он выкрутил барабан и положил оружие обратно под сиденье. - Прости, Кейт, придётся оставить машину здесь. Можешь пока погулять, мы должны расправиться с делами здесь. - Курцио старался почувствовать присутствие призрака Катерины в новой машине, но её уже и след простыл. Создавалось впечатление, что она покидала некроманта при первой же возможности, как будто ей с каждым годом становилось нужно всё больше и больше времени. Она всегда любила свободу и наслаждалась каждой секундой в обладания властью над техникой. Но в последнее время машины привлекали её всё меньше.
- У меня мало времени для сбора антиквариата в последнее время. Всё никак не мог поговорить с Катериной из-за ремонта, а в последние ночи она словно убегает от меня. - он закрыл машину и подошёл к Гейл, с плохо скрываемым беспокойством вперившись в конверт и красивые, всегда готовые к удару руки чистильщицы. - Кто это был? Носферату? Второй за пару дней, и я чувствую что Данте поручит нам найти местного Шерифа лично. Ты когда-нибудь общалась с ним? Говорят, он правит городом из-за спины князя, но я не верю слухам. Так говорят обо всех старых носферату со статусом, словно никто не знает сколько в действительности у них проблем из-за проклятия. Даже у меня меньше. По крайней мере, мне не приходится скрываться по подворотням, и можно водить машину без опасения стать сенсацией на дороге. Вскроешь? - Курцио прошёл к непримечательной темно-зелёной двери с кодовым замком и по памяти ввёл шестизначный пароль. Слабые меры безопасности для Вегаса, славящегося кражами и попытками грабежа где угодно, в любое время суток. Высокие стены амфитеатра укрывали их, бархатные навесы с эмблемами спонсоров тихо реяли на ветру, и рядом всё ещё не было ни одной живой души. Это было настолько не похоже на ночь Лас-Вегаса, что Джованни невольно вспомнил дом, Старый Свет.
Дверь открылась с раздражающим электрическим писком.
-Нам придётся разделиться внутри, Гейл. Я питаюсь в других местах. Увидимся здесь, внутри перед выходом, через час. Удачи. - музыку можно было услышать даже здесь. Концерт начался, громкие металлические звуки раздражали слух Курцио, но он должен был держаться подальше от сцены - пройти за кулисы. Он пройдёт в технические помещения, подальше от тех мест, где гуляют обыватели.  Ему нужны были местные работники сцены - те, кто, как он знал, любят Поцелуй Ламии и давно питаются кровью Ротштейнов.
Доминирование. Потом вопросы.
Шумный танцпол и выдёргивание людей из толпы лучше оставить ей. Насколько он знал, залы переполнены - едва ли половина людей заплатила за билеты  по-чистому, и многие живущие в проклятом неоне Стрипа прекрасно знали что рок-группы живут не только на одни лишь кассовые сборы. У них есть спонсоры. И не каждого из них можно увидеть при свете дня.

[nick]Curzio Giovanni[/nick][status]Neonate[/status][icon]https://imageup.ru/img212/3897034/f0e300bf06d0.jpg[/icon][lz]<a class="lzname">Курцио Джованни</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">
Tu ragazzo dell'Europa
tu non perdi mai la strada
tu che prendi a calci la notte
</div>[/lz]

Отредактировано Artemis (21.05.22 22:32:29)

+1

30

[indent] Как только Гейл перестала ощущать на себе стальную хватку носферату, она сразу же одернула руку, как если бы прикосновение незнакомца было подобно столкновению с губительным для сородичей пламенем. Помимо вложенного ей в ладонь черного конверта от таившегося в тени каинита не осталось и следа. Повертев им в руке перед собой, она чуть было нечаянно не смяла бумагу под безжалостныи натиском своих мертвецки холодных пальцев, пронизанных сверхъестественной силой и сведенных от напряжения.
[indent] Услышав узнаваемые шаги Курцио, что заблаговременно известили о его приближении, Гейл продолжила стоять к нему спиной и поначалу даже никак не реагировала на его появление, словно обратившись статуей из белого мрамора. Ее невозмутимое лицо скрывало все тревоги, опасения и подозрения, как будто встреча с другим сородичем напомнила ей о том, как важно было не выдавать свои слабости. Даже когда некромант подал голос, она вглядывалась в темноту, в которой чуть меньше минуты назад растворился носферату, чье присутствие больше не удавалось уловить поблизости. Тем не менее голову все не покидала одна параноидальная мысль: это вовсе не означало, что вокруг больше никого не было. Бросив небрежный взгляд на недоумевающего Курцио, она отступила от него на шаг в сторону.
[indent] - Мой герой, - саркастично усмехнулась Гейл, прижав конверт к груди. Однако вид охваченного беспокойством некроманта все же вынудил ее чуть смягчиться даже после перепалки в салоне автомобиля. То, с каким отчаянием он жаждал защитить ее, не могло не волновать ее сердце и разум, ведь это означало, что она в самом деле была важна для него, что он в самом деле боялся потерять ее, что его громкие слова в самом деле подкреплялись поступками, способными развеять любые сомнения. - Не волнуйся так, я не дам себя в обиду. Помнишь, я говорила тебе, что знаю, где искать носферату? Что ж, по крайней мере мы не будем незваными гостями, что в какой-то мере облегчает задачу. С другой стороны, - она сделала выразительную паузу, понуро покосившись в сторону, - это значит, что от нас чего-то хотят. Что до шерифа и слухов... не знаю, стоит ли верить тому, что лежит на поверхности. Полвека в ночи научили меня тому, насколько глупо верить в то, что ты со своей колокольни знаешь абсолютно все.
[indent] Поморщившись, Гейл вновь начала озираться, поддавшись порожденным паранойей порывам. Конверт она держала уже пальцами обеих рук, последовав за Курцио к непримечательному входу, что предназначался сугубо для персонала, а затем все же принялась распечатывать содержимое, что сразу вывалилось ей прямо в руку: то были записка и... какие-то старинные фотографии. Выражение лица Гейл сделалось озадаченным, она резко помрачнела и сразу же поспешила убрать свою находку обратно в конверт и сунуть тот во внутренний карман своей куртки.
[indent] - Я... все понимаю, поговорим позже. Будь осторожен, - лишь сказала она Курцио на прощание, ненадолго встретившись с ним взглядом, чтобы затем распознать в его манящих глазах голод и тревогу... а также нежелание расставаться - все те чувства, которые в глубине души испытывала она сама, какими бы иррациональными они ни были. В подобные моменты, когда они оба могли чувствовать, страх перед узами отступал, позволяя наслаждаться пробужденными ощущениями и эмоциями, что взывали к остаткам человечности и удерживали от окончательной дегенерации.
[indent] Концерт в самом деле уже начался, вибрации пронизывали пол и стены помещения, а уши начинало закладывать даже на расстоянии. Гейл с нетерпением шла по скверно освещенному коридору и с каждым шагом все больше уподоблялась живым с помощью силы своего витэ, что придало ее коже более здоровый оттенок. Впереди от концертного зала ее отделяла лишь одна дверь, возле которой мирно покуривал кто-то из персонала. В нос ударил сводящий с ума запах сочного живого тела, способного утолить голод кровожадного чудовища, что рисковал в любой момент опуститься на самое дно. Однако Гейл все же удержалась от того, чтобы схватить отлынивающего рабочего со спины и пронзить шею своими клыками, поскольку из рассказа Курцио об этом месте сделала закономерный вывод о том, что ей не следовало трогать персонал. Выждав момента, когда мужчина все же вспомнил о своих обязанностях и таки предпочел взяться за работу, она с облегчением покинула служебные помещения и вышла прямо в набитый смертными сосудами зал.
[indent] Даже взывающие к зверю рокочущие басы не могли заглушить биения живых сердец смертных, а дешевые одеколоны и тягучий запах пота не перебивал пьянивший аромат заключенного в их жилах крови. Протискивалась сквозь толпу Гейл с цепким взглядом хищника, которым всматривалась в каждый темный уголок, чтобы выловить кого-нибудь, кто неудачно бы отбился от группы. Слишком легко было бы вцепиться в первого попавшегося, притворившись одной из этих страстных парочек, что не в силах противиться пороку даже в общественных местах. Да только стоило ей подойти поближе, она ощутила противный запах химии, что была подмешана в кровь смертных, охваченных неистовой пляской. Отряхнувшись, бывшая чистильщица брезгливо поморщилась и поспешила отойти подальше от этого смрада.
[indent] Через некоторое время она все же добралась до туалета, где ее внезапно начало трясти и выворачивать от голода, что усилился после всех соблазнов. Дверца кабинки отвратительно заскрипела, когда она зашла внутрь и чуть наклонилась над унитазом так, будто была готова вот-вот распрощаться с последними остатками витэ в своем желудке. Тогда Гейл обратила внимание на суету в соседней кабинке, стенки которой все интенсивнее вздрагивали, однако поняла суть происходящего лишь в тот момент, когда слух ее уловил изо всех сил подавляемые стоны. Очередной скрип - Гейл не заперла за собой дверцу, а кто-то посмел нарушить ее уединение - луч от лампы ударил прямо в глаза и заставил зажмуриться.
[indent] - Ох! Прошу прощения, я не заметила! - поспешила извиниться курносая девчушка, что была на две головы ниже Гейл, с запоминающимся алым каре, округлыми от удивления глазками цвета меда и милыми веснушками на налитых румянцем щечках. Было видно, что она вырядилась для концерта в непривычный для себя наряд, чтобы почувствовать себя крутой, чего-то стоящей в этой пустой, лишенной смысла жизни. Пестрый макияж больше напоминал неаккуратный клоунский грим и совершенно не сочетался с ее по-детски округлыми чертами лица. Несуразный чокер и колготки в сетку делали ее больше похожей на дешевую шлюху, готовую отдаться за дозу, чем на закомплексованную студентку, которой она скорее всего являлась. Так смертные своими же усилиями губили собственную невинность, добровольно пожелав вкусить все пороки человечества - С вами все в порядке?
[indent] - Лучше не бывает, - зловеще протянула Гейл с ухмылкой на лице, поймав на себе завороженный взгляд невинных глаз. Присутствие даровало Гейл сверхъестественную привлекательность, так что по одному ее желанию смертные и даже некоторые сородичи могли сами начинать тянуться к ней, хотя этой способностью она пользовалась лишь во время охоты. Жертва ее замерла на месте, как будто осознав свою беспомощность перед столь чарующим созданием, что протянуло к ней свою руку. Всего одного шага хватило для того, чтобы они обе оказались в тесном пространстве туалетной кабинки. Где-то на отголосках сознания послышалось, как щелкнула задвижка на дверце, что отрезала их от остального мира. Клыки поневоле обнажились, когда инстинкты взяли верх и не оставалось ей больше ничего, кроме как поддаться единственному заветному желанию: позволить этому изысканному металлическому вкусу наполнить свое естество каждой обжигающей губы и язык каплей, от чего сводило вкусовые рецепторы.
[indent] Кровь согревала изнутри даже давно остывшее немертвое тело сородича, заполняла собой пустоту угасавшей души, стала поистине живым напоминанием о человеческом. В ней был заключен вкус увядающей невинности, готовой вот-вот рухнуть под тяжестью общественного давления - это вкус обманутых надежд и первых горьких разочарований. Но вместе с тем еще не успело раствориться и желание чего-то добиться, свернуть горы, любить и быть любимой, наслаждаться простыми вещами, ходить на концерты с подругами, есть с ними мороженое, сидеть с ними на крыше и наблюдать за восходом - все это ощущалось сладким послевкусием на кончике языка. Слишком напомнило это все о собственных переживаниях уже давно прожитой и оставленной позади юности, благодаря чему многие сородичи зачастую тянулись к сосудам, в которых еще не угас вызывающий ностальгию вкус молодости и невинности.
[indent] Та смертная, что стала жертвой хищного порождения ночи, коим являлась Гейл Пирс, так и осталась в туалетной кабинке - до тех пор, пока ее не нашли настолько же вызывающе одетые подруги, с которыми она и пришла. Лишь смутно помнила она, как что-то завлекло ее туда, после чего она потеряла сознание, что эти же подруги списали на непредсказуемое действие алкоголя. Не осталось никаких следов нападения, как если бы в самом деле их встреча являлась не более чем плодом разыгравшегося воображения. Что до самой Гейл, то она ненавидела подобного рода мероприятия как раз за то, что было практически невозможно найти абсолютно трезвого смертного без каких-либо примесей в крови. И все же, лучше ощутить легкое головокружение от пары-тройки бутылок блейзера, чем испытать на себе сносящий крышу эффект от тяжелых наркотиков.
[indent] Через сорок минут ее пускающий клубы табачного дыма мрачный силуэт едва освещался мигающими неоновыми вывесками снаружи. За это время ей удалось выловить еще одного отбившегося от стада смертного, которым насытилась сполна. С задумчивым видом она прислонилась спиной к облезлой стене, поскольку испытывала необходимость в опоре из-за головокружения, и зажала между зубами сигарету, глядя на те фотографии, что нашла в переданном ей перед концертом конверте. В состоянии алкогольного опьянения ее рефлексы оказались несколько притупленными, из-за чего ей не удалось вовремя заметить, как кто-то приблизился к ней - и этим кем-то был не Курцио.
[indent] - Эй, красавица... Хватит хмуриться, улыбнись хотя б разок, а? - протянул мерзким пошловатым тоном хорошо одетый мужчина средних лет. Резко дернувшись, Гейл сунула фотографии обратно под куртку, после чего с брезгливым видом смерила незнакомца своим беспощадным взглядом. - Чё, язык проглотила? Думаешь, ты слишком крутая для мужчин вроде меня? Не надо мне тут строить из себя хер пойми... - на последнем слове его голос внезапно подскочил, когда столь предсказуемая тирада оказалась бесцеремонно прервана, а убедившаяся в отсутствии поблизости зевак бруха крепко схватила его за плечи, чтобы силой притянуть к себе и прокусить его шею.

[nick]Gale Pierce[/nick][status]memento mori[/status][icon]https://imageup.ru/img225/3914202/sarah-brannon2.png[/icon][lz]<a class="lzname">Гейл Пирс</a><div class="fandom">World of Darkness</div><div class="info">If you don't stand for something, you'll fall for anything.</div>[/lz]

Отредактировано Nemesis (22.08.22 12:46:14)

+1


Вы здесь » ex libris » альтернатива » no time to die [WoD]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно