ex libris

Объявление

Ярость застила глаза, но – в очередной раз – разум взял своё и Граф легким аккуратным движением руки перехватил Виконта, будто бы тот ничего не весил, и, мягким, останавливающим, движением не дал вспороть шею поверженному некроманту.
— Тут достаточно крови. Он умрет и сам.
Быстрый, внимательный взгляд в сторону человека и вопросительно приподнятая, аккуратная бровь – умрешь же?
Возмущённый вздох – французский.
Хриплый свист через сжатые губы и такой же прямой взгляд в ответ Кролоку. Выживет. Слишком сильный. Слишком долго общается со смертью на ты. Возможно даже последний из тех, первых, что заключили контракт с костлявой.
— Мессир?
Адальберт тоже сохраняет хладный рассудок, чуть взволнованно посматривая на треснувшие зеркала – всплеск силы, произошедший буквально несколько минут назад, вновь зацепил всех. Франсуа тоже пытается сказать что-то, но вместо слов издает очередной булькающий звук и бросается в сторону уборной.
Ситуация сюрреалистична.
Ситуация провокационна.
Рука расслабляется на талии Герберта, не потому что Эрих этого хочет, а потому что в его пальцах сминается ткань тонкой рубахи обнажая… обнажая. На самом дне синих глаз все еще клокочет ярость, и только Виконт сможет понять её суть – не должна была сложится подобная ситуация в эти дни. В любые другие, но не те, что должны были принадлежать им для осознания, понимания, расставления литер и точек.

Лучший пост: Graf von Krolock
Ex Libris

ex libris crossover

— А ты Артёма Соколова видел? – Вася спросил у него первое, что на ум пришло.
— Ну да, он меня рекомендовал.
Вася завистливо хмыкнул, взведя курок.
Никто не понял. До сих пор дело висит без подозреваемых. Стечение случайных обстоятельств.
А Вася и ничего не знал. Спустя три часа после назначенного времени телеграфировал в Москву, что не встретил на перроне напарника. А где мальчик-то? Куда дели?
Ему так и не ответили.
Вася не даже самому себе не смог объяснить, зачем.
До какой-то щемящей завистливой боли в груди он чем-то походил на Артёма, то ли выправкой, то ли молчаливостью. Вася не понял, а, убив, в принципе утратил возможность разобраться. Да чё там было-то, Соколов – это класс, это верхушка, это интеллигенция, как его можно сравнивать с каким-то босяком-курсантом?
Артём бы не позволил себя просто так пристрелить в тёмной подворотне. Никогда.
Вася получил такое моральное удовлетворение, увидев, как разъехались некрасиво молодецкие ноги, как расползлась на груди рубашка. Некрасиво, неправильно, ничтожно. Вот тебе и отличник. Вася с удовлетворением потыкал носком ботинка в ещё румяную щеку, пытаясь примерить на его лицо Тёмино.
Но ничего даже близко.
Это успокаивает его на некоторое время.

Лучший эпизод: чёрный воронок [Eivor & Sirius Black]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ex libris » альтернатива » Есть два типа людей


Есть два типа людей

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Запомни, есть два типа людей: одни готовы рвать этот мир до костей

Есть два типа людей: другие никогда не оставят в беде
Встающие за совесть, упертые за честь. Смотри, не разорвись между ними, юнец

https://i.imgur.com/h5cRuzO.gif

• Санкт-Петербург, башня "Вместе" / 2020 год, осень

Oleg Volkov , Sergey Razumovsky

Когда твой единственный близкий человек — твоя родственная душа — уходит в сирийские пески, чтобы сгинуть в огне, тебе остаётся только держаться за жизнь из последних сил. Можно закрыть глаза  и представить, что он всё ещё рядом, что он тут, с тобой.
...главное, в один прекрасный день не услышать его голос.

[nick]Oleg Volkov[/nick][icon]https://s3.gifyu.com/images/tumblr_d8061a777aaf3ab2b5eb51665fa5c24f_9b128c8a_400-1.gif[/icon][status]из Пепла и Огня[/status][lz]<a class="lzname">ОЛЕГ ВОЛКОВ</a><div class="fandom">Bubble</div><div class="info">Я вернусь за ним</div>[/lz]

+2

2

в ритме дождя в голове отвратительно-пусто.
пальцы немеют, когда ты находишься рядом.
как я смогу описать это сильное чувство?
это - как жгучая ненависть с первого взгляда.

- Ты просил об этом, Серёжа. Ты сам, - Олег делает паузу, ставит акцент, и Серёжа болезненно морщится, слишком хорошо чувствуя такие вещи, - просил меня.

Голос Олега спокойный, ровный, чуть тише необходимого. Лишенный эмоций, гладкий, но вместе с тем глубокий: что-то в Серёже резонирует с каждым его звуком, откликается, как приёмник, настроенный на ту же уникальную частоту. Тяжело представить, чтобы Олег мог кричать или злиться, возмущаться или радоваться по-настоящему - вся острота чувств досталась Сергею, и иногда кажется, что одетый в черное Олег, его прямая фигура, его твердый взгляд - это фон, нарочно поставленный для того, чтобы Серёжа поярче выделялся.

Сейчас выделяться совсем не хочется. Сейчас Разумовский подсознательно втягивает голову в плечи, сосредоточенно смотрит в мониторы на столе, но едва ли видит графики и плывущую снизу вверх ленту новостей. Его мысли целиком и полностью заняты этим спокойным голосом и контрастно-острыми словами, которые впиваются в Серёжу иглами вины. Невозможно защититься, невозможно возразить, потому что в душе он согласен, и от этого только горше.

- Я имел в виду не это.

Жалкая попытка оправдаться. Отгородиться от преступления, сохранить руки чистыми. И ведь правда - официальный закон Серёжу ни в чем обвинить не может. Пока что. Как добропорядочный гражданин он обязан сообщить в полицию сразу же, как представится возможность. Когда Олег уйдет. Как только полупрозрачная дверь захлопнется за его спиной.

Интерактивный экран светится прямо под его руками. Олег сидит на диване, достаточно далеко, и Серёжа знает, что не нужны слова для того, чтобы дать указания Марго. Она способна позвонить куда угодно, передать что угодно, и сейчас, именно в этот момент, когда он осознанно сцепляет пальцы в замок, он сам становится преступником.

Чувство давящее, мучительное. Как только Олегу удается сидеть в такой расслабленной позе, словно он… закончил трудное дело? Сделал что-то хорошее?..

- Я знаю, что ты имел в виду.

Не укрыться от этого голоса, от этой пронзающей насквозь истины. Слова, за которыми Серёжа пытается спрятаться, просто смешны. Он имел в виду - что? Хотел просто выплеснуть недовольство, возмутиться так, как возмущается в инсте Гречкина каждый первый? Сотрясение воздуха, пустословие, призванное снять чувство общественной ответственности и на этом закончить: ну что я могу сделать, я один против системы, которая работает несправедливо, нечестно, грязно, но простому человеку не изменить этого - так?

Так. Во многом именно так. Ни простой человек, ни руководитель крупной компании не способен переиначить десятилетиями стоявшие правила. Зато может действовать по-другому, и Олег стал великолепным примером.

- Бессмысленно рубить гидре головы, Олег. - Если не получается достучаться до него при помощи совести, то у Серёжи есть другое оружие - логика. - Они будут расти и расти, ты же знаешь. Ты только рисковал зря… Я о том… тебя будут искать теперь. Искать убийцу.

Олег не реагирует. Молчит. Только привычная нота его души, дрожащая струна, иногда обретающая голос, напряженно звучит в голове Серёжи. Видно, как размеренно поднимается и опускается грудь, скованная черным костюмом, пальцы монотонно постукивают по снятой маске. Серёжа понимает - его не волнуют подобные риски. Его не волнует, кажется, ничего вообще, все переживания снова достаются Разумовскому, но теперь их уже через край, и он резко вскакивает, вжимает ладони в стол, кричит, чтобы хоть так быть услышанным:

- Ты приведешь их сюда, Олег! Приведешь их ко мне! Мне придется прикрывать твою задницу, лгать полиции, и ты сам знаешь, чем это может обернуться!

Куда подевалось то взаимопонимание, которое раньше давала им внутренняя связь? Иногда кажется, будто Олег совершенно не чувствует его, и сам он… и сам он почти перестал понимать Олега. Порой они снова одно целое, и тогда Серёжа ощущает такую поддержку, которой не знал добрую половину своей жизни, но потом все уходит, Олег превращается в рациональную тень, и в такие моменты эмоции подводят Серёжу, не дают собой управлять, а контроль ускользает из рук, словно шелковая лента.

Ему хочется добавить, что вовсе не страх за собственную шкуру заставил его вспылить, но Серёжа прекрасно понимает, что сейчас услышит в ответ, какие упреки, какие логические доводы - его собственное оружие, которое Олег мастерски умеет обращать против владельца. И это понимание, эта связь, которая заставляет его сжаться заранее, еще до того, как прозвучит ответ, делает Серёже больно.
[nick]Sergey Razumovsky[/nick][icon]http://images.vfl.ru/ii/1622413099/9ebeb135/34646535.gif[/icon][status]the devil you know[/status][lz]<a class="lzname">Сергей Разумовский</a><div class="fandom">Bubble</div><div class="info">Together we could quiet all the noises
Drown out the voices, play our own song</div>[/lz][sign]would you meet me in the middle
could we both stop keeping score
there's a battle I must fight alone
it's you I'm fighting for
[/sign]

Отредактировано Tartaglia (31.05.21 01:24:32)

+3

3

[indent] Ломать давно сломанную игрушку неинтересно.
[indent] Каждый раз, когда Сергей Разумовский — Серёжа — был сломанным, оказывалось, что он ещё не сломлен. Его трясло, шатало, но он вставал и шёл дальше, каждый раз, снова и снова. А он, Птица, всегда был рядом, с самого детства. Когда впервые вспыхнула спичка, когда ярко и красочно загорелся родительский дом, он любовно обнимал плечи маленького Серёжи, согревал их перьями, гладил и оберегал от боли. Когда спички вспыхнули снова и в домике на берегу отчаянно закричали мальчишки, когда сам, словно сгорая изнутри, кричал Серёжа, Птица гладил его и шептал на ушко, что всё будет хорошо, малыш, теперь всё будет хорошо.
[indent] Потому что мы — вместе.
[indent] А потом появился Олег Волков. Маленький, взлохмаченный и с вечно разбитым носом. Почему-то он не захотел, как все, толкнуть или ударить Серёжу, поставить его на место или дёрнуть за яркие огненные волосы. Нет, он помолчал, сел рядом, подтянул колени к груди и спросил:
[indent] — А что ты рисуешь? Можно мне тоже?
[indent] Серёжа недоверчиво посмотрел на него, нахмурил рыжие бровки, но всё же протянул мелки. Так они и сидели: рисовали, перепачкав руки до локтей, а потом скрепили дружбу крепким цветным рукопожатием.
[indent] — Меня зовут Олег.
[indent] С этим «Олег» закончились дни Птицы. Пришлось забиться в самый дальний и тёмный уголок сознания, в ожидании момента, когда в голове и душе Серёжи станет тихо, когда там перестанет звучать и резонировать голосом Олега. Птица ждал долго, терпеливо и упорно, снося все эти милости и телячьи нежности. Серёжа раскис, плавился в руках своего предназначенного, потом долго и верно его ждал, кормил на улицах бомжей и делал мир лучше. Тряпка. Трус.
[indent] Птица ждал и всё-таки дождался. Внезапно наступившая умиротворяющая тишина была бальзамом и усладой для ушей. На лице расцвела торжествующая хищная улыбка, глаза вспыхнули обжигающим холодом, но вернуться нужно было осторожно, чтобы не спугнуть своего ранимого птенца. И Птица придумал лучший способ, примерив чужое лицо и имя.
[indent] Теперь он по-хозяйски сидел на диване Сергея, осматривался по сторонам, изучая лофт, и спокойно рассказывал о его — их — планах. Сам Серёжа точно не решился бы на такое: он продолжил бы ныть и плакать, качать головой, пока город гнил бы дальше во власти ожиревших от вседозволенности богачей. Сжигая их, Птица — Олег — чувствовал себя счастливым. Так приятно пахло гарью и разлагающейся плотью. Как громко и звучно визжал Кирилл Гречкин. Как красиво вспыхивало Пламя.
[indent] — Меня не поймают, — спокойно ответил Олег и откинул голову на спинку дивана. — Нас не поймают.
[indent] Да, нас. Серёжа думал, что он тут не при чём, но это не так. Они вместе, они в сговоре. Они повязаны кровью. Единое целое, одного как продолжение другого, сколько бы он не отпирался.
[indent] Серёжа что-то говорил, пытался достучаться.
[indent] Жалкий трус.
[indent] Приводил аргументы, говорил что-то про «прикрыть задницу».
[indent] Да что ты говоришь?..
[indent] Время нежностей закончилось — Олег это понял. Он поднял голову, глянул на Серёжу и нахмурился. Стоит, трясётся, как чихуахуа. Смотрит затравленным взглядом перепуганных голубых глаз. Ничего, скоро и там появится королевское золото. Прячет лицо за длиной чёлкой, словно это поможет скрыть от самого себя. Не поможет.
[indent] Олег осторожно отложил маску в сторону, встал и расправил плащ. Пафос, конечно же, зато пугает уродов вроде Гречкина. В их голове возникают ассоциации (да, пусть даже это Бэтмен), и это безотказно работает. Устрашает. Ужасает.
[indent] — А ты сам? — спросил Олег, медленно подходя ближе. — Ты сам голова этой гидры или карающий меч, отсекающий её? Чью задницу вообще можешь прикрыть ты, когда стоишь и трясёшься, как жалкий трус? Я — правосудие, я — месть, а ты — тряпка. Это я всю свою жизнь прикрываю и защищаю тебя. Решаю твои проблемы жёстко и радикально.
[indent] Олег подошёл, замер с другой стороны стола и выдержал паузу, чтобы до Серёжи наконец дошло, что он больше ничего не решает. Для этого есть Олег, его предназначенный, его пара, его спаситель. Олег, не моргая и смотря во влажные голубые глаза, чуть наклонился, резко перехватил и сжал запястья Серёжи. Схватил так, что точно останутся следы. Придвинулся ближе, прошептал в губы:
[indent] — Ты без меня ничто. Ты ни на что не годен. Тебя унижали и унижают всю жизнь, а ты только хнычешь и прячешься за моей спиной. И продаешься за единственное доброе слово.
[indent] Олег поднял руку, тронул щёку Серёжи. Погладил нежно, ласково, мазнул губами по губам, согревая дыханием, и тут же грубо перехватил его за подбородок. Вложил в этот жест всё своё презрение, поморщился и оттолкнул Серёжу от себя.
[indent] — Ну же! — крикнул он и тут же снова перешёл на привычный спокойный тон. — Расскажи мне, от кого ты там прикрываешь мою задницу? Или я расскажу, что сделают с твоей, когда ты окажешься в СИЗО. Ты же такой...
[indent] Каждое словно Олег сопровождал шагом. В следующее мгновение он замер перед Серёжей и улыбнулся.
[indent] — ...красивый. Тебя бы там хорошо приняли, а я бы поделился.

[nick]Oleg Volkov[/nick][icon]https://s3.gifyu.com/images/tumblr_d8061a777aaf3ab2b5eb51665fa5c24f_9b128c8a_400-1.gif[/icon][status]из Пепла и Огня[/status][lz]<a class="lzname">ОЛЕГ ВОЛКОВ</a><div class="fandom">Bubble</div><div class="info">Я вернусь за ним</div>[/lz]

+3

4

Он не может вспомнить, в какой конкретно момент присутствие Олега впервые пугает его, а не успокаивает. Это случилось около года назад, когда работа над социальной сетью шла полным ходом и приходилось сталкиваться с трудностями, которые тогда выглядели непреодолимыми. Серёжа подступал к ним со всех сторон, но везде его встречали непредвиденные запреты, подводные камни, недостаточное развитие технологий и связи. Он нанимал лучших юристов из тех, кто способен прогнуть под себя любой закон, если в нем найдется достаточно хлипкая поправка, и превосходных программистов - и дело шло вперед, но вскоре вновь застревало, и так пока нервы у Серёжи не начали сдавать.

Теперь он думает, что именно тогда совершил ошибку. Олег прав, он всегда выбирает его сторону, всегда помогает и защищает, и Серёжа привык принимать это как должное, как естественное желание предназначенного, тогда как, похоже, Олег вовсе этого не желал. Ему приходилось. И с него уже достаточно.

Серёжа предпочел бы, чтобы Олег оставался на диване, но тот неумолимо приближается, и с каждым его шагом, с каждым тихим, но острым словом все эмоции, все выплеснутое только что негодование обращается вовнутрь. Серёжа обещает себе, что сможет выдержать это, что будет смотреть Олегу в глаза, выслушает все, что тот захочет сказать, как бы при этом себя не чувствовал, но обещание не сдерживает. Он смотрит на чужие пальцы, до боли сжавшие запястье; руки Олега выглядят такими большими в перчатках, такими похожими на когтистые лапы стервятника - ими только и делать, что хватать добычу, протыкая ее насквозь еще до того, как та вообще сообразит, что случилось. Вот та же лапа дотрагивается до лица Серёжи, и тот замирает - разве он теперь добыча?.. - потому что чувствует заранее: за обманчиво-нежным жестом, за этой притворной осторожностью кроется нечто иное, грубое, резкое, призванное послужить для него пощечиной, которую Олег просто ленится отвесить рукой.

- Ну же!

А это даже хуже пощечины. Плечи Разумовского дергаются, он поднимает голову - если Олег вспылил, то это не просто серьезно, это уже через край. Но один миг, и тот уже вновь спокоен, его голос продолжает литься, как медленно действующий яд, и Серёжа ничего не способен сделать, только продолжать слушать.

Впрочем, последние фразы Олега выглядят одновременно и более злыми, и более щадящими, словно он просто хотел выбрать что-нибудь потяжелее для точки в монологе. Теперь Олег вновь стоит напротив, ожидает ответа; первый порыв Серёжи - сбежать в уединение так, как он всегда делает, встречая социальные трудности. Но отсюда не сбежишь. Не скрыться от лучшего друга, от злейшего врага, от предназначенного, от Чумного Доктора. Только не в своем собственном доме.

Серёжа выдыхает. Да, это все еще его дом. Не так он и жалок, если теперь стал миллионером - и это не заслуга Олега, по крайней мере, не полностью. Пусть он не способен противостоять физической агрессии, а он достаточно умен, чтобы пользоваться этим, а не кулаками. Вот почему они с Олегом так хорошо дополняют друг друга. Или дополняли - в прошедшем времени, - потому что сейчас Серёже все больше кажется, что полюса начали смещаться, и за этим движением он теряет собственный курс.

- Сними этот костюм, Олег, и избавься от него. Уничтожь - если его возможно уничтожить - как можно дальше от Петербурга.

Да, Серёжа поступит умнее, он не будет ввязываться в эту ссору, ведь в ней можно погрязнуть, как в болоте, утонуть, словно в зыбучем песке. Олег сделал то, что сделал, и каким бы ужасным это ни было, но никто в целом мире не сможет этого изменить. Остается только принять (хотя бы попытаться) и сделать все возможное, чтобы этого не повторилось.

Остановить Олега… Даже в мыслях это звучит неуверенно, и Серёжа хмурится, пытаясь скрыть то, о чем он сейчас думает.

- Ты сделал то, что хотел. Совершил правосудие. - Неискренность дается тяжело; Серёжа не считает правильным поступок Олега, тогда как он наверняка возомнил себя высшей справедливостью. - Виновный наказан. Остальные… другие, они теперь тоже будут бояться. Это… большая победа. По сравнению с...

Ему нелегко формулировать предложения, потому что мысли путаются - Олег все еще слишком близко, его слова по-прежнему ранят, на запястье вот-вот проявится след от его пальцев. Серёжа трет руку так, словно способен избавиться от будущих следов, и снова садится в кресло. Сжимает подлокотники; думает - почему Олег до сих пор здесь?.. Он ждет еще чего-то, ждет так, словно знает, что по крайней мере одно высказывание Серёжа не сможет оставить без ответа.

- Все было не так. - Он просто неспособен вынести такого плевка в сторону их общего детства. - Я не… “продавался”. Тебе наша дружба была нужна так же, как и мне, я знаю, я всегда знал это, Олег. - Собственные слова придают ему уверенности, и теперь Серёжа вновь смотрит Олегу в глаза. - Мы созданы, чтобы быть на одной стороне. Это правильно. Я не поддерживаю то, что ты совершил, но не отказываюсь от тебя. Просто… сделай, о чем я прошу. Пожалуйста. И все снова будет хорошо.

Как же отчаянно ему самому хочется в это верить.
[nick]Sergey Razumovsky[/nick][icon]http://images.vfl.ru/ii/1622413099/9ebeb135/34646535.gif[/icon][status]the devil you know[/status][lz]<a class="lzname">Сергей Разумовский</a><div class="fandom">Bubble</div><div class="info">Together we could quiet all the noises
Drown out the voices, play our own song</div>[/lz]

Отредактировано Tartaglia (02.06.21 22:48:26)

+2

5

[indent] Серёжа выглядел жалко.

[indent] Олег смотрел на его нервное подрагивающее лицо, во влажные голубые глаза, и чувствовал только отвращение. На душе становилось мерзко от слабого детского лепета. От несуразных фраз уже тошнило. Почему Серёжа не мог дать отпор? Почему не мог ответить? Почему не отстаивал себя, а лебезил? Мялся, жался...Тряпка. Никакого достоинства, как бы Олег не пытался его расшевелить и вывести на эмоции. Хотелось оттаскать его за рыжие волосы, несколько раз ударить, довести до срыва, чтобы из Серёжи наконец-то вырвалось хоть что-то: ярость, гнев или безумие. Хоть что-нибудь.

[indent] Уничтожить костюм?.. Прекрасно. Потрясающе. Такого Олег даже от Серёжи не ожидал услышать. Конечно, почему бы в очередной раз не сбежать от собственных проблем, трусливо поджав хвост? Рука чесалась отвесить Серёжи звучную пощёчину, оставить на его впалой щеке яркий позорный след, каждый день напоминающий ему о том, что он Никто. Ненависть вырывалась из Олега волнами, сводила тело нервной дрожью. Он уже с трудом контролировал себя. Олег видел, что они словно инь и ян, чёрное и белое, лучшее и худшее, смелое и трусливое. Они не были единым целым, потому что принять это слабое ничтожество Олег не мог. Он мог его только поглотить. Если Серёжа не хотел принять своё второе «я», придётся его растоптать.

[indent] — Уничтожить?.. — переспросил Олег, вскинув брови. — Все наши труды?.. То, что мы создавали и строили вместе?

[indent] Серёжа продолжал юлить. Что-то сочинял, плёл какую-то ерунду про правосудие, словно не он сам этого хотел. Словно не он днём ныл, что Гречкин вышел из зала суда безнаказанным. Олег слушал его и только кивал, поджав губы, словно говорил — давай, давай, продолжай, ври мне, ври себе. Олег хотел напомнить, что даже днём на презентации обновлений «Вместе», именно он подтолкнул Серёжу в спину. Вытолкал его на сцену, утешил, приободрил. Чтобы смог сделать Разумовский без его поддержки?.. Да ничего. Пора было занять его место раз и навсегда. Убить это жалкое бесполезное создание.

[indent] И всё же Олег терпеливо выслушал его и даже позволил сесть в кресло. Серёжа даже сейчас пытался отстраниться, стать ниже, увеличить дистанцию между ними. Наверное, если бы он мог, то и вовсе бы сбежал. Только вот бежать ему было некуда. У него всегда был только Олег. Никто из целого мира никогда не понимал и не любил Серёжу, и он тянулся за первым, кто согласился терпеть его сопли.

[indent] — Не продавался? — усмехнулся Олег и качнул головой. — Наша... «дружба». Ох, Серёжа...

[indent] Олег медленно наклонился, схватился за ручки сидения кресла и заглянул Серёже в глаза Их лица были в сантиметрах друг от друга, так близко, что Олег чувствовал на себе его дыхание. Он окинул его внимательным взглядом, почти что ласковым, снисходительно улыбнулся. Посмотрел так, как взрослые смотрят на малых неразумных детей. Ну что ж, пришло время объяснить Серёже прописные истины. И чтобы до него дошло лучше, Олег медленно подался вперёд и прижался к его губам целомудренным тёплым поцелуем.

[indent] — Да нет никакой дружбы и никогда не было, — вкрадчиво прошептал Олег, отстранившись. — Я лишь брал то, что ты столь любезно мне давал. Мы давно выросли, и быть на одной стороне — мало. Этого уже недостаточно. Не отказываешься от меня? Делаешь одолжение? Ох, Серёжа, я-то без тебя справлюсь. А ты без меня?.. Никогда не справлялся. Даже на сцену сам выйти не смог. Даже сейчас не можешь дать отпор.

[indent] Олег стянул перчатку с одной руки, послышался лязг колбочек с экспериментальной огненной смесью от «Хольт Индастриз». Отложив перчатку на стол, Олег тронул пальцами щёку Серёжи, нежно погладил и слегка надавил ногтями, словно борясь с желанием содрать с него кожу и оголить все мышцы.

[indent] — Не поддерживаешь... — Олег пренебрежительно похлопал Серёжу по щеке. — Трусливый лжец. Врёшь мне, но хоть себе не ври. Ты хотел этого так же, как и я. Ты просил об этом, умолял, потому что у самого не хватало смелости. Я пока переоденусь, а ты подумай о своём поведении и никуда не уходи. Вернусь — поговорим.

[indent] Подмигнув, Олег распрямился и взял снятую перчатку. Поводил её перед лицом Серёжи, словно перед ним был не человек, а пёс. Развернувшись, он медленно пошёл в сторону тайника, чтобы скрыться за дверью и переодеться.

[nick]Oleg Volkov[/nick][icon]https://s3.gifyu.com/images/tumblr_d8061a777aaf3ab2b5eb51665fa5c24f_9b128c8a_400-1.gif[/icon][status]из Пепла и Огня[/status][lz]<a class="lzname">ОЛЕГ ВОЛКОВ</a><div class="fandom">Bubble</div><div class="info">Я вернусь за ним</div>[/lz]

+2

6

Серёже непонятно, как Олег сумел изучить его настолько хорошо, чтобы иметь контраргумент, противодействие на каждое слово, на каждую высказанную мысль. Он и сам должен знать предназначенного великолепно, но стоит только поверить, что вот сейчас Олег действительно услышит, поймет его, как тот находит в высказывании самое уязвимое место и бьет именно туда.

Он совсем не уверен, что смог бы противостоять человеку вроде Олега, если бы захотел. Будь на его месте кто угодно другой, и у Серёжи точно нашлось бы намного больше сил для этого, но на него смотрит предназначенный, человек, которого сама судьба ему дала - как и Серёжу она дала Олегу - и только дурак возьмется противоречить фатуму. Дурак или Олег; как иначе трактовать его слова, его действия, этот его издевательский поцелуй, который даже отдаленно не кажется Серёже приятным, который и не должен был стать приятным?..

- Ты не прав, а еще ты слеп.

Его охватывает раздражение. Он дергает головой, пытаясь избежать прикосновения чужих пальцев - уже без перчатки, спасибо и на этом. Впервые Серёжа думает, что Олег может быть пьяным… точнее, вряд ли он пьян, это было бы очевидно, а вот если накурился или принял что-нибудь… Затем он фыркает и отводит руку Олега от себя, потому что терпеть эту издевательскую снисходительность уже невозможно. Незачем оправдывать человека, который даже сам не пытается оправдаться.

- Я сделал бы сам что угодно, если бы было нужно. - Он поднимает голову, рыжая челка закрывает один глаз, и Серёжа смахивает ее одним отрывистым движением - нужно сейчас смотреть Олегу в глаза. Вряд ли это поможет тому осознать серьезность настроения Разумовского, но он уже начал мысль и хочет окончить ее. - Если бы я посчитал это правильным. И если бы это было законно. В этом разница между нами, Олег, я вижу границы, а ты считаешь себя для них не созданным.

Олег отходит, Серёжа сидит неподвижно, глядя ему сначала в профиль, затем в спину. Понимает, что его не переубедить, одних только слов недостаточно, но и сам он не готов менять точку зрения, особенно под тем давлением, которое только что ощутил.

Без Олега в помещении дышится свободнее, и Серёжа закрывает глаза, стараясь расслабиться, привести в порядок мысли, но почти сразу понимает - здесь у него ничего не получится. К тому же, Олег может вернуться в любой момент, а выдержать еще один раунд словесной войны с ним будет очень непросто. Да и не хочется Серёже ничего выдерживать; быть может, это малодушный поступок - тихо сбежать, не предупредив, - но он считает себя в полном праве сделать именно так.

Марго прощается с ним в доме, но в автомобиле она же предупреждает о пробках, предлагает построить маршрут и запланировать необходимые остановки. Серёжа хмыкает себе под нос - похоже, искусственный интеллект расположен к нему гораздо больше, чем реальный человек, его друг и предназначенный. Не удивительно, ведь Марго он создал своими руками, а Олег все-таки личность, которую под себя не перекроишь. Еще и смотреть надо, чтобы эта личность не перекроила тебя самого.

Скорость он развивает приличную, и все равно опускает немного стекло, чтобы под напором холодного питерского ветра эмоции остыли и улеглись. По дороге Серёжа думает о том, что мог бы прекратить общение с Олегом, начисто отрезать его от себя - запретить ему вход в здание, и тогда тот не сможет не только добраться до Разумовского, но и до костюма Чумного доктора. Нет никакой надежды на то, что Олег последует просьбе и избавится от него, а если так… Сможет ли Сергей сделать это сам? Так, чтобы не оставить следов, чтобы нигде и никто не заметил его?

И не воспользуется ли Олег его отсутствием для того, чтобы перепрятать костюм?.. Олег проницателен, он может догадаться о планах на его счет, опередить Серёжу на шаг… С другой стороны, своими словами Олег дал понять, что не видит в Серёже никакого стержня. Он уверен в том, что противостоять ему Разумовский не сможет, что его максимум - это сбежать, пока Олег переодевается.

Хорошо. Это можно использовать.

Серёжа немного сбрасывает скорость: он стал спокойнее, мысли заработали как надо, а значит к вечеру у него уже будет готовый план.

Но это к вечеру; пока что он заворачивает на парковку у детского дома, встает на отведенное лично для него место и некоторое время смотрит на здание через лобовое стекло. Чувства, которые это место в нем будит, противоречивы. С одной стороны Серёжа горд собой, горд тем, что смог сделать из детского дома нечто достойное, чтобы дети, которые там находятся, чувствовали себя людьми в гораздо больше степени, чем когда-то чувствовал себя он сам. С другой же стороны его гложет вина - этого недостаточно. В России множество детских домов. Бесчисленное количество брошенных детей, больных детей, искалеченных, обездоленных, одного Серёжи недостаточно, чтобы это исправить, и даже Олега, взявшего на себя роль современного мессии, недостаточно тоже.

Он борется против чего-то громадного, вечного, несокрушимого. И он совсем неподходящий Давид для этого Голиафа.

В детском доме сейчас занятия, и потому Серёжа проходит незамеченным через холл, старается быстрее миновать стенд, где под стеклом его собственные фотографии и вещи - так, словно он какой-то герой или известный деятель, хотя в действительности он просто человек, к тому же, довольно слабый. Поймав себя на этой мысли, Серёжа неприятно морщится: это не его идея, это слова Олега, умело вложенные ему в голову. Следует избавиться от них и заняться чем-то полезным, и потому он идет в директорский кабинет и следующие полтора часа проводит там, строя планы на ближайшие полгода. В них входит публичное выступление на благотворительном фестивале города, а также несколько мероприятий, где “Вместе” будет выступать спонсором; у Серёжи большие планы насчет детских домов, и “Радуга” занимает в них одно из ключевых мест.

Когда приходит пора возвращаться, он покидает здание через один из пожарных выходов, чтобы оказаться на заднем дворе и обойти дом, не попадаясь никому на глаза. Именно из-за угла он и видит нелепое старое такси с шашечками на дверцах, и хорошо знакомую фигуру Олега рядом с ним. Серёжа останавливается, смотрит, как Олег расплачивается с водителем, затем автомобиль задом выезжает на дорогу, а Олег идет в сторону главного входа.

Серёжа думает, что он приехал именно за ним. Разозлился, что Серёжа ослушался и не дождался, и теперь у них снова выйдет спор, а может и что-то большее - здесь, без привычной защиты охранных систем, без постоянного контроля Марго Разумовский не чувствует себя в безопасности. Ему несложно представить, как его бьют кулаком в лицо - если бы это был кулак Олега, удержаться на ногах бы не получилось, а лежачего бить значительно легче. Еще проще вообразить Олега, который со спокойным и немного даже скучающим выражением ударяет ботинком в живот упавшего человека. Правда, два образа не совпадают: Серёжа не видит эту картину целостной, по-прежнему не может поверить, что Олег готов поднять на него руку. Не может поверить и вместе с тем больше всего на свете этого боится.

Если бы не эти тяжелые мысли, Серёжа обратил бы внимание на то, что Олег выглядит совсем не так, как он помнит. Его волосы лежат иначе, борода имеет другую форму, и одет он не в привычное черное; но всё это не имеет значения, потому что Серёжа видит в нем человека, от которого сбежал сюда, но который все равно нашел его.

А если так, то прятаться за углом больше нет смысла.

- Не обязательно было тебе ехать сюда, - говорит он, чуть повышая голос, чтобы Олег услышал. К нему Серёжа не идет, он двигается в сторону своего автомобиля с твердым намерением уехать, как и планировал. - Я все равно скоро бы вернулся, у меня тут были дела. - Он не смотрит на Олега, а потому не видит выражения его лица, которое совершенно не похоже на то каменное спокойствие, к которому Серёжа привык. - Надеюсь, ты достаточно разумен, чтобы не выносить наш разговор на публику.

Публики поблизости не имеется, но случайный прохожий или работник детдома мог появиться тут в любой момент, и потому Серёжа не собирался задерживаться; он садится за руль и сразу захлопывает дверцу, давая понять, что ни на парковке, ни в автомобиле разговаривать они не будут.
[nick]Sergey Razumovsky[/nick][icon]http://images.vfl.ru/ii/1622413099/9ebeb135/34646535.gif[/icon][status]the devil you know[/status][lz]<a class="lzname">Сергей Разумовский</a><div class="fandom">Bubble</div><div class="info">Together we could quiet all the noises
Drown out the voices, play our own song</div>[/lz]

+2

7

[indent] Олег ненавидел МАК всей своей душой.

[indent] Пилот объявил о снижении, и самолёт зашёл на посадочный круг. Пассажиры послушно пристегнули ремни безопасности, выровняли спинки сидений, а Олег ленивым взглядом окинул доступную ему часть салона. Почему-то его бесили люди. Бесил запах еды (то ли курицы, то ли колбасы). Бесили детские крики. Бесило то, что он возвращался в Питер, который у него когда-то отняли.

[indent] О да, Олег ненавидел МАК всей своей душой, о чём смело заявил агенту Дельте, прежде чем ступить на борт. Потому что МАК отняли у него очень и очень многое.

[indent] В аэропорту, дождавшись на ленте свою сумку, Олег старался не смотреть на новостные табло и газетные стойки. В каждой новости, в каждой статье был Серёжа. Его Серёжа. Серёжа, которого Олегу пришлось вычеркнуть из жизни и вырвать из сердца. Даже сейчас, будучи в Питере, он не имел права приблизиться к нему. Да и смысл?.. Серёжа, наверно, давно получил похоронку.

[indent] Садясь в такси, Олег думал, что когда-то Серёжа составил завещание, в котором всё его имущество в случае чего, получал бы Олег. А Олег такого же завещания не составил, потому что ему нечего было оставлять, кроме никому ненужных наград. Серёжка... Интересно, как он там? Как живёт в новом дивном мире, который построил сам?.. Олег очень сильно скучал, но тут, в Питере, его и вовсе скрутило до тошноты. Так хотелось найти Серёжа и обнять, крепко-крепко, а потом упасть на колени и вымаливать прощение за свои ошибки.

[indent] Ошибок Олег наделал не мало. Сначала он ввязался в задание, браться за которого не следовало. И ведь он знал, чувствовал, что ничем хорошим это не закончится. Так и вышло: он чуть не погиб, чуть не лишился рук и ног, а ко всему прочему попал в плен, где сумел перенести долгие пытки. Оттуда — в заботливые руки агентов МАК, которые буквально взяли его за яйца. Да уж, вербовать лучших из лучших они умели. Угрозы, шантаж, никакой свободы выбора, хотя, стоило отдать этим ребяткам должное, мир они спасали и не раз. И Олегу, в общем-то, поначалу даже понравилось работать на них. А вот потом, ради очередной миссии, связанной с Августом ван дер Хольтом, ему пришлось умереть. Умереть для всего мира, в том числе и для своего предназначенного. Олег упорно отказывался разрывать связь, но и оставлять её было нельзя: никакая похоронка не убедила бы Серёжу в том, что он мёртв, если бы их сердца продолжали биться в унисон. Агент Дельта тогда казался очень убедительным. А что, если тебя поймают, говорил он. Вычислят твою пару, похитят, Хольт «любит» ловить «белых ворон». Олег понимал, что не может отказаться, понимал, что обязан защитить Серёжу, и сделал то, о чём жалел до сих пор — выжег метку, соединяющую их так много лет.

[indent] Миссия закончилась благополучно, а Олег так и не набрался смелость связаться с Серёжей и рассказать ему правда. Да и как рассказать? Говорить о МАК он права не имел, а намёками разве объяснишь? А ещё ему было страшно (возможно впервые в жизни) и стыдно. И вот, как назло, его отправили в Петербург. В «Радугу»! Ну конечно же, кого же ещё. Потому что программист, которого Серёжа пересадил из башни «Вместе» в «Радугу», был не просто программистом и знал очень и очень много. И он должен был замолчать.

[indent] До «Радуги» доехали слишком быстро, Олег даже не успел настроиться. Сердце болезненно сжалось при виде знакомых мест. Да, сейчас тут всё было по-другому, круто, как говорят, дорого и богато, благодаря Серёже, но что-то узнавалось. Олег помнил, где стояли лавочки, на которых они сидели с Серёжей, помнил дыру в заборе, через которую убегали на пляж, а потом получали взбучку от воспитателей. Олег всегда брал вину на себя, всегда прикрывал Серёжу и был готов защищать его до конца.

[indent] Что же случилось потом?..

[indent] Олег вышел из машины, тяжело вздохнул, расплатился с таксистом и хлопнул дверцей. Развернулся, поднял голову и замер. Ну нет, к такому он точно не был готов. Только не это... Только не сейчас... навстречу ему шёл Серёжа. Его Серёжа. Яркие рыжие волосы вспыхивали огненными бликами в свете заходящего солнца. На бледном грустном лице читалась усталость. Плечи Серёжи были опущены, он сжался, и казалось, что он очень расстроен. Олег не знал, что сказать, как реагировать, но Серёжа заговорил первый.

[indent] — Что?.. — переспросил Олег, но Серёжа стремительно прошёл к своей машине.

[indent] Олег ничего не понимал. О чём говорил Серёжа? Почему он так реагировал? Олег ожидал шок, непринятие, возможно, наоборот, истерику или град пощёчин, но не такой тон — нервный, неровный, который пытаются выдать за спокойный. Или Серёжа обо всём сразу догадался и теперь просто наказывал его? Олег понял его слова по-своему.

[indent] Поэтому он бросил сумку прямо на пыльный асфальт, в два шага подошёл к машине, распахнул дверцу и впился в Серёжу жадным обезумившим взглядом. Не веря в то, что встретил его тут, совершенно случайно, Олег медленно опустился на одно колено, чтобы смотреть в его лицо снизу вверх, и протянул руку, тронул пальцами впалую щёку. Серёжа дернулся, стараясь избежать прикосновения, и Олег искренне, с тяжёлым вздохом произнёс:

[indent] — Прости меня... Серёжка, что я натворил, я такой дурак, прости...

[indent] К глазам предательски подступила влага. Олег сморгнул её, перехватил Серёжину руку, когда тот достал ключи, крепко сжал и уткнулся в его ладонь лицом.

[indent] — Прости... — повторил он. — Я в такую задницу попал, Серёг. Пожалуйста, дай мне хотя бы шанс всё объяснить! Я бы никогда не отказался от тебя, если бы не... — Трудно было подобрать слова, но Олег, который до этого даже не планировал встречу, сейчас понимал, что никуда Серёжу не отпустит. Он поднял голову, пристально смотря в его глаза. — Я заслужил этого, но прошу, не прогоняй сразу. Давай поговорим.

[nick]Oleg Volkov[/nick][icon]https://s3.gifyu.com/images/tumblr_d8061a777aaf3ab2b5eb51665fa5c24f_9b128c8a_400-1.gif[/icon][status]из Пепла и Огня[/status][lz]<a class="lzname">ОЛЕГ ВОЛКОВ</a><div class="fandom">Bubble</div><div class="info">Я вернусь за ним</div>[/lz]

+1

8

Ощущение надвигающейся угрозы превращается в чувство страха, потому что Олег делает именно то, чего стоит опасаться - он подходит стремительно и дергает дверцу, которую Серёжа просто не успел заблокировать. Хочется сдвинуться на пассажирское, забиться в самый дальний угол не такого уж большого автомобиля, но какой смысл, если Олег достанет его где угодно?..

- Олег!.. - он сам не знает, начало какой фразы только что прозвучало - в любом случае голос обрывается, когда Олег делает кое-что неожиданное, не вмещающееся ни в какие рамки.

От его руки Серёжа отстраняется инстинктивно, потому что прошлые прикосновения принесли мало удовольствия, но теперь Олег перед ним на коленях - на одном, точнее, но ведь это почти то же самое, - и говорит он то, чего не говорил, наверное, никогда раньше. Просит прощения. О да, Серёжа точно знает, что ему есть за что извиняться, но он не ждал ничего подобного, не после утреннего разговора в башне, и теперь не может разобраться.

А когда такое с ним происходит, единственный выход - продолжать делать то, что начал. Серёжа собрался уехать, так что он вытаскивает из кармана ключи, но его руку тут же перехватывают, ключи падают вниз, туда же, куда падает сердце Серёжи в тот самый момент, когда Олег его касается.

- Что ты делаешь...

О теряется, не находит никаких подходящих слов, потому изо рта вырывается что попало. Он смотрит на Олега, на прижатое к рукам лицо, и чувствует, что волна дрожи поднимается как будто изнутри, из ниоткуда. Это ощущение совершенно не похоже на все предыдущие прикосновения; если хорошо вдуматься, то Серёжа и не помнит толком, что чувствовал, когда несколькими часами раньше Олег дотрагивался до его лица. Чувствовал ли он вообще хоть что-нибудь, кроме отвращения, которое было направлено на самого себя, а совсем даже не на Олега?

И сейчас, когда Олег извиняется снова и снова, у Серёжи внутри разворачивается настоящая буря. Ему страшно из-за того, что он не понимает ситуацию, его пугает перемена, которая произошла в Олеге за эти несколько часов; ему на удивление приятно из-за того, что Олег рядом, а еще - ему немного больно. Это тупая, тихая боль, которую даже не осознаешь сразу, не говоря уже о том, чтобы выяснить ее причину, и потому она приносит смутное беспокойство, которое не дает толком сосредоточиться.

Что-то не так. Что-то не так с Олегом. Утром он плевал на мнение Серёжи, а теперь вдруг признает, что сделал кое-что плохое и попал именно в ту задницу, которую Разумовский ему и пророчил.

- Значит, ты наконец осознал, что поступил неправильно, - за последнюю мысль проще всего ухватиться, это ведь то, о чем Серёжа втолковывал ему сам, и то, о чем сейчас говорит сам Олег. - Что ж… лучше поздно, чем никогда. И, Олег, извинениями делу не поможешь, надо что-то решать. Это очень серьезно, и нам нужно понять, что теперь делать, чтобы не было проблем.

Он использует это “мы”, чтобы показать, что не оставит Олега одного, несмотря на все его прошлые слова. Что бы там он ни говорил утром, но Серёжа продолжал верить в их дружбу и в их связь; они на одной стороне, и теперь, когда Олег наконец признал его правоту, дело сдвинется с мертвой точки.

С некоторой осторожностью убрав руки, он смотрит вниз, на лежащие на полу автомобиля ключи, но не торопится их поднимать, чтобы этим не спровоцировать Олега. Тут как с диким зверем - никаких резких движений и опасных ходов, когда он уже начал приближаться и выказывать доверие. Но и пытаться заполучить его всего за один раз тоже не стоит, и потому Серёжа смотрит на часы и говорит:

- Слушай… у меня есть еще дела в городе. - С некоторым трудом, но он все же заставляет себя посмотреть Олегу в лицо. - Давай поговорим вечером в башне? Думаю, так будет намного удобнее. - Он имеет в виду, что никаких случайных прохожих там появиться просто не может. Смотрит за плечо Олегу, изучая улицу, потом в другую сторону, наконец снова на него и теперь уже обращает куда больше внимания на то, как Олег выглядит. - И почему на тебе эта странная одежда, ты куда-то собираешься?..

Серёжа привык видеть Олега в одних и тех же нарядах, и теперь действительно удивлен, понимая, что тот выбрал что-то иное впервые за целый год.
[nick]Sergey Razumovsky[/nick][icon]http://images.vfl.ru/ii/1622413099/9ebeb135/34646535.gif[/icon][status]the devil you know[/status][lz]<a class="lzname">Сергей Разумовский</a><div class="fandom">Bubble</div><div class="info">Together we could quiet all the noises
Drown out the voices, play our own song</div>[/lz]

+1

9

[indent] С Серёжей было что-то не так — Олег видел и чувствовал это. Несмотря на разрыв связи, он всё равно откликался на своего предназначенного, на его мысли и эмоции. Олег чувствовал его смятение, страх и что-то ещё, непонятное, неосознанное. Столько разных чувств и эмоций, настоящий ураган, вихрь, но вовсе не тот, которого ожидал Олег по возвращению. Он думал, что Серёжа ударит его, будет кричать и ругаться, а он... был так спокоен! Словно ничего особенного не произошло.

[indent] Олег смотрел на Серёжу и думал, что это из-за шока. Ещё бы, они же только встретились после... после. Воспоминания и мысли отдавали тупой обжигающей болью. Олег морщился при мысли о том, что сделал. Да, у него не было выбора, но... так ли уж не было? Олег уже не знал и не понимал. Сейчас, в такой непосредственной близости от Серёжи, он терял голову. Хотелось просто обнять его, прижать к себе и никогда больше не отпускать. За годы разлуки Олег соскучился сильнее, чем ему казалось.

[indent] — Я с самого начала осознавал, что это неправильно, — признался Олег. — Но у меня не было выбора. Всё так... завертелось. Я не хотел тебя потерять, больше всего на свете я боялся именно этого.

[indent] Олег не понимал, почему Серёжа так странно себя ведёт. Даже если он обижен, даже если в шоке, всё равно это как-то странно. Серёжа словно бы и не удивился тому, что Олег жив. Неужели он знал?.. Знал, а теперь просто издевается над ним, мстит за годы тишины и лжи? Наказывает отстранённостью вместо того, чтобы открыться? Нет, тут было что-то ещё.

[indent] Серёжа словно боялся его. Он двигался и говорил осторожно, будто был дрессировщиком напротив опасного дикого зверя. Олег этого не понимал. Раньше, когда ещё они были вместе, никто никого не боялся. Более того, Серёжа успокаивался только в присутствии Олега, засыпал рядом с ним и просыпался. Отчего же теперь всё в нём замирало? Почему он так боялся?

[indent] — Вечером... — повторил Олег. — В башне...

[indent] Серёжа вообще понимал, что происходит? Олегу начинало казаться, что нет. Может, он принял его за галлюцинацию или за фантазию? Может, он перенервничал или переработал? Олег смотрел в его голубые глаза в поисках ответов и только сильнее убедился в своих подозрениях, когда Серёжа задал странный вопрос про одежду.

[indent] — Странная? — переспросил Олег. — Серёж, я только что из ада вернулся. Из чёртовых песков Сирии. А до этого меня бросало из одной точки земного шара в другую, буквально под дулом пистолета. Я же говорю, попал в полную задницу.

[indent] Что уж говорить, не об этом он мечтал, когда уходил служить и думал о том, чтобы стать наёмником. Олег думал, что сам будет управлять своей жизнью, сам будет решать куда и когда ехать. Жаль, что ему, тогда ещё девятнадцатилетнему пацану, никто не рассказал о таких организациях, как МАК.

[indent] — Ты что, знал всё время, что я живой? — шёпотом спросил Олег. — Но как?.. И теперь ты не хочешь давать мне и шанса, поэтому пытаешься уехать? Серёж, я всё объясняю, обещаю! Или ты... ты не получил похоронку?

[indent] Олег нахмурился. Возможно, и правда стоило отпустить Серёжу и поговорить потом в башне, но сделанного не изменишь. Олегу так не терпелось прояснить ситуацию, что он непозволительно потерял контроль. Нужно было оставаться сдержанным, спокойным, но Разумовский, как само пламя, разжигал и душу обычно молчаливого и рационального Олега. Только тут, рядом с этим рыжим чудом, Олег ощущал себя дома.

[indent] — Серёж, подожди, — Олег перехватил его запястье и сжал. — Стой, не уезжай, ты сейчас не в том состоянии!

[nick]Oleg Volkov[/nick][icon]https://s3.gifyu.com/images/tumblr_d8061a777aaf3ab2b5eb51665fa5c24f_9b128c8a_400-1.gif[/icon][status]из Пепла и Огня[/status][lz]<a class="lzname">ОЛЕГ ВОЛКОВ</a><div class="fandom">Bubble</div><div class="info">Я вернусь за ним</div>[/lz]

+1

10

Сереже не хватает воздуха. Он не может вдохнуть полной грудью, как будто что-то мешает ему, спазмами сжимает мышцы, он слышит, как гулко стучит пульс, почти ощущает повышение температуры тела. Так с ним всегда бывает из-за сильного стресса, с тем лишь отличием, что сейчас нет никаких очевидных причин его испытывать.

Ему хочется, чтобы Олег замолчал. Чем больше он говорит, чем дольше смотрит в глаза, тем яснее становится, что вот-вот случится что-то страшное, ужасное, и от этого будет невыносимо больно. Сережа не знает, откуда у него такое предчувствие, он как будто интуитивно стремится закончить разговор, поскорее уехать, оказаться от Олега подальше - словно подсознательно самого себя пытается уберечь от потрясения.

И оно наступает буквально в следующее мгновение. Прокатывается по Сереже в несколько этапов вместе со словами Олега. Вначале это “Сирия”, память отзывается болезненной попыткой закрыться, отстраниться от чего-то, что Сереже явно не хочется вспоминать. Он чуть морщится, вжимается спиной в сидение; Олег выбрал стать солдатом несмотря на то, что Сереже этого не хотелось; Сережа постоянно за него переживал, старался избегать любых новостей из горячих точек, но те словно нарочно лезли на глаза, и потому каждый раз, когда Олег все-таки связывался с ним… За этой мыслью стоит что-то хорошее, но она тает под давлением новой волны: “живой”.

Живой. Конечно же, он живой. Конечно, Сережа знает об этом. Только этим утром он прекрасно ощущал эту жизнь на себе, от нее он бежал в детдом, надеясь побыть одному хоть немного. Почему это должно быть чем-то особенным? Почему Олег решает именно этот факт выделить - о том, что он живой?

Сережа начинает понимать, что знает ответ. Что ответ этот плавает на поверхности, но под толстым слоем льда, за которым Сережа от него прячется. Здесь, по ту сторону, намного безопаснее, и инстинкт самосохранения (по крайней мере, Разумовский думает что это именно он, а не что-то иное, темное и пугающее) изо всех сил пытается удержать его именно в этой точке.

- Олег.

Последняя попытка сохранить самообладание разбивается о третью волну, которая разрушает все стены, которые Сережа выстроил за последний год, без остатка. Олег упоминает похоронку, и тут же то письмо встает перед глазами Сережи, как настоящее. Как он вообще мог забыть хоть что-то из того продолжительного кошмара? Вначале обрыв связи, когда он чувствовал себя рассеченным надвое, пустым и потерянным, когда не находил себе места от непонимания, от постоянного страха, единожды сдавившего сердце и так не разжавшего хватку. А потом письмо, похоронка, потому что Сережа был единственным, чей контакт Олег мог бы указать. Буквы расплывались перед глазами, но и не нужно было их читать, чтобы понять, что написано: это был конец, крах всего, последняя остановка.

Но вот то, что было дальше, ускользает из памяти. Куда он положил то письмо? Что он делал потом? Как смог оправиться, выжить, встать на ноги снова?..

Олег приходил сегодня утром.

Олег погиб в Сирии год назад.

Олег смотрит в его лицо, прямо сейчас.

Сережа ощущает, что начинает немного понимать, но это чувство слишком туманно и расплывчато. Ему хочется остаться одному, чтобы как следует подумать, разложить все по полочкам, по этапам, по хронологии… Проверить собственное психическое здоровье. Что бы там ни было, а с ним явно не все в порядке. Кто сейчас перед ним, кто был перед ним утром?.. Он должен разобраться сам, без посторонней помощи. Только так.

- Я в порядке. - Он начисто игнорирует все, сказанное Олегом раньше, словно замечает только последнюю - самую простую и понятную - часть. - У меня автопилот. Ты не можешь меня удерживать, это незаконно.

Стоит сказать это, как на выручку, будто по волшебству, приходят двое охранников “Радуги”. Наверняка они следили за стоянкой через камеры, поняли, что что-то здесь не так, и хотя непосредственной опасности для Сережи нет, но решили проверить. Молодцы. Хорошие сотрудники. Нужно будет позже выписать им премию. И думать о чем угодно, кроме важных вещей, пока он еще не защищен, пока он не в единственном безопасном месте на земле - не у себя дома.

- Сергей, нужна помощь? - один из охранников обращается к нему, в то время как другой уделяет внимание Олегу: - Вам лучше отойти. Господин Разумовский собирался уехать.

Воздух наконец проникает в легкие, Сережа им по-настоящему наслаждается. Дверца автомобиля захлопывается, а он и не осознает - он закрыл ее или кто-то из охраны. Какая разница, если дело сделано? Теперь по порядку: пристегнуть ремень безопасности, тронуть сенсорную панель навигатора:

- Марго, домой.

Двигатель заводится, уютно начинает вибрировать кресло, голос Марго напоминает:

- Сергей, положите руки на руль.

Он следует совету, впивается в руль обеими ладонями, крепко сжимает пальцы так, что мышцы вот-вот схватит судорога. Автомобиль выруливает со стоянки, автопилот движется медленнее, чем хотелось бы, но в правильном направлении; в зеркале заднего вида Олег, его фигура отдаляется, он смотрит Сереже прямиком в сердце.

***
В башне, куда он так стремился попасть, ему не становится лучше. Окна слишком большие, комнаты чересчур просторные, в них чего-то - кого-то - не достает. Сережа ходит из угла в угол, боясь снова вернуться к воспоминаниям, они опять перепутываются в голове: да, была Сирия, было постоянное беспокойство, была похоронка… Видимо, кто-то пошутил над ним. Злая, плохая шутка. У него всегда были враги, даже пока Сережа не стал миллионером. Хватило же у кого-то совести… Но потом ведь Олег вернулся. Он всегда был здесь. Помогал ему. Где бы Сережа был без Олега?

И это Олег сходит с ума, а не он. Олег стал убийцей, это война его так изменила. Ничего. Сережа поможет ему справиться. Сегодня у детдома Олег дал понять, что раскаивается, потому ему нужна поддержка, и Сережа готов. Они вместе найдут способ разобраться, избавятся от костюма, проверят, не осталось ли следов…

“Я только что из ада вернулся”. Эти слова он помнит четко. Он даже ощущает их, словно они отзываются в душе - Олега не было рядом уже очень, очень давно… Такого Олега, которого он сегодня встретил.

- Марго... - Сережа наконец решается, останавливается посреди зала, опустив голову и не глядя на возникшее на мониторе компьютерное лицо. - Сколько раз за последний год Олег Волков входил в здание?

Он сразу же сделал Олегу специальный пропуск, чтобы ни одна охранная система не могла остановить его. Олег ведь его лучший друг, его предназначенный. Но система - это компьютер, он не может попрепятствовать, но все равно ведет учет, верно?

- Олег Волков приходил... - Марго делает паузу, или Сереже только так кажется?.. - ноль раз. Сергей, что-нибудь еще? Частота вашего пульса превышена.

Со злостью он срывает с руки умный браслет, швыряет его в экран, хватается за голову, с силой сжимая волосы - так, чтобы болело, чтобы хотя бы боль привела его в чувство, но чуда не случается. Сереже хочется кричать, но этого не случается тоже - нечто словно за глотку его держит, не дает звукам вырываться, и его буквально разрывает от отчаяния, от ужаса, от ледяного понимания, которое с ног на голову переворачивает всю его жизнь.
[nick]Sergey Razumovsky[/nick][icon]http://images.vfl.ru/ii/1622413099/9ebeb135/34646535.gif[/icon][status]the devil you know[/status][lz]<a class="lzname">Сергей Разумовский</a><div class="fandom">Bubble</div><div class="info">Together we could quiet all the noises
Drown out the voices, play our own song</div>[/lz]

+2

11

[indent] Это незаконно.

[indent] Значит, теперь они вот так общаются с Серёжей?.. Олег понимал, что виноват в этом сам. А чего он, собственно, хотел? Разбил предназначенному сердце, а теперь требовал от него счастья, радости и любви?.. Олег болезненно вздохнул. Чтобы всё вернуть, понадобится время, много времени. Если это вообще возможно. Если поступок Олега не стал финальной точкой в их отношениях. Это было по-ублюдски, по-скотски, гори за это М.А.К. в аду. Больше никаких сделок с совестью, больше никакого страха. С этого момента Олег Волков был свободен.

[indent] Олег встал с колена и отошёл на шаг. Он проигнорировал охрану и их требования, смотря вслед стремительно удаляющейся яркой машине. Сердце болезненно сжалось в груди. Серёжа... Больше всего на свете Олег хотел сейчас быть рядом: прикасаться к нему, вдыхать его запах, слышать голос. За год разлуки Олег почти что научился быть без него, но сейчас, получив в этой пустыне каплю свежей воды, он уже не мог жить как раньше. Всё в нём тянулось к Серёже. Всё в нём жило и дышало им.

[indent] И Олег решил, что непременно его вернёт. Сделает всё, чтобы снова заслужить доверие и любовь. Они не могут существовать раздельно, только вместе — так определила судьба. Иного не дано. Только быть продолжением друг друга.

[indent] Для начала Олег поехал в отель. Первым делом он вымылся с дороги, подровнял бороду и подстриг отросшие волосы. Одежду, которую снял, тут же выкинул и надел новые чистые вещи. Чтобы хоть немного оттянуть неизбежный момент разговора, Олег заказал обед прямо в номер, хотя еда с трудом лезла в горло от волнения.

[indent] Когда на улице начало темнеть, Олег вышел из отеля, поймал такси и поехал по хорошо знакомому адресу. В башне «Вместе» он ни разу не был, но Серёжа рассказывал по скайпу до того, как Олег «погиб». Так что он знал адрес, знал, как выглядит это роскошное стеклянное здание.

[indent] Расплатившись с таксистом, Олег вышел из машины и подошёл к дверям. К его удивлению, механический голос назвал его по имени и пригласил пройти внутрь: кажется, Серёжа в своё время успел сделать ему своеобразный пропуск. Олег прошёл в тёмное здание и подошёл к стеклянному лифту. Увиденное его не удивляло: подобное (даже электронного помощника и охранника) он уже видел у Хольта, когда шпионил за ним. Так что вместо удивления Олег испытал гордость. Серёжа был умницей. Он справился и воплотил свою мечту в реальность.

[indent] Пройдя мимо ровных стоек с серверами, Олег поднялся по ступеням и осторожно толкнул дверь в лофт-кабинет. Он сразу же увидел Серёжу, и сердце бешено забилось в груди. Всё внутри отреагировал тут же: его Серёжа, его родной, его предназначенный.

[indent] В этот самый момент, когда Олег вошёл, Серёжа сорвал с руки умный браслет и бросил его в огромный экран с изображением девочки (видимо, той самой электронной помощницы). Серёжа словно от боли согнулся пополам и вцепился в свои волосы — его чувства и эмоции (это бесконечное болезненное отчаяние) захлестнуло с головой. Олега словно пробило мощным разрядом тока.

[indent] Он подорвался с места, подбежал к Серёже и обхватил его руками.

[indent] — Серёжа! — закричал он. — Серёжа, прошу, успокойся! Мы всё исправим. Я всё исправлю, обещаю!

[indent] Он вжал в себя Серёжу очень крепко. Уткнулся носом в его мягкие рыжие волосы, жадно вдохнул запах и с трудом сдержал слёзы. Боже, как же он скучал! Олег крепко держал его, гладил спину, хаотично целовал лицо и шептал: «Прости меня, прости, прости, прости!..». Серёжу всего трясло, его эмоции бросало из стороны в сторону, и их боль — общая боль — смешалась, завертелась, обратилась во что-то общее и всеобъемлющее.

[indent] Дождавшись, пока Серёжа успокоится в его руках, Олег чуть отстранился, сжал его плечи и заглянул в покрасневшие глаза.

[indent] — Серёжа... — прошептал он. — Серёжа, пожалуйста, умоляю, дай мне шанс. Всего один!

[indent] Олег обхватил ладонями его лицо, вытер слёзы большими пальцами. Он не знал, что сделать или сказать, как заслужить право всё рассказать. Но уходить он точно не собирался. Только не так, только не сейчас.

[nick]Oleg Volkov[/nick][icon]https://s3.gifyu.com/images/tumblr_d8061a777aaf3ab2b5eb51665fa5c24f_9b128c8a_400-1.gif[/icon][status]из Пепла и Огня[/status][lz]<a class="lzname">ОЛЕГ ВОЛКОВ</a><div class="fandom">Bubble</div><div class="info">Я вернусь за ним</div>[/lz]

+1

12

[nick]Sergey Razumovsky[/nick][icon]http://images.vfl.ru/ii/1622413099/9ebeb135/34646535.gif[/icon][status]the devil you know[/status][lz]<a class="lzname">Сергей Разумовский</a><div class="fandom">Bubble</div><div class="info">Together we could quiet all the noises
Drown out the voices, play our own song</div>[/lz]
Мир вокруг него крошился на части, и казалось, что это невозможно выдержать. Последние два года выцветали в памяти, теряли реальные контуры, Сережа уже не мог разобраться в том, что произошло с ним на самом деле, а что - нет. Кто он такой, где он находится? Что он может? Чего он достиг? Кто на его стороне, есть ли вообще у него сторона, и откуда взялся тот Олег, который в действительности никогда не был Олегом - ведь Сережа разговаривал с ним, получал от него советы, они даже касались друг друга, пускай не всегда это и было приятно. Что же это: он обманывал себя целых два года? Он, может быть, нездоров? Как можно доверять теперь себе, что из окружающих вещей реально?

От мыслей о самом главном он старался оградить себя полностью, подсознательно запрещал себе даже мельком представлять костюм Чумного Доктора, который был надет на Олеге, и все те слова, что прозвучали во время их разговора. Только не сейчас, такого напряжения Сережа просто не выдержит, ему и без того нужно… что? Обратиться за помощью, позвонить… Кому? Он бы позвонил Олегу, если бы Олег существовал. Но его не было, не было целых два года, а теперь пришел человек, который называет себя его именем, и выглядит тоже как он, но разве это правда? Похоронка была ненастоящей, или Сирия, или Олег, или сам Сережа?

Все, что ему оставалось, это дышать. Делать глубокие вдохи, как когда-то учили. И стоило только сделать самый первый, как Сережа вдруг понял, что не один, что его крепко держат, и с ним говорят, и к нему прикасаются. Он начал различать голос и сразу же узнал его; техника правильного дыхания перестала помогать - Сережу снова затрясло, теперь еще и от страха, потому что он не понимал, как Олег мог оказаться здесь и, самое главное, который это из них.

Но организм все-таки не мог находится в постоянном напряжении слишком долго. Сережа вскоре успокоился, глотнул воздуха и закашлялся, случайно посмотрел Олегу в глаза - и это помогло наконец свести все в одно: и голос, и прикосновения, и ту ужасающую боль от разорванной связи, которую Сережа только теперь осознал, и, конечно, лицо.

- Олег...

Теперь ему хотелось плакать от ужаса, от ощущения, что он запутался, не знает, кому доверять и что дальше делать. Такое происходило с ним нечасто, и всякий раз Сережа обращался за помощью именно к Олегу - сделал так и теперь, поддавшись инстинктам. Прижался к его груди, пряча лицо, обхватил руками, так крепко, как только мог: держаться за него, убедиться, что он настоящий.

Мысли потекли ровнее. Все еще было больно, но теперь Сережа мог соображать.

- Объясни мне, как так вышло… что тебя два года не было, а... - он вдруг умолк, оборвал самого себя.

Что, если он сошел с ума, и Олег все это время ему виделся? Тогда в этом лучше не признаваться. Он может обратиться к специалисту, а Олег - если это правда - только что вернулся из Сирии, ему точно не следует думать о подобных вещах. Тем более, что беспокоиться есть о чем: пусть расскажет про похоронку, потому что… Да, теперь Сережа помнил, похоронка была, и с ним тогда случилось ровно то же, что и сейчас, потому что он не только видел отпечатанный на желтой бумаге текст, но и чувствовал это внутри себя.

А что он чувствует сейчас?..

Сережа смог отпустить Олега, отошел на пару шагов, зарылся пальцами в волосы, приглаживая, стараясь привести в порядок. С нажимом потер ладонями лицо, осмотрелся, словно вспоминая, где находится. Обстановка еще больше успокоила его: он на своей территории, здесь каждая вещь ему знакома, все в порядке.

- Я в порядке, - он преобразовал свою мысль, кивнул в подтверждение. - Мы можем поговорить.

Медленно, шаг за шагом - только так нужно двигаться в этом разговоре, только так получится соединить одно с другим и понять, что все-таки случилось.

- Присаживайся... - Сережа сделал скомканный жест по направлению к дивану, где Олег и так любил сидеть, но другой, не этот Олег. - Хочешь чего-нибудь выпить? У меня есть практически что угодно. Безалкогольное тоже, - теперь он увереннее показал на автоматы, установленные около стены. - Можно даже перекусить, если ты голоден. Я буду минералку.

Пальцы почти не дрожали, когда он нажимал на кнопку в боковой панели. Поймав выпавшую банку, он тут же открыл ее и выпил в несколько крупных глотков, затем снова с силой вдавил кнопку в корпус. В разговоре наметилась пауза, так что Сережа, которого паузы нервировали, заметил:

- Ты вернулся в неспокойное время. - Он поднял взгляд, и на миг показалось, будто в темном отражении в стекле он видит Чумного Доктора, стоящего прямо за спиной. Резко обернулся - конечно, никого там не было, только Олег на диване, не там, где обычно любил сидеть, - и стало ясно, что отражение это - всего лишь случайное стечение контуров банок, механизмов и силуэта самого Сережи. Ничего особенного.

Он взял вторую банку минералки для Олега, поставил на столик напротив него, обошел диван вокруг, как будто выбирая место получше и наконец сел. Тянуть дальше было нельзя; Сережа боялся услышать то, что мог сейчас услышать, и вместе с тем знал, что ему это необходимо.

- Все, я… буду слушать. Я очень хочу понять. - Он только сейчас обнаружил, что прижимает ладонь к груди так, словно может физически нащупать там обрывки их с Олегом связи. Отдернул руку и схватился за банку, снова посмотрел на Олега - заметил тот или нет?

Чувствует он то же самое или… нет?

+1

13

[indent] Совсем ненадолго, но Серёжа прижался к Олегу, и это было самое потрясающее чувство на свете. Олег сжал его в руках, зарылся носом в рыжие волосы и вдохнул знакомый до боли запах. Как же это было... хорошо. Серёжа снова рядом, они тут, вместе. Словно не было этих двух лет, словно им не предстоит ещё так много понять и обсудить. Олег держал Серёжу в руках, гладит по спине, целовал висок — так, словно боялся, что его снова оттолкнут, и он больше не сможет прикоснуться. Олег вбирал его жадно, отчаянно, как в последний раз и ощущал бесконечное давящее чувство вины.

[indent] Серёжа и правда отошёл. Олег тут же отпустил его, не стал удерживать ни на секунду, чтобы дать понять — всё хорошо, он не тронет, не сделает ничего против воли. Серёжа нервным движением пригладил волосы, несколько раз осмотрелся: казалось, что он хочет убедиться, что находится в знакомом месте, дома, где помогают и защищают даже стены. Олег не мешал. Он понимал, что это его право и что это ему нужно. Наконец-то Серёжа сказал, что он в порядке, и Олег облегчённо выдохнул. Может, кризис миновал?..

[indent] Олег послушно сел на диван и мотнул головой, когда Серёжа предложил выпить. Глянул в сторону встроенных в стену автоматов и едва заметно усмехнулся. В этом был весь Серёжа... повзрослел, возвёл свою империю, но всё равно протащил в это царство пафоса и богатства что-то милое прямиком из детства. Это было уютно и очаровательно — Олег снова ощутил щемящую боль в груди. Хотелось все эти годы быть тут, с Серёжей, а не умирать под пулями на чужой войне.

[indent] — Это классная идея, — сказал Олег, чтобы заговорить хоть о чём-то. — Я про автоматы. Очень... в твоём духе. И вообще тут здорово. Безлюдно, но... здорово.

[indent] Неспокойное время? Серёжа говорил про психопата в маске и с огнемётами? Олег и сам всё это понимал, не говоря уже о том, что знал он и о Хольте. Его тень угрожающе нависла над ними, над Серёжей, и казалось, что мир, следом за ним сошёл с ума. Впрочем, об этом им только предстояло поговорить.

[indent] Олег глянул на предложенную баночку минералки и всё же протянул к ней руку. Думал, что не хочет пить, но в горле моментально пересохло. Пшикающий звук открытой крышки показался слишком громким в повисшей напряжённой тишине. Олег сделал несколько глотков, вытер губы тыльной стороной ладони и наконец-то глянул на Серёжу. Тот на мгновение прижал ладонь, словно ища давно потерянную связь. Руку он убрал почти сразу, да и Олег мог ему сказать — связи больше нет. Он постарался.

[indent] — Я совершал плохие поступки, Серёж, — сказал Олег и запрокинул голову. Посмотрел на высокий потолок и причудливые лампы, словно в них мог найти ответы. — Убивал. Расстреливал. Грабил. Брал заказы и исполнял многое за деньги. Свергал власть, уничтожал государства. Но при этом я старался не трогать невиновных людей... Знаю, так себе кодекс чести, но всё же.

[indent] Взяв паузу, Олег сделал ещё несколько глотков, чувствуя, как освежающая минералка охлаждает пересохшее горло. С ума сойти, раньше с ним никогда такого не было, даже перед угрозой смерти. А рядом с Серёжей, когда он пытался объяснить, организм словно давал сбой.

[indent] — Меня взяли в плен и пытали, — коротко сказал он, решив не уточнять. Только склонился, упёрся локтями в колени и посмотрел в стену, словно там было что-то интересное. — Долго, со вкусом. Думал, уже не выберусь, но меня освободили. Пришли на подмогу очень... влиятельные люди.

[indent] МАК. Говорить об этом вслух он права не имел. МАК узнают, даже если Олег просто подумает о них, и меньше всего он хотел, чтобы они втянули в свои игры Серёжу с его талантами. А они могли... и не таких ломали. Для кого-то МАК становился семьёй, как для того же Донато, но для Олега они были не больше чем пленителями.

[indent] — В благодарность они потребовали поработать на них, — продолжил Олег. — Моей целью был один опасный и жестокий человек. Я устроился к нему телохранителем и всё это время был шпионом. Но... это было так опасно, мои наниматели давили, шантажировали тобой, я...

[indent] Олег растёр лицо руками, зажмурился, понимая, что впервые скажет это вслух. Слова давались тяжело — они буквально застревали в горле.

[indent] — Я... — тише произнёс Олег. — Разорвал нашу с тобой связь. Отказался от тебя, чтобы защитить, и похоронка тоже была моих рук делом. Но та миссия закончена, меня не раскрыли. Я ушёл и вернулся в Питер, чтобы выполнить последнее задание для них. И я его выполнил, я свободен. После планировал идти к тебе, чтобы... объясниться, но мы встретились у детского дома совершенно случайно. Нас словно притянуло. А про неспокойное время...

[indent] Олег распрямился и серьёзно, спокойно посмотрел на Серёжу. Он был готов к скандалу, был готов к долгой обиде, был готов даже к истерике, но прежде он намеревался прояснить очень важный момент.

[indent] — Я работал против Августа ван дер Хольта, — сказал Олег. — И пока я играл роль его телохранителя, узнал много интересного. Например, то, что у тебя с ним многомиллиардный контракт. Серёжа, что это за контракт? Что у тебя за дела с оружейным бароном? Ты попал в беду? Тебя прессуют? Какого чёрта происходит? Сейчас возможно только я смогу тебя защитить.

[nick]Oleg Volkov[/nick][icon]https://s3.gifyu.com/images/tumblr_d8061a777aaf3ab2b5eb51665fa5c24f_9b128c8a_400-1.gif[/icon][status]из Пепла и Огня[/status][lz]<a class="lzname">ОЛЕГ ВОЛКОВ</a><div class="fandom">Bubble</div><div class="info">Я вернусь за ним</div>[/lz]

+1

14

[nick]Sergey Razumovsky[/nick][icon]http://images.vfl.ru/ii/1622413099/9ebeb135/34646535.gif[/icon][status]the devil you know[/status][lz]<a class="lzname">Сергей Разумовский</a><div class="fandom">Bubble</div><div class="info">Together we could quiet all the noises
Drown out the voices, play our own song</div>[/lz]
Хорошо знакомый кабинет, место, где Сережа проводил большую часть своего времени, начал казаться ему неуютным, холодным, слишком большим и темным, как будто чужим. Здесь стояла тишина - только их голоса и ничего больше, - и огромные окна отражали комнату, словно за ними не было вечернего Петербурга, прохладного воздуха и бескрайнего пространства. Сережа подумал, что зря выбрал для себя именно верхние этажи: случись что, и ему предстоит либо долгий путь по пожарной лестнице, потому что лифтами, конечно, пользоваться будет нельзя, либо же другая лестница, на крышу, к вертолетной площадке. Только у него нет вертолета, пока еще нет. А если бы и был - два этажа вверх, три двери, да и потом придется повозиться. Никаких мгновенных прыжков в окно, как могло бы быть, живи он на первом или втором этаже. Ситуация почти безвыходна. И почему он задумался об этом только сейчас. Почему - именно сейчас?

Он знал, что разговор будет тяжелым, но даже не догадывался, насколько. Так трудно было держать себя в руках, слушая голос Олега - слова падали тяжелыми свинцовыми каплями, страшные слова, болезненные; они не были направлены против Сережи, но все равно влияли на него, заставляли напрягаться все больше и больше, пока мышцы не начинали протестующе болеть.

Да, он сам хотел знать правду. Сам считал, что правда - это единственное средство, которое может сократить расстояние, возникшее между ними за два года и построенное на лжи. Но, пожалуй, Сереже хотелось, чтобы эта правда была менее острой, чтобы она не ранила ни его, ни Олега, и оказалась не такой страшной. Стоило услышать о пытках, и Сережа сжал зубы, глаза его блеснули гневом - несмотря даже на разорванную связь он чувствовал такой гнев, что мог бы голыми руками разорвать обидчиков Олега, будь они сейчас перед ним.

Почему ты только пошел на эту войну, думал Сережа, уткнувшись взглядом в светлый отблеск на жестяной банке, потому что смотреть на Олега было невыносимо. Вот, что она тебе принесла. Вот, что она принесла нам обоим.

Рассказ Олега подошел к концу, и вдруг коснулся совсем иной темы, как будто острие опасности развернулось, оставив в покое шею Олега, и теперь уткнулось в Сережу, заставляя его отвечать. Но обязан ли он тоже говорить правду? Да и какую правду он может сказать?

- Здание нужно было сделать безопасным. На этот счет у меня не только с Хольтом контракт.

Пуленепробиваемые стекла, бронированные двери, армированные стены, системы слежения, оповещения, герметичное помещение для серверной… Сережа помнил, как это все было на стадии проектов, как потом планы воплощались в жизнь, как все было завершено и проверено. Большая часть идей по безопасности принадлежали не ему, а Олегу - точнее, тому, что Сережа принимал все эти два года за Олега. Сам он только знакомился с его предложениями и одобрял их или просил пояснить. Но не вникал слишком глубоко, ведь это Олег Волков, единственный, кому можно было довериться безоговорочно. Сережа был так благодарен за то, что друг снимает с его плеч часть забот, а теперь ощущал себя обманутым в самом сокровенном, в самом дорогом, что только могло быть у него на свете.

- Кто знает, за кем Чумной доктор придет в следующий раз?

До сих пор Сережа не боялся Чумного доктора, тем более стать его жертвой, потому что знал, что не делает ничего предосудительного, ничего постыдного. Да, он заработал огромные деньги, но сделал это честным путем, он никого не грабил, а наоборот - помогал нуждающимся. Если кто и мог стать жертвой маньяка-мстителя, то точно не он, но как объяснение для Олега это сойдет. Чумной доктор на слуху, а Олег вряд ли успел близко познакомиться с его идеологией. Лучше переключить его внимание, занять чем-нибудь, пока Сережа будет разбираться с собственными галлюцинациями.

- По правде, я оказался немного вовлечен в это… Ты, может, не знаешь еще всех подробностей. Чумной доктор делает трансляции через “Вместе”. Полиция приходила ко мне несколько раз, но система безопасности социальной сети организована так, чтобы невозможно было отследить реальную точку входа в сеть абонентов. Я хотел дать людям ощущение уверенности, анонимности, дать возможность прямо высказывать свои мысли, без опасения за свою жизнь, понимаешь? Не думал, что это можно будет использовать так.

А ведь следовало предположить, что если что-то может пойти не так, то обязательно пойдет. Не будь у “Вместе” возможности быть полностью анонимным, появился бы вообще Чумной доктор? Набрала бы его деятельность такие масштабы?.. Кто он без гласности, без тысяч виртуальных глаз, которые на него смотрят?..

Сережа тяжело вздохнул. Каждое слово давалось ему с трудом, он словно отвык от Олега, отвык быть с кем-то и подсознательно не опасаться его, не думать, как он воспримет любое Серёжино слово.

- Вначале необходимо разобраться с этой проблемой. Тогда уже я смогу думать о… смогу больше внимания уделить… личной жизни.

Иного подходящего слова не подобралось. Если бы не галлюцинации, Сережа бы хоть сейчас схватил Олега в объятия и уже не выпускал никогда; ему не стоило труда простить жестокий обман и разорванную связь, потому что теперь он был здесь, но пока существовал риск снова потерять Олега, Сережа не торопился с ним сблизиться.

- А что насчет тебя? Что собираешься делать ты?

+1

15

[indent] Олег не очень-то поверил в историю про сигнализацию. Он мог поверить во что угодно, но это была откровенная ложь. Пусть Серёжа и говорил спокойно, уверенно, Олег слишком хорошо его знал и заподозрил обман тут же. Правда, сделал вид, что поверил, чтобы не спугнуть. Здание — так здание. Безопасным — так безопасным. Поэтому Олег только кивнул в ответ.

[indent] А дальше Серёжа сказал то, от чего Олега передёрнуло.

[indent] Кто знает, за кем Чумной доктор придет в следующий раз?

[indent] И правда, кто знает. Олег не сомневался, что Серёжа никогда в жизни не сделал ничего плохого, уж точно ничего из того, что делали зажравшиеся ублюдки, сгоревшие не так давно в огне, но так ли думал Чумной Доктор? Кто знал, нормальный человек скрывается под маской или нет. В конце концов, он мог преследовать свои корыстные цели, прикрываясь светлыми идеалами. И он... мог добраться до Серёжи.

[indent] К тому же, полиция уже приходила. Олег тяжело вздохнул и прикрыл глаза — ну за что им это всё?.. Война, Чумные Доктора... Ни минуты покоя, спокойствия и тишины. Кто же ожидал, что Серёжина социальная сеть развяжет руки маньяку и террористу? Время интернета — опасное время. И вот они снова под ударом.

[indent] А вот по поводу их отношений Серёжа ничего конкретного не ответил. Точнее, то, что он сказал, Олег воспринимал, как вежливый отказ, но и сдаваться так легко и просто он не собирался. Только не сейчас, когда они были если не вместе, то рядом.

[indent] — Разберёмся... — тихо сказал Олег больше сам себе, чем Серёже. — Я? Останусь в Питере. И буду рядом. Если понадоблюсь, ты всегда сможешь меня позвать. Больше я тебя не брошу, Серёжа, но и преследовать не буду, не беспокойся. Если... будет желание, я на связи.

[indent] Олег хлопнул себя по коленям и встал. Поднявшись, он сделал несколько шагов, обернулся уже у двери.

[indent] — Номер телефона пришлю в сообщение во «Вместе», — сказал он. — Спасибо, что не прогнал сразу.

[indent] Олегу хотелось сказать что-то ещё, но он не стал. Все слова казались пустыми на фоне того, что он сделал. Пусть даже не по своей воле, пусть даже его вынудили. Он сам, сам отказался от Серёжи и их отношений. Если бы он знал, что всё так закончится, то никогда бы не уехал от него. Но сделанного не воротишь. Прошлое — прошлому, теперь же у них было будущее.

[indent] На улице стояла глубокая ночь. Пустынные улицы сонного Питера, окутанного туманом и слабым светом фонарей, навевали давно забытую тоску. Олег достал из внутреннего кармана куртки пачку сигарет, закурил и обернулся, бросив задумчивый взгляд на башню «Вместе». С ума сойти... Серёжа жил тут совсем один.

[indent] И у Олега теперь было дело.

[indent] В отель он вернулся в мрачном настроении. До самого утра шерстил интернет, читая всё о Чумном Докторе, и просматривая слитые на различные ресурсы видео. Олег изучил все теории и комментарии. Выучил наизусть почти что каждый кадр, проанализировал каждое слово ублюдка в маске. Просмотрел всё на канале некой Юлии Пчёлкиной. Это не придавало делу ясности, но помогало проанализировать. К обеду Олег уже изучил богему Петербурга. Он раскладывал на столе портреты, создавал досье, думал и прикидывал варианты, пока не остановился на очень притягательном варианте.

[indent] Если бы Олег был Чумным Доктором, он бы сам непременно выбрал этот вариант.

[indent] Денис Игнатьев, владелец сети аптек. Монополист и ублюдок, наживающийся на чужом здоровье и нужде, человек, не так давно замеченный в скандале с поставкой просроченных лекарств и последующих отравлений людей. После появления Чумного Доктора стал скрываться на своей даче, куда к ночи и отправился Олег.

[indent] За городом было тихо и темно. Ровная почти неосвещённая дорога не предвещала ничего хорошего, пока Олег ехал на взятой в прокат машине. Так же ничего хорошего не предвещал огонь, виднеющийся издалека.

[indent] Опоздал.

[indent] Олег выдавил педаль газа, сильнее сжал руль. Он резко свернул в сторону, на подъездную дорогу, доехал до нужных ворот и вышел. Вместо холода осеннего ночного ветра его обдало обжигающим жаром. На лице тут же проступил пот, одежда прилипла к телу. Олег достал из кармана пистолет и тенью скользнул в ворота. Издалека — откуда-то из огня — раздавались крики. Олег хотел пойти на них, но это оказалось ни к чему. По ступеням медленно спускался Чумной Доктор. Психопат в бронированном костюме, с идиотским плащом и глупой маской. Он даже передвигался тяжело, как же он мог...

[indent] Размышлять Олег не стал. Он вскинул руки, собираясь выстрелить, но реакции Чумного Доктора, запертого во вроде бы неповоротливом костюме, оказались быстрее его собственных. Из наручи на его запястье сорвалось пламя, и Олег отпрыгнул в сторону. Он зашипел, когда жаром обдало его щиколотку, кажется, загорелась штанина. Олег снова перехватил пистолет и, лежа на траве, вытянул руки, собираясь выстрелить.

[indent] На мгновение что-то странное и до боли знакомое кольнуло сердце.

[nick]Oleg Volkov[/nick][icon]https://s3.gifyu.com/images/tumblr_d8061a777aaf3ab2b5eb51665fa5c24f_9b128c8a_400-1.gif[/icon][status]из Пепла и Огня[/status][lz]<a class="lzname">ОЛЕГ ВОЛКОВ</a><div class="fandom">Bubble</div><div class="info">Я вернусь за ним</div>[/lz]

+1

16

[nick]Sergey Razumovsky[/nick][icon]http://images.vfl.ru/ii/1622413099/9ebeb135/34646535.gif[/icon][status]the devil you know[/status][lz]<a class="lzname">Сергей Разумовский</a><div class="fandom">Bubble</div><div class="info">Together we could quiet all the noises
Drown out the voices, play our own song</div>[/lz]
Сережа поднимается сразу после него, почему-то обескураженный, почти обиженный тем, что Олег так быстро уходит. Он ни за что не позволил бы ему настаивать, навязываться, требовать прояснить все вопросы немедленно, он знал, что Олег делает единственное, что сейчас будет правильным, но все равно сердится: вот так легко? Вот так просто он его покинет - снова?! Сережа сжимает зубы, чтобы не выплеснуть эти претензии вслух: они ведь глупые, безосновательные, совсем детские. Не к лицу основателю огромной компании, как и человеку, который только что сам оттолкнул Олега, сказав, что пока не готов ничего решать.

- Если будет что-нибудь нужно… - он до конца так и не ощущает, что заставило сказать это: вежливость или нежелание отпускать Олега. - Квартира или… ну, ты понял. Скажи мне.

Ему заранее известно, что этим предложением, которое кто угодно другой посчитал бы весьма щедрым, Олег не воспользуется. Он никогда не любил, чтобы ему помогали, считал себя достаточно сильным, способным справиться самостоятельно с чем угодно, даже с вещами, которые ему - тогда еще мальчишке - были не по зубам. Олег вырос, но некоторые черты его характера совсем не переменились, и Сережа понимает это даже сейчас, спустя два года. Это время, ставшее пропастью между ними, он то чувствует как зияющую в душе пустоту, то не ощущает вовсе, словно они только вчера расстались.

Словно расстались только сегодня утром.

Лучше бы ему это не помнить. Марго сообщает, что Олег Волков покинул здание; раньше она никогда не говорила ничего подобного, хотя Сережа бесчисленное количество раз видел, как Олег приходит и уходит, и снова приходит к нему. Затяжной сон? Иллюзия? Чей-то обман? Его собственный обман?

Как он вообще может разобраться в этом деле один, без помощи?

Сережа выдыхает. Говорит себе: он не один. Даже не считая Олега - он не один в этом мире, он больше не пустое место.

- Марго, назначь мне на ближайшее время встречу с психологом. Или с психотерапевтом… - Или с психиатром, думает он, потом морщится и добавляет: - С каким-нибудь хорошим специалистом, который совмещает все вот это. Идеально, если это будет завтра.

- Лучший специалист в Санкт-Петербурге: Никитина Елена, стаж семнадцать лет. Запись занята на семь месяцев вперед.

- Придумай что-нибудь. Свяжись с ней, пообещай что угодно. Я хочу попасть к ней завтра.

Лучше бы - еще сегодня, этой ночью, прямо сейчас. Сереже кажется, что он сходит с ума, что давно уже сошел; он подходит к автомату с напитками и опирается рукой о стекло, вглядывается в собственное отражение - размытое, нечеткое, серое - пока это не начинает пугать. Пока не кажется, что двойник по ту сторону моргает иначе, двигается иначе, дышит по-другому, а может и не дышит вовсе.

***
Следующий день начинается и проходит весьма удачно. Марго сообщает, что “лучший специалист” готова принять его в одиннадцать утра в своем офисе, и он командует отменить эту запись и больше не принимать таких абсурдных пожеланий от кого бы то ни было, пусть и от него самого. Система реагирует с ожидаемыми противоречиями, но ее уровень интеллекта уже слишком высок, чтобы перепрограммировать. Разве что сбросить до изначальных настроек и начать обучение заново, однако ему не хочется тратить на это время, ни теперь, ни позже.

У него есть куда более важные и интересные дела.

Для начала он проводит короткую подготовку. В основном все уже спланировано и собрано, но он проверяет факты заново, чтобы ничего не пропустить, садится в кресло и закрывает глаза, чтобы пройтись еще раз по сценарию. Правильная точка для камеры, речь должна быть краткой и емкой, ведь он успел создать определенный образ, теперь нужно только укрепить его в очередной раз. Главное - сделать все быстро. С этим не возникнет проблем, ведь его план идеальный. Они всегда идеальные, продуманные от первого и до последнего момента.

И даже если в них появляются непредвиденные элементы, он знает, как найти выход.

- Смотрите, какой умник. Посчитал, что сможет разобраться сам.

В дрожащем свете пламени тени колышутся, собираются гуще то в одном месте, то в другом. Он видит, куда метнулась быстрая фигура, даже теперь ее можно рассмотреть поодаль в траве. Профессиональные движения, быстрые, но совсем никакой защиты.

- Весьма непродуманные действия. Надеюсь, хотя бы пистолет настоящий.

Он говорит так, словно все еще обращается к многочисленной аудитории, хотя запись давно не ведется и никаких свидетелей поблизости нет. Он подходит на несколько шагов, держа руки вытянутыми вперед; звучит выстрел, но в костюме нет слабого места. Пуля бьет ощутимо, но безрезультатно, и он смеется раскатистым, искаженным маской смехом.

Новые вспышки пламени. Он обожает это чувство, этот контроль, жар, согревающий саму душу. Тень впереди снова мечется в сторону, он поворачивается следом медленно, опускает руки. Пламя поднимается вверх, исчезает - он уверен, что задел цель несмотря на всю ее подвижность.

- Хочешь попытаться еще раз? Как ты думаешь, тут есть хоть одно уязвимое место? - он разводит руки, словно предлагая полюбоваться собой. - Сможешь ли ты его найти?

0


Вы здесь » ex libris » альтернатива » Есть два типа людей


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно