ex libris

Объявление

Ярость застила глаза, но – в очередной раз – разум взял своё и Граф легким аккуратным движением руки перехватил Виконта, будто бы тот ничего не весил, и, мягким, останавливающим, движением не дал вспороть шею поверженному некроманту.
— Тут достаточно крови. Он умрет и сам.
Быстрый, внимательный взгляд в сторону человека и вопросительно приподнятая, аккуратная бровь – умрешь же?
Возмущённый вздох – французский.
Хриплый свист через сжатые губы и такой же прямой взгляд в ответ Кролоку. Выживет. Слишком сильный. Слишком долго общается со смертью на ты. Возможно даже последний из тех, первых, что заключили контракт с костлявой.
— Мессир?
Адальберт тоже сохраняет хладный рассудок, чуть взволнованно посматривая на треснувшие зеркала – всплеск силы, произошедший буквально несколько минут назад, вновь зацепил всех. Франсуа тоже пытается сказать что-то, но вместо слов издает очередной булькающий звук и бросается в сторону уборной.
Ситуация сюрреалистична.
Ситуация провокационна.
Рука расслабляется на талии Герберта, не потому что Эрих этого хочет, а потому что в его пальцах сминается ткань тонкой рубахи обнажая… обнажая. На самом дне синих глаз все еще клокочет ярость, и только Виконт сможет понять её суть – не должна была сложится подобная ситуация в эти дни. В любые другие, но не те, что должны были принадлежать им для осознания, понимания, расставления литер и точек.

Лучший пост: Graf von Krolock
Ex Libris

ex libris crossover

— А ты Артёма Соколова видел? – Вася спросил у него первое, что на ум пришло.
— Ну да, он меня рекомендовал.
Вася завистливо хмыкнул, взведя курок.
Никто не понял. До сих пор дело висит без подозреваемых. Стечение случайных обстоятельств.
А Вася и ничего не знал. Спустя три часа после назначенного времени телеграфировал в Москву, что не встретил на перроне напарника. А где мальчик-то? Куда дели?
Ему так и не ответили.
Вася не даже самому себе не смог объяснить, зачем.
До какой-то щемящей завистливой боли в груди он чем-то походил на Артёма, то ли выправкой, то ли молчаливостью. Вася не понял, а, убив, в принципе утратил возможность разобраться. Да чё там было-то, Соколов – это класс, это верхушка, это интеллигенция, как его можно сравнивать с каким-то босяком-курсантом?
Артём бы не позволил себя просто так пристрелить в тёмной подворотне. Никогда.
Вася получил такое моральное удовлетворение, увидев, как разъехались некрасиво молодецкие ноги, как расползлась на груди рубашка. Некрасиво, неправильно, ничтожно. Вот тебе и отличник. Вася с удовлетворением потыкал носком ботинка в ещё румяную щеку, пытаясь примерить на его лицо Тёмино.
Но ничего даже близко.
Это успокаивает его на некоторое время.

Лучший эпизод: чёрный воронок [Eivor & Sirius Black]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ex libris » альтернатива » dead men tell no tales [black sails]


dead men tell no tales [black sails]

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

dead men tell no tales

drink and
the devil had done for the rest

https://i.imgur.com/c04b2lS.png https://i.imgur.com/fk7jj2R.gif
https://i.imgur.com/S5HA53U.gif https://i.imgur.com/KYR5E6Z.png

• Port Nassau / ~1715

Charles Vane & Anne Bonny

Запах пороха. Привкус рома на губах. Звонкое позвякивание монет в кармане. Жизнь коротка, но хороша, черт возьми. Променять свободу и соленый ветер в волосах на спокойствие? Не слыхано.

Кажется, намечается очередная облава на пиратов. Британцы, бравые британцы, устали боятся своих же каперов?

Что ж, это будет весело.

[nick]Anne Bonny[/nick][status]fire head[/status][icon]https://64.media.tumblr.com/c5ea0de1ed97fb7211197a54a5f8f53f/tumblr_olcxrmGovt1r44znyo3_500.gifv[/icon][sign] [/sign][lz]<a class="lzname">Энн Бонни</a><div class="fandom">black sails</div><div class="info"><center>feels like free spirit</center></div>[/lz]

Отредактировано Emma Swan (16.06.21 00:45:52)

+2

2

Пиратскую романтику сильно переоценивают. Все эти морские приключения, поиски сокровищ, красивые женщины, которые дожидаются на берегу, мужское братство готовое друг за друга стоять горой. Про это сложены песни, про это написаны книги. И по правде сказать, дерьмо это все. Выдумка любителей, которые не имеют ни малейшего представления о жизни пиратов. Им не дано понять, какого это когда ногу отрывает пушечным ядром. Когда попадаешь в стиль и остается лишь молиться дьяволу морскому, чтобы он побыстрее закончился. Запасы еды заканчивают, запасы воду так же на исходе. Организм начинает пожирать самого себя. Сил остается все меньше, в команде все чаще поднимают разговоры о бунте. Сместить капитана, выбрать нового. А сможет ли он решить проблему? Не так важно, просто команде нужно пустить кровь в надежде, что это даст свои плоды. И частенько в этих книгах, пиратство призвание. Словно человек был рожден для того, чтобы бороздить морские просторы под черным флагом. И капитан непременно благороден. Избегает лишней крови, мечтает о славе, а не богатстве. Девок не насилует и ведет себя так как ни одному английскому каперу даже не снилось. Несомненно, опускается момент, что большинство пиратов, это бывшие каперы. Чарльзу Вейну смешно слышать про такие рассказы. Это как забавная детская сказка, которую предпочитали слушать взрослые. Пускай так, тем легче его брату совершать свои дела. Пока англичане видят в них благородных бойцов за свободу, они не сражаются так отчаянно. Готовы сдаться без боя в надежде на лучшее. Глупцы.
Чарльз Вейн не был благородным пиратом. Не было в нем ничего общего с теми образами, которые приписывали капитан чьи суда ходят под черным флагом. Он был настоящим, а не героем сказки. Он не родился таким, судьба заставила его рано повзрослеть. Почувствовать вкус крови на своих губах. Бить первым, чтобы не упасть. Подниматься, когда это происходило. Превозмогать себя и совершать невозможное. Он любил жизни и хотел выжить. И для этого ему пришлось забыть о свои желаниях. Он действует так как необходимо, заглушая звук сердца, слушая разум. И даже не смотря на всю свою жестокость, беспринципность и логичность поступков. Всего этого было недостаточно. Тэтч всегда говорил, что относится к Вейну как к собственному сыну, но это не мешало Тэтчу в следующий момент бить «сына» за то, что тот слишком мягок. Зачем он пощадил матросов? Почему дал им лодки? Когда следовало просто убить каждого, кто отказался присоединиться к ним. Убить? Они сдались без боя. Они отдали весь груз. Они не заслужили смерти, пускай по прибытию в Англию их и казнят как преступников, но Чарльз не считал правильным брать этот грех на себя. Но Тэтч был другого мнение и мнение свое он вбивал в него не словом, а тяжелым ударом кулака по селезенке. Еще одним ломающим нос, по уху, так что оно было оглушено словно пушечным снарядом. Чарльз хорошо усвоил уроки Эдварда. Тот был легендой и Вейн собирался его превзойти. И какое-то время ему это удавалось. Человек, которого боялись в Нассау. Капитан, которому отдавали лучшие наводки. Пират, за голову которого назначена самая высокая награда. У Нассау был король. Черная борода. Но он стал стар. Прощай король, да здравствует новый. Тот, кому не нужны клички, чтобы его боялись. Король, не поджигающий свою бороду. Истинный король всех пиратов Чарльз Вейн.
Да вот только названный отец не предупреждал, что век короля недолог. Чем больше в твоих руках появляется власти, тем больше недругов начинает шептаться за спиной. Нассау тот же корабль, его жители — это команда. И когда команде что-то не нравится, когда появляется новый лидер. Велик риск, что произойдет бунт. Вейн гордился, тем что на его корабле никогда не было бунтов…до этого момента. Это действительно неповторимое чувство, что команда всегда ему доверяла. Какой бы дерьмовой не была ситуация, они всегда, верно, смотрели в его сторону. Как уличные псы, которых накормили мясом. Но Нассау не был его командой. И Нассау захотел скинуть своего капитана.
И вот он здесь. Забытый и покинутый всеми. Потерявший корабль и команду. Без гроша в кармане напивается в таверне. С каждым днем его долг растет все больше. Ему наливают, хоть и делают это с призрением. Без надежды, что однажды настанет день, когда Чарльз Вейн вновь расправит свои плечи и вернет, то, что принадлежит ему по праву. Нассау давно списал его со счетов, его былые поступки забыты, а слава померкла. Он теперь никто и звать его никак. Чарльз Вейн? Это имя больше не вселяет страх, лишь смех и призрение окружающих. Он вспоминает, как так произошло? Но не находит на свои поросы ответов, ром вымывает остатки рассудка, оставляя на душе лишь сожаление и боль. Не стоило доверять Джеку. Эдвард всегда говорил, что Джек тянет его на дно. Тогда почему сейчас Рэкхем на палубе корабля, а Вейн пропивает остатки себя в таверне? Что стало поворотным событием..? Та наводка, которая сулила им богатство и славу. А стала погибелью Вейна. Он надеялся вернуться с золотом, но вместо этого был закован в кандалы. А Джек умен, быстро смекнул, что к чему и отрекся от брата. Предал его. Кричал громче всех остальных, что век Вейна в прошлом. Нужны перемены. Нужен тот, кто поведет их в светлое будущее, а не в шторм. Вейн проиграл, выжил лишь чудом. Опять же «спасибо» Рэкхему который не осмелился принять бой за звание капитана. Предпочел поступить как трус. В Нассау его освободили, но какой прок от свободы, когда Чарльз был опозорен собственной командой. Остается лишь пить. Гатри ликует. Флинт ликует. Одной фигурой меньше. Но однажды настанет день, когда они вновь вспомнят о нем. Приползут на коленях и будут молить вернуться в море. Ведь тучи сгущаются над Нассау. Близится шторм, которого этот остров никогда не видел. Кольцо англичан смыкается, пираты скоро станут лишь частью истории. И только он сможет их спасти. Он тешит эту надежду, собирая слухи, о которых болтают те, кто имеют шанс выбраться с острова. И верит, что однажды этот день все же настанет…а пока…
- Еще, - громко произносит Вейн и стучит деревянной кружкой по столу. Какая она по счету? Кажется десятая. Трактирщик смотрит на него недовольно, но все же исполняет просьбу. Предупреждает, что это последняя и ему пора валить. Тут никому не наливают бесплатно. Чарльз отмахивается, просит записать на его счет. Счет, в который страшно было смотреть. Ему придется как минимум ограбить испанский корабль с золотом, чтобы его покрыть. Ром обжигает горло. Приносит спокойствие. Буря в его душе затихает. Начинается штиль.

[nick]Charles Vane[/nick][status]get on with it, motherfucker[/status][icon]https://i.imgur.com/sbkysXE.gif[/icon][sign][/sign][lz]<a class="lzname">Чарльз Вейн</a><div class="fandom">TALES OF BRITANNIA</div><div class="info">Are you as surprised as I am that I'm the only one here behaving myself?</div>[/lz]

+2

3

Ветер менялся – он давно перестал быть попутным для людей, что бороздили моря под собственными разномастными флагами, направляя горделивые паруса прямиком навстречу неизведанным краям и приключениям. В пеньковый галстук, если быть точным, что норовил змеей обвиться вокруг шей. Хруст костей, запах плоти, изъеденной голодными птицами и едкой морской солью, служившей напоминанием наивным матросам о том, что один короткий шаг отделял их от незавидной смерти напоказ тем, кто был трусливее других и был готов собственноручно заковать себя в кандалы, поставить клеймо пирата, подписавшись под всеми преступлениями. И плевать, совершал он их или нет – из петли уже не спастись. Можно было лишь рассчитывать на милосердную смерть, что и без того было своеобразным избавлением от куда худшей участи: быть закованным в металлическую клетку и быть подвешенным на потеху толпе на одной из портовых улиц. Это пугало больше, чем сама смерть.

Но даже если даровать им помилование в обмен на предательство пиратского братства, это уже не изменит сути людей, единожды распробовавших безграничную свободу, вкус соли на своих губах, перемешанный с ромом. Из них выйдут дерьмовые солдаты, ведь выполнять приказы ничего не смыслящих в мореходстве генералов и капитанов выше их сил, а подолгу стоять истуканами в охранном отряде у какого-нибудь богатенького военного – уже не позволит здоровье. Они не смогут стать и полноценными горожанами, ведь честная жизнь слишком скучна и безрадостна, ведь с каждым годом жизнь в английском обществе становится все более невыносимой. Так пираты и живут, перебиваясь редкими наводками за «сокровищами» - тряпками, пряностями, продовольствием – получать которые, впрочем, с каждым годом становилось сложнее.

И все же какой бы ни была их жизнь, она всяко лучше прежней. Но не потому, что они вольны сами распоряжаться своими судьбами, не страшась за сохранность своих душ в преддверии «страшного суда», а лишь потому, что до сих пор живы. Пиратами становились дезертиры, беглецы и преступники, некогда пленные рабы и просто отчаявшиеся найти своего место в «цивилизованном» обществе. Не призвание, но способ выживания, который неизменно каждого загоняет в могилы, так или иначе. Суровый парадокс этой жизни, с которым приходилось мириться. Выбирать из двух зол меньшее: смерть в бою или смерть от голода где-нибудь в лондонской канаве?

Не удивительно, что любые попытки обуздать сотни тысяч пиратов неизменно встречались сопротивлением. Рейды на пиратские острова и облавы в портах воспринимались вызовом, становились возможностью столкнуть волю горстки свободолюбивых людей с английской армадой, что меняла законы по щелчку пальцев, благоволя каперам лишь тогда, когда это было выгодно им. В пекло такие законы! В пекло Англию! Храбростью отличались самые жестокие из пиратов, чьи умы еще способны были видеть что-то, кроме дешевой выпивки в борделях и пригоршни золотых монет, перепавших с плаваний. За такими капитанами люди и тянулись. Они и поднимали восстания против истребления. Их и пытались умертвить самыми первыми. Порт Нассау стал практически последним оплотом пиратства, как и изъяном в Карибском море, сродни бельму на глазу у Короля в его идеальном мирке, где подписано перемирие с Францией и Испанией. Лишь вопрос времени, когда у того закончится терпение и на остров направят все силы английского флота. А пока… Пираты шептались, осматривались по сторонам в поисках лидера, способного продлить их жизнь.

Энн порядком надоели перепалки капитанов в борьбе за первенство и власть, что, впрочем, не мешало ей раз за разом выбирать одну лишь существующую для нее сторону – Джека Рэкхема, чья репутация в Нассау была…спорной. Трусость и нерешительность были его худшими чертами, что он неплохо компенсировал живым умом и умением быть честным хотя бы с ней. Ее жестокости и отчаянности хватит им обоим. И все же с наводкой он облажался, подставил своего капитана и…просто повел себя как дрянной напарник. Убежал, поджав хвост, под горящим взглядом Бонни, что ругалась, но шла следом. Девочка, что он спас когда-то, выросла и теперь вынуждена была раз за разом возвращать этот долг.

Жалеть было не о чем. Не было жизни «до» Джека – она существовала здесь и сейчас, с трепетом прислушиваясь к свисту заточенного клинка и оборванных вздохов глупцов, решивших недооценить рыжую девчонку, чья внешность оказывалась для них обманчивой. Энн называли безумной, потому и боялись, а это играло им на руку. Неплохая защита как для нее самой, так и для Рэкхема, как бы это жалко и ни звучало. И все же не всех ошибок можно было избежать, как ни старайся. А Джек явно не старался, когда так глупо падал в море с деньгами команды. Так что вновь приходилось исправлять то, что начали мужчины – хоть что-то в этом дерьмовом мире было прежним. Оставалось уповать на то, что хотя бы у одного пирата хватит достоинства засунуть упрямство куда подальше.

Одернув потрепанную непогодой и палящим солнцем шляпу, Энн толкнула плечом дверь таверны и придирчиво осмотрелась в поисках одной лишь фигуры. Найти Вейна на острове оказалось несложно: он буквально жил в трактирах, а найти тот, в котором еще согласны были ему наливать выпивку, можно было методом исключения. На этот раз не ошиблась – взгляд зацепился за сгорбившуюся над стойкой фигурой пирата. Всего лишь третье место, куда она заглянула. Удачно.

Выругавшись, Бонни сплюнула и в несколько длинных шагов подошла к стойке, чтобы сбить раскрытой ладонью наполовину полную чарку какого-то разбавленного пойла. Та с глухим звуком ударилась о деревянный пол, присыпанный соломой, и откатилась под стол, за которым шумная компания играла в кости – их споры, шорох костей о наполированную поверхность, доносился даже сквозь недовольные возгласы трактирщика. Но одного взгляда Энн хватило, чтобы тот заткнулся и вернулся к своим делам, оставив их двоих в стороне.

- Долго собираешься топить свои обиды в роме? Джек – дерьмо, но не думала, что ты так просто возьмешь и сдашься,- рыжая в выражениях не стеснялась и отсутствие страха перед бывшим капитаном это только усугубляло. Вейн мог замахнуться, ударить ее и даже попытаться убить. Попытаться. А что уж из этого выйдет, будет видно, и у кого именно окажется кинжал у горла. Пока что ей нужно было привести Чарльза в чувство.

И вроде получалось неплохо.
[nick]Anne Bonny[/nick][status]fire head[/status][icon]https://64.media.tumblr.com/c5ea0de1ed97fb7211197a54a5f8f53f/tumblr_olcxrmGovt1r44znyo3_500.gifv[/icon][sign] [/sign][lz]<a class="lzname">Энн Бонни</a><div class="fandom">black sails</div><div class="info"><center>feels like free spirit</center></div>[/lz]

+2

4

Дерзость. Долг. Честь. Дерьмо. Отвага. Набор простых и тупых слов. Они не имели смысла. Ничего в это проклятом мире не имело смысла. Есть только золото и власть, а все остальное придумано людьми, чтобы управлять другими. Чарльз Вейн хорошо изучил природу человека, годами наблюдая за своей командой и другими жителями Нассау он пришел к одному простому выводу, все эти стремления, желания и мечты окружающих ничего не стоят. Каждый запросто может отказаться от мечты, если перед ним упадет увесистый мешок золота или очередная бордельная девка потрясет сиськами. Мечты ничего не стоят, поэтому он давно отказался от них. Даже не помнил, о чем он мечтал? О собственном корабле? Команде? Если бы Чарльз Вейн продолжил об этом только мечтать, то никогда бы не смог достичь звания капитана. Мечтают глупцы, наивные идиоты, которые не способны видеть дальше своего страшного носа. Вейн не мечтал, он ставил перед собой цели и добивался. Уничтожал каждого, кто осмеливался встать у него на пути. Ломать человек просто, порой даже приятно. Он не садист, но получает удовольствие от собственного превосходства над окружающими. Чувствовать власть. Силу. Страх. Вот что важно, а мечты оставьте глупцам. Вейн реалист и он знает, как устроен проклятый мир, в котором им всем не повезло родиться. Впрочем, он сам воспринимал это везение, пресловутый христианский рай про который так любили говорить миссионеры еще не прельщал. Мир без убийств? Без золота? Бед ласк женщин? Дерьмовый мир, в котором он не хотел бы жить. Чарльз Вейн не верил ни в бога, ни в дьявола, даже в морского не верил. Глупо верить, в то, что нельзя пощупать. Чарльз Вейн верил в себя. Именно себя он считал дьявол морским, себя и только себя. Человек высшая ступень из всех возможных, но этого недостаточно. Большинство людей черви и так редко попадутся среди них настоящие боги, те кто ступает по земле, наслаждаясь этим миром и управляя его потоками. Нассау россыпь людей, но среди них все черви. И только редкие исключение способны встань вровень с ним. С Чарльзом Вейном, тем кто еще все покажет…покажет. Но сначала выпьет и протрезвеет. Или выпьет еще. Как упадут кости. Он закрывает глаза, в ожидание что сейчас на губах почувствует горячий вкус рома, промочит горло и впадет в окончательное пьяное веселье. Но у него выбивают кружку из рук и Вейн открывает глаза. Первое, что он видит яркие рыжие волосы. А затем уже ее лицо. Энн Бонни, потаскуха Джека. Вейн всегда относился к ней хорошо, даже уважительно. Удивлялся, как такая женщина как она могла выбрать такого мужчину как Джек. У Джека масса достоинств, но он не мужчина. Мартышка, которой суждено выступать в бродячем цирке всю жизнь. Развлекать публику и выполнять свой долг. Энн была другой. Дерзкая, сильная, желанная. О да. Многие желали Энн, и будет ложью если Чарльз скажет, что он исключение. Мужчины все по природе своей охотники, а у пиратов это чувство достигает своего максимума. В конечном итоге погоня за испанскими галеонами, набитыми золотом, точно такая же охота, как и за рябчиком в лесу. Женщины, те же галеоны или рябчики. Все недоступное всегда запретное. А Энн Бонни самый недоступный из всех плодов Нассау. Вот такая простая логика, приводит к выводу. Что рыжая потаскуха Джека, самая желанная женщина Нассау у каждого, кто имеет между ног яйца и член. Вейн не является исключением. Он хотел Бонни, с первого дня как понял, что эта девица не так проста. Что это не очередное увлечение Джека, что она нечто большее чем просто девица на одну ночь. Хотел трахнуть ее, заливая ром в глотку, иметь сзади жестко и беспринципно. Не думать о ее удовольствие, просто демонстрация абсолютной власти.  Но все, кто желал Бонни, знали, что попытка взять ее силой имеет лишь один исход. Смерть от ее руки, сабля которой он владела была остра, а ее навыки превосходны. Ее боялись, почти все. Почти. Вейн не боялся, его сдерживал другой фактор. Он как капитан знал, что желание обладать мимолетно. Сегодня он есть, а завтра кожа ее стала дряблой, а лицо не привлекательным. Годы пробегают слишком быстро, чтобы успевать ловить момент. А как член команды она гораздо более ценная. Ничего личного, просто команда. Семья, в которой нет места пошлости и дурным мыслям. Он отгонял от себя это годами, наваждения ее лица, запачканного в крови англичан. Ее стоны, раздающиеся из каюты Рэкхема. Даже пришлось ввести правило, никакого секса не корабле. Ведь трахаться хотелось всем, а женщина была лишь у Джека. Но сейчас, он больше не капитан. Его ничего не сдерживает. А подобное дерзкое поведение было весьма губительно для ее безопасности. Можно опустить Чарльза Вейна на дно. Можно лишить его всего. Можно заставить потерять его вкус к жизни. Но нельзя выбивать у него из рук кружку с ромом. Фатальная ошибка, за которую придется дорого заплатить.
- Энн, - протягивает Вейн и разворачивается в ее сторону в пол оборота. Прищуривает глаза, смотрит внимательно, чтобы в следующий момент подняться с места и выхватив нож приставить его к горлу рыжей девицы. Его крепкие пальцы сжимаются на ее запястье, которое уже легло на рукоять сабли, - не стоит, - он качает головой и отпускает запястье. Если она дернется, он вскроет ей горло. Его рука поднимается выше под запястью, дотрагивается до предплечья, смыкает на шее, он сдавливает горло, придавливает силой к стойке, - слышала поговорку, не трогай дерьмо – вонять будет? – вокруг начали собираться зрители, что Вейну никак не нравилось. Он отпускает Энн и разворачивается ко всем зевакам, - продолжаем веселье или есть желающие вступиться за честь дамы? – он знает, что никто не рискнет. Энн и сама в состояние себя защитить, а связываться с Вейном себе дороже. Да вот только это позволяет ей вывернуться, ускользнуть в сторону и быть готовой к следующему нападению, - не стоит. У тебя нет шансов. Ты всего лишь сучка Джека, - Вейн ухмыляется и садится обратно. Просит налить ему еще.
Ее появление не имеет смысла. Это ничего не меняет.

[nick]Charles Vane[/nick][status]get on with it, motherfucker[/status][icon]https://i.imgur.com/sbkysXE.gif[/icon][sign][/sign][lz]<a class="lzname">Чарльз Вейн</a><div class="fandom">TALES OF BRITANNIA</div><div class="info">Are you as surprised as I am that I'm the only one here behaving myself?</div>[/lz]

+2

5

Запах перегара и перебродившего рома ударил в лицо в мгновение, как Вейн оказался рядом – Энн поморщилась, но далеко не из-за острого лезвия, оказавшегося у ее шеи. Не сделай он этого, она потеряла бы всякую веру в бравого корсара, о котором еще недавно судачили в каждом трактире и переулке, перемывая косточки тем, кто был менее удачлив, менее успешен, чем он. Энн Бонни не пыталась скрыть отвращение, которое испытывала к некогда своему капитану, ее губы подрагивали в так и непроизнесенных ругательствах, а ладонь машинально уже сжимала эфес шпаги. Выхватить оружие она все равно не смогла бы – размаха не хватило бы, но попытаться оттолкнуть мужчину увесистым навершием попробовать можно было.

Энн способна была закрыть глаза на все, даже трусость, что и пороком, в ее понимании мира, не было, на все, кроме безропотного принятия своей незавидной участи. Только по одной этой причине сам вид Чарльза Вейна злил ее до судорог в ладонях. Сжать их в кулаки и удар за ударом выбить все дерьмо из него, пока тот не поймет, что сам отказывается от очередного шанса все вернуть, исправить их общую с Джеком ошибку. Гордость не позволяла, должно быть. Зато позволяла существовать подобно свинье, которую вот-вот могут зарезать под шумок очередной пьяной драки в трактире.

- Думаешь, можешь меня напугать?- с ухмылкой спросила Энн, специально подавшись чуть вперед навстречу лезвию. Холодный металл ошпарил кожу, оставил даже крохотные царапины, но и это пугало мало. Он не убьет ее, если не хочет похоронить собственную репутацию окончательно и бесповоротно; Вейн не убьет ее, потому что каким бы упрямцем ни был, он не был дураком.

Девушка успела жадно вдохнуть воздух ровно перед тем, как рука мужчины грубо сжала горло и припечатала ее головой о стойку. От удара в ушах появился звон, через пару мгновений обернувшийся скорее шумом, что заглушал голоса и притихшие разговоры праздных зевак. Она дышала тяжело: потрескавшаяся лаковая поверхность дерева запотела от ее горячего дыхания. Но взгляд, помутившийся на секунду, неизменно был прикован к Вейну, она ждала возможности вырваться, терпеливо, вопреки обыкновению. Не гоже устраивать сцену средь бела дня раньше времени – если все пойдет в том же духе, шанс у нее представится. Пусть Чарльз наиграется, потешит самолюбие, что еще не спало, не залитое крепким пойлом.

Стоило ей почувствовать, что хватка ослабевает, как Энн с силой дернулась в сторону и проворно отскочила на несколько шагов от мужчины, машинально коснувшись шеи, на которой наверняка останутся красные отметины. Не самое худшее, что могло произойти, да и не в первый раз. Обведя взглядом сгрудившихся вокруг стойки моряков, девушка поправила шляпу и достала из-за пояса кортик с обоюдоострым клинком, перепавший ей в одном из плаваний. Одного этого жеста хватило, чтобы зеваки поспешили разойтись по своим углам, подобно крысам, и только жадно поглядывали на них со стороны в ожидании продолжения. Она ведь не уйдет, сдавшись так быстро – не в ее характере.

Мужчины всегда любили бросаться словами – они почему-то неизменно считали, что больнее можно ранить именно словом, хорошо и правильно подобранным к оппоненту. Словно вызов на дуэль брошенной белоснежной перчаткой, что в принципе в пиратском порту казалось неуместным. Пусть оставят это дерьмо солдатне и прочим военным, что ходят под парусами Короля. Вейн мог говорить о ней все, что угодно: не было еще вещей, не озвученных на этом проклятом острове о ней и Джеке. У кого-то просто хватало ума обсуждать это не в их присутствии. У Чарльза не хватило.

- О каких шансах идет речь?- фыркнула Бонни, сделав шаг к стойке и чуть склонив голову набок. Специально протягивала слова, что в ее хриплой манере звучали особенно тихо и было сложно подслушать. – Может, лучше поговорим о твоих шансах получить хоть какую-то стоящую наводку?

После произошедшего Гатри недальновидно отдала всю информацию, более-менее стоявшую внимания, команде Флинта – одному горделивому капитану, тем самым вверив ему негласное главенство среди пиратов на острове. Но если тот ошибется – хоть в чем-то – она потеряет связи, деньги и влияние. А что-то Энн подсказывало, что недолго оставалось этой девице-белоручке смотреть на них свысока. Бонни с удовольствием посмотрит на то, как рушится ее маленькая ребяческая империя.

- Но что о них говорить, если они равны нулю. Ты ведь не больше, чем сучка Гатри. Крутит тобой, как хочет, а ты и рад уступить. Сидишь здесь, напиваешься изо дня в день, пока Флинт обносит твои корабли,- решила воспользоваться его же монетой. Только не кричит во всеуслышание. Подошла со спины на безопасное расстояние и, понизив голос, произнесла так тихо, чтобы мог услышать только Вейн. Унижать его перед другими у нее не было никакого резона – она ведь пришла вытаскивать его из того болота, в котором он сам себя топил уже несколько гребанных недель. Надеялась лишь, что задетая гордость заставит его хотя бы выслушать ее доводы. Но не в этой жизни Энн стоило рассчитывать на сознательность мужчин.

Выругавшись, Бонни согнула ногу в колене и ударила ровно по стулу, на котором вальяжно устроился Чарльз, повыше перекладины, что держала неровные деревяшки, служившие ножками. Сломать не сломала, но стул опрокинуть смогла. И чтобы не повторять своей же ошибки, девушка поторопилась отступить на пару шагов назад и заблаговременно выхватила шпагу, выставив ее перед собой.

- Я не уйду, ты же знаешь. Тебе придется меня выслушать. И протрезветь для начала. От тебя воняет хуже, чем от упомянутого тобой дерьма.

Вейн не мог не хотеть вернуть корабль и команду, как и Энн не хотела прощаться с той жизнью, которую знала. А для этого им нужны были капитаны, что способны не просто настроить против себя Корону, но и повести за собой людей. Увы, Чарльз был именно таким человеком. А, значит, стоил ее стараний.

[nick]Anne Bonny[/nick][status]fire head[/status][icon]https://64.media.tumblr.com/c5ea0de1ed97fb7211197a54a5f8f53f/tumblr_olcxrmGovt1r44znyo3_500.gifv[/icon][sign] [/sign][lz]<a class="lzname">Энн Бонни</a><div class="fandom">black sails</div><div class="info"><center>feels like free spirit</center></div>[/lz]

+2

6

Дерзость. Чарльз Вейн уважал ее в разумных пределах. Иметь в команде человека с яйцами, лучше, чем не иметь. А если дерзость подпитано силой, то это и вовсе становится бесценно. Чарльз всегда был дерзок, не признавал авторитетов и поступал так как считает нужным. Именно дерзость сделала его тем, кем он является. Без нее он бы так и ходил под капитанством Черной Бороды, не мечтая о многом, довольствуясь малым. Всего лишь помощник, которому достается добыча наравне с остальными. Жалкий червь не способный реализовать собственные амбиции из-за страха. Вейн не уважал бы сам себя, если бы не был дерзок. Если бы всегда склонял голову от страха и ужаса при взгляде на своего капитана. Слабак, который не может взять то, что принадлежало ему по праву. Вейн дерзок. Именно это сделало его капитаном. Именно это наводит ужас на испанцев и англичан. Дерзость ставится выше тактики и навыкам. Умению и силе. Дерзость, заставляет воплощать в жизнь самые безумные и отчаянные планы. Те на которые не решится не один капитан кроме него, те, которые кажутся невозможными, поэтому никто их даже не рассматривает. Никто кроме Чарльза Вейна. Человека, который поставил свои амбиции и стремления в абсолют. Он не отступит и не сдаться. И даже если ему в одиночку предстоит выйти против всего британского флота, он останется стоять на месте. Не сбежит и сокрушит каждого из них. Бегите глупцы. Бросайте оружие трусы. Дьявол морской существует и имя ему ЧАРЛЬЗ ВЕЙН.
Если бы он родился бабой, то его звали бы Энн Бонни. Смотря на нее, он смотрит в свое собственное отражение. Нет, они не похожи внешне. Но стержень у них был сделан из одной породы. Несгибаемый, непробиваемый. Этот стержень, то, что так бесило его в ней. То, что так восхищало его в ней. Непоколебимая, стойкая, неуступчивая. Совсем как он. Невозможно заставить делать Энн, что-то против ее воли. Она поступает так как хочет сама. Нельзя продавить, невозможно запугать. Сильнейшая из всех, кого он знал в своей жизни. Перед ней матерые пираты становятся жалкими юнцами. И она прекрасно осознает ее силу. Один взгляд способен заставить вражескую команду сдаться, взмах клинка лишить жизни, а улыбка? Она не улыбается. Слишком сурова для этого. Во всяком случае Чарльз Вейн ни разу не видел, чтобы Энн Бонни улыбалась.
И сейчас она дерзила ему. Выводила на эмоции. Действовала правильно. Он бы поступил точно так же. Заставил бы выйти из зоны комфорта, именуемой собственное дерьмо. Пробудить гнев, а затем уже говорить на равных. Да, умничка. Вейн в ней даже не сомневался. Но Энн не учла одного, за его холодным взглядом. Тем самым в котором нет прежнего огня. Скрывается человек, который прекрасно осознает эту манипуляцию. Чарльз не был глуп, он понимает, что она делает. А раз понимает, то ее действия не имеют смысла. Они не сработают с ним. Сколько угодно она может манипулировать Джеком, командой, кем угодно. Но не им. Он останется глух к ее словам и действиям. Не трать время Энн, проваливай к чертям.
Пугать ее бесполезно. Ведь он бы не испугался. Он бы продолжил. И она подобно ему не пугается. Демонстрирует свое бесстрашие. Продолжает гнуть свою линию. Про мужчину можно сказать упертый баран, то, как сказать про женщину? Дура, которая лезет не в свое дело. Выскочка осмелившаяся перечить ему? А кто он такой? Чарльз Вейн, некогда великий, а теперь падший. Даже не капитан, ведь нельзя оставаться капитаном не имея корабля. Так какое он имеет право указывать ей? Сейчас по иерархии Нассау, она находится гораздо выше его. Приказы ничто, поступки не имеют значения. Уйти сейчас, значит признать, что она находится ниже. Нет, она не уйдет пока не добьется своего. Ведь на кону стоял ее авторитет, и если Чарльзу Вейну нечего терять кроме своей жизни, то Энн Бонни было что терять.
- Наводка? – Чарльз начинает смеяться. Демонстративно, громко, привлекая к себе внимание окружающих, - на кой черт мне наводки, когда у меня нет корабля? – сейчас это последнее, что его волновало. Да и Вейн уже понял, что глупо проводить года в море в надежде урвать кушь. Словно пес питаться с рук Гатри и надеяться на ее благоразумие. Девица заигралась в королеву, слишком увлеклась. Сегодня фаворит Флинт, завтра Вейн и так по кругу. Вейн долго играл в эту игру, но даже его терпению приходит конец. Более он не видел в ней смысла. О нет. Он больше не собирался ждать наводок от Гатри, верить в ее милость и ждать. С него хватило этого дерьма и теперь правила изменятся. Больше никаких уступок, никаких наводок. Он станет тем, кто управляет Нассау. А все что для этого нужно, захватить форт. И когда это произойдет, не один из капитанов не посмеет ему перечить. Ведь став врагов Вейна в бухту, не зайдешь, не опустишь якорь и не спустишь лодки на воду. Пушки уничтожат каждого, кто откажется платить процент с добычи. Нет смысла гоняться за наводками, когда этим могут заниматься другие.
Но Энн Бонни этого знать не стоит. Она потеряла его доверие, когда предала. Когда предпочла Джека. Он вычеркнул ее из своей жизни и сделал своим врагом. И лишь былое уважение спасает ее сейчас от ножа между ребер. Но всякое уважение вещь недолговечная, когда в дело вмешиваются эмоции. О да. Она все же вывела его из себя. И этот смех лишь иллюзия, которую он создает, чтобы заставить потерять бдительность. Огонь разгорается в его душе. Угольки стали пламенем. И пламя это разрушительное для всех, кто посмеет к нему приблизиться.
Падение становится последней каплей. Он вскакивает и грудь его вздымается. Кулаки сжимаются. Он едва сдерживает себя в руках, чтобы не отвесить увесистую оплеуху по ее лицу.
Что. Она. Себе. Позволяет?
Выслушать? Энн не скажет ничего нового. В ее маленькой рыжей голове не может возникнуть умная мысль. Все что она скажет, он думал еще неделю назад. Любой ее план обречен на провал, либо не стоит его стараний. Слова, слова, слова. Не стоит тратить их по напрасно, если бог не даровал ума. Увы. Стоит признать, из них троих, больше всего отсыпали Джеку. И она либо шепчет ему на ухо его слова, либо действует по своей инициативе. Первое он никогда не признает, ко второму никогда не прислушается.
Он приближается ближе. Нависает над ней. Произносит тихо, эти слова предназначены для них двоих.
- Придет день. И этот остров будет в моей власти. Молись в этот день. Богу, Дьяволу. Любому, кто способен тебя услышать. Молись на коленях и приклоняй лоб к земле. Молись как никогда не молилась. Ибо в тот день, Чарльз Вейн придет по твою душу. И все пытки ада, покажутся детской забавой по сравнению с тем, что я сделаю с тобой и твоим телом.

[nick]Charles Vane[/nick][status]get on with it, motherfucker[/status][icon]https://i.imgur.com/sbkysXE.gif[/icon][sign][/sign][lz]<a class="lzname">Чарльз Вейн</a><div class="fandom">TALES OF BRITANNIA</div><div class="info">Are you as surprised as I am that I'm the only one here behaving myself?</div>[/lz]

+2

7

- План провалится, у нас не хватает людей,- голос Рэкхема звучит сухо, с горькой уверенностью в неизбежном провале. Рано или поздно он упустит контроль над судном и командой, над борделем и той жизнью, за которой гнался, которую так желал, но которую удержать оказался не в силах. Пираты, в один миг обернувшиеся против сильнейшего из них, предавшие Чарльза Вейна из-за банального «неблагоприятного» стечения обстоятельств, как не раз называл это Джек, не будут выжидать время, чтобы наброситься уже на него самого. Поднять бунт против такого, как Рэкхем, несложно – его недостаточно боятся. Какими бы ни были его поступки, он не способен на жестокость, бессмысленную, порой, но неизменно завоевывавшую уважение. Энн же – напротив. Энн Бонни слишком непредсказуема в глазах команды, ее сторонятся. Но и ее фигура подле правой руки капитана Рэкхема, увы, меняет не многое. И Джек Рэкхем прекрасно это понимает. Но понятия не имеет, как это изменить.

Он хватает со стола полную кружку рома и, жадно глотая обжигающее глотку пойло, отбрасывает ее через мгновение в сторону – та ударяется о пол с гулким деревянным шумом и откатывается куда-то в сторону, ближе к приоткрытому балкону. Запускает руки в волосы и жмурится, пока в висках не зазвенит. Не слышит, как Энн рывком поднимается со своего места и, замахнувшись, раскрытой ладонью бьет его по щеке. Этот жест ей не идет: Энн Бонни должна бить кулаком, не скупиться на силу удара, чтобы выбить у оппонента всю дурь из головы. Но с Джеком всегда все было в разы сложнее.

- Я поговорю с ним, если ты не можешь. Чтоб тебя… - Энн шипит, говорит тише, чем привыкла, но не сводит взгляда с остолбеневшего мужчины, схватившегося за саднившую щеку. Она ждет ответа, возражения, хоть чего-то, мать его!

- Он не станет с тобой говорить. В этом нет никакого смысла, он не захочет помогать нам после всего,- неуверенно, оскорбленно, что ли, отвечает Джек и со свойственной ему манерностью одергивает запыленный, высоленный воротник пепельного камзола. Энн с трудом сдерживается от того, чтобы ударить его еще раз, вместо этого лишь делает шаг назад и подхватывает шляпу со стола.

- С тобой  - не станет,- бросает напоследок девушка и громко хлопает дверью. Так, что характерные борделю звуки прерываются на долгие несколько мгновений, пока спокойствие вновь не захватывает головы жадных до женского внимания посетителей.

— ☠ —

Хуже всего было понимать, что Рэкхем вновь оказался прав. Возможно, она и сама перегнула палку, начав «разговор» не с того и совершенно неправильно расставив акценты, но видя в этот момент полный ненависти взгляд Вейна, Энн мысленно выругалась и брезгливо передернула плечами, понимая, что все и без того было бесполезно. Она никогда не умела подбирать слова, предпочитала молчать или ударить посильнее, нежели сыпать объяснениями – это было прерогативой Джека. Но нет, сейчас ей необходимо было ввязаться в обреченную на провал идею!

Они оба слишком упрямы, чтобы уступить, чтобы отмахнуться от сиюминутной слабости друг друга, пусть даже во имя общего дела. И ведь оно было! Не пустая наводка от Гатри, не слухи, что гуляли по тавернам и порту, а настоящее дело, которое при удачном раскладе сделало бы их богачами! Они смогли бы купить весь чертов остров, корабли, команды – всех! Если бы только эти двое могли найти в себе силы перешагнуть через собственную гордость.

- У тебя нет корабля. Нет команды. И тех, кто бы поддерживал тебя. Действительно думаешь, что этот день придет?- прошипела Энн Бонни, глядя пирату в лицо и не отводя взгляда ни на мгновение. Шпагу она не торопилась опускать, лишь отвела руку чуть назад, чтобы все же сохранить между ними хоть какое-то расстояние. Поморщилась и фыркнула, позволив себе кривую, почти сломанную ухмылку уголком губ. Не верить угрозами Вейна было глупо, хорошо зная его жестокость, зная то, что тот редко бросался словами на ветер. Но бояться не боялась – уже нет.

- Я не боюсь ни тебя, ни кого бы то ни было другого,- девушка вскинула голову и чуть приподняла брови, с вызовом сделав небольшой шаг вперед. Она слышала тишину, сгустившуюся вокруг них: моряки давно бросили свои игры и пристально наблюдали за ними, готовясь в любой момент либо сбежать, если вдруг дело дойдет до драки, либо охотно присоединиться к намечавшейся суете. Ее руки чуть подрагивали от напряжения и раздражения, кипевшего в груди. Почему ей казалось, что будет просто? Как она позволила себе думать, что стоит вообще влезать в дела Рэкхема и Вейна? Проклятье! – Я предлагала перемирие, чертову возможность разобраться в произошедшем! Я переспрошу один единственный раз. Ты предпочтешь остаться в собственном дерьме шансу вернуть свое имя и свергнуть Гатри?

Из-за Элеонор они все окажутся в петлях. Лишь вопрос времени, когда она заиграется и навлечет на Нассау военных, которым же и сдаст всех, кто будет угрожать ее жизни. Девчонка лишь играет в «хозяйку» острова, но по-настоящему «своей» ей никогда не стать, строя козни за спинами многих пиратов во имя собственного выигрыша. Вскидывает нос, будто лучше их, смотрит на них, будто бы выше по происхождению, а на деле – лживее и гнилее любой портовой крысы. Гатри благоволит Флинту сейчас, пока ей это выгодно, завтра же – ей будет выгодно сдать их всех Короне. Ее время закончится, и к этому моменту нужно иметь достаточно связей и необходимых «ниточек», чтобы вовремя успеть занять место под солнцем.

Энн до этих интриг было далеко, плевать, кто кем управляет, кто отдает приказы. Это все были игры Джека с его навязчивым желанием увековечить собственное имя в истории, сделать нечто такое, о чем люди бы говорили; забвение после смерти пугало его больше провала, любой сделанной ошибки. Так ли кардинально отличался от него Вейн? Лишь малость, спроси кто-то Энн Бонни, вынужденную подыгрывать, лишь бы мужчины не ныли как дети, не успевая в беготне наперегонки со своей гордостью.

Понимала ли это Макс, когда так легко и ненавязчиво появилась в ее жизни? Незаметно пытаясь отдалить Энн Бонни от Джека, путая ее прямолинейность и уверенность в собственном выборе? Она старалась об этом не думать, отгоняла от себя мысли и саму необходимость выбора, хотя чувствовала, что рано или поздно выбирать придется. Может, поэтому предпочла разбираться в проблемах других людей, нежели своих собственных. Лучше компания Вейна, готового убить ее в любой момент, чем остаться один на один с собственными сомнениями.

- Я предлагаю тебе последний раз. Забыть о том, что было, и присоединиться к нам в одном деле. Просто поговорить, для начала. У тебя есть время подумать до заката. Буду ждать в порту с ответом, любым. Хочу видеть твои пьяные глаза, чтобы убедиться, что ты действительно глуп, если откажешься.

[nick]Anne Bonny[/nick][status]fire head[/status][icon]https://64.media.tumblr.com/c5ea0de1ed97fb7211197a54a5f8f53f/tumblr_olcxrmGovt1r44znyo3_500.gifv[/icon][sign] [/sign][lz]<a class="lzname">Энн Бонни</a><div class="fandom">black sails</div><div class="info"><center>feels like free spirit</center></div>[/lz]

+1

8

Нассау славится своей свободы. Всем от Англии до Тортуги известно, что этот остров свободный. Здесь каждый волен высказывать свое мнение. Говорить, что думает. Поступать как хочет. Но свобода вещь весьма хрупкая, ведь опьяненные ее властью умы могут забыться в своих словах и поступках. Перейти черту, ту самую, где начинается свобода другого человека. А раз Нассау свободен, то и не будет мнимых судов. Свобода рассудит всех самостоятельно. Стычки на саблях, выстрелы пистолетов. Все это обыденность Нассау. Там, где пересекаются две свободы, побеждает сильнейший. Или хитрейший. Вейн относил себя и к тем и другим. Поэтому он до сих пор был жив. Поэтому он единственный кто абсолютно свободен на острове. Пока другие не могут раскрыться, он живет. Говорит и делает, что вздумается. И глядя на эти мылкие речи рыжеволосой в его душе зарождается гнев. У женщин на этом острове слишком много свободы. А Энн Бонни среди них Чарльз Вейн от Венеры. Дерзкая, сильная, принципиальная, неуступчивая. Женщина, которая должна была родиться мужчиной. О да. Из нее вышел бы превосходный капитан, который бороздил бы моря и топил суда англичан. Дельцы страховых компаний бы вырывали у себя с головы остатки волосы. Выли бы на Луну. Уверовали в бога и дьявола. Каждый раз, когда речь заходила бы о капитане Бонни. Гроза карибского моря, человек чей флаг знают даже при дворе монархии. Он бы мог достичь всего этого. Она нет. Энн Бонни не повезло родиться женщиной. Всего лишь игрушка в мужских руках. И как бы стойко она не защищала свою «свободу», как бы не отстаивала свои принципы. Она всегда будет всего лишь женщиной. С Джеком она или с другим пиратом, какая, собственно говоря, разница? Ее дело стоять позади мужского плеча, быть столь необходимой поддержкой демонов его амбиций. Любовница, подруга, мать. Все это ее роли. Такой потенциал…который никогда не будет реализован.
- Тот, кто умеет ждать – добивается своего, - Вейн смотрит, пытается сохранять спокойствие. Чтобы его мимика соответствовала словам. Но желваки выдают его. Взгляд полный опасного гнева, который в любой момент может вырваться наружу. Он отвлекается на ее губы, потрескавшиеся от ветра и соли. Губы, которые сводили с ума многих мужчин Нассау. Запретный плод всегда сладок. Любовь шлюх продается. Но они никогда не отдаются без остатка. Это всего лишь сделка за серебро. Любовь Энн не знает ценны. Лишь она решает какого мужчину выбрать. И этот мужчина счастливчик. Поставь хоть миллион женщин в ряд, среди них не найдется подобной ей. И это манит всякого пирата, который жаждет познать усладу иного рода. Ту в которой стоны искренни, а не поддельны, - сколько раз мы оставались без серебра, корабля, команды? В этой голове, - Чарльз прислоняет палец к виску и стучит по нему несколько раз, - всегда есть план. Сегодня я на дне, а завтра уже топлю вашу жалкую лодку. Скармливаю вас акулам и отправляю души к Дьяволу морскому. Терпение вознаграждается, Энн, - в перевороте, который устроил Джек, решающую роль сыграла Энн. Неважно, чего она хотела в тот момент. Люди пошла не за Рэкхемом, а за ней. Только у нее хватило бы яиц бросить вызов Чарльзу Вейну, если все пошло не по плану. Ведь можно идти на Вейна толпой, можно окружать, стрелять, пытаться сразить шпагой. Но он всегда успеет забрать с собой парочку чужих жизней. И никто не хотел бы оказаться тем, кому не повезло. Жалкие трусы, прикрывающиеся за юбкой бабы. Они вызывали у Вейна отвращение. Слабая команда, собранная Джеком. Ошибкой было делегировать ему набор. Ведь планка изначально установленная Вейном снижалась с каждым новым набором. Элитная команда превратилась в мусор, который не стоил в сражение ничего. Суда захватывались исключительно на авторитете и мастерстве Чарльза, а не силе команды. Капитан без надежной команды…все же это его ошибка.
- Не боишься, потому что слишком глупа, - Вейн ухмыляется, - бояться стоило бы. Страх естественен для человека. Он движущая сила, которая помогает превозмогать. Глупая, глупая Энн Бонни, не знающая страха. Достойная восхищения, достойная жалости. Перемирие? Засунь к черту свое перемирие. И Гатри можете захватить с собой.
Гордость, самое уязвимое место мужчин. Она ослепляет их. Возможности, которые есть в этом мире не видны из-под пелены гордыни. Чарльз Вейн был гордецом, которых мало в этом мире. Он оправдывал гордость словами о чести, достоинстве. Но по факту, просто не мог принять сторону того, кто однажды его предал. Все нутро Вейна было против. Чарльзу была отвратительна сама мысль о возможном сотрудничестве с Джеком. Но это была возможность. Как знать, возможно та самая о которой он говорил. Джек облажается, это лишь вопрос времени. И это дело…он может облажаться и на нем. И тогда именно Чарльз будет тем, кто поможет им всем выбраться живыми. Стоит ли упускать птицу, которая сама оказалась у него в руках из-за одной лишь гордыни? Пересилить себя. Сломать если потребуется. Но сделать то, что необходимо. Он пришел в порт. Один, против пятерых. Джек, Энн и еще трое громил. Такие смелые, когда их пятеро. Такие глупые. Ведь у него 4 пистолета, чтобы выстрелить в грудь. И сабля, которая отрежет гнилой язык Джека, если Вейну не понравится озвученное предложение.
Чарльз молчит, не произносит не слова. Он ждет, когда заговорят они. Ведь это их предложение, а значит в первую очередь ОН необходим им, а не наоборот. Он прищуривается, смотрит на Джека с презрением, облизывает губы переводя взгляд на Бонни. Словно насмехается над Рэкхемом.

[nick]Charles Vane[/nick][status]get on with it, motherfucker[/status][icon]https://i.imgur.com/sbkysXE.gif[/icon][sign][/sign][lz]<a class="lzname">Чарльз Вейн</a><div class="fandom">TALES OF BRITANNIA</div><div class="info">Are you as surprised as I am that I'm the only one here behaving myself?</div>[/lz]

+2

9

Джек Рэкхем нервничал. Мерил шагами деревянный настил причала, скудно освещаемый несколькими масляными лампами, позвякивавшими на ветру. Несколько шагов – пауза. Взгляд жадно обежал темные шатры, что усеивали песчаный берег на границе порта, но не смог выхватить ни одну тень, что направлялась бы в их сторону. Вновь несколько шагов, и он снова остановился, на этот раз уставившись глазами куда-то в сторону кораблей. Океан, похоже, неспокоен: воздух был наполнен запахом соли и водорослей, что прибило к песчаному берегу, а судна шумно позвякивали такелажем, переваливаясь с борта на борт при каждом столкновении с небольшими, пока что, волнами. Лишь вопрос времени, когда непогода настигнет крошечный островок, и тогда удачливы будут те, что остались в эту ночь на суше.

Энн Бонни раздраженно закатила глаза. Мерные шаги, будто бы выверенные по секундной стрелке карманных часов, но неизменно перерываемые недолговечной тишиной действовали на нервы, вынуждая крепче сжимать точильный камень в ладони. Кусая пересохшие губы, она со звенящим шелестом скользила камнем по острому лезвию кинжала, изредка высекая искорки, мгновенно потухавшие на холодном воздухе. Завораживающее зрелище, если бы не эти мерзкие слуху шаги. Ей хватало здравого смысла, чтобы не срываться на Джека при других – позволить ему играть роль бравого капитана, которую он играл хуже, чем любая портовая девка отыгрывала эмоции. Тем не менее, и ее терпение не было безграничным. Щелк, щелк, щелк, пока пальцы не стало сводить судорогой от напряжения. Энн чуть ослабила хватку и коротко взмахнула рукой, поймав случайный взгляд Рэкхема ровно в тот момент, как попыталась мельком осмотреться. Фыркнула беззвучно и кивком опустила полы шляпы, окончательно скрывшей ее лицо в густой тени ночи. Ей нечего было сказать ему, хотелось лишь бросить хриплое «ебать тебя, Джек», чтобы хоть как-то заставить его заткнуть молчаливый поток его мыслей.

Она не знала, явится ли Вейн после своих уверенно брошенных ей в лицо слов о том, что перемирие не было вариантом. Могла лишь рассчитывать на его любопытство, единственный из козырей, правильно разыгранный Энн в разговоре. Любой захотел бы узнать, для чего Джеку понадобилась помощь, тем более при таких обстоятельствах. Другой вопрос лишь в том, как не растрепать все, чтобы не позволить увести их наводку. И вот здесь оставалось полагаться на хитрость Рэкхема, потому как никто из их прежней троицы не смог бы провернуть подобное дело так, как того требовала ситуация. Энн Бонни сделала все, что было в ее силах, остальное же – в руках мужчин. Как и обычно, черт возьми.

Энн рывком спрыгнула с бочки и, спрятав камень куда-то во внутренний карман плаща, медленно, любовно почти что, провела кончиком указательного пальца по остро заточенному лезвию кинжала. Удовлетворенно ухмыльнулась и, облокотившись о деревянный столб, на котором как раз и был закреплен фонарь, перевела взгляд на еле различимые тени шатров. Ей не показалось, когда она заметила отделившуюся от общего темного фона фигуру, уверенно приближавшуюся к ним. Свистнула тихонько, привлекая внимание Джека и остальных, и склонила голову набок, чуть вскинув брови.

«Только попробуй заныть еще раз»,- буквально читалось в ее взгляде в этот момент, и, кажется, Рэкхем отлично ее понял, поскольку поторопился замереть на месте и одернуть измятый, пожелтевший на солнце камзол. Он закашлялся, от чего трое головорезов, стоявших ровно за спиной Бонни, как-то неловко зешевелились. Молчать оказалось чертовски сложно даже при условии, что она редко была разговорчива, и все же в этот момент ей приходилось почти что давиться ругательствами от нелепости происходящего. Врезать по лицу одному, ударить под дых другого и послать в преисподнюю троицу пиратов, явно лишнюю в этом разговоре. Это было исключительно их дело.

Они ведь были командой: Чарльз, Джек и Энн. Всегда могли рассчитывать друг на друга, прикрывали слабые стороны, были почти что непобедимы вместе, и это работало, пока один не решил воспользоваться подвернувшейся возможностью, а другой не потерял все из-за собственного тщеславия и жадности. Бери все и не отдавай ничего взамен – главная заповедь пиратства, почему-то в этот раз уязвившая гордость Вейна. Впрочем, ничего нового этот мир и не преподносил. Все то же старое-доброе соперничество, которое для кого-то всегда становится неожиданностью. Спроси кто-то ее мнения, всяко лучше, что корабль и команда достались Рэкхему, нежели ушли бы под Гатри, Флинта и бог весть кого еще. Но нет, это же вопрос блядской чести!

Энн сплюнула, столкнувшись взглядом с Вейном, и поморщилась, спрятав кинжал в ножны. Джека подобным было не разозлить, не вывести из себя и не смутить; ему ни к чему отстаивать ее честь, больше нет, от этого все происходящее выглядело только большим абсурдом и фарсом. О, как же это раздражало.

- Значит, Энн смогла донести до тебя важность этого разговора. Прекрасно,- проговорил Рэкхем, схватившись руками за борты собственного камзола и будто бы расправив плечи. – Что ж…

- Давай к делу,- зашипела Энн и закатила глаза, скрестив руки на груди, отчего стала казаться еще меньше, чем выглядела на самом деле. Обманчиво свободная одежда не всегда скрывала ее чрезмерную худобу, и в этом случае только сильнее ее подчеркнула.

- Что ж,- повторил снова Джек, кашлянув в кулак, и сделал шаг к Вейну, будто не видел на его лице презрительно-выжидающее выражение. – Нам нужны доверенные люди в деле, которое позволит изменить баланс сил в Нассау. Лучше тебя никого здесь нет, кому бы я мог доверять, поэтому я очень рассчитываю на твою взаимопомощь. Мне жаль, что все сложилось так… неоднозначно. Предлагаю перемирие и сотрудничество. Как раньше.

Рэкхем глубоко вздохнул и протянул руку Вейну, чуть вскинув брови, как обычно это делал, когда был готов долго ждать ответа на заданный вопрос. –У тебя снова будет корабль и команда. Возможность повести за собой людей и сделать этот остров по-настоящему свободным, пока его не сдали с потрохами короне. Каждый пойдет по своему пути, никакого соперничества. Я прошу только взаимной поддержки. Это разве много? После всего, что мы прошли как одна команда.

[nick]Anne Bonny[/nick][status]fire head[/status][icon]https://64.media.tumblr.com/c5ea0de1ed97fb7211197a54a5f8f53f/tumblr_olcxrmGovt1r44znyo3_500.gifv[/icon][sign] [/sign][lz]<a class="lzname">Энн Бонни</a><div class="fandom">black sails</div><div class="info"><center>feels like free spirit</center></div>[/lz]

+2


Вы здесь » ex libris » альтернатива » dead men tell no tales [black sails]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно