ex libris

Объявление

Ярость застила глаза, но – в очередной раз – разум взял своё и Граф легким аккуратным движением руки перехватил Виконта, будто бы тот ничего не весил, и, мягким, останавливающим, движением не дал вспороть шею поверженному некроманту.
— Тут достаточно крови. Он умрет и сам.
Быстрый, внимательный взгляд в сторону человека и вопросительно приподнятая, аккуратная бровь – умрешь же?
Возмущённый вздох – французский.
Хриплый свист через сжатые губы и такой же прямой взгляд в ответ Кролоку. Выживет. Слишком сильный. Слишком долго общается со смертью на ты. Возможно даже последний из тех, первых, что заключили контракт с костлявой.
— Мессир?
Адальберт тоже сохраняет хладный рассудок, чуть взволнованно посматривая на треснувшие зеркала – всплеск силы, произошедший буквально несколько минут назад, вновь зацепил всех. Франсуа тоже пытается сказать что-то, но вместо слов издает очередной булькающий звук и бросается в сторону уборной.
Ситуация сюрреалистична.
Ситуация провокационна.
Рука расслабляется на талии Герберта, не потому что Эрих этого хочет, а потому что в его пальцах сминается ткань тонкой рубахи обнажая… обнажая. На самом дне синих глаз все еще клокочет ярость, и только Виконт сможет понять её суть – не должна была сложится подобная ситуация в эти дни. В любые другие, но не те, что должны были принадлежать им для осознания, понимания, расставления литер и точек.

Лучший пост: Graf von Krolock
Ex Libris

ex libris crossover

— А ты Артёма Соколова видел? – Вася спросил у него первое, что на ум пришло.
— Ну да, он меня рекомендовал.
Вася завистливо хмыкнул, взведя курок.
Никто не понял. До сих пор дело висит без подозреваемых. Стечение случайных обстоятельств.
А Вася и ничего не знал. Спустя три часа после назначенного времени телеграфировал в Москву, что не встретил на перроне напарника. А где мальчик-то? Куда дели?
Ему так и не ответили.
Вася не даже самому себе не смог объяснить, зачем.
До какой-то щемящей завистливой боли в груди он чем-то походил на Артёма, то ли выправкой, то ли молчаливостью. Вася не понял, а, убив, в принципе утратил возможность разобраться. Да чё там было-то, Соколов – это класс, это верхушка, это интеллигенция, как его можно сравнивать с каким-то босяком-курсантом?
Артём бы не позволил себя просто так пристрелить в тёмной подворотне. Никогда.
Вася получил такое моральное удовлетворение, увидев, как разъехались некрасиво молодецкие ноги, как расползлась на груди рубашка. Некрасиво, неправильно, ничтожно. Вот тебе и отличник. Вася с удовлетворением потыкал носком ботинка в ещё румяную щеку, пытаясь примерить на его лицо Тёмино.
Но ничего даже близко.
Это успокаивает его на некоторое время.

Лучший эпизод: чёрный воронок [Eivor & Sirius Black]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ex libris » фандом » you should see me in a crown ♛


you should see me in a crown ♛

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

https://i.imgur.com/pqH1qFS.png https://i.imgur.com/xS8huG2.png
https://i.imgur.com/0ToCSjX.png

Подпольный аукцион, Сан-Франциско, Кремниевая долина
Организатор и центральный спонсор: Уилсон Фиск
Проникновение под видом хостес, соблюдение "униформы"
Главный лот мероприятия: "Змеиная корона"

Пропала из хранилища Санктум Санкторум неделю назад. Вернуть артефакт. Предотвратить сбыт лота любой ценой. Не допустить использование короной кем-либо. Не дайте никому её надеть. Как только корона окажется на голове носителя, кем бы он не оказался - можете считать это не только провалом миссии, но и началом конца света.

[icon]https://i.imgur.com/t3pL1qH.png[/icon][sign].[/sign]

Отредактировано Natalia Romanova (09.01.22 16:57:22)

+5

2

Показатель моей эффективности выше на одиночных миссиях.

На то есть несколько причин. Самая простая: шпионаж подразумевает тишину и сосредоточенность. Миллиардер в консервной банке, бог Грома, парень, одетый в звёздно-полосатый флаг, циркач с стрелами-хлопушками и огромный зелёный кайдзю — слабо сочетаются с тишиной и ещё слабее с сосредоточенностью.

Чёрные вдовы — индивидуальное оружие, но возможны результативные комбинации. Как пистолет и нож. КГБ, работа на правительство, ЩИТ и Мстителей впоследствии — ты или хороший командный игрок или ты не играешь в команде, у игры простые правила. Я никогда не была хорошим командным игроком, но всегда лучше всех притворялась. И вот, притворство привело меня и команду величайших героев Земли к пополнению.

Вступление заковианской ведьмы-цыганки в команду Мстителей было стратегически верным решением. Иметь подобную силу на своей стороне — неоспоримое преимущество. Текущее задание было связано с магическим артефактом, поэтому страховка в виде Алой Ведьмы прилагалась к деловому письму почти что по умолчанию.

Налаживание контакта необходимо. Желание отсутствует, но я уже слишком большая девочка, чтобы обманываться мыслью, будто в моей работе есть место вопросу желания. КГБ, правительство, ЩИТ, Мстители. Смена ярлыка не влияет на качество стирки, если изначальный заданный параметр: исключительная ручная.

Ванда Максимофф — новый туз в рукаве команды. Королева на шахматной доске свежей партии. Ванда — барьер, к столкновению с которым ни обладатель Змеиной короны, ни заточённый в побрякушке Сет окажутся не готовы. Никто из присутствующих на аукционе и за его пределами не будет к этому готов.

Бартон, как пятилетний ребёнок, ему нравится тащить всякое в рот и несчастных зверюшек в "дом", вот только приволоченный им с полей Заковии котёнок с большими глазами обладает способностью снести дом к чертям взмахом коготка. Ванда Максимофф опасна. И, в отличие от всеобъемлющего сердца Стива, в моём нет уверенности в девчонке с нестабильными неизученными способностями, недавно потерявшей брата.

Нам повезло, что Ванда на нашей стороне. Нам повезло, что её перемкнуло лишь раз, когда Альтрон, по её мнению, зашёл слишком далеко, и она не изменила решение после. Нам повезло. У везения есть свойство заканчиваться.

Я — русская. Недоверие к срокам годности от официальных производителей в моей ДНК выжжено многолетним опытом поколений. Даже в Маленькой Одессе злосчастные стикеры с цифрами переклеивают, не говоря о родных просторах.

Сильный союзник = преимущество. Союзник, который видит тебя насквозь и способен читать мысли = недостаток, нивелирующий любые достоинства. Мыслительный процесс, наравне с микровыражениями лица и языком тела: вещи поддающиеся контролю с большим трудом. Фактически, контролировать поток собственных мыслей также сложно, как контролировать ритм своего сердца и степень расширенности зрачков — грань невозможного.

Мстители — люди. Люди нестабильны и во всей команде демоны не гуляют в голове разве что Роджерса. Не удивлюсь, если в его воображении Картер, обнявшись с Барнсом поют: "O say, can you see, by the dawn’s early light...", — на фоне салютов в Вашингтоне, хотя кто знает. Как бы то ни было, Стив честен на 98%. Бартон — безобидный идиот, его мысли можно отнести к категории назойливой рекламы в метро, иногда там даже может быть забавный гэг или мультяшное животное. Скорее всего, всё не так безобидно, там куда больше секса, кофе и пиццы, но все три параметра по-прежнему относятся к числу безобидных. В отличие от содержимого головы Тони. Я не считаю, что Ванду могут привести в бешенство теории квантового пространства и логарифмические формулы, но вот то, что по-настоящему о ней думает Старк, какого о ней мнения — вполне. Тони нестабильнее Беннера, когда тот зеленеет. Самовлюблённость, врождённая эгоцентричность и детская, непроходящая, гиперактивность с синдромом недостатка внимания. Умножить на посттравматический синдром в тяжёлой форме, запущенную стадию астении и возвести в квадрат вины выжившего, мнительного расстройства-помешательства на защите мира. Учитывая всё это и то, что Максимофф сделала с ним... со всеми нами: мысли Тони о Ванде вряд ли полны дружественных чувств.

Мои мысли честные, но могут стать триггером в неменьшей степени. Триггером может стать и сам Бартон, и злость в мыслях Беннера и брага в голове Тора. Никто не знает, какие именно рычаги отвечают за разум самой Ванды. Что ею движет, чем она руководствуется и как гарантировать отсутствие детонации бомбы просто потому, что на неё напялили бантик, переведя в стан "хороший парней"?

Никак. Я бы предпочла работать одна. Предпочтения в сделку не входят.

Щелчок замка затвора. Серёжка отливает белым золотом, тяжелит мочку. Второй щелчок. Убирая выбившуюся прядь волос от лица, поправляю накрашенные ресницы лёгким движением пальца. Неброский макияж, алый подтон помады — яркий акцент. Аромат: Coco Mademoiselle. Входит в топ-3 самых распространённых парфюмов Нью-Йорка. Собираясь заметать следы, стоит обращать внимание на дьявола в деталях. Закрепляя модифицированные мини-браслеты Вдовы, имитирующие украшение, скашиваю взгляд на детальный план здания, лежащий на столике, повторно отпечатывая его в сознании. Каблуки, на выход. Пять часов до начала.

Мы встречаемся с Максимофф у самолёта. Частный перелёт на одном из квинджетов должен обеспечить оптимальное прикрытие и комфортное перемещение. Сидящая напротив Ведьма с глазами цвета граната, облачена в такое же маленькое чёрное платье. Иногда, глядя на девчонку из Заковии, я вспоминаю свои первые дни в ЩИТе.

Финальный брифинг. Ты остаёшься на входе: встречаешь гостей и подмигиваешь каждому достаточно убедительно, чтобы ставок на лот с короной не было сделано. Я — работаю в зале, организую себе прикрытие и проникаю в хранилище. Забираю корону, подаю сигнал, — моя ладонь протянутая к Ванде раскрывается, показывая ей миниатюрный полупрозрачный наушник, — ты уходишь через чёрный вход в кухне. По коридору до туалетов и налево. Кухня, чёрный ход. Сверни в переулок на первом перекрёстке, в опечатанном мусорном баке с надписью “токсично” забери плащ для смены маскировки, пройди квартал без хвоста, возьми такси и отправляйся к Башне Мстителей, — откидываясь на спинку сидения квинджета, я киваю Максимофф, — вопросы?

Мы прибываем в пункт назначения. От стартовой точки на подставной машине убера, бывший агент ЩИТа подбросит нас до аукциона. На входе мы разделимся.

Детство — не лучшая из ассоциаций в случае таких, как ты или я, — не встречаясь с Ведьмой взглядом, киваю, оставляя тон голоса бесцветным, лишённым эмоций, — но постарайся воспринимать происходящее, — я поворачиваю голову к Ванде, глядя ей прямо в глаза, — как масштабированную игру в куклы. Просто кто-то насмотрелся бондианы и теперь “барби” занимаются не тем, чем обычно, — пожатие плечами.

Из меня некудышная нянька, но я и не пытаюсь ей быть. Если Ванда не справится с заданием — плохо будет всем, она достаточно умная и взрослая девочка, чтобы понимать это без моих подсказок. В случае неудачи Максимофф, я не поглажу её по голове, не похлопаю по плечу со словами: “Ну-ну, неудачи случались даже у Тедди Рузвельта”, — или какую там патриотическую ересь в таких случаях обычно готовит Стив для свежих рекрутов. Если Чёрная вдова не справлялась с заданием — её убивали. Я начинала в неполные восемь лет, чтобы унять страх или дрожь мозг ищет адаптивный сценарий, и мысль об “игре” неплохо срабатывает заглушкой от стресса.

Такси останавливается у входа.

Если что у тебя всегда есть возможность выйти со мной на связь, — мой указательный палец мягко ударяет по моему левому уху, — датчик настроен на твой тембр голоса, будет достаточно негромкого шёпота, чтобы пошёл сигнал.

Открываю дверь, выставляя на обочину оголённую ногу на каблуке, оборачиваюсь к Ванде перед выходом.

Удачи.

Если я не верю в тебя — это не значит, что ты не справишься, маленькая ведьма. Ничего личного, цветочек аленький, я в принципе никому не верю.

[icon]https://i.imgur.com/t3pL1qH.png[/icon][sign].[/sign]

+4

3

Это платье чудовищно неудобное, облегающее, короткое, я к таким не привыкла. И эти туфли на высокой шпильке, стою то на них с трудом. Когда ты с детства только и делаешь, что выживаешь, то тут не до гламурных нарядов и неудобной обуви. Наташа прислала стилиста. На протяжении полутора часов какая-то женщина занималась моим лицом и волосами, делая из меня совершенно другого человека. Я молча вытерпела всё, принимая это как часть игры. Сколько я себя помню, я ненавидела Старка. Когда он стал частью команды Мстителей, я наградила всех их презрением. Когда пришлось выбирать между спасением человечества и гордостью, я выбрала первое. Скорее всего, будь со мной Пьетро, на этом мы бы и разошлись с командой героев Земли, мы с ним бы придумали, что делать дальше, как жить и куда направить свои силы. Мы наконец-то были бы свободны. Я всегда знала, что вместе мы всегда сумеем выбрать путь и уверенно следовать ему рука об руку. Но, оставшись одна, я понятия не имею, что мне делать, и теперь принимаю помощь и заботу тех, кого когда-то презирала. Они боятся меня, но стараются наладить контакт. Мне прекрасно известно, что в стараниях этих мало искренности, скорее инстинкт самосохранения.
Я совсем на себя не похожа, и всё это какое-то совершенно не моё. Рассматриваю свое отражение в зеркале с неким недоумением, словно на моём лице чужая маска, и этот обман обязательно будет обнаружен.
- Вам не нравится? - спрашивает стилист, по-своему истолковав мой взгляд. Она правда переживает за качество своей работы, и ей действительно важно, понравится ли мне результат. Я же немного теряюсь, потому что не рассматривала свой новый облик с такой точки зрения, тем не менее, спешу успокоить женщину:
- Всё прекрасно, спасибо, - я одариваю её благодарный улыбкой, и она со спокойной душой начинает собирать косметику и инструменты. Я же вновь поворачиваюсь к зеркалу. А нравится ли мне?
Место встречи - аэропорт, частный самолёт Старка, меня подвозят прямо к нему, Наташа уже стоит у трапа. Мы одеты в одном стиле, но Романофф выглядит женственно, утончённо и сексуально, а я как девочка-подросток, которая нацепила мамины платье и туфли, а потом залезла в косметичку.
Салон самолёта выглядит роскошно, в таких я ещё не бывала. Максимум - межконтинентальный рейс эконом-классом. Мы с Наташей сидим друг напротив друга и молчим. Я украдкой её разглядываю: она держится спокойно и уверенно, хотя мне известно, что это только внешнее, даже не нужно пытаться забраться к ней в голову, чтобы понимать, что ей со мной некомфортно. Впрочем, наверняка она уверена, что именно этим я сейчас и занимаюсь. Если бы я умела вести непринуждённые светские беседы, я бы, пожалуй, попробовала завязать разговор. В конце концов, нам ещё сегодня вместе работать, хотим мы этого или нет. На том, чтобы я оказалась здесь сегодня, настоял Стив, его поддержал Вижен, остальным было в целом безразлично, но аргументы, которые привёл андроид, звучали убедительно для всех. В каком-то смысле, наш тандем был одобрен большинством голосов, не спросили только, пожалуй, нас с Романофф.
Самолёт летит так бесшумно, что можно расслышать текст песни, которая звучит из встроенных рядом с подлокотниками кресел колонок. Мелодичный голос напевает "What a wicked game to play to make me feel this way...", и эти слова, вырванные из контекста стихов о неразделённой любви, крайне точно отражают моё положение сейчас. Я уже хочу спросить у Наташи, знает ли она эту песню, но не успеваю сформулировать вопрос, как она первая нарушает молчание.
Вкрадчивым голосом она повторяет всё то, что уже отскакивает у меня от зубов, но я, словно послушная ученица, внимаю её речам, будто слышу их впервые и впитываю каждое слово. Она протягивает мне некое устройство размером с горошину и объясняет принцип его работы. Я не слишком доверяю электронике, но не высказываю ничего вслух, молча принимая устройство и сразу вставляя его в ухо. Завершив инструктаж, она ждёт от меня вопросов, чем несколько ставит меня в тупик.
- В теории всё безупречно, - осторожно отвечаю я. В теории Альтрона тоже было всё весьма радужно, пока не дошло до практики, где выяснились новые обстоятельства. Надеюсь, сегодня не тот случай.
Хорошо, что я не спросила про песню, вышло бы глупо. Странно, но как будто важно, какое впечатление я на неё произведу. Я стараюсь отмести эту мысль, и больше не произношу ни слова. Второй раз тишину снова нарушает она. Я выслушиваю всё молча, хотя не всё в её речи мне понятно, общую суть я улавливаю. Не говорить же ей, что последняя моя кукла осталась под обломками родного дома, когда мне было десять, и с тех пор пришлось забыть про детство в целом. Но она это и так понимает, поэтому в ответ я лишь киваю:
- Спасибо за совет. - Не уверена, что сумею им воспользоваться, но оспаривать тоже не вижу никакого смысла.
Пожелание удачи, после того, как я выхожу из такси, завершается уверенным хлопком двери. Она не ждёт ответа, да и на удачу сама явно ставок не делает. Что ж, в теории всё действительно просто.

***
Я встречаю каждого входящего в зал приветливой улыбкой и протягиваю каталог аукциона. Они даже не замечают, как в мозг просачивается крошечный багровый червячок гипнотической энергии. Лотов представлено не много, посетителей так же не в избытке, поэтому всё идёт довольно ровно. Когда последний мужчина проходит на своё место, охранники закрывают двери и торги начинаются.
Я стою у двери, которая выходит на коридор, ведущий в кухню - всё как было оговорено. Сам аукцион особого интереса не вызывает, кто-то делает ставки, кто-то их перебивает и повышает, и в итоге рано или поздно лот уходит с молотка. И вот я вижу следующий лот, и моё сердце словно подпрыгивает в груди: она самая. Но как только аукционист объявляет Змеиную корону, моё ухо пронзает чудовищный звук, словно кто-то проводит гвоздём по стеклу. Зажав ухо рукой, я пальцами нашариваю наушник и, вырвав его, отбрасываю в сторону. Не сразу понимаю, в чём дело, перевожу взгляд на камеры - индикаторы не горят. Смотрю на Наташу, которая стоит по правую руку от аукционера, чтобы уносить за кулису лоты, прошедшие этап торгов - она тоже избавилась от наушника и смотрит на камеры. Посетители и персонал ведут себя как ни в чём ни бывало, торги продолжаются.
- ...инкрустированная изумрудами,  бриллиантами, и платиной, - занудно продолжает описывать лот аукционер. - Стартовая цена - пять тысяч долларов. - В зале тишина. Никто из присутствующих не проявляет к короне ни малейшего интереса, кто-то листает каталог, кто-то обсуждает с соседом следующие лоты, кто-то шёпотом спорит по телефону...
- Пять тысяч долларов! - звучит голос со второго ряда. Не может быть! Я не могла никого пропустить. Я сосредотачиваюсь на обладателе голоса, но не могу проникнуть в его сознание, будто что-то препятствует мне. Я прилагаю больше усилий - тщетно. Связаться с Наташей через наушник не получится, что ж, пусть она не одобрит мои методы, но выбора у нас похоже нет:
"Я не могу проникнуть в его сознание, что-то блокирует меня", - мой голос звучит сразу в её голове, больше никто не может меня слышать, и, пожалуй, такой метод связи можно считать максимально быстрым и надёжным. "Кто-то вывел из строя камеры и средства связи, здесь что-то не так, я выведу людей..."
Аукционист уже замахивается молоточком, чтобы отпустить лот, как вдруг останавливается, кладёт его на трибуну и, не говоря ни слова, следует к выходу. За ним встают и идут другие участники аукциона. Управлять толпой куда сложнее, чем работать  с кем-то одним напрямую. Меня выручает лишь то, что они изначально под моим гипнозом и уходят спокойно, без паники, как будто мероприятие завершилось самым логичным образом. Мужчина во втором ряду не встаёт с остальными, как и ещё несколько человек в зале.

Отредактировано Wanda Maximoff (21.09.21 02:43:52)

+3

4

“В теории всё безупречно”, — иронизирующие слова маленькой ведьмы эхом отзываются в голове, смешиваясь с реальным звуком стука моих каблуков по блестящему мрамору аукционного зала. Желание фыркнуть с едкой усмешкой на выдохе маскируется под тихий выдох и миловидную улыбку обслуживающего персонала. Обмениваюсь кивками с местными официантами: Дейл и Джаспер. Их выбирали по первым буквам имён?

Теории — по части Беннера или Старка. Безупречность — пошлое слово, далёкое от реальности. В теории всё безупречно. Практика никогда не отвечает взаимностью. Особенно в таком деле, как шпионаж или кража.

Пока Дейл ещё раз объясняет мне правила местной игры, активно жестикулируя, я изображаю изумление богатыми декорациями, осматривая мощные колонны, панно на стенах и высокие потолки. 18 камер. 4 цилиндрические у центрального входа. Остальные: купольный формат. Теория начинает трещать по швам до старта? В случае с купольными камерами, отсутствие ярко-выраженного объектива приравнивается к отсутствию слепых зон. Они есть, но просчитать их практически невозможно.

Это хранилище, ну, до начала торгов туда прохода нет, думаю сама понимаешь, — парень взмахивает рукой в сторону двери с кодовым замком: четырёхфакторная идентификация. Код, сканер отпечатка, возможно аудио-код + ключ-карта. — Всё поняла или что-то повторить? — правая бровь Дейла дёрнулась, он оскалился в широкой улыбке, окидывая меня взглядом, задерживая его на груди. Оскал обдало липкой пошлятиной. Маска дурочки похлопала накрашенными ресницами, широко улыбаясь в ответ, не видя подвоха и активно кивнула.

А как же мы туда попадём после начала торгов? Там все эти кнопочки и мигающие штучки, — накрашенный ноготок тычет в сторону громоздкой двери, большеглазая дурочка-хостес хмуро гнёт брови непониманием, помоги ей, Дейл.

Пфф, не парься. До конца торга дверь открыта, надо же как-то вносить и выносить оттуда лоты.

О, а о безопасности позаботятся камеры, да?

Ну там камеры или Гас и Джексон с парочкой бельгийских “шрамов” наперевес, — он ухмыляется, подмигивая, затем поясняет для озадаченного женского лица напротив с нескрываемым снисходительным превосходством в голосе. — Это пушки, ну винтовки, пау-пау, — его рука изобразила пистолет и пару выстрелов, маска хостес хихикнула детской непосредственностью. — Я ж говорю: не парься.

“Бельгийские шрамы”, винтовки... Скорее всего речь о FN SCAR. Вооружение американских рейнджеров. Труднодобываемы и стоят немалых денег. Мысленная статистика отрисовала 2 дополнительных ствола в графе с оружием. На участке порядка 25 охранников.  Просматриваемая линия обороны. Если владелец аукциона не идиот, а эта черта к бескрайнему списку недостатков Уилсона Фиска не относится — есть и вторая “живая” защита. Подсадные утки в зале, агенты, которых не вычислить просто так. Скорее всего, дорогостоящие наёмники. Мадрипур или Симкария — отчаянной убойной силы хватает и там, и там, самые вероятные варианты. Возможно, за дверью с четырёхфакторной аутентификацией расположилось не только Королевство хрустального черепа, но и пара-тройка подвесных турелей с датчиками движения с дюжиной наёмников, снабженных дорогущим оружием. Возможно, я преувеличиваю. Переоценивать силы противника всегда выгоднее, чем недо.

Говоря по-русски: лучше перебдеть, чем недобдеть. Народная истина.

Аукцион даёт старт. Торги не вызывают особого интереса, все лоты выносят из других помещений. Королевство хрустального черепа остаётся за закрытыми дверьми и старина Инди не маячит на горизонте с катящимся по пятам булыжником. Выкрики ставок, больше похожие на вежливые высказывания в диспуте, изредка прерываются ударами молотка аукциониста. Маленькое чёрное платье с маленькой ведьмой внутри маячит на горизонте, легко перемещаясь между рядами в нужную сторону коридора, ведущего к кухне. Молодец. Проследив за движениями Ванды, перевожу взгляд обратно в зал, не забывая держать на привязи губ участливую полуулыбку. Схема распределения охранников отпечатывается в сознании, позиций они не меняют, изредка касаясь наушников в ухе, произнося односложные доклады об обстановке. Судя по странной артикуляции коммуникация происходит на румынском. Шифр или специфический подрядчик? Симкарский близок к славянской группе языков… Сощуриваюсь, будто свет ламп резко стал слишком слепящим и быстро стираю выражение. Унеся последний лот, возвращаюсь к Змеиной короне, оказавшейся на пьедестале перед ауционером. Чуть запрокидываю голову назад, словно без рук поправляя волосы, заново оцениваю расстановку сил. Максимофф у двери, ведущей в коридор. Поднятый вверх молоток, объявляет начало торгов, когда это происходит.

Теория безупречности взрывается резким писком в ухе: словно нож чиркнул по поверхности школьной доски. Скривившись, изображаю приступ мигрени, прижимая руку к виску, рыжие кудри спадают с плеча, прикрывая моё движение избавления от наушника. Взгляд метнулся к охране, просканировал зал и перешёл к камерам. Поправив платье, будто в этом была необходимость или мне было до него дело, я заняла прежнее положение, оправляя плечи. Повторное сканирование аудитории: мой взгляд сталкивается с взглядом Ванды. Она растеряна, с утратой наушников мы лишились линии связи. Хотелось бы списать обрыв коммуникации на технические неполадки в здании. К сожалению, я не располагаю должным запасом веры в чудеса или совпадения.

...инкрустированная изумрудами, бриллиантами и платиной… — зал рисует полное отсутствие интереса к лоту, Элли без Тотошки справилась со своей задачей. — Стартовая цена…

Охранники меланхолично переминаются с ноги на ногу. Залитый светом цвета игристого зал мешает тишину с чьим-то разговором полушёпотом по телефону, когда второй ряд нарушает правила нашей с ведьмой игры. Снова.

Пять тысяч долларов!

Моя левая бровь вскидывается выше правой, дрогнув удивлением. Взгляд перемещается с незнакомого покупателя на Максимофф. Девушка сосредоточена на выкрикнувшем, но судя по хмурому выражению лица…

"Я не могу проникнуть в его сознание, что-то блокирует меня", — голос маленькой ведьмы разносится эхом в моей голове. Челюсть сжимается плотнее, скрипнув зубами, картинка перед глазами, выцветая, плывёт, словно плёнка, обуглившаяся по краям: вид зала аукциона дёргано сменяет декорации, изображение размывается, дёргано дрожа. Тесная комнатушка, тусклый свет жёлтой лампы, операционное хирургическое кресло — скрип — руки привязанные к подлокотникам, ошейник, держащий шею в правильном положении, иглы в вене, тянущиеся провода и трубки капельниц…

— Реакция на препарат положительная.

— Хорошо. Она у нас сильная.

— Давай, Наташа, молодец. Я буду считать, хочу чтобы ты считала за мной. Сорок один, сорок два, сорок три…

Привязанная к креслу девочка пытается послушно продолжить счёт. В горле пересохло. Усиливающаяся по нарастающей головная боль… Сорок один, сорок два…

Изображение комнатушки снова дрожит кривой изменений, откатываясь перестановкой к аукционному залу. Дыхание затруднено.

"Кто-то вывел из строя камеры и средства связи, здесь что-то не так, я выведу людей..." — продолжает не осознающий своей разрушительной силы юный палач.

Люди встают по указке Максимофф, начиная покидать зал с самым беспечным видом из возможных. Я втягиваю носом воздух, ровняя прервавшееся на полсекунды дыхание и душу призраков прошлого, рваными вспышками мелькающими поверх реальности. Стратегически, ведьма поступила верно. Умение быстро ориентироваться по ситуации: полезное свойство для инициативы Мстители, можно поставить галочку в досье.

Способность беспрепятственно вторгаться в сознание товарищей по команде: огромный красный росчерк креста поверх всех положительных качеств.

Поплачешь после. Соберись, Вдова. Можно подумать, это опциональная функция, а не дефолтная настройка.

Ванда выводит толпу, на её лбу проступает жилка вены от напряжения, я двигаюсь будто вслед за остальными, смещаясь ближе к пьедесталу, на котором оставался объект: корона. Мужчина из второго ряда, сделавший ставку, остаётся на месте. Равно как и ещё несколько человек. Включая пару тяжеловесов с сильно крупными пиджаками. Отлично подходящими для того, чтобы скрыть оружие. Такое, как пара финских винтовок, например. Сделавший ставку из 2го ряда, переводит взгляд на меня, хмурясь.

Полагаю, ты меня слышишь, — не имею желания играть по правилам заданным Максимофф, но выбор давно выбыл из списка приглашённых, так что хватит ныть, бери, что дают. — Если ты не можешь проникнуть в его сознание, значит он или носит побрякушку-блокатор или… — почти добираюсь до цели на пьедестале. — Он тоже умеет красиво выгибать пальцы”.

Очевидное “меняем план” не звучит, выйдя из общего потока, оказываюсь в метре от пьедестала, в рывке от объекта, когда в воздух разряжается возглас:

Не так быстро.

И вслед за голосом мужчины из второго ряда, оружие по всему залу обнажает стволы, переводя дула на нас. Обеих. Турель свисает в открывшемся квадрате под потолком, направив прямую алого луча на шею Ванды. Пара финских винтовок направлена мне в живот и голову. Расстояние даёт слишком малое преимущество, учитывая дальность стрельбы.

Две хостесс в чёрном, как мило. Как элегантно, — вставая незнакомец размеренно хлопает в ладоши, кидая взгляд на Максимофф и затем оборачиваясь ко мне. — Всё должно было быть безупречно, верно?

Он усмехается. Люди окончательно покидают зал, игнорируя происходящее, словно оно происходит в ином измерении. Ванда проделала чистую работу. Жаль, дальше всё пойдёт грязно. Хмурясь, сощуриваюсь, держа корону в прицеле бокового зрения. Нет времени придираться к формулировкам: почему он выбрал именно слово “безупречно”? Крыса, прослушка, нас подставили? Магия?

Как выразился бы Иван: “hueta”. Никакой элегантности, зато весьма точно.

Ванда, вы со Стивом практиковали создание энергетического щита. Защити себя. Разберись с турелью. Я беру на себя побрякушку и нашего нового друга”.

Вес переносится на дальнюю, едва заметно сгибая ноги в коленях, меняя всё положение тела на готовое к бою.

У сторонника элегантности есть имя? — моя левая бровь выгибается чуть выше правой, кивая ему, я ухмыляюсь с деланой игривостью. — Предпочитаю знать партнёра по танцам.

Ну, станцуем.

[icon]https://i.imgur.com/t3pL1qH.png[/icon][sign].[/sign]

+1


Вы здесь » ex libris » фандом » you should see me in a crown ♛


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно