ex libris

Объявление

Ярость застила глаза, но – в очередной раз – разум взял своё и Граф легким аккуратным движением руки перехватил Виконта, будто бы тот ничего не весил, и, мягким, останавливающим, движением не дал вспороть шею поверженному некроманту.
— Тут достаточно крови. Он умрет и сам.
Быстрый, внимательный взгляд в сторону человека и вопросительно приподнятая, аккуратная бровь – умрешь же?
Возмущённый вздох – французский.
Хриплый свист через сжатые губы и такой же прямой взгляд в ответ Кролоку. Выживет. Слишком сильный. Слишком долго общается со смертью на ты. Возможно даже последний из тех, первых, что заключили контракт с костлявой.
— Мессир?
Адальберт тоже сохраняет хладный рассудок, чуть взволнованно посматривая на треснувшие зеркала – всплеск силы, произошедший буквально несколько минут назад, вновь зацепил всех. Франсуа тоже пытается сказать что-то, но вместо слов издает очередной булькающий звук и бросается в сторону уборной.
Ситуация сюрреалистична.
Ситуация провокационна.
Рука расслабляется на талии Герберта, не потому что Эрих этого хочет, а потому что в его пальцах сминается ткань тонкой рубахи обнажая… обнажая. На самом дне синих глаз все еще клокочет ярость, и только Виконт сможет понять её суть – не должна была сложится подобная ситуация в эти дни. В любые другие, но не те, что должны были принадлежать им для осознания, понимания, расставления литер и точек.

Лучший пост: Graf von Krolock
Ex Libris

ex libris crossover

— А ты Артёма Соколова видел? – Вася спросил у него первое, что на ум пришло.
— Ну да, он меня рекомендовал.
Вася завистливо хмыкнул, взведя курок.
Никто не понял. До сих пор дело висит без подозреваемых. Стечение случайных обстоятельств.
А Вася и ничего не знал. Спустя три часа после назначенного времени телеграфировал в Москву, что не встретил на перроне напарника. А где мальчик-то? Куда дели?
Ему так и не ответили.
Вася не даже самому себе не смог объяснить, зачем.
До какой-то щемящей завистливой боли в груди он чем-то походил на Артёма, то ли выправкой, то ли молчаливостью. Вася не понял, а, убив, в принципе утратил возможность разобраться. Да чё там было-то, Соколов – это класс, это верхушка, это интеллигенция, как его можно сравнивать с каким-то босяком-курсантом?
Артём бы не позволил себя просто так пристрелить в тёмной подворотне. Никогда.
Вася получил такое моральное удовлетворение, увидев, как разъехались некрасиво молодецкие ноги, как расползлась на груди рубашка. Некрасиво, неправильно, ничтожно. Вот тебе и отличник. Вася с удовлетворением потыкал носком ботинка в ещё румяную щеку, пытаясь примерить на его лицо Тёмино.
Но ничего даже близко.
Это успокаивает его на некоторое время.

Лучший эпизод: чёрный воронок [Eivor & Sirius Black]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ex libris » альтернатива » don't get scratched


don't get scratched

Сообщений 1 страница 30 из 32

1

don't get scratched

К 10 годам ты уже знаешь что тебе скажет "тот самый человек". Если ты не Тим.
И когда все вокруг сходят с ума по своим крашам и соулмейтам - страшно, что у тебя такого нет. И, возможно, не будет.

https://i.imgur.com/f3xkEpX.gif

https://i.imgur.com/wAgv4NU.gif

Когда ты родом из лаборатории - ты и не надеешься на то, что у тебя будет "соулмейт", потому, что не уверен, что есть эта самая "душа".
Но надпись на запястье.. Обнадёживает?

https://i.imgur.com/NrrzB9L.gif

И вот мы тут.
Привет.

https://i.imgur.com/zscfMGl.gif

[nick]Stray Cat[/nick][status]paws and claws[/status][icon]https://i.imgur.com/XF4BJ4G.gif[/icon][sign]https://i.imgur.com/siBBlNj.png  https://i.imgur.com/BkWrMTE.png[/sign][lz]<a class="lzname">Тим Дрейк</a> <div class="fandom">dc</div> <div class="info"><center>don't gimme too much - i'll tear <a href="http://exlibris.rusff.me/profile.php?id=1666"><b>you </b></a> to pieces</center></div>[/lz]

у нас было две разных ау, желание поиграть стекло и мягкое, а так же - мемы

https://i.imgur.com/vlj3boI.jpg

https://i.imgur.com/WF21DQB.jpg

Отредактировано Timothy Drake (10.08.20 08:12:11)

+4

2

[status]paws and claws[/status][icon]https://i.imgur.com/XF4BJ4G.gif[/icon][sign]https://i.imgur.com/siBBlNj.png  https://i.imgur.com/BkWrMTE.png[/sign][lz]<a class="lzname">Тим Дрейк</a> <div class="fandom">dc</div> <div class="info"><center>don't gimme too much -
i'll tear <a href="http://exlibris.rusff.me/profile.php?id=1666"><b>you </b></a> to pieces</center></div>[/lz]
[indent] Он касается букв на коже дрожащими пальцами. Неверие - это не то слово, которое может описать хотя бы толику происходящего в его голове. Ему хочется пойти и спрашивать всех вокруг как это возможно. Как такое происходит. Но вместо этого он плотнее натягивает перчатки от костюма Робина и надевает маску.
   Брюс, конечно же, заметит изменение, всегда так было и будет. Но Тим не готов обсуждать эту неожиданность. Не сейчас, не сегодня. Он не понимает с чем это связано. Не может для себя пояснить чем это вызвано.
  У всех надписи появлялись к годам 10 - и это самое позднее.
  Тиму - 16.
  У него будет настолько огромная разница с его ..половинкой? Он выдыхает, прикрывая глаза, сама мысль об этом непривычна. Дрейк не то, чтобы был готов смириться с мыслью о том, что ему предначертано быть одному, как он думал до появления этой надписи, но ..Это слишком странно?
  Трёт виски, в ожидании что ему скажет его ментор, в какую часть города отправит на этот раз.
   Дни тянутся: один-другой-третий. Всё в привычной колее, всё как и было.
     Ну да, ну да, не бывает же так, чтобы люди сразу находились. Чего я ждал - крутится в голове, а мозг всё ещё пытается из огромного потока чужой речи услышать то самое. Пальцы невольно сжимая на запястье левой руки, надавливая до боли.
  Всё ещё не слишком верит в то, что это случилось. В то, что это - правда. Что... Он не будет один.
     Но работу-то никто не отменял, верно? И новое задание удивляет его. Нет, конечно, это не первый раз, как они работают вне Готэма, но... Метрополис, серьезно?
Тим хмурится, но соглашается, забираясь в джет, а по высадке принимает одно простое решение - хочешь остаться незаметным - будь обыденным. А мальчишка в супергеройском костюме это явно не самое обыденное, что встречается в мире.
  Бэтмен дал указание найти проблему, её источник и разобраться с ней. Карт бланш на целый час. Тим прячет в одном из проулков пояс от костюма, плащ и маску.
   Из переулка выбегает чёрный кот, быстро озираясь и водя носом. Чтобы понять в какую сторону бежать - не нужны годы изнурительных тренировок - идти надо туда, откуда бегут люди. Прыгая по пожарным лестницам и мусорным бакам, в попытке не оказаться затоптанным он лавирует к нужному месту.
  Тим почти приближается к самому эпицентру, усаживаясь на большой ящик, который очевидно кто-то оторвал от чего-то и теперь он валяется посреди проезжей части. Чёрный кот склоняет голову на бок и всматривается в роботов, пытаясь найти что-то, что указало бы на их принадлежность к той или иной злодейской организации. Но не успевает, потому, что ощущает как кто-то (что-то?) поднимает его в воздух, а в следующий миг он снова в той подворотне, где прятал части своего костюма.
   И он наконец видит своё "транспортное средство" - юноша, немногим выше его, с яркой большой буквой S на груди.
   Тим смотрит на него снизу вверх. Тот загораживает собой солнце, и пахнет от него каким-то сильным одеколоном - от Брюса и Дика никогда не пахло так. Парень улыбается от уха до уха, голливудской с белоснежными зубами. И вообще выглядит как уменьшенная и.. более дерзкая версия Супермена. Он буквально сам излучает свет.
    А потом он открывает рот и Тим замирает на середине движения - глаза голубые вперивает в чужие и стоит на всех четырёх лапах нервно дёргая хвостом.
   Но юноша не понимает причины - его крепкая рука осторожным движением скользит от головы к хвосту, и Тим перебарывает инстинкт выгнуть спину навстречу касанию. В его голове крутится лишь одно "повтори. прошу, повтори. что ты только что сказал?!", но всё, что он может произнести в таком состоянии - это "Мр"
   Супербой. Это Супербой. Тим вспоминает, что что-то о нём уже говорил ему Бэтмен, но детали ускользают, потому что сердце бьётся бешено быстро, даже по кошачьим меркам.
   У него тёплые руки. Он любит животных? Или только котов?
  Тим не знает. Но узнать обязан.
  Пока новый знакомый скрывается за поворотом, выпалив что-то про спасение города - Тим остаётся наедине сам с собой, пытаясь собрать себя в кучу.

что  это  только  что  было  ?
   Шерсть обратно на кожу, размеры кота обратно на размеры мальчишки, и пояс вернуть себе, налепляя на лицо маску, чтобы защитить тайну личности.
  Теперь ему ещё более жизненно необходимо попасть в самую гущу событий. Потому, что именно там виднеется фигурка в кожаной куртке, что летает от робота к роботу, только и слышен лязг металла.
   Крюк кошка и меткость - и вот Тим на скорости несётся к ближайшему, вот только, на половине пути практически впечатывается в летящего Супербоя. Шикает с негодованием, прямо сейчас уже чувствуя, как выступит синяк на плече от такого столкновения.
- Эй, осторожнее тут мотайся, Супермальчик, - шипит тихонько, хватаясь за чужую руку, чтобы совсем не шмякнутся на асфальт с такой высоты - кто-то из них (роботы или Супербой) оборвали его трос, и начальный план по попытке помочь защитить город - проваливается.
    Кажется - придётся импровизировать.

+1

3

Вообще-то тема о родственных душах всегда касалась Кента как что-то болезненное. Вернее, с того момента, как он узнал.
Ведь когда он узнал, то принялся изучать свою руку. Но, как и ожидалось, не нашел ни-че-го.
Кларк ободряюще похлопал по плечу и сказал, что у криптонцев вообще нет этих надписей. И он счастлив, поскольку у Лоис этой надписи тоже не было.
Только вот Кон - криптонец лишь наполовину.
Как Джон.
Поэтому надпись мелкого "Ребёнок проснулся" хоть и заставила посмеяться в рукав на сопение будущего Супербоя, что с родственной душой тому явно не повезло, если его прозвали так.Неужели его соулмейт настолько старше? Но тот был рад. Это читалось в голубых глазах очень четко.
А на его руке было пусто. Может, эта схема поломана из-за его возраста, и через десять... нет, уже девять лет все придет в норму. Но есть и догадка более ужасная, что Коннер - лишь клон, а клонам вообще иметь родственную душу не положено.

А, если быть до конца честным, то он и потерял счет времени, что сегодня ровно год, как он ступил на Землю. Коннер принял датой своего рождения тот день, когда Кларк показал ему проекцию Криптона, а не этот.
Какое это имеет значение, верно? Он здесь, чтобы помогать людям. Тем людям, что с надеждой смотрят в небо. И хотя он жил на ферме - быть сиделкой для Джона сегодня было удачной идеей, поскольку на город напали. Понять это несложно по звукам за окнами. Привязав Джона к стулу для его же безопасности под недовольное мычание, неуспешная нянька покинула квартиру Кентов.


https://i.imgur.com/mc9AwVK.gif


Роботы. Прелесть какая. Найти слабое место не получится из-за стали, но это неважно. Пока Кент пытается напрячь зрение в неудачной попытке найти слабое место, в поле его видимости попадает блестящая на солнышке черная шерсть в эпицентре, где давно нет людей. И конечно он не упускает возможность спасти кота.

Знает не понаслышке, что те привередливы в переноске. Особенно уличные. Поэтому укладывает на руках максимально удобно. Нет, царапин бояться Супербою нечего, но животное жалко. А у него же действительно очень мягкая шерсть. Супербой был уверен, что у уличных котов такого не встретишь. Да и кот на руках сидит очень спокойно, как будто только что не взмыл в небо на сомнительном средстве передвижения. А когда встречается с максимально редким для черного кота голубыми глазами, лишь открыто ему улыбается.

- Да ты создан для того, чтобы летать.

Ему нравились коты. Было в этих животных какое-то мистическое очарование. Особенно в черных. Особенно с неестественными голубыми лупиками.
Ставит кота на лапы в ближайшей подворотне и не удерживается от того, чтобы провести рукой по шерсти. Она очень мягкая! А кот забавный. Кент даже понимает, почему их охотно берут с улицы. Ибо эти прожигающие глаза и короткое мурчание - завораживают.
- Понравилось? Занимайся кошачьими делами, а я - своими, окей, приятель?
После чего Супербой снова взлетает, возвращаясь к своим делам... как он и обещал коту. Да. Сложно признаться себе в своей одиночестве, если разговариваешь с котами, да?

Прожечь в роботах дырку не выходит. Красный луч отрекошетил в ближайшее здание, и Супербой поставил мысленную галочку так больше не делать. Когда Кон-Эл заканчивает перетаскивать людей в безопасное место попутно, раздавая ободряюще-вызывающие улыбки, в него влетает нечто. Вернее, некто. Чисто на автопилоте Супербой хватается за руку новоявленного помощника. И тут же не особо довольно выдыхает, но пытается быть приветливым.
- И тебе привет... - замечает на груди R, и немного тормозит с опознанием, - Эр... робин!
Да, точно! Кларк рассказывал ему о Бэтмене, наряду с другими источниками информации. Ассоциация с чем-то хмурым и темным дает Супербою шанс прозреть в ситуации, и почему этот бурчащий брюнет... такой. Ставит того на землю и коротко описывает ситуацию, принимая в нём союзника с неохотой.
- Сталь. Я не могу сжечь механизм.

Чуть отвлекается от недовольной птицы Готэма, чтобы оценить обстановку. Вообще-то, всё, что пока может сказать Супербой - Робин зануда. И не очень стильный. Оттенки зеленого ему явно не к лицу. Хотя кто их знает, в их Готэме. Да и вообще-то план действий от помощника Бэтмена ему не особо нужен.

+1

4

[indent] "Кошачьи дела", Тим не может не крутить чужие слова в своей голове, не то злясь ещё больше, не то удивляясь откуда он такой вот весь вылез. Вылетел? Появился? Не важно, важно то, что его тянет стянуть перчатку и ткнуть в чужое лицо свою надпись со словами - "Ну, типа, здравствуй, ты кто вообще такой?!"
   ...Делать это он, конечно же, не станет. Потому выдыхает, поджимая губы. Нужно сохранять холодный разум и всё вот это вот, и придумать план действия, да, план.
- Нужно бить их в места крепления конечностей, - Тиму не нужно было много времени, чтобы заметить, что там роботы не имеют дополнительной степени защиты, и, несмотря на то, что это глупо, если вы хотите, чтобы ваши роботы служили вам долго, но для героев это - благо. Чужая глупость, в общем-то, всегда благо. - Бери того, что справа, я возьму этого. - он не дожидается чужого соглашения с планом - снова крюк-кошка, снова ощущение полёта, и.. Ну.. Ему правда нравилось находиться в воздухе?.. Тим чувствует, что у него загораются щёки от смущения и насильно выгоняет из головы эти мысли. Мысли о том, что, кажется, самая важная встреча только что произошла.
  И... Чёрт, нет, Тим, сосредоточься, не думай о том, что это Супер. Не думай о том, что он какой-то выпендрежник. Не думай. Нет, работа. Сначала всегда идёт работа - так и Брюс говорил.
   Как только приближается к фигуре из металла - достаёт из-за спины посох, выдвигает лезвие и с силой вгоняет в сочленение "руки" и "плеча" робота, от чего из механизма идёт дым и летят искры. Хорошо, что костюм прорезинен и можно не бояться удара током. Быстрая пробежка и то же самое действие со второй рукой, но прежде чем он успевает сам спрыгнуть с махины - рука остаточным действием смахивает его, и Тим чудом лишь успевает схватиться за свой посох, который всё ещё торчит из плеча робота.  Немного силы рук и ловкости ему требуется для того, чтобы запрыгнуть обратно, вынуть посох и вогнать его в "шею".
   Как всё же хорошо, что многие технические "гении" делают роботов по какому-то одному шаблону и всегда, зачем-то, похожими на людей. Благодаря этому можно разобрать их как кукол за краткий период времени, не переживая, не тратя драгоценные минуты на попытки найти слабые места. Сразу в бой, сразу полезное действие и спасение города.
   Небольшая бомба, которая помещается в дырку, которую он проделал шестом - и Тим на своём плаще планирует на землю под грохот обрушения махины.
- И часто у вас тут такое? - не может сдержать свою язвительность, просто не хочет даже, при виде того, с каким именно лицом приземляется этот Супербой на землю. Но вдалеке видит чёрную фигуру Бэтмена, а это значит, что отсюда пора делать ноги. Как не вовремя, чёрт подери! У него тьма вопросов, у него тьма нерешенных дел... но спорить будет бесполезно. И откроет все его сегодняшние находки. А он ещё не готов раскрывать Брюсу то, что встретил того самого человека.
   С другой стороны, насколько он знал - Супермен - криптонец. Он не с Земли. И, по идее, не должен был иметь такую надпись. Насколько Тим знал про это - его догадка правдой была. Была ли у половинки Супермена надпись? Есть ли она у Супербоя?... Тиму нужно знать, очень сильно. Это безумно важно!
   Но он выдыхает, расправляя плечи и подаёт руку для рукопожатия. Не ради вежливости, но мысля стратегически.
- Было приятно... Познакомиться. Удачи. - смотрит в глаза, что прячутся за солнечными очками, уверенно сжимает чужую руку в своей, маленькой хитростью сгибая её так, чтобы заметить крошечный кусочек кожи, и буквы на ней. Надпись есть! Сердце бьётся отчаянно быстро, но Дрейк быстро берёт себя под контроль и, легонько кивнув, отпускает чужую руку и быстро шагает в сторону Бэтмена.
- Всё прошло хорошо, я бы добрался до дома сам, - произносит тихонько, когда взгляд ментора пригвождает его к земле. - Никаких проблем, правда.
   Брюс вопросов не задаёт, лишь указывает дорогу до джета, в Готэм они возвращаются молча. А в пещере Тиму приходится отчитываться за стратегические решения и собственную неосторожность, которая чуть дважды не вызвала его падение на землю с большой высоты.
- Ты какой-то не собранный сегодня, Тим. Что тебя беспокоит? - в строгости голоса мелькает что-то тёплое, отцовское, Брюс присаживается на край стола рядом с ним, и заглядывает в лицо. Тим перебарывает в себе желание взяться за собственное запястье, чтобы погладить кожу, успокоить себя. Потому что это движение выдаст его с потрохами, поэтому он даже толком не смотрит на свои руки.
- Не знаю, я просто.. Не ожидал увидеть кого-то ещё? Тем более Супера! - разводит руками. Нескоординированность действий его раздражает бесконечно. И он не понимает как Бэтмен справляется с Лигой в моменты подобные этому. - Но.. Работать не одному... Весело? - он поднимает глаза на ментора как-то.. виновато, что ли. Потому что вся их работа, конечно же, не про веселье, вся их работа, конечно же, не про радость. Это защита невинных, это обеспечение безопасности, но.. Сверстники это - приятно? У Грейсона же были его Титаны. Почему у Тима не может быть чего-то... Похожего?
- Ну, если ты так считаешь, то... Хорошо. - Брюс пожимает плечами и, кажется, сдаётся.
   Полученную свободу нужно использовать грамотно. Очень.
  Но единственное, что приходит Тиму в голову это опять прикинутся уличным котом и прогуливаться по улицам Метрополиса. В шальной надежде вычислить этого Супербоя вне костюма.
   Самым правильным, конечно же, он считает, что нужно ошиваться неподалёку от дома Супермена. А, так как он знает, что это Кларк Кент - Тим садится на крыльцо многоэтажки, внимательно вслушиваясь в то, что происходит вокруг, прикрыв глаза, и позволяя метропольскому солнцу нагревать свою шкурку. [status]paws and claws[/status][icon]https://i.imgur.com/XF4BJ4G.gif[/icon][sign]https://i.imgur.com/siBBlNj.png  https://i.imgur.com/BkWrMTE.png[/sign][lz]<a class="lzname">Тим Дрейк</a> <div class="fandom">dc</div> <div class="info"><center>don't gimme too much -
i'll tear <a href="http://exlibris.rusff.me/profile.php?id=1666"><b>you </b></a> to pieces</center></div>[/lz]

+1

5

- Ага, - усмехается парень уже в спину улетающему союзнику. Вообще-то уместнее было бы сказать "понял", или что-то в этом духе, но а) помощник Бэтмена с порога раскомандовался и б)... как он сам не додумался?

Разобраться с роботами оказалось раз плюнуть. И вот Коннер уже стоит на земле, искоса поглядывая на случайного напарника. Будут ли они еще работать вместе? Определит время. Поскольку Супермен работал с Бэтменом, и со многими другими. Быть командным игроком - вполне в характере Кона, а вот выступать в одиночку - честно говоря, отстой. Не потому что сложно. Скорее... скучно?

- Только по вторникам, - отвечает Супербой также язвительно, ухмыляясь. Ну же, Робин, не так сложно улыбнуться. Ты же наверняка тренировал все мышцы, а про мышцы лица забыл? Напряги-ись. Нет? Ну да ладно, в другой раз.

- Да, мне тоже. Ты бы черканул номерок, повторили бы, - повторяет Коннер, пожимая протянутую руку. Где им пересечься - вопрос на миллион. Поскольку едва ли Кона можно назвать постоянным жильцом определенного места. Но вот Метрополис - город Супермена, и здесь не засветиться ну никак нельзя.

Почему-то от ухода Робина стало... тоскливо. Может, тоску нагнал супергерой в костюме летучей мыши, может что-то еще, но факт остается фактом. Встреча была хоть и короткая, но интересная. Хорошо встретить ровесника-супергероя. Кларк и Джон из этого списка выбивались по понятным причинам. Чтобы как-то разбавить настрой, отвлекается на смелого прохожего, снимающего происходящее на телефон. Нацепляет привычную всем улыбку, и в следующую секунду взмывает в воздух, чтобы скрыться. Из-за суматохи в городе скрывать тайну личности легче, но об этом все же... не стоит забывать? Не ради себя, но Кларка, Джона и Лоис.

Правда в их квартире натыкается на недовольных родителей [Лоис]. Бравый настрой немного улетучивается от гневных вопросов журналистки.
- А что мне было делать? Джон хотел помочь! - шах и мат? Шах и мат. По глазам Кларка видно, пусть тот и мотает головой в знак поддержки жены. Идиллия в чистом виде, не хватает только фотки на память. Коннер в двух словах пересказывает события последнего часа Супермену. Наверное, упоминать о Бэтмене было так себе идеей, поскольку это была гневная тирада от Лоис номер два.

Но успех - из дома его не выгнали, под клятвенное обещание больше не связывать брата. [Хорошо, есть же еще наручники и батарея, правда?]
На самом деле, со всей семьей Кларка было тепло. С ма и па в Смолвиле. Здесь, с его сыном и женой. Но это возвращало невеселые мысли о том, что хотя криптонец обжился на Земле - у Кона этого не было. Ни напарников, ни друзей, ни семьи, которые приняли его сами. Да, прошло не так много времени, но... Но то, что он только нажил врагов, не показатель, что пока всё - плохо? Ведь даже тот Робин, глаза которого скрыты под маской, вёл себя отчужденно. Но у него наверняка была семья и друзья. Может, даже девушка.

Что с Коном не так?

Понятно что. Но говорить об этом не хочется.

Пока все разбрелись по своим делам, оставляя Коннеру в распоряжение гостиную, он не поспешил заглянуть в душ, нет. Он вышел... да, вышел, через окно, на эвакуационную лестницу. Прошел он правда недолго, один пролет, чтобы сесть и поразмышлять. Город оказался тихим. Голоса людей замылились где-то в дворах, как и гудение машин. Город восстанавливается после случившегося, улицу перекрыли. Репортеров, конечно же, отпустили  выполнять их трудовой долг.

А Коннер... погряз в ощущении неправильности. Сложно найти себя в этом мире, когда даже не с кем обсудить. Не под восторженные еще совсем невинные возгласы Джона, не под скептицизм Лоис, не под нравоучения Кларка, а просто...

Это одиночество?

Возможно. Было бы не так тоскливо, если бы у Кента, ровно как и у его младшего брата, на руке вырисовывались символы. Пусть китайские, пусть русские - любые. Но каждый раз, когда Коннер замечал пустую руку в бою - он терялся. Не мог зацепиться за свою благородную цель, за ненависть к врагу и его деяниям - ни к чему. Оставалось лишь противное ощущение, что  он оставлен сам себе, что он клон, что он неправильный. И когда на Гавайях это чуть не стоило ему жизни - Коннер более не носил одну лишь футболку с символом надежды. Он снова вернулся к куртке. Первое время закручивал эластичную ленту на руке - чисто чтобы выработать привычку. И выработал. Не за месяц, за чуть большее время. Не обращать внимание. Вопреки символу S - не искать надежду там, где её нет. Ведь Кларк же её не потерял, да? Хотя у него этих буковок на руке тоже не было. И обрел счастье. Друзей. Семью.

Только после довольно оглушительного для тишины "Мяу" замечает, что облокотил руку о колено, и нервно ерошит ей волосы. Но поднимает взгляд и замечает кота. Того самого. С восхитительно-голубыми глазами. Такими, казалось бы, понимающими и зрящими в душу. Но...

- Эй, приятель, это ты, - вытягивает руку и берет кота на колени. Тот не то, чтобы согласен. Но не сопротивляется. В голове возникает информация о том, что кот, как бы, прошел до сюда несколько кварталов. Нет, коты, конечно, возвращались домой и через большие расстояния, но такое совпадение...

Медленно проводит рукой по идеально гладкой шерсти, которой бы позавидовало любое животное на планете - Кон почти уверен, хотя ни разу не трогал ту же норку. - Ни за что не поверю, что ты не домашний. Что ты здесь делаешь?

Вообще, он бы и рад взять кота в квартиру, но сам в ней гость.
Не скрывает тоску в голосе. В глазах. В теле. Знает, что его видит только кот - всё остальное пустое и показушное. Но компании парень несомненно рад.

- Никто не должен быть одинок.

Выдыхает в пустоту невольному собеседнику. Взбодриться, однако, получилось так себе, на троечку. Летать по городу - не хочется, возвращаться на ферму - тоже, даже в квартиру к телеку - тоже. Но... его все устраивает сейчас. Пока кот не понял, что хозяева его живут этажом выше, а он Кона еды не дождёшься, конечно.

И, как вовремя, кот решает засунуть голову в рукав. Той руки, на которой должна быть дурацкая надпись. Кент не может отпугнуть прилив болезненных воспоминаний и не тешит себя иллюзиями. Но всё же печально успехается, - Слышал о соулмейтах, парень? Возможно, мы с тобой похожи, видишь?

Свободной рукой оттягивает рукав.

И чувствует как сердце болезненно пропускает удар. Даже зрение. казалось бы, расфокусировалось. Кот вскакивает раньше, чем вскакивает и отшатывается Коннер от потрясения. Он бы сказал хоть слово. хоть хриплое "Что?", но слова застревают в горле от шока.

"осторожнее тут мотайся, Супермальчик"

Это же... Робин! Почему он не сказал ни слова? Почему просто уехал? Что ему первым сказал Кон?... Вроде, поздоровался. Прекрасно. С ним же здоровается каждый из людей! Коннер сам не замечает, как перед взлетом открыто улыбается.

Значит, Готэм?...

Но вот незадача. Найти Робина в Готэме не так просто. Несмотря на его цветастый костюм. Но адреналин, прошибающий тело Супербоя, не дает ему времени на перекур. И вскоре знакомая фигура находится.

- Эй, тебе не нужна компания, Чудо-мальчик?

Отредактировано Conner Kent (15.08.20 00:41:55)

+1

6

Mine, immaculate dream made breath and skin
I've been waiting for you

[indent] Тим высматривает осторожно, буквально на периферии зрения, своего героя, Супербоя, того, кто заставил его сердце сделать сальто и сомневаться во всём, что происходит вокруг. Во всём, что было до. И строить робкие планы на то, что будет потом.
  И, внезапно для самого себя, реально высматривает его. Супербой оказывается на пожарной лестнице и Тим устремляется к нему - стремглав, через препятствия в виде лестниц и перил. Мальчишкой, конечно же, было бы проще сократить расстояние между ним и собой, но Тим ещё не готов раскрывать перед ним все свои карты, все свои болевые точки. Он хочет удостовериться, что это, что вся эта история с "единением душ"  - не ложь, не фикция. Что слова на его запястье - это правда его слова. Что всё сегодняшнее - не какая-то глупая сатира на болезненную реальность того, что ему предстоит провести добрую часть своей жизни в одиночестве.
  Он хотел любви. Как у Грейсона и Кори. Несмотря на расу. Несмотря на расстояние - они нашли дру друга, нашли это чувство. Он верил, что всё же у него, как и Брюса - есть в этом мире кто-то, кого он может считать абсолютно точно и безоговорочно своим. И, если это Супербой, то.... Тим не знает, откровенно понятия не имеет, что конкретно это значит. Его пьянит одно только осознание, что он вслух услышал то, что появилось затейливыми буквами на его запястье. "Создан для того, чтобы летать" - где-то глубоко внутри, где ему не стыдно это признавать, где ему не страшно, что всё это - какая-то глупая ложь или даже ошибка - ему до дрожи приятно.
   Ведь... Это важно? Это важный для него человек? Тот, кто сможет его понять, кто будет рядом?
    Тим не помнит как родители рассказывали ему про то, как нашли друг друга - они вообще редко говорили с ним о чувствах и чём-то таком. Если честно, Тим даже не совсем уверен, что они чувствовали что-то. С другой стороны - в этом, наверное, и была суть? Они подходили друг другу идеально, больше думая о правильности поступков, а не о чувствах. А он сам... Ему хотелось. Хотелось, чтобы не так, как у них. Хотелось проводить время рядом с людьми, которые были бы рады видеть его каждый день, которым он не был в тягость, просто немного тепла, немного внимания. Разве он просит так много?
   Тим смотрит на юношу, он грустен - это видно по его лицу, по положению, по глазам. И это немного задевает Дрейка. Разве не этот юнец буквально пару часов назад не был тем, кто так лучисто улыбался? Тем, кто отпускал шуточки? В том, что Тим видит сейчас - много не правильного. Он должен улыбаться, а не... - мелькает в голове, и Тим решается обратить на себя чужое внимание.
   Конечно же, как умеет. Мяуканье выдаётся каким-то отчаянно громким, но зато - сработало. Правда, не то, чтобы Тим рад тому, что уже второй раз за один этот день этот самый Супербой без какого либо предупреждения просто берёт и таскает его так, как ему удобно. С другой стороны - выглядишь как кот - живи с тем, что все будут таскать тебя так, как им удобно, да?
   Но у него мягкие руки. И он осторожен. Тима устраивает получить немного поглаживаний, хотя, конечно, это не то зачем он проделал весь этот путь сегодня. Правда, слова, которые раздаются, прорезая возникшую тишину - режут, где-то внутри, разбивая старую рану, крошками осколков под кожей мчась куда-то по венам к сердцу.
   Никто не должен быть одинок.
  Он повторяет за ним, сам про себя, снова и снова. Никто. Не должен. Тим бросает короткий взгляд на юношу, и не может удержаться от того, чтобы легонько коснуться своим кошачьим лбом чужой руки. В знак поддержки, в знак понимания.
    Ведь он понимает. Понимает и страдает от этого сам. Сам ощущает себя одиноким.
  Но теперь... Теперь ведь всё будет иначе? Теперь они же ... Будут друг у друга?
Тим вспоминает, что хотел удостовериться в этой истине, прежде чем раскроет карты, прежде чем скажет ему всё. И мордой лезет к чужой правой руке.
   Супербой усмехается как-то слишком грустно, но вот рукав отодвинут и Тим успевает увидеть слова. Свои слова. На его коже.
  И, судя по всему, Супербой видит это впервые - потому что его реакция просто буквально заставляет Тима испуганно отпрыгнуть в сторону. А затем он использует это замешательство для того, чтобы скрыться из чужого поля зрения, прежде чем снова стать просто Робином и вернуться к джету, чтобы вернуться в Готэм.
   Сердце бешено стучит в груди, а перед глазами чужое удивление. Тим прикусывает губу и надеется найти ещё хотя бы один повод, чтобы встретиться с Супербоем. ..Но как завести разговор об этом? Как намекнуть ему? Тим практически на грани того, чтобы позвонить Грейсону и начать требовать у него совета.
    Но, вместо этого он отправляется в патруль, чтобы отвлечься, чтобы заставить свою голову работать и делать хоть что-то полезное, а не мечтать о ... О.
   Правда, план, конечно же. срабатывает слабо. Особенно когда по наушнику Бэтмен сообщает ему, что в городе заметил Супербоя. И спросил о чём Тим с тем говорил.
  Но Тим ведь.. Не говорил. И... Его поток мыслей обрывается на половине предложения, потому, что он слышит голос, слышит вопрос.
- Компания? Готэм это не твой город, Супербой, тебе тут будет не интересно, - он старается отвечать так, как ответил бы любому другому человеку. Любому другому, кто не этот юноша. Любому, кто не сказал ему про полёты, что чёрным по белой коже отпечатано на запястье. - Понравилось встретить человека, у которого есть план действия? - в свойственной ему манере усаживается на гаргулью на одной из крыш, поджимая под себя одну из ног, а на колено другой опираясь подбородком, немного кошачьего в повадках всегда было по достаточно очевидной причине привычки проводить время в этой форме.
    Прожигает в собеседнике дырки взглядом, сдерживая в себе порыв сразу раскрыть вообще все карты от настоящего имени до умения обращаться. Выжидает, и сам не понимает чего.
   Знака?
  Он боится доверять. Он всё ещё боится, что это какая-то ошибка. В чём причина того, что надпись появилась только недавно? Ведь у них нет огромной разницы в возрасте. И... Тим не понимает, искренне не понимает в чём дело.
- Через квартал скоро будет ограбление. Так что... Если хочешь, можешь пойти со мной. - Тим хочет, чтобы он хотел. Но, опять же, не всё и сразу, да?
   Почему это всё так сложно?
Chills, is it something real
Or the magic I'm feeding off your fingers?
[status]paws and claws[/status][icon]https://i.imgur.com/XF4BJ4G.gif[/icon][sign]https://i.imgur.com/siBBlNj.png  https://i.imgur.com/BkWrMTE.png[/sign][lz]<a class="lzname">Тим Дрейк</a> <div class="fandom">dc</div> <div class="info"><center>don't gimme too much -
i'll tear <a href="http://exlibris.rusff.me/profile.php?id=1666"><b>you </b></a> to pieces</center></div>[/lz]

Отредактировано Timothy Drake (15.08.20 19:23:38)

+1

7


https://i.imgur.com/96RfTBk.png


And I don't want no other heart to hold me
'Cause I'm only lonely for you

"Это не твой город, Супербой".
Звучит... справедливо? Правда создается впечатление, что его открытым текстом прогоняют. Это даже на короткое мгновение усмиряет пыл Кон-Эла, но уходить - не в его планах на сегодняшний вечер.

"Тебе здесь будет неинтересно"?

Да, тоже правда. К чертям город. Мне интересен ты. Конечно, голосовые связки не идут на поводу у мыслей, и все это остается лишь в голове. Причем очень и очень тихой мыслью. Ему интересен парень перед ним, личность которого скрыта под маской. Но... эта фраза на руке опьянила голову Коннера, и над вариантами "не лететь" и "искать повод зачем" он даже не размышлял. По факту Кон сам не знает, чего ждет. Ведь из общих воспоминаний с Робином - у них лишь утренняя битва, да и не сказать, чтобы это было как-то ярко или чувственно. Всего один момент [но это не значит, что их не может стать больше]. В конце концов, это очень эгоистично. Ведь он не знает Робина. Не знает ничего из его жизни. Даже его имени. И пускай надпись на руке дает толику надежды... Может, она Робину уже и не нужна? Наверняка были те, кто не искал и не ждал родственную душу, наслаждаясь моментом и окружением сейчас.

Но взгляд юноши прожигает.
Может, тебе тоже интересно, Чудо-мальчик?

А может, и нет. Может тот и не верил в сказки про родственную душу. Ведь он живет раз в пятнадцать больше Супербоя - это факт. Может, у него даже уже есть эта "родственная душа"  в виде девушки, что тоже не верит в такие сказки и не ждет чуда. Наслаждается моментом, наслаждается общением, жизнью, в конце концов.

Но отчего-то от таких мыслей стало гадко, а в голове замигало "Так не пойдет". Была еще одна мысль - снять эту маску, которая прячет глаза парня и скрывает личность. Потому что с каждой новой минутой она раздражала все больше. Он действительно не знает, как Робин относится к истории о родственных душах, но он узнает это. Потому что жить, смирившись и не попробовав, мысленно возвращаясь в этот вечер и в этот момент, он просто не сможет.

- План? Да, мне нравится план действий,
- он подлетает так близко к Робину, насколько позволяет гаргулья, - Но хочешь сказать, что ты совсем не импровизируешь?

И совсем неважно, что ему понравилось встретить человека по другой причине.

Поза Робина какая-то зажатая. И давить в себе желание сделать что-то из ряда вон, чтобы он перестал представлять из себя колючего ежа, чертовски сложно. Наверное, это даже можно увидеть в глазах Супербоя. Что ему нужно больше информации о Робине. О том, как вызвать улыбку на этом хмуром лице, например. А ещё... понимает, что невольно скользнул взглядом по руке в перчатке. Что он хотел бы убедиться, что его фраза есть на запястье брюнета, но не знает, как. Может, он зря вообще мутит воду в этом городе? И ему сейчас нужно находится в другом городе, с другими людьми, в своей и при этом чужой семье?

Но Супербой в последний раз прищуривается, и чуть отлетает от супергероя Готэма.

- Скоро будет ограбление? - усмехается, но недолго, поскольку натыкается на этот прожигающий взгляд снова, - Просто звучит клево. Как по расписанию, знаешь? И да, я в деле.

И все же не удерживается от того, чтобы не затронуть волнующую его тему.

- Могу обещать, что буду осторожнее тут мотаться.

Губы растягиваются в легкую ухмылку на одну сторону. Да, я теперь эту фразу никогда не забуду, спасибо большое. И это не плохо в любом случае. Поскольку благодаря Робину узнал, что у него тоже есть родственная душа. Это странное желание, быть как все?.. Наверное, когда это означает, что этот брюнет может быть тем, кто будет рядом и поймет всегда. Даже как напарник. Ведь Супермен и Бэтмен тоже имели общие миссии, да? Правда последний так не нравится Лоис, что от этой тёмной мыши тоже становится не по себе. Похож ли Робин на Бэтмена? Ну то есть... даже Супербой едва ли является точной копией Супермена, хотя буквально является его клоном.

Невольно закусывает губу, понимая, что разговор изжил себя, но еще то, что находиться здесь ему хочется.

Но, в конце концов, у них дело впереди. И возможно, там станет понятно, как поступать дальше. Как вообще поступают люди, которые услышали знакомую фразу от собеседника, которую наверняка хоть раз в жизни мечтали услышать? Просто напрямую говорят об этом? Что же... с тайной личности и здесь у супергероев возникает промах. И это также... неплохо?

Отредактировано Conner Kent (23.08.20 10:02:09)

+1

8

[status]paws and claws[/status][icon]https://i.imgur.com/XF4BJ4G.gif[/icon][sign]https://i.imgur.com/siBBlNj.png  https://i.imgur.com/BkWrMTE.png[/sign][lz]<a class="lzname">Тим Дрейк</a> <div class="fandom">dc</div> <div class="info"><center>don't gimme too much -
i'll tear <a href="http://exlibris.rusff.me/profile.php?id=1666"><b>you </b></a> to pieces</center></div>[/lz][indent] Тим мысленно успокаивает себя, дышит нарочито размеренно. Нарочито спокоен. Нарочито острит, колкостями прощупывая почву.
   Но боится. Отчаянно боится, что отпугнёт его. Совсем. Бесповоротно и далеко. Ведь...
   Нет, в памяти всё ещё его слова об одиночестве, то, что сквозило в тоне голоса, та тоска в глазах - её не подделать. Да и зачем? Перед бездомным котом? Глупость.
   Правда Дрейк не хочет отпугнуть его. На самом деле. Но ему нужно быть осторожным - Брюс тут узнает всё, абсолютно. А перед отцом как-то не ловко прямо под его носом... Тем более нельзя позволять с себя снимать маску. Но так - через выдуманную личность, через Робина, который городская легенда - сложно быть откровенным до того предела, до которого нужно.
  До которого хочется.
  Тим склоняет голову на бок, и поднимает бровь, когда расстояние между ним и Супербоем сокращается. Он конечно же замечает внимание к своим рукам, но поделать ничего не может. Не здесь. Не сейчас. Прости меня.
- Не совсем расписание, просто... Знания. - улыбка расползается на губах, скорее даже заносчивая ухмылка, та, за которую Грейсон в шутку звал его заносчивой задницей семейки. Но, что поделать, Тим и правда любил всё знать. Особенно - заранее. Тем более - про преступления, ведь - это их работа, разве не так?
  Чужие слова, точнее - его собственные слова в чужом голосе, заставляют сощурится, и улыбнуться ещё шире.
  Тим решает, что он не хочет это комментировать, не сейчас, не место этому разговору на крыше, а потом - без предупреждения резко спрыгивает с гаргульи вниз, во время полёта - стреляет крюком в соседнее здание и под свист ветра постепенно приближается к нужному зданию. Ювелирный магазин, чей вход просматривается прямо с точки, что он выбрал себе для просмотра. Идеальное место - видны все подъезды, подходы и то, как Супербой нагоняет его. Очевидно обескураженный таким поведением. Но... Не всё и не сразу, пусть учится терпению.
   Тим ждал его грёбаных шесть лет. Разве не может он подождать каких-то полчаса? Ну, меньше, если всё пойдёт по тому плану, что Тим составил заранее.
   Машина преступников с визгом тормозит у входа в здание, чуть позже, чем Тим предполагал, но всё ещё вписывается в то временное окно, которое он продумывал. Да, он говорил о том, что у него есть план. И план был всегда. Но, Супербой хотел импровизации? Что же, Робину не сложно.
   Тим поворачивается к новому напарнику и, в очередной раз ухмыляясь, салютует, прежде чем спрыгнуть и с этой крыши. - Не только же тебе летать
   Приземляется на крышу машины с характерным грохотом, дверцей машины тут же обезоруживая первого из нападавших. Он не оборачивается на Супербоя, почему-то ему не кажется, что в этот раз у них будут проблемы и стычки из-за нескоординированности. Может просто тут всё проще из-за того, что Готэм - это его вотчина? А может потому, что они и правда не плохо способны работать вместе?
  Например, Дрейк улучает секундочку для того, чтобы увидеть как, несомненно, красиво, Супербой сковывает двух незадачливых беглецов куском бампера. Всё же, Тим испытывает некий... Трепет видя подобное. Сколько бы лет не проходило, сколько бы времени он не видел на что способны другие супергерои.
    Когда они заканчивают с поимкой глупцов, которые даже не успели приблизиться к цели в виде магазина - Тим даже позволяет себе ребяческое "дай пять" новому напарнику. Почему-то это кажется таким верным, таким органичным. Будто бы всегда так и было.
- Из нас, на самом деле, не самая плохая команда, - ухмыляется. Мельком бросает взгляд на часы на башне в городе, чёрт, пора бежать обратно к Бэтмену и... Но так не хочется уходить. Так не хочется оставлять все эти вопросы на потом.
   Потому, что... А вдруг этого "потом" не будет? Вдруг, если он сейчас не даст хотя бы какие-то ответы, хоть какую-то надежду - всё обрушится? Всё то, чего ещё даже не случилось, чёрт подери!
    Тим поджимает губы, слыша как Брюс уже зовёт его по наушнику, но делает шаг в сторону Супербоя. Выдыхает, шумно, глубоко, чтобы успокоиться.
- Я.. Знаю, что у тебя есть вопросы. Я не мог отвечать на них сейчас. Совсем. - глаза виновато опускает на землю и носком тяжелых зелёных ботинок пинает камушек, что со звоном рикошетит от машины в канавку. - Но я отвечу. И задам свои. Завтра. В парке в Метрополисе. В 11 утра у главного входа. Я узнаю тебя. Поверь. - быстро озирается, и, не замечая нигде поблизости укоризненно взирающую тень Великой Мыши, позволяет себе ребяческое - подбегает ещё ближе, поднимаясь на носочки (чёртова разница в росте :С) кратко целует чужую щеку. И тут же, используя дымовую шашку, скрывается на очередной крыше Готэмских высоток.
    Ему страшно. Ему на самом деле не по себе от того, что всё пришлось завершать... Вот так. И, может, Супербой не поймёт и обидится и не придёт вовсе. Но... Ему хочется верить, что всё обернётся без проблем. Что всё сработает.
- Ты ничего не хочешь мне рассказать? - за спиной из тени вырастает фигура Бэтмена и Тим не пугается только потому, что понимал, что этот исход вероятнее всего.
  Тим стаскивает с себя перчатку и показывает Брюсу. - Мне нужно в Метрополис. Завтра. Наверное, до самого вечера.
   Брюс рассматривает слова под разными углами, даже пробует стереть их пальцем в перчатке, но лишь вызывает покраснение кожи. Вздыхает. И в очередной раз напоминает о тайне личности. Об ответственности героев. О всём том, чем Тим и без того дорожил.
   Надежды разбиваются в пух и прах, а ком в горле уже просто размером с добрую тарелку, слёзы подступают к краям глаз, грозя разлиться по лицу от тупой и саднящей в груди обиды. Почему всё складывается именно вот так?
- Я сам отвезу тебя туда. У меня тоже есть кое-какие дела в Метрополисе. А сейчас - пошли домой, Альфред испёк пирог с индейкой. 
    Если вы хотите найти ещё более счастливую птицу в Готэме - у вас вряд ли выйдет, поэтому Тим, вместо тысячи слов, просто подбегает и прижимается к Брюсу, крепко обнимая его. Потому, что никакие слова не выразят эту благодарность. Никакие.
   На утро, в машине, которую ведёт Брюс сам, а не очередной из водителей, которых конечно же, у Уэйна тьма, Тим нервно теребит рукава своей рубашки в клетку.
   А после того, как прощается с родителем - замирает у ворот входа в парк, нигде не видя знакомый уже силуэт. Хотя время неумолимо приближалось к назначенному часу.
   Неужели он всё же переборщил с таинственностью? Отпугнул? Всё испортил? Тысяча и одно сомнение в голове.

+1

9

Повторение слов Робина им все же вызывает ответную реакцию в виде улыбки. Что же, не все так плохо?
Правда комментариев от него не дождешься - тот предпочитает уйти. Посредством соскальзывания с гаргульи. Мило. Кент, на самом деле, не реагирует и не провожает взглядом, потому что какой породы эта птица становится понятно, пусть и с натяжечкой. Супербой качает головой, но все же отправляется следом. Коннер сам слабо понимает ситуацию, в которой оказался. Отношение собеседника. Собственное отношение.

В общем, ему становится безумно интересно.

Наверное, эти размышления нашли отражение в его лице или взгляде. Потому что фразу, сказанную Робином перед началом миссии, Коннер не понимает. Но все же усмехается. Ведь, на самом деле, ощущение полета для Робина наверняка более приятное, чем для Супербоя. Нет, конечно, это классно, крышесносно, все дела, просто... когда это основное твое умение и живешь ты не так долго - воспринимается не так, как если бы ты умел то, чего, по идее, не должен был с рождения.

С противником они разбираются слаженно. Даже лучше, чем в Метрополисе, что удивительно, если учесть, что они толком и не работали вместе. Точно на автопилоте. И вот уже ладонь касается руки напарника в таком кинематографичном жесте "дай пять". - Ещё бы, Роб. И... снова недолгая тишина, которая давит. Но хорошо, что Робин не уходит, и его внимание точно вопит о том, что тот хочет что-то сказать. А Коннер ждет. Только этого и ждет, по сути.

Ведь для всех понятно, что это конец их странной и спонтанной встречи. Его собственная импровизация разбивается о сложную ситуацию. Кон чувствует необходимость сказать хоть что-то, объяснить цель визита. Он думал, что после задания это будет легче, но в итоге стоит и строит из себя супертаинственность, как Робин. Совершенно не зная, с какого края поступиться, и это слишком на него не похоже. Но тот начинает говорить первым.

И... Оказывается, Робин знал? Но не показал это ни мимически, ни как-либо еще? Потому что даже по его ответу не очень понятно, говорят ли они об одном и том же. Но Супербою... нравится. Хотя, по правде сказать, он не знает, какие вопросы задавать Робину. Кент не успевает ответить.

И... остается шокирован.

Когда горячее дыхание Робина обжигает кожу щеки, оставляя на той... поцелуй (?!), а после глаза застилает дымка. Несмотря на щемящее чувство в груди, Супербой устремляется в небо, но... Он, ожидаемо, не видит Робина. И слишком мало знает его, звук его голоса, скрыт ли тот каким-то хитрым устройством, особенности перемещения [хотя хотел бы всё это знать прямо сейчас], чтобы из какофонии городского шума выцепить один, остро нужный. Но что ему еще надо от супергероя Готэма, с другой стороны? Тот все сказал.

- Окей, - все же отвечает Коннер, бросая слово куда-то в небо, зная, что Робин не услышит. А после направляется прочь из города.
Он дважды чуть не врезается в косяк птиц, то рассматривая надпись на запястье, то пребывая в размышлениях. Что-то говорило в нем, что это ощущение похоже на ожидание Рождества в детстве. Или он видел... в кино. Когда не хочется ждать лишний часы, а хочется всего и прямо сейчас. Но его [почему его, в смысле соулмейт] Робин явно не самый простой человек.

Мяуканье в тишине ночного Метрополиса снова звучит оглушающе, и выбивает из мыслей. Но принадлежит оно коту (кому же еще, да), что забрался на дерево. Черная шерсть вводит в замешательство и недоверие (ну не мог это быть тот же кот, с чего такое везение?) И... в правду не тот. Шерсть этого жесткая, так и кричит о том, что он уличный. Полное нежелание сидеть на руках заставляет животное спрыгнуть с той же высоты, на которой он и находился, но уже оттолкнувшись от Супербоя. Последний взгляд серых глаз лишен... осмысленности? Наверное, это его задело в том коте. Хотя глаза у него и в правду красивые.

Супербой влетает в комнату, мысленно благодаря спящее семейство Кентов, хотя не особо рассчитывая на свою удачу. Наверняка его пропажу заметили, просто все комментарии оставят на другой день.

Но сон все равно не клеится. Мешают мысли. Очень много мыслей. Во всех фигурирует Робин. От некоторых даже хочется мычать в подушку. Когда наступает утро, Супербой приходит в логичному выводу - о н   н и ч е г о   н е   п о н и м а е т. Но надо встретится с Робином уже очень скоро. В конце концов, прожигать собственную руку взглядом и вглядываться в буковки уже даже странно. Ведь давно понял, что это все не шутка. А еще воспитанник Бэтмена поцеловал его в щеку.

Ми-ми-ми?

Но если этот планировщик явится в маске, когда сам Кон нет - то Супербой точно спросит с него всё при свидетелях. Потому что это нечестно. И да, так думал Кент, когда направлялся в сторону входа в парк. Настроение, конечно, ему всячески попытались испортить  с утра, но у семьи Кларка вышло слабо. Поэтому остался лишь легкий осадок вкупе с... мандражем.  Да, идеальное сочетание.

Но привычная улыбка нацепляется на лицо, когда он замечает взгляд голубых глаз паренька у входа. Да, и у любого человека на месте Кона фантазия дорисовывает масочку и все остальное прочее. Вроде похож. А голос? Его тоже можно проверить...
- Ждёшь кого-то?

Отредактировано Conner Kent (30.08.20 22:06:58)

+1

10

[status]paws and claws[/status][icon]https://i.imgur.com/XF4BJ4G.gif[/icon][sign]https://i.imgur.com/siBBlNj.png  https://i.imgur.com/BkWrMTE.png[/sign][lz]<a class="lzname">Тим Дрейк</a> <div class="fandom">dc</div> <div class="info"><center>don't gimme too much -
i'll tear <a href="http://exlibris.rusff.me/profile.php?id=1666"><b>you </b></a> to pieces</center></div>[/lz]  [indent] Тим вздрагивает от звука чужого голоса. Оборачивается медленно, так же медленно, но уверенно убеждая сам себя, что шальная идея, плохо проработанный план - сработал. Он - тут.
  Тим подаёт руку для рукопожатия, рукав всё ещё прикрывает надпись на собственном запястье. Но это уже не важно - если он захочет увидеть, Тим препятствовать не станет. Да и зачем?
   Правда, придётся объяснять кое-какие детали, но это всё уже не так важно. Всё это уже меркнет на фоне того, что они - нашлись. Остальное мгновенно становится не важно, кажется.
   Брюс провёл целую лекцию о том, как стоит себя вести. О том, что стоит всё же не называть реального имени. И Тим понимает почему. И понимает, что Уэйн - прав. Но почему-то кажется, что лгать здесь и сейчас просто невыносимо. И до отвратительного - не правильно.
- Тебя, - улыбается, кратко, смущенно даже, чувствуя, что хотя и ждал, и очень надеялся на эту встречу - понятия не имеет как себя вести. Как поступать и что делать.
  Ведь он так ждал этого дня. Этого момента. Всё должно пройти идеально, верно? Ведь...
  Тим подживает губы, вспоминая все истории о соулмейтах, которые слышал от друзей и знакомых. Особенно, конечно, веселила история о том, что Дина Лэнс сначала наваляла Оливеру, а только потом признала, что, ну... Они пара.
  Это, конечно, смешно, только не хотелось бы так, как пелось в одной из песен. Тиму бы точно не хотелось драться с Супербоем. И, наверное, самое время узнать как его зовут.
   Не из файлов, не из чужих бумажек и данных со всяких секретных лабораторий (интересно, кстати, почему Брюс запретил ему залезать на сервера Кадмуса дальше?). А прямо от него. Ведь, ну, обычно, все нормальные люди, поступают именно так, да?
- Меня зову Тим. - сжимает мягко чужую руку в своей. - А ты?
   У него красивые глаза, и Тим подмечает это про себя сначала как-то просто, как факт, а только потому понимает какая именно мысль появилась в его голове и что она означала. Хотя бы в теории.
   Ему нравился Супербой. Очень.
  Дело ли только в том, что кто-то там, в кого Тим даже не верил толком, решил, что они друг другу подходят или в том, что он и правда был привлекателен? Дрейк не понимает. И как решать этот вопрос - тоже. Множество прочитанных книг на тему - никак не помогали. Сколько лет это было в ходу, столько же не было ясно - откуда пошла эта странная "традиция". Кто-то связывал появление надписей с религией. Кто-то - пытался найти научное обоснование.
   Ни у кого не было ответа. А Тиму они были нужны. Раньше - для того, чтобы понять почему у него нет надписи. Теперь - для того, чтобы понять почему именно - он?
   Но ответов нет. Ни у него самого, ни у нового знакомого (?).
- Ты живешь в Метрополисе, да? - Дрейк решает пойти с простых вопросов, с тех, на которые ответы есть точно. Побыть обычным подростком, который пытается узнать своего нового друга (?).
   Но самые странные вопросы - впереди. Самые непривычные темы для разговора - они ещё только маячат, где-то там, на горизонте. И Тим не уедет просто так, не получив ответов, которые хотел получить.
   Они идут медленно, углубляясь в парк, и Тим замечает впереди лоток с сладкой ватой, и чисто инстинктивно хватает Коннера за руку, и тащит за собой к продавцу, заказывая две большие ваты. Импульсивное желание, но ему хотелось как-то успокоить свои нервы, как-то сгладить всю эту неловкость, а что сделает это лучше, чем сладкая вата в парке? Тим не знал, потому и побежал к киоску.
- О, прости, я.. Даже не спросил любишь ли, и.. - вздыхает как-то обреченно. Слишком думает о себе, слишком зациклился на том, что хочется ему самому и не думает о том, что около него другой человек, у которого свои интересы, свои желания и планы. И Тим же вроде как хотел про это всё узнать. Усаживается на первую попавшуюся лавку, вздыхая, по виду даже скорее плюхаясь в отчаянии, а не просто садясь, как обычный человек. Эта нервозность медленно сводит его с ума и легче почему-то не становится.
  Хочется всего и сразу. Но так же не бывает, верно?
- Ладно, твоя очередь. Можешь задавать вопросы, а я постараюсь ответить на них.- не говорит о честности, потому что с этим сложно, Брюс всё-таки же взял с него слово. Но хочет, хочет до отчаянного сильно узнать лучше, узнать больше, стать ближе. - Прости что я.. Такой. Я просто... так долго ждал тебя - проговаривает тихо, тут же пряча лицо за сладкой ватой. Вот она - искренность. Но пугающе честная, непривычная и такая откровенно личная, что за неё тут же становится стыдно, за неё тут же хочется извиняться. Как будто взболтнул лишнего, как будто никто и никогда не должен был услышать от него этих слов.
   Искоса смотрит на чужую реакцию, пытаясь понять, насколько всё испортил этой своей глупостью.

+1

11

Со-ул-мейт.

Что же это все же такое?

Да, Коннер - клон. Но он почему-то уверен, что люди в таком же недоумении, что же это такое и с чем его едят. Потому что наверняка есть те, кто ни разу в жизни так и не услышал фразу, что витиевато вырисовывается на руке. И наверняка они встречают подобных себе и... счастливы? Значит ли "соулмейт" - пару? По некоторым вариантам можно сказать, что да. Но наверняка можно встретить и просто близких друзей. По крайней мере, законов в этом плане точно нет. Есть лишь сам факт физиологии, как необходимость дышать и моргать. А ещё твоя душа - неполная, и есть другая её часть, которую можно узнать по сочетанию букв в чужом голосе, что отзвуком коснуться сердца.

Да, вот только надпись свою Коннер проморгал, и увидел её благодаря коту. Стыдно даже.

Коннер впервые за очень долгое время не спал всю ночь, прокручивая в голове все это. Нет, мысли его были далеки от того, что Робин - парень. Не то, чтобы  в мире были какие-то проблемы с этим, конечно. Скорее о том, как ему повезло, что его соулмейт - супергерой, от которого не надо прятать личность. Защищать от своей второй натуры. Который может стать напарником... командой... семьей? Как минимум, близким человеком, который поймёт и поддержит.

И на ответный взгляд Робина Коннер... улыбается? Но это не та улыбка, которую контролируешь, чтобы выглядеть доброжелательнее. Искренняя. От души. Ведь тот же предложил встретится сам. Пускай и затемнил все загадочностью, и Кон никогда не признает, что для него так интереснее.

- Очень рад знакомству, Тим. Парень мысленно выделяет настоящее имя супергероя Готэма. Которое тот открыл ему. Это важно. - Я Коннер. Да, пожалуй, первый вопрос он прошел, можно выдохнуть. Шутка. На самом деле, это довольно странно. Что люди узнают друг друга по надписи, а потом испытывают страх перед... друг другом (?) По крайней мере, Коннер испытывал, потому что не понимал. Потому что привык жить с мыслью, что у него не будет родственной души. Учился игнорировать, и... напрасно.

Наверное, об этом просто не стоит думать, пусть все идет так, как идет.

Ведь Робин открылся ему... без маски? Кент почти уверен, что голос - тот же, потому что старался запечатлеть в памяти. Как и лицо сейчас.

- Ну... почти, - Кент чешет макушку, прежде чем объяснить, - Но я нужен этому городу. Это была первая моя мысль, когда... - Коннер немного стушевывается, прежде чем ответить адекватно, - В общем, нет, я не живу здесь.

Нет, Кент не хотел врать Тиму. Нисколько. Просто даже для себя определить это было... сложно. Возможно они вместе с этим разберутся. Возможно. Супербой не хотел подводить Кларка и его [свою(?)] семью. Потому что сам в их доме, в Смоллвиле, гость. Так что едва ли он вообще может ответить на вопрос о своем доме. И уж тем более о родном городе. И хотя это отдает всеми красками неискренности... это еще бо́льшее откровение, наверное.

Кстати, интересно было бы узнать, что вообще думает Тим о родственных душах. Хотя и то, что он открылся - приятно? Перед ним действительно открытый человек, а не супергерой, что скрывает личность, что держался особняком, под стать Бэтмену.

Его утягивают к киоску со сладкой ватой. И реакция собеседника забавная. Не в плохом смысле этого слова. Вообще, странно, что сладкую вату Кон не пробовал, но знает её вкус. Как и со многими вещами в его жизни.

- Да расслабься, Тим, кто же не любит сладкую вату? - Кент сам перенимает эту нервозность, а потому старается её устранить. Было бы куда проще, если бы надписи появлялись уже после общения. Потому что не совсем понятен посыл вселенной, которая в итоге чуть ли не стукает людей лбами, оставляя разбираться со всем самостоятельно.

Но Коннер не против. Потому что Робин сейчас выглядит совсем не так, как вчера. Искреннем, не уходящим от темы. Почему-то уверенность в том, что они поймут, как это вообще работает, - железная.

Но вопросы в голову так и не приходят. То есть, совсем никакие, хотя он думал об этом всю ночь, а в итоге подумал, что импровизация - это не так плохо. И где она, когда так нужна? Улетела в страну единорогов на каникулы, не иначе.

"Так долго ждал тебя".

Улыбка отчего-то с лица сходит. Коннер тоже ждал... долго. Год? Но он жил в разу меньше. И у него не было десятилетия вовсе, которое обещает появление надписи. Но, получается, что даже десятилетие Тима было задолго до... его появления на Земле. Кону не приходило в голову, как Робину могло быть нелегко, и... могла ли у него быть надпись, если Коннера не существовало?

Видя реакцию собеседника, сам садится рядом с ним, поворачиваясь к нему в сторону торсом, машинально кладя правую руку на спинку лавки, чуть заводя и за спину нового напарника. Почему-то нет светлой мысли, что его по-настоящему ждали, как несколькими минутами ранее. Есть лишь та, что отбивает набатом переживание за другого человека. Собственный голос, кажется, теряет оттенки, сам сбавляясь на несколько тонов, доходя до хрипотцы, но узнать это очень важно:

- Долго ждал?.. А сколько ты ждал, Тим?

+1

12

[status]paws and claws[/status][icon]https://i.imgur.com/XF4BJ4G.gif[/icon][sign]https://i.imgur.com/siBBlNj.png  https://i.imgur.com/BkWrMTE.png[/sign][lz]<a class="lzname">Тим Дрейк</a> <div class="fandom">dc</div> <div class="info"><center>don't gimme too much -
i'll tear <a href="http://exlibris.rusff.me/profile.php?id=1666"><b>you </b></a> to pieces</center></div>[/lz]   [indent] Коннер, значит? Тим прокатывает чужое имя на языке, в сознании, вешая на него ярлычки и разбирая на детальки-составляющие.
  Коннер.
Супербой.
Теперь два кусочка соединяются, образуя целое. И перед Тимом постепенно начинает, кажется, складываться картинка, он постепенно сможет понять кто перед ним. Какой он человек, этот самый Супербой-Коннер-Кент.
   Тиму интересно. У него в голове вереница вопросов, за которыми - ещё  вопросы, за которыми - ещё парочка, чтобы уточнить. Чтобы ни за что не обидеть, чтобы просто понять.
   Ведь ... Они были ...что?
  Тим вспоминает как его друзья находили своих соулмейтов, как притирались, как находили потом в этом человеке всё - поддержку, опору, радость.
   И величайшее горе при потере.
  Дрейк только нашёл его. Только вот недавно узнал о том, что ему не суждено, не предусмотрено природой находиться в вечном одиночестве. Что есть всё же на этом свете кто-то, кто должен уметь его выслушивать. Есть кто-то, кому он вверит своё время и внимание.
  Ему хочется о ком-то заботиться так же, как Барт заботился о своей подруге. Ему хочется проводить так же время как Стэф со своим новым парнем.
Ему хочется.
   Желаний так много, они все такие яркие, удушающе личные, оглушающе важные.
Тим вслушивается в чужие слова, жадно выхватывая каждую деталь, подмечая всё - от манеры проговаривать гласные, вплоть до не совсем городского акцента, от того, как щурится на солнце, до родинок на руках, которые выглядывают из-за рукавов на запястьях. Морщинки мелкие, когда улыбается в уголках глаз. Каждое его действие впитывает в себя как самое важное.
  Дрейку интересно всё, до самой предельной точки.
  То, что собеседник удивлён и терпит его лишь потому, что ему самому интересно как вся эта система "соулмейтов" работает - Тим не сомневается ни на миг. Почему-то он уверен, что всё это общение сейчас именно как тест. Тест системы.
  И, хорошо бы, чтобы она заработала, иначе.. Он не знает что делать. Да, он, может и гений, может и самый умный среди своих братьев и во всей своей школе, но... Он понятия не имеет, что делать, если тут всё пойдёт не так.
  Понятное дело, что в истории наверняка были случаи, когда соулмейты не могли сразу же сойтись и быть рядом или, даже, что редкость, выносить друг друга. И знает это Тимоти потому, что прошерстил всю литературу по теме раз на тридцать, и даже всякие различные форумы.
  Когда-то искал там информацию о таких же бедолагах, как он сам, у которых даже и надписи-то не было. Не находил, расстраивался ещё больше. Теперь - искал, чтобы понять как ему быть, что делать и как не совершить величайшую ошибку, как не лишится этой восхитительной возможности быть рядом с кем-то, с кем положено быть рядом.
   Тим не верил в судьбу, конечно, же, Брюс вбивал в него очень долго и упорно, что никто не решит за него про его собственную жизнь - и, судя по всему - успешно. Но сложно чувствовать себя полноценным, когда у всех есть что-то, а у тебя - даже и намёка нет. Вот и Тиму было не по себе о того, что даже у Дэмиана (!) была надпись. Которую тот, конечно же, скрывал от всех поголовно, и относился, пожалуй, ревностнее, чем к титулу Робина.
   На выдохе собственные слова об ожидании звучат так отчаянно и болезненно, что Тим практически прикусывает собственный язык. Он не хотел никого заставлять чувствовать себя виноватым, он не хотел вызывать жалость, но... Ему правда странно, что всё произошло вот так, как произошло.
   Чужое лицо меняется так резко, разительно, что это пугает, но Тим спиной ощущает практически невесомое касание, и ему хочется просто, чтобы его наконец как следует обняли. Обняли, и сказали, что всё будет в порядке. Что с ним - всё в порядке. Вопрос удивлённый, с тонким налётом боли внутри. Такой реакции Дрейк, пожалуй, не ожидал.
- Лет шесть, - поджимает губы, сжимая руку на собственном запястье, так и не показав собственную надпись - чужие слова на его бледной коже. Ведь тогда придётся пояснять ещё кое-что. Но, кажется, не сегодня. Это Тима устраивает. - Я не знаю почему так. Я не... У тебя давно надпись? - с какой-то надеждой заглядывает в чужие голубые глаза - точно то безоблачное небо Метрополиса. Правда сейчас небо над парком постепенно становится серее, вероятнее всего скоро польёт дождь, а зонт Тим не прихватил. И вообще, через час его наверняка решит увезти отсюда Брюс.
   А ведь ещё так много вопросов, ещё так многое нужно узнать.
  Любит ли он петь? А какое у него любимое шоу? А еда? А цвет? Что он слушает? Где живёт? Можно ли встретить его ещё раз. И не раз.
Тим тонет в собственной голове, не способный вернуться к простому осознанию - ему сейчас не принадлежит ровным счётом ничего. Даже вот это время сейчас - это проба пера, испытательный срок. Который может легко закончиться провалом, и требовать хоть чего-то - Тим не имеет никакого права.
   Но ведь так хочется. Так отчаянно хочется потребовать пообещать ещё одну хотя бы встречу. И говорить, говорить, говорить!
  Или, даже, молчать.
Но рядом.
Потому что Тиму комфортно около Коннера, Тиму спокойно.
   Да, сейчас он паникует, но у этой паники есть причины, и веские. Но в общем и целом - Тиму спокойно. От чужого касания, от прямого взгляда глаза в глаза - Тиму хорошо.
   Это ещё только зарождающееся доверие и главное - его не спугнуть. И, наверное, признание в том, что ждал его так долго - не самое страшное, и даже полезное дело.
- Я так боялся быть один, понимаешь? - сначала произносит, а потом вспоминает как с чужих губ слетели те слова "Никто не должен быть один". Он знает. Он тоже это чувствовал. И теперь - Тим теперь не даст ему больше почувствовать эту боль, он постарается. Мягко касаясь чужой свободной руки своей, в глаза заглядывая с краткой, чуть надломленной улыбкой. "Я знаю каково тебе пришлось. Знаю и готов разделить. Позволь". - Но теперь-то.. У нас всё будет иначе, верно? - не менее робкое, чем признание.
   Ведь это - новое обещание. Ведь это - новая глава, в которую они вступить должны вместе. Или больше никогда не возвращаться к ней. К друг другу. Совсем.
   Так будет проще, так будет понятнее. Шагать нужно либо в одну ногу в одном направлении, либо как угодно но порознь - так учил его Брюс, и так, как показывает жизнь, единственно возможно выживать в этом странном и не всегда приветливом мире.
  Дрейк же, конечно, очень надеется, что больше не придётся идти одному. Один он устал.

+1

13

Да уж, шесть лет - это долго. Особенно в жизни супергероев. Коннер знает не понаслышке, ведь даже за год его жизнь менялась неописуемо быстро. Другой момент, если бы они оказались не ровесниками - хотя бы видимо - но нет же. Хорошо читаемая надежда в глазах. Коннер то догадывается, почему все так. Да и в целом, что-то скрывать - не хотелось бы от слова никак. Поэтому... это те карты, которые раскрыть пришлось бы с самого начала, и Кент был даже готов. Хотя, как и бывает зачастую, когда момент пришёл - сделать это сложнее, чем в мыслях.

- Я не думал, что у меня будет надпись.

[indent] Честность.
[indent] Она такая.

И взгляд не теряется, хотя и в нем прослеживается смущение. Клон Супермена. Кто был бы рад соулмейту-клону? Разговор, конечно, не для такого людного места, как парк, но все же, выбирать не приходится. Едва ли другие посетители парка имеют для Кон-Эла такую же значимость.

- А так... месяц, наверное. Я старался игнорировать, знаешь. - неловко пожимает плечами, все же отводя взгляд, прикусывая губу. Коннер не подбирает слова, просто старается преподнести доходчивее. Хотя бы для себя, что уж там. - Меня, вроде как, еще год назад не было.

[indent] Вздох.
[indent] Да скажи ты уже, боже.

- Ведь я - клон Супермена.

[indent] Браво, мистер многословность.

Супербой не знает, как отнесется к его словам Робин. Хотя бы потому что сам переварил не сразу. Все не теряя железную уверенность в том, что он - Супермен. Но не дотягивает до него. И "клон" в этом контексте звучит еще ироничнее.

Но его руки касается чужая. В таком теплом жесте. А слова - отражение собственных мыслей. Так ведь и должно быть, правда? Так правильно? Ведь он не может навязаться Тиму [вообще-то может, еще как, но]. Или решить за другого человека. Но пока в голубых глазах напротив читается эта робсая уверенность - ей хочется заразиться тоже. Что он и делает.

- Понимаю, Тим. Всё будет иначе.

Чуть приторможенно касается рукой, что на скамейке, чужого плеча. А потом более уверенно сгребает в объятия. Нужные, как ему кажется. И в них тепло. Нет вчерашнего дня с его тайнами личности. Есть солнечное сегодня. И Тим. Человек, который уже занял особое место в жизни Коннера, правда тот еще не знает, какое.

И, по красоте жанра, слышит голос Супермена. Не Кларка, нет. Что-то случилось.

Выдыхает в чужое плечо, чуть скользнув по нему носом и качая головой. Кент же даже записки не оставил. Да даже если бы и предупредил, едва ли личное является оправданием, когда нужно спасти мир, да? В очередной раз Коннер благодарен Вселенной, что его родственная душа - супергерой. Потому что придумывать дерьмовые отмазки было бы отстойно.

Чуть поворачивает голову в сторону голоса. Всматриваясь, прислушиваясь.
А прощаться отчего-то тяжелее, чем вчера. Хотя, по факту, с Робином они знакомы день. И знают друг о друге мало. И герой Готэма специально наведался в Метрополис.
Но это же не последний день, правда?
В это отчаянно хочется верить. Что он не отпугнул Тима.

- Меня вызывают по работе, - усмешка выходит печальной, как рыба-солнце, но чем богаты. Собственный телефон, пожалуй, оказывается в руке излишне быстро для обычного человека. Открыть приложение. Коснуться кармана джинс собеседника, видя, как его телефон загорается, записывая номер Коннера. Номер Тима он узнает как-нибудь потом. Наверное.

- Вообще, тебе достаточно позвать - и я услышу. - потому что вслушивался в твой голос - Но на всякий случай.

Печальный взгляд не сочетается со... счастливой улыбкой. Но собеседник, кажется, не удивлен. Ну да, этим его вряд ли удивишь.

- До встречи, Тим.

х х х

Из нас, на самом деле, не самая плохая команда.

Да, так и вышло. Все недолгое время после. Во время общих миссий, точно читая мысли друг друга. Робин познакомил их с Импульсом - работать получалось продуктивнее, пока, конечно, Барт был поблизости, а не в Централ-Сити. Но, хотя они не сразу нашли общий язык, стоило признать, что Аллен был... прикольным? Совсем другим, конечно, не как Тим. Но оно и к лучшему, правда? У них даже была своя база [где зачастую Коннер ночевал, но не только он и не суть как важно].

А Робин... цеплял. Да. До глубины души. Своими редкими хитрыми улыбочками. Плавностью движений. Гибким умом. Он все больше не казался тем угрюмым птенцом на гаргульи, что Супербой увидел в первый день. Как будто Коннер медленно заслуживал его доверия. И это было неописуемо ценно. Правда и со временем, когда черты лица напарника уже прочно впечатались в память, открылись другие... желания. Которые неописуемо сложно было контролировать. Кент хотел коснуться губ Робина. И поймать себя на этой мысли было несложно. И конечно же, сложнее было игнорировать при Тиме без маски. Находясь вдвоем. Комментируя какую-то комедию. Робин- Тим - Тим - Робин, это не имеет значения.

А еще оказалось, что чем прочнее духовная связь, тем сильнее ощущается прикосновение к надписи. Сначала Коннер думал, что ему показалось. Но Тим тоже почувствовал. Вроде мелочь, но... было в этом что-то.

Коннер видел шрамы на руках Тима, на идеальной бледной коже шеи, уходящие дальше, под одежду. Как напоминание, что его соулмейт пусть и невероятный, но... человек. Но желание прикоснуться к зажившим отметинам от этого не пропадало. Изучить больше, чем уже узнал за довольно короткий промежуток времени - очень важно.

Правда, они ссорились однажды. Когда Тим узнал, что другой частью ДНК Супербоя является ДНК противника Супермена - Лекса Лютора. Эту черту Кент принимал в лучшем друге - она же наверняка была присуща и Бэтмену. Но ошпарило его осознание другого - что он априори не мог быть, как Супермен. И мог вообще выступать на другой стороне. И эти эмоции душили несколько дней. Как и отвратительная боль в руке. Для того, кто [почти] не чувствует боли - это было вовсе непривычно.

И Кент принял в себе это. Все оказалось не так плохо, особенно если в Готэме тебя обнимает самый необычный птенец в мире.

Но сегодня Тим - в Готэма, а Барт - в Централ-Сити. По хорошему, Коннеру бы самому смотаться в Смолвилль. Но здесь есть небольшое такое "но". После этого Коннер пару раз натыкался на черного кота, и последний раз [спойлер: сегодня] просто не удержался и притащил того на базу. Ощущение, правда, что все равно сбежит. Кент даже поможет, в принципе.

Никого из друзей он, конечно, не спросил. Зато есть компания. А у кота - еда и крыша в проливной дождь. Кто от этого не в плюсе?

Только Коннер решил сначала принять душ. И Бог его знает, где напичканы камеры, поэтому джинсы все же напялил. Но не футболку. Он все равно один. То есть, с котом. Который хоть и является тихим, но от слуха Супербоя не укрылся и снова попал в цепкие загребущие руки супергероя. Коннер улыбнулся коту, ложась на диван и укладывая кота на грудь. Хорошо, что царапины не страшны, потому что кот, вроде как, был против таких обстоятельств.

А еще весьма вовремя завибрировал телефон, конечно же.

- Йо, Барт, как жизнь?

Чего не занимать рыжему другу, так это гиперскоростнойнуоченьбыстрой болтливости. Но, хвала небесам, Кент способен разобрать каждое слово. Пусть и оценить/ответить/подискуссировать ему мешает внезапный вопрос. "А как ты относишься к Тиму?"

Вообще, конечно, Коннер не знал, насколько людям известно, что у Кларка, как криптонца, нет соулмейта. Возможно, о нем были такого же мнения. Ну или первоначальное - о клоне - тоже в счет. По крайней мере, Коннер бы знал, если бы Барт сунулся изучать его руку, даже на своей скорости. Здесь стоило благодарить свою криптонскую сторону.

А еще Коннер знает, что Барт был другом Тима и до их знакомства. Но на вопрос ему ответить несложно, на самом деле. Барт же рассказал про свои отношения... за секунду правда, но.

Сам не замечает, что гладит черного кота под подбородком и тот, вроде бы, не сопротивляется.

- Мне он очень нравится, - звучит безобидно, да. И пускай это слишком очевидно, и пускай есть другая правда - это то, что он может сказать сейчас. Хотя, наверное, отношения без родственных связей кому-то могут касаться искреннее. Интереснее. Но ему... хорошо. Это, наверное, показывает смущенная, но счастливая улыбка.

И Барт, надо отдать ему должное, просто молча соглашается, потому что, может быть, это заметно невооруженным глазом при живом общении, а может, не хочет лезть глубже. Но уж точно не помогает следующей информацией о том, что пропадет чуть надольше, потому что... говоря грубо, а не дословно, секс с родственной душой приносит космическое удовольствие и полное единение.

Попрощаться выходит вполне адекватно. Хотя Коннеру жарко. И навязчивые картинки прогоняются из мыслей [с трудом]. Вообще, он вроде даже читал об этом, но очень давно. И забыл. Но сейчас все равно немного завис, чувствуя, как собственное сердце делает болезненный перестук, а по спине пробегают предательские мурашки.

Все же Робин ему нравится сильно-пресильно. Даже и без этой надписи, без какого-либо намека свыше.

А еще у Коннера есть плохая привычка - разговаривать на полной громкости динамика.

- И не только нравится, - тихое, на выдохе, чуть касаясь черной шерсти. Открывать душу этому коту скоро станет его хобби. Он с Крипто то реже общается, и все заканчивается на "Хороший мальчик".

Дожили.

Отредактировано Conner Kent (08.11.20 22:47:52)

+1

14

[icon]https://i.imgur.com/zscfMGl.gif[/icon][sign]https://i.imgur.com/hcg1O0u.jpg[/sign][lz]<a class="lzname">Тим Дрейк</a><div class="fandom">dc</div><div class="info"><center> I can do all <a href="http://exlibris.rusff.me/profile.php?id=1666"><b>you </b></a> need</center></div>[/lz][indent] Объятия Коннера - это то, что было ему столь необходимо, как оказалось. Ведь, наконец в них оказавшись - он выдыхает и расслабляется, обнимая крепко в ответ. Так - не страшно. Так не больно думать о всём том времени порознь, которое пришлось проводить в вечных сомнениях, в постоянных страхах.
  Нет, теперь - всё точно будет иначе. Ведь теперь они нашлись. И даже то, что Коннер произносит - странная и, очевидно, не самая приятная часть всего этого - про своё происхождение не пугает Тима. Даже интересует. Ведь это.. Разве это не странно, что у клона - есть соулмейт? Родственная душа. Буквально, живая, дышащая, и - совершенно точно ничей не клон.
  Значит ли это тогда, что и Коннер был абсолютно точно отдельным человеком, а не просто - "клон Супермена"? Тиму казалось, что - да. Но это всё потом, они обсудят это, когда будут готовы, когда, как минимум, будет больше времени.
  Потому, что они всё же не просто двое мальчишек в больших городах Америки, нет, они - супергерои. И Тим понимающе кивает, когда Коннер говорит ему, что его "вызывают". Грустно, конечно, но - ему обещают ещё встречу? Дают номер телефона? Дрейка это устраивает. Очень.
   Оставшись наедине он больше не испытывает такой опустошающей тоски, в нём наконец ярким светом забрезжила надежда. Тим улыбается, когда садится в машину к Брюсу, который, конечно же, задерживается - возможно и он был на том деле, куда вызвал Коннера Супермен. Вряд ли бы Бэтмен смог остаться в стороне - да и Тим не винит его, он не плохо провёл время в Метрополисе даже в одиночку.
  И ему, наконец, есть что рассказать Барту, если у того найдётся терпение выслушать, конечно же.

х х х
   Они создают что-то вроде собственной команды. Почти как Титаны Дика, но чуть проще, чуть веселее и младше. Но, Тим умудряется урвать для них бывшую базу Лиги Справедливости, что добавляло им и очков крутости, и, конечно, вес ответственности.
  Но всё было чудесно. С ним были его лучшие друзья - Барт, Кон. позже присоединились девчонки - Кэсси и Цисси. Их пятёрка была слаженной командой, которая умела как делать полезные дела, так и дурачиться всем вместе. Разве это не идеальное сочетание?
  Но, конечно, гладко не было, что скрывать. То, что Тим узнал про Коннера несколько поразило его. Больше только, конечно, поразила реакция друга - он разозлился за то, что Тим сделал тесты без его спроса. А Дрейк не понимал что в этом не правильного. Скандал был не красивый, болезненный и в переносном, и, как оказалось, прямом смысле. Если Супербой вида по началу не подал, то ли от гордости, то ли от того, что ему правда было не больно - Тиму казалось, что его рука, там, где надпись выступала на коже, готова была взорваться от боли. Он не мог заснуть из-за неё несколько ночей, скуля тихонько в кровати, в попытках хоть как-то отдохнуть. Выходило плохо, ни одно обезболивающее не брало. Тим посчитал это логичным, Брюс - в очередной раз очень строго посмотрел на своего ученика, тем самым, красноречивым "Я не одобряю того, что происходит" взглядом. Но поделать никто из них ничего не мог.
  Лишь примирение исправило всё. Лишь оно смогло дать Тиму спокойный сон, и вообще покой на душе. Ему не нравилось ссориться с Супербоем. Не из-за страха вновь испытать эту боль, а потому, что он - стал частью того комфорта, что был Тиму дороже всего на свете. И, видеть вновь разочарование в его глазах Дрейку не хотелось больше никогда.
  Правда, конечно, им предстоял ещё один достаточно важный разговор, который Тим всё откладывал и откладывал и откладывал, не имея ни малейшей мысли о том, как начать его и какими именно словами объяснять эту редкую особенность.
Он всё реже ошивался около квартиры Кентов, потому что всё реже там появлялся Кон, и Тим, заинтересовавшись тем, где же тот теперь обитает, если не на ферме - в очередной раз шнырял по улицам Метрополиса, когда его бесцеремонно подняли на руки. Он хотел было начать шипеть и вырываться, но почувствовал до боли знакомый запах от рук. Коннер!
   А, значит, можно расслабиться. Значит, можно как раз проследить за ним, тихонько и безобидно.
Но тут Кент возвращается с ним на базу Юной Лиги (так их прозвать успели журналисты, и оно прижилось). На улице начинается не приятный дождь, и Тим, предоставленный внезапно сам себе, решает, что раз уж так сложились обстоятельства - можно проверить систему безопасности - пробежаться мимо парочки сенсоров, всковырнуть их острыми когтями, чтобы проверить на прочность.
   Но он не успевает ничего из этого - горячие руки вновь обхватывают его и поднимают, чтобы обнять, а затем - укладывают на грудь. Обнаженную грудь. Коннер Кент лежит на диване без футболки, поглаживает его ласково и на нём есть только брюки. О-к-е-й. Тим не ожидал такого поворота событий, и даже замирает, позволяя чужим пальцам найти на шерсти те самые места, где прикосновения приятнее всего. Животное пересиливает разумное, и громогласное мурчание вырывается из глотки, когда пальцы скользят под подбородком.
   Затем - раздаётся звонок. Барт. Барт и его звонки и разговоры с Коннером - это достаточно забавное зрелище, но вредное для его собственного любопытства - ведь они говорят так быстро, что Тим разбирает с трудом. Кроме одного момента. Когда Коннер, внезапно, на обычной скорости говорит, что ему кто-то очень нравится. А потом Барт резко переходит на обычную скорость и выдаёт "научный" факт. И Коннер несколько смущается. Тим отчаянно пытается совместить детальки вместе и понимает - речь была о ... нём самом?
   Сердце начинает биться чаще. И то, что он сейчас кот - благо, у животных же и без того быстрое сердцебиение, врдя ли Коннер подумает о чём-то странном и не натуральном из-за такой вот мелочёвки... Верно?
   Когда разговор заканчивается - внимание Супербоя вновь всецело переносится на него. Поглаживания, взгляд глаза в глаза. Тиму приятно. И безумно приятно слышать то, что на выдохе покидает губы Кона.
    Тим клянется, что самое сложное сейчас - не сбежать, становясь снова просто Тимом, заставляя Кента выйти встретить себя на улице, и тут же, с ходу и без всяких прелюдий поцеловать его прямо в губы.
  Дрейк не может отвести от них взгляда. Они кажутся ему мягкими, горячими, и от одной только мысли - внутри всё трепещет от какого-то не явного предвкушения. Однажды, после одной из миссий, Тим добрых минут двадцать просто сидел и пялился на его губы, абсолютно прослушав что ему рядом сидела и говорила Цисси. За это она, конечно, отвесила подзатыльник, а потом, не мене прямолинейно чем Барт спросила про отношения. А Тим отшутился и пожал плечами, конечно же, не забывая сказать ей - Он - мой соулмейт, а большего я уже не могу просить, это - джек пот.
    Сейчас он не удерживается и носом тычется прямо в чужие губы, возобновляя мурчание, ласково трясь мордой о лицо.
И ты мне не только нравишься, Кон, и ты мне.

Отредактировано Timothy Drake (05.12.20 18:58:55)

+1

15

Холодный мокрый нос на губах отчего-то не вызывает желания отпрянуть. Нет, правда, встречал Кент людей, которые подобное вытерпеть не могли и яростно отфыркивались. Но этот черный пушистик очевидно решил влезть в душу и расположиться там. Поскольку Коннер ощущал себя привязавшимся. Наверное, это одна из причин, почему кот сейчас на базе. Кон даже не подумал о всяких разных проводах и порче мебели. Просто подался хотелке и ничуть не жалеет, в общем-то.

- И ты мне нравишься.

Черная голова ластится к щеке, вызывая непроизвольную улыбку и прогоняя дурные мысли, что были ранее. Какие там мысли были? Что ему нравится Робин? Что он любит Робина? Не мысли для грусти, на самом деле, потому что как минимум он его соулмейт. И если раньше эта мысль согревала душу просто самим фактом, что у него есть такой человек, то теперь прибавилось новое ощущение - восторга, от того, кто именно этот человек. Сложно верить в какую-то судьбу, когда тебя буквально создали, но Коннер был готов, на самом-то деле, потому что попадание явно больше ста процентов.

Коннер даже не отдает себе отчет, что заслушался мурчанием кота, вместе с фоновой перебивкой кошачьего сердца. Да, этот звук до чертиков приятный. Даже если учесть, что он слышал мурчание ранее, но то было тихое. Этот кот мурчал довольно громко, с легкими рычащими нотами, и дышал точно реже, что делало этот звук глубоким.

Короче, нравилось ему это мурчание. Это точно приятнее скулежа Крипто. И излишне громкого лая, что бьет по неподготовленному слуху. А пес как будто потешается. Нет ничего подобного у любого животного на ферме. Наверное, поэтому котов чаще всего заводят в квартирах. А еще поэтому же сравнивают этих животных с грацией и красотой.

Но нет. Коннер отдавал себе отчет, что ему попросту негде завести его. Что он слишком часто отсутствует. А повесить на Ма и Па... было ощущение, что тот сбежит даже сейчас, чего уж и говорить о ферме с ее извечно посторонними звуками? Заведомо провальная идея. Жаль только, если он не чей-то. Ведь на улицах Метрополиса очень чисто, а значит, его могут забрать в приют, если повезет. А взрослых животных заводят реже котят. - Если тебе надоест, дай знать, провожу обратно.

Вместе с тем мягкость шерсти на обнаженной коже и мурчание наводят какого-то уюта. Коннер не был уставший, но почувствовал тяжесть век в этот момент, когда осознал, что давно уже закрыл глаза, просто вслушиваясь.

Мурчание...

Мур...

Почему-то вспоминается поцелуй Робина в щеку. Так ярко, как будто эта картинка прямо перед глазами.

А потом он просыпается. Да, черт возьми. Сознание возвращается довольно резко, пусть и лениво. От того, что на лицо падает ткань. То что это собственная футболка узнается также легко. Не стоит и глаза открывать. В прочем, он даже знает, кто это сделал, все еще не окончательно проснувшись. Потому что это размеренное сердцебиение и дыхание узнает из тысячи.

- И тебе привет, Роб. - попытку открыть глаза или хотя бы прищурится все же делает, зажимая футболку в руке и сладко потягиваясь. Лежа на диване это делать конечно не то чтобы совсем комильфо - мешают ручки, но размять косточки и мышцы удается. - Не протянешь лапу помощи? - каламбур слетает с языка и едва ли вообще хоть как-то воспринимается. Кроме одной лишь мысли - кот. Но, БЕЗ ПАНИКИ, кота в здании нет - и хорошо это или плохо непонятно. Может, Робин и пришел, потому что тот сгрыз все, что только мог, а техника была в основном Робина. Но... об этом мы узнаем в следующей серии, видимо. Да, не удержался, подумаешь.

Руку ему все же протягивают. И не знает Коннер, как так вышло, но зрение, может и суперзрение, видит надпись на запястье друга. И это... странно? Улыбка с губ не теряется, но настрой немного портится. Это "немного" касается личной игры "побеси Робина". И футболка надевается максимально быстро.

Это заставляет прокрутить его знакомство с Тимом в голове. Он... врезался в него и что-то пробурчал. На что Коннер узнал в нем героя. В самый первый день Кон думал, что на запястье Тима слова приветствия. Возможно, что-то про робинство. Но полеты? Этого он явно не помнит.

Но...

Тим не просто так тогда сказал "у тебя есть вопросы", не просто так говорил о соулмейтах, не просто так болела рука при споре и еще очень много "не просто так". Едва ли у клонов специфичность... в родственных душах, правда? Типа они подстраиваются сами и так далее.

Но зато Коннер уясняет прямо сейчас одну вещь для себя.
[indent]  [indent] Ему не нужно быть соулмейтом Тима, чтобы любить его.

В целом, вся эта смена настроения лишь из-за собственной памяти и... ну... если он не его соулмейт [что вряд ли, правда же?], то не имеет права на... него? Сомнительная трактовка. Поскольку мнение Роба для него привыше всего, просто не исключая того, что собственные чувства бы грустно скулили до конца клоновских дней, если бы Робин нашел кого-то ближе. Эгоистично, но чем богаты. Как-то привыкаешь кому-то принадлежать и жить этим человеком, знаете ли. Лучше бы вообще никак, чем так жестоко.

Но это все глупости...

- Я думал, ты в Готэме, - встречается с Тимом взглядом, будто бы стараясь лишь глазами передать, как безмерно рад его видеть, - Ты по делам или...? - давай, просто скажи, насколько все плохо по шкале до 1, и я все починю, правда. Когда ознакомлюсь с технической документацией, конечно же. А вообще-то, почему бы не перевести тему и не предложить Тиму сыграть партейку в mortal combat? Хватит с него потрясений и лишних мыслей, если рядом друг и они одни.

А вообще, зачастую было так, что Робину не приходилось ничего говорить. Он точно мысли читал. Еще один приятный факт в копилочку "это все глупости". Но отчего-то протянуть руку к чужой, поглаживая тонкую кожу запястья... страшно. Это даже странно. Ведь ранее никаких опасений у Коннера не возникало вовсе. Он не смотрел на надпись Тима. Для Кента все было очевидно.

В десятый раз, клон, выкинь это из головы.

Это же так просто, когда ты сомневался большую часть жизни, да?

[icon]https://i.imgur.com/NrrzB9L.gif[/icon][sign]https://i.imgur.com/1et0r6n.png[/sign][lz]<a class="lzname">коннер кент</a><div class="fandom">диси</div><div class="info"><center>I WAS MADE FOR LOVING YOU <a href="http://exlibris.rusff.me/profile.php?id=481"><b>BABY</b></a></center> </div>[/lz]

+1

16

[indent] Коннер ласков, и Тим не понимает как ему с этой информацией поступать дальше. Ведь она - важная, но применить её пока что некуда. Да и как себе представлять это?
  Просто требовать, чтобы он его гладил как сейчас, но не только тогда, когда кот что ли? А ведь для этого придётся вообще всё-всё рассказать...
И не то, чтобы Тим не планировал - ему всё никак не удавалось найти правильный момент. Вечно что-то шло не так, отвлекало, было не до того.
   А теперь это вгоняло в какой-то иррациональный страх. Ведь Тим не понимал как ему признаваться, что уже достаточное количество он просто ошивается рядом, лезет и ластится будучи котом. При этом - абсолютно не рассказывая про эту часть своей жизни.
  Коннер может же подумать о том, что Тим ему не доверяет. А это абсолютно точно не так! Ни в коем случае дело не в том, что между ними нет доверия - Тиму тошно от одной только мысли, что такое может быть и случиться. Нет, иначе - он бы не рассказывал своё настоящее имя. А это факт куда по-важнее способности становится чёрным котом.
  Тимоти доверяет Коннеру. Всё. От имени, от прикрытия спины на миссиях, до того, чтобы позволять ему бесцеремонно себя таскать туда-сюда во всех ипостасях. Ещё бы он только почаще вспоминал, что таскать за плащ - больно для горла Робина, конечно, но это детали, которые легко утрясти.
  Коннер так ужасно мило засыпает около него, что Тиму не остаётся ничего, кроме как положить морду ему на грудь и просто позволить своему соулмейту подремать рядом. Лишь бы не заснуть самому - иначе он мог перекинутся обратно и сам того не заметить.
   Это время тишины около него, около Кента, позволяют Тиму осмыслить то, что может их ждать впереди. и недосказанности там явно совершенно не место. И, точно зная, что никого в этот день, если не случится ЧП, на базе не будет - Тим решает, что самое время раскрыть вообще все карты.
   Он прокручивает в голове варианты диалога. Он просматривает варианты развития событий и пытается понять как же ему добиться наилучшего результата. ..Как будто это очередная миссия, а не тонкая суть, что касается личных отношений.
   В отношениях, конечно, Тим тот ещё профан. Но тот простой факт, что даже прямо сейчас он способен увидеть собственные слова на чужом запястье, говорит ему, что стараться ещё как стоит. Может, они и предназначены друг для друга. Может - они и правда идеальная пара. Но значит ли это, что всё само приплывёт в руки и сразу же будет хорошо? Едва ли.
   Тим решается. Он рассказывает всё. Сегодня.
Осторожно спрыгивает с чужой груди, и, точно зная, что его появление в радиусе двух метров пробудит Коннера, мягко на четырёх лапах бежит в сторону чужой комнаты.
  Просто для справки, футболку тащить на себе в зубах - сложно. Она цепляется за всё на свете и вообще достаточно тяжелая. Но он справляется, и, обращаясь обратно, спешно поправляя одежду на самом себе, кидает футболку Коннера прямо на него.
   ...окей, потягивающийся Кон это что-то новенькое, и Тиму потребуется минутка-другая, чтобы прийти в себя и начать функционировать вне мысли "чёрт, красиво". Но, опять же, он справляется, подавая напарнику руку. Ту, где красуется надпись.
    По глазам его видит - заметил. И начал переживать, хоть и скрывает за улыбкой.
Первый же порыв - обхватить руками, крепко, зацеловать лицо и очень очень долго и уверенно рассказывать ему, что переживать не о чем. Но вместо этого Тим пока просто наобум выпаливает "я твой". И, понимая что именно ляпнул (тем не менее абсолютно точно не считая это ложью), чувствует как краснеют кончики ушей.
- Я.. Э.. Нет. Не по делам. Просто так. - следом же, быстро, проговаривает, будто бы желая отвлечь от собственных слов. - Я хотел с тобой увидеться. Поговорить. - Тим усаживается рядом, поджимая губы от нервов. Всё ещё не зная с чего бы ему стоило начать. Для начала, ища поддержки, потому что уже абсолютно точно привык к этому чувству, - берёт чужую руку в свои. - Есть одна маленькая деталь, о которой я ещё не успел тебе рассказать. - потому что боялся - мелькает в голове, хотя всё рациональное говорит внутри, что страх этот ну сущая глупость и переживать было совершенно не о чем.
  Его соулмейт - клон супермена, искусственно созданный учеными в лаборатории. А он сам относится к тому очень редкому типу людей, которые могут менять свой размер и форму, становясь животным.
....вот так парочка, да? Понятно, что в странности Тиму Коннера не обогнать, но. Он и не то, чтобы пытался. И не то, чтобы хотел.
  Нет, все, чего он хочет - покоя и уюта рядом с этим человеком. Ведь около Коннера ему всегда спокойнее. Рядом с ним - всё кажется таким не значительным и у каждой проблемы обязательно находится решение. Он не хочет, не может себе позволить, его потерять. Никаких ссор и конфликтов, не из-за того, что это - мучительно больно, но потому, что это просто не правильно. Коннер чудесный, и Тим хочет быть к нему близко.
   Как поступать сейчас - вовсе и не вопрос, просто будет правда. Вопрос лишь в том, как её подать и как отреагирует Коннер. Страх всё разрушить - на задворках разгуливает подвывая, словно разбушевавшийся ветер, но Тим не позволяет себе на долго зациклится на этом ощущении, на этой мысли.
- Видишь эту надпись? - Тим поворачивает собственную руку с надписью к нему, так, чтобы точно было видно каждое слово. Устраивая чужую руку так, чтобы можно было коснуться пальцами этих букв. - Это ты. Это ты сказал эти слова мне. Не сомневайся даже, слышишь? - он улыбается, искренне, надеясь развеять этим чужие переживания. - Просто я тогда выглядел... слегка иначе. - Тим позволяет себе смешок, заглядывая в чужие голубые глаза.

+1

17

Я твой.

Фраза эта, по понятной причине, зажигает внутри пожары, и от смущения Робина, а после перебора слов, легче не становится. Они не так давно знают друг друга, но как-то... очень легко поладили. Особенно если учесть, что первое время после осознания собственной природы Коннер говорливым не был от слова совсем. Было... сложно. Найти себя, понять, обрести. Без этого было сложно идти дальше, поскольку даже идея благородной цели звучала неубедительно, без собственного мнения и желания. И вот, он есть. Есть семья. Есть Робин. И жить стало в разы легче, когда тебя принимают.

Улыбка на губах расцветает лишь больше от желания Тима увидеться и поговорить, но... да. Ему немного странно от последующих слов. Это не похоже на тот момент, когда тот раскрыл ему ДНК. Тогда Тим был... увереннее? Может, в силу собственных умений и убеждений. Это что-то личное? У Кента лишь такая догадка, но его догадки не спешат подтверждаться, когда ему показывают запястье. Коннер подавляет смущенный выдох, все же сложно что-то скрыть от ученика Бэтмена. Или дело все в том, что от соулмейта? Исход один - Коннер попался. Ну... не так все плохо, если можно это обсудить сразу, а не надумывать всякой ерунды.

- Я... - слова Дрейка звучат очень тепло. Как и прикосновение к руке. Но Коннер теряется и чувствует себя не самым умным образом. Это немного сбивает с толку, да. Даже обидно забыть... эм... первое сказанное соулмейту. В мире, где это имеет наивысшую ценность. Да ты просто гений, Коннер. Но в одном он не сомневается и не сомневался, - Тим, я тебе верю, - он просто протискивает пальцы в чужую ладонь. Очень сложно удержаться, чтобы поднести её к губам. Но Кент удерживается, лишь проводя большим пальцем незамысловатую дорожку туда-обратно по коже напарника, - Я верю в нас.

И все же... это что-то важное. Его Тима не так легко смутить. И от мысли от "его" как-то кружит голову. Но, секундочку... Давайте подумаем. Тим выглядел иначе. Мог ли Коннер сказать это не Робину, а Тиму? Он не вспомнит, но... Ты создан для того, чтобы летать. Тиму. Нет, определенно нет, даже если бы Тим и был в эпицентре чего-нибудь [и, на удивление, в Метрополисе], тот бы ничего не сказал. Лишь иногда интересуется, в порядке ли они, люди. Слишком тепло для отношения к человеку из толпы.

К человеку.

Взгляд голубых глаз проясняется, когда он бросает взор в глаза напротив. Если перемотать весь этот день. Можно прийти к одной безумной теории. Ну совсем безумной. Ну очень. И от благодаря беглому взгляду на собственную футболку, с черной шерстью на ней. И само помещение, где недавно был кот. И кота в округе Супербой не слышит. Но он и не слышал, как прилетел Робин, как открывались двери, хотя звуки эти довольно громкие. Но... Коннер в самом деле, кажется, кинул эту фразу коту.

Ты создан для того, чтобы летать.

С ума сойти.

Ты только вслух этого не произнеси.

Этого просто не может быть.

Тим - кот

Чёрный с голубыми глазами

к о т

От этого все еще слишком веет абсурдом, а Коннер все также не в ладу сам с собой. Потому что не разобрался в этом вопросе, а потом вовсе захотел скрыть. Потому что Робин приехал к нему, поговорить. Потому что, наверное, даже понятно, почему животное так ластилось к нему, и сам почему так раскрылся ему. Но сказать это в слух страшно. Кент даже закрывает глаза, как будто ему дали ментального пинка. Сейчас - хочется лишь убедиться, что он не окончательно рехнулся и догадка верная. Потому как и собственная голова не особо помогает, подкидывая мысли, что от Тима, кажется, пахнет также.

- Ты очень круто мурчишь, - все еще неловко, но попытка открыть глаза таки имеется. Не так уж и страшно, да? - А еще ты мне очень нравишься, Тим. - повторяет, все еще от неловкости. Но тон, кажется, возвращается почти привычно уверенный. Несмотря на всю ситуацию, что, если это действительно Робин, то неловко вдвойне. Но думать дальше все еще мешает то, что догадка... зыбкая. Коннер не слышал о такой метаморфозе у людей. О милой и пушистой метаморфозе. Лишь видел в кино про волшебников. И, пожалуй, даже для себя не может это грамотно объяснить, если это правда, то даже понятно, почему тот не сказал... хотя... клоны - тоже довольно мутная вещь, да?

И тем не менее, его не оттолкнули. Как может этот самый клон оттолкнуть дорогого человека, когда тот пришел с ним поговорить? Ответ однозначен - никак. С Тимом всегда было комфортно. Хорошо. Тепло. Даже когда он вредничал, хмурился, закрывался. Кон не сразу понял, как поступать в такие моменты, но чем больше Робин раскрывался, тем теплее становилось на душе.

Как и сейчас.

Отредактировано Conner Kent (16.08.21 19:47:15)

+1

18

[indent] "Я верю в нас" - это так приятно. Одна эта фраза - значит для Тима целый мир. Вся его жизнь теперь имеет куда больше смысла, потому, что он услышал эти слова.
  Ведь так просто забыться в этих глазах, и вообще не думать о плохом. О том разочаровании, что преследовало его все года до этого - когда не было букв на запястье. Когда было абсолютно точно не ясно, есть ли на всём белом свете кто-то, кто сможет стать ему родным и близким.
  А потом появился Коннер. И жизнь переменилась, точно бы наполняясь яркими красками, заполняясь теплом чужих прикосновений, как сейчас - Тим легонько сжимает чужую руку в своей, улыбаясь искренне.
  "Я верю в нас". В этом куда больше сути и смысла, чем на первый взгляд может показаться. Это столь важно, весомо, что Тим даже не знает что на это ответить, кроме как с огромным обожанием вглядываться в чужие голубые глаза.
     Ведь если задуматься, если разложить эти его слова на смыслы, чем Тим, признаться, обожал заниматься, пускай даже сам себе под дулом пистолета не признается - Коннер считал их уже чем-то цельным, отсюда это "нас". То, что он не хочет сомневаться, не хочет задумываться о какой-то другой альтернативе, пускай и не всё складывается так, как ему казалось изначально. Тим чуть крепче сжимает чужую руку в своей собственной, в жесте поддержки, в желании убедить - всё хорошо, всё даже чудесно.
   Коннер всё же вглядывается в слова на руке. Тим видит как одна эмоция на чужом лице сменяется другой. Как чужой разум скачет от одной мысли, кажется, к другой, пока пытается понять что же это за чертовщина-то такая.
   Кон заглядывает ему в глаза, будто бы его осеняет шальная мысль, и Тим не может винить его - да уж, тот факт, что всё вот так - та ещё веселенькая деталь. Но. Но ведь, это ведь не помешает им быть рядом, верно? Тим же не лгал, чуть-чуть не всё и не сразу рассказал, и они же не должны из-за этого ссориться, верно?
   Он вглядывается в чужое лицо напротив, отчаянно желая знать, что же Коннер на это всё скажет. Какова будет его реакция, какой вердикт ждёт его.
   Кент прикрывает глаза, и Тим в этот момент понимает, что задержал дыхание, и становится уже довольно тяжко не вдыхать, терпеть, будто бы его вдох всё абсолютно испортит. Но, хотелось бы верить, что нет. Что всё будет нормально. Они просто обсудят это и всё будет так, как должно бы - они просто будут вместе. Возможно, с тем моментом, что больше нет никаких подводных камней, больше нет никакой недосказанности - они даже станут ещё ближе, почему бы и нет?
  Тим бы очень этого хотел, положа руку на сердце.
Да, конечно, был момент, что, по сути, будучи котом Тим кое-что подслушивал за Коннером. И это, конечно же, некрасиво с его стороны. Но Тим так отчаянно желал знать больше, быть ближе, что просто не мог сдержать сам себя в узде. Он, конечно, извинится перед Кентом за это своё поведение, но ему это было нужно. Быть рядом внезапно оказалось необходимостью куда более приоритетной, чем здравый смысл и банальная вежливость.
  То, что началось как попытка провести расследование превратилось в попытку занять собой чужое время под завязку.
   Наконец, Коннер подаёт голос, и его первые же слова заставляют Тима улыбнуться. Разве можно быть настолько прекрасным? Тим думал, был практически уверен, что нет, что Кон уже достиг всех возможных пределов, но, каким-то неимоверным, невероятным образом - он всегда умудрялся найти способ стать ещё более прекрасным, ещё более прелестным и милым. Коннер никогда не переставал удивлять Тима - вот уж точно научно проверенный факт.
   Тим позволяет себе громко мурлыкнуть в ответ на этот комплимент, продолжая улыбаться. И, теперь, когда кот, буквально практически, выпущен из мешка - так приятно иметь возможность полноценно быть собой. Быть спокойным за то, как это всё воспримется, за то, как стоит вести себя около этого человека. Около самого дорогого для него человека, если быть ещё более точным.
   А затем Коннер, уже рядом с ним, точно зная, что он узнает и услышит - повторяет свои собственные слова, что так взбудоражили Тима часом ранее. Сердце вновь ускоряет ритм, и Тим поддаётся собственному порыву чувств, обхватывая чужое лицо ладонями и придвигаясь ближе, чтобы поцеловать его.
  Признаться честно, он думал о том, чтобы поцеловать его давно. Чуть ли не с первой нормальной и искренней встречи. Когда они уже знали имена, когда они наконец в полной мере осознали, что этот жизненный путь им как-то нужно умудриться разделить на двоих.
    Теперь, когда его собственные губы, наконец, касаются чужих, внутри будто бы всё переворачивается, ощущение приятное разливается внутри, удваиваясь. Ничего более приятного он ещё не испытывал в своей жизни, тепло чужого дыхания манит, как и мягкость губ, его предположения по этой части оказались более чем верными - Коннер чудесен даже в этом. Он идеален для Тима, и теперь, наконец сблизившись с ним хотя бы на немного физически - Тим понимает это как никогда не смог бы.
   Ему хочется верить, что это же испытает и Кент, что он не один, кто ощущает это чувство, обжигающее сознание мыслью - что им стоило попробовать куда раньше. Но время не потеряно зря, нет, они восполнят его и теперь, потому что стоит лишь раз понять как это было ему необходимо, как он давно и долго хотел этого - Тим не может отпустить Коннера от себя на долго, руки свои устраивая вокруг чужой шеи, заглядывая в глаза с огромной надеждой. С надеждой, что его больше не оставят. Что Коннер будет с ним, пока это вообще для них возможно и реально.
- А я люблю тебя - проговаривает в непосредственной близости от чужих губ, не громко, точно зная, что тот, кому эти слова предназначены - услышит, не боясь, что они потонут где-то, в тишине похороненные чужой незаинтересованностью. Нет, такое не может произойти. Не между ними.
   Тиму хочется верить в них.

+1

19

https://i.imgur.com/nRFyaFC.gif          https://i.imgur.com/3PusYzG.gif          https://i.imgur.com/1fbtWTQ.gif
х     х     х

Очень [О Ч Е Н Ь] трудно оторваться от взгляда Тима, когда его глаза излучают такой свет, в нем слишком отчетливо читается обожание, даже сложно поверить, что и обращены голубые глаза к тебе. И эта теплая улыбка. Пожалуй, самое приятное на свете чувство именно в этом. В том, что твоя родственная душа находится поблизости, копируя собственный восторг от этой близости, а еще открытости, честности, по-настоящему теплому единению душ. В это можно не верить, можно отнекиваться или скидывать все на самовнушение, но это правда чувствуется физически и морально. Тоска, когда не вместе, чужая боль, чужие тайны, ссоры - все это ощущается. Как и то, другое, что расползается теплом где-то в районе сердца, как сейчас.

Коннер не может злиться на Тима, когда смотрит в эти счастливые глаза. Не хочет. Потому что как будто с собственной грудины тоже убрали камень, что мешал дышать. Нет недомолвок. И Кент не может да и не хочет сдерживать улыбку, когда слышит мурчание, что ему так понравилось. Ленивая мысль, как бы хотелось, чтобы Тим так делал почаще, настолько приятен этот звук. Убеждая себя в очередной раз, что Роб - фантастический. А еще он его соулмейт - и это еще одна причина для восторга.

А еще потому, что собственных губ касаются губы Тима. И Коннер будет самым настоящим лжецом, если скажет, что не думал о них. Не заглядывался. Не боялся, что первого поцелуя и не произойдет, но был готов принять решение Дрейка оставаться друзьями. Он же когда-то обещал, что они разберуться со связью - вместе? Но при этом никто не гарантировал самому Супербою, что соулмейт = вторая половинка. У всех все слишком по-разному, все, что знал Коннер - это то, что они с Тимом будут писать собственную историю, какой бы она не была. Рядом. Но насколько близко - неизвестно.

А от поцелуя... жарко. Сносит голову. И в мыслях точно фейерверки, а на душе так легко и спокойно не было никогда.
Может, потому что Кон любит Тима.
[indent] Может, потому что грезил этим поцелуем.
[indent]  [indent] Может, потому что Робин - его родственная душа.
[indent]  [indent]  [indent] Может, все вместе.
Но от простого прикосновения Дрейка и в правду стало слишком хорошо. И вообще, если верить хоть чему-то из познаний Кента о соулмейтах, то близость со своим человеком даже сравнивать нельзя с другой.  До этого они с Тимом узнали лишь то, что ссориться - очень и очень плохая идея. Поэтому Коннер и не сомневался, кому бы хотел подарить первый поцелуй. Да и все последующие.

Это странно, но в его сознании хватает знаний, чтобы притянуть Робина ближе, вжаться теснее. Провести по верхней губе языком, обращая все остальное внимание на нижнюю. Он мог бы [хотел бы] углубить поцелуй. Не потому что лишь от одного прикосновения к губам - сносит крышу. А потому что перед ним горячо обожаемый парень. Но одергивает себя, все же сгребая Дрейка в кольцо рук на талии, не отдаляясь от лица.

"Я люблю тебя".

Это явно самое смертельное оружие для Коннера Кента. Сердце сжимается от сладостной боли, мурашки пробегают вдоль позвоночника и Супербой не сдерживает счастливую улыбку, трясь носом о нос напротив.

- Я думаю, ты знаешь, что я тоже тебя люблю, - оставляя еще два поцелуя на губах Тима, прежде чем взять в свою руку - чужую, сжать её, опуская чуть ниже, в районе собственного заведенного сердца. Пожалуй, нельзя сказать, что их путь к друг другу с момента знакомства был длинный. Да, они узнавали друг друга, но Робин с каждым днем лишь больше удивлял своего напарника, пока удивление не переросло в оттенок обожания.

И вот, они здесь. Кажется, все же разобрались с этой схемой соулмейтов, или наплевали на нее вовсе, просто считаясь с собственными чувствами. Теперь будто бы доступно обсуждение всего, что гложило. Что когда-то было закрыто по разным причинам... - Жаль, что тебе пришлось ждать меня шесть лет. Тон собственный тоже кажется грустным, ведь Коннер столько даже не живет. Супербой существует чуть больше года, и даже это время кажется... большим. Поэтому даже не представляет, каково было Тиму. Ведь ладно, Коннер - клон, да еще и криптонца, что вовсе не имеет надписи. Но Тим Дрейк - человек.

- Но я благодарен судьбе за то, что это ты. - отдает ответный счастливый взгляд в чужие голубые глаза. Как-то неосознанно проводя второй рукой, что ранее покоилась на спине его Робина, дорожку по шее и выше, к подбородку. И только тогда понимает, что успел слишком легко принять, что Тим - кот. Тот самый кот, что запал в душу. Два в одном, да.

- Я думал назвать тебя Черныш кстати, - смеется, закусывая губу, - должен же я был как-то обращаться, - ведет плечом, как будто ничего особенного. У Крипто тоже есть имя, да? Обычная практика. Вообще-то, он права очень рад, что так вышло, потому что переживал за это животное. Шататься на улице - явно не самая удачная идея, но попробуйте убедить в этом уличного кота.

- А это больно? - да, кстати, у Коннера слишком много вопросов. Но отчего-то вовсе отсутствует "Чего ты боялся?". Пока что. Это тоже, несомненно, важно для Кента, но прямо сейчас слишком хорошо, с этим обретенным знанием о своем любимом, чтобы были в голове хоть какие-то вопросы, способные вывести на конфликт. Желательно, чтобы после этого момента конфликтов вообще не было, на самом деле. И кажется, что так и будет. Но вперед загадывать... сложно.

Отредактировано Conner Kent (09.01.21 15:14:51)

+1

20

[indent] В один неописуемо важный и молниеносный момент - вся жизнь встала. Но не с ног на голову, как раз таки - наоборот. Обрела цель, смысл. Всё встало на свои места, на те, на которых им положено было быть.
   Душа потянулась к душе, и всё таки нашла свою вторую, потерянную слишком давно, кажется, часть. Теперь - нельзя отпускать, никак, никогда. ни за что.
  Вдох, судорожный, счастливый и сбивчивый от перелива переполняющих ощущений и эмоций. Дышится вообще с трудом, особенно когда чужое дыхание всё ещё щекочет кожу на собственном лице, не хочется вообще говорить, думать о чём-либо кроме того, что - случившееся идеально.
   Так всё, кажется, и должно было быть, да?
Когда улыбки не сходят с лиц, когда самые важные слова - произнесены и повторяются чужим голосом. Вкрадчиво, осторожно. Будто бы боясь спугнуть что-то столь тонкое и хрупкое, как их взаимоотношения.
  Нельзя скрыть улыбку никак. Да и нужно ли? Когда настолько счастлив, когда настолько всё идёт идеально и по плану - разве стоит это скрывать? Тем более от человека, который это самое счастье внутри тебя и пробуждает?
   Тиму кажется это не правильным, не логичным и абсолютно по-идиотски глупым. Он вздыхает, выпуская смешок, и трётся носом о нос.
А потом чувствует, через прижатую к чужой груди руку, насколько быстро бьётся чужое сердце. Так же, как и его собственное.
  Часто, уверенно и оглушительно громко, в унисон с теми переживаниями, что томились вот уже неизвестное количество времени.
Как там принято говорить? Бабочки в животе?
     У Тима, скорее, на душе пели птицы. Их трели заполняют лёгкие и от того дышится так часто, сбивчиво. Их перья щекочут изнутри, и потому жар опаляет лицо, выступая румянцем на щеках.
    Он улыбается, вновь и вновь улыбается, сжимая ладонь на чужой футболке, прижимаясь ближе, ловя поцелуи с жадным нетерпением. Каждый миг, даже жуткая и не приятная ссора и боль, которую она вызвала - всё того стоило. Одиночество, теперь забытое как страшный сон, кажется, тоже. Ведь это - Коннер Кент, верно? Как можно о чём-то расстраиваться и переживать, когда он рядом, здоров и цел?
     Не передать насколько это ново, но одновременно с тем - понимает, по-другому бы и не хотел.
В голове прогоняется сто и один сценарий того, как всё было бы, если бы не так. И они все - тусклые, не верные. Не правильные. В них всё так же одиноко и тоскливо, как несколько лет назад. В нет этой ослепительно-белоснежной улыбки, нет глаз кристально-голубых. Нет ощущения поддержки, за что бы не взялся.
     Тим не хочет так. Не хочет возвращаться в то время, когда считал себя бракованным. Не правильным. Не достойным чего-то, что обязательно было у всех на свете, а у него - почему-то нет.
     Чужое чувство вины острым царапает как раз по больному, но Тим мотает головой в отрицании. - В этом совершенно нет твоей вины. Стоит лишь винить Кадмус, разве что, почему они не позволили тебе появиться раньше? - улыбается, кратко целуя чужой нос.
   Он избегает слова "создали", не хочет его использовать. Ведь - Кон не какой-то эксперимент, или банальная игрушка, которую можно на раз-два состряпать из подручным материалов. Нет, совершенно. Он живой, целостный. И просто чудесный.
    А ещё, получается, что у него есть душа. И его душа связана с его, Тима, душой. Теперь он может совершенно в этом не сомневаться, секретов нет, никаких тайн, как бы не не нравилось это Брюсу. Тим не такой как его наставник, ему проще быть откровенным с тем, кого ему предоставила судьба.
   Не то, чтобы раньше он в неё верил, не то, чтобы она была ранее к нему благосклонна, но, отрицать сейчас её вмешательство в собственную жизнь - просто глупо.
    Тим понимает, даже, кажется, если бы не услышал тех самых слов. Даже если бы - надпись так бы и не появилась. Он бы скорее всего обратил своё внимание на Кента. Скорее всего не смог бы устоять перед его обаянием. Было бы больно, конечно, если бы он был чьей-то чужой частицей, недостающим кусочком душевного покоя. Тим вряд ли смог бы перенести это спокойно, понимает сейчас, это было бы душераздирающе и невыносимо тяжко.
   Но он не смог бы уйти навсегда, и больше не знать как именно живёт его друг. Один из самых близких для него людей.
Из собственных мыслей его вытягивает прикосновение, ему непривычно немного от ощущения чужой руки на спине. Смешно, но одновременно с тем - приятно чужое ласковое касание к шее и подбородку.
- Мне кажется, или ты как-то быстро привык, Коннер? - улыбается, почти что лукаво. Но мурлыкает, потому, что так - ему самому хочется, это его состояние души. Это - его личное счастье, что чувствами, звуками и касаниями разливается в комнате. Всё, что он хочет отдать Коннеру. Ведь, теперь - отдавая приумножает. Как никогда и ни с кем до этого. И никогда другого не будет ни с кем иным, кроме Супербоя, как получается.
   И это - правильно. Это чувство, ощущение, эмоция - ни с кем иным не хочется ею делиться, показывать, раскрывать эту собственную сторону. Казаться слабым, уязвимым.
   Для всех вокруг - он стойкий солдатик армии Бэтмена. Робин, у которого есть ответы на все вопросы, который способен если не физически, то умом победить практически любого противника.
  Но для Коннера Кента - он Тим. Просто Тим, который хочет быть рядом, хочет привнести в чужую жизнь столько же приятного и радостного, сколько приносит ему Супербой.
- Прости, но... Хорошо, что до этого не дошло. - виновато поглядывает на чужое лицо. - Черныш как-то не моё. Я всё же Ночь, возмездие. - шутливо пародирует речь собственного ментора, укладывая голову на чужое плечо. - Нет, не больно. Теперь. В детстве - странно и не приятно. Чем чаще - тем меньше замечаю. - наверное, можно без стеснения рассказать вообще всё, потому что Кенту интересно. Тим не видит проблемы, хотя не все воспоминания связанные с собственной способностью для него приятны.[sign]https://i.imgur.com/hcg1O0u.jpg[/sign][lz]<a class="lzname">Тим Дрейк-Кент</a><div class="fandom">dc</div><div class="info"><center> I can do all <a href="http://exlibris.rusff.ru/profile.php?id=1666"><b>you </b></a> need</center></div>[/lz]

+1

21

Зато становится очевидно, почему точных научных трудов по родственным душам нет. Это даже не потому что речь тут о чем-то субъективном и чувственном, а просто... все происходит само. Без логики, без труда. Слова Тима про Кадмус звучат именно так, как хотел бы Коннер, как это могло бы подействовать на него успокаивающе. Чужие прикосновения и поцелуи - ровно такие же, какие хотелось бы получать, идеальные, знающие чувствительные точки будто бы. Даже тон мурчания цепляет самые чертствые струны души. И ведь так было не всегда, уж точно не при знакомстве. Видимо и открылось то только сейчас, когда рамок нет, нет намеренной отдалённости - все открыто и честно. Мост для единственной важной части его души сейчас - наиболее крепкий, в этом состоит даже какая-то магия момента. И вот это вот все - описать нельзя. Можно на мгновение удивиться, наверное, но и это свести к тому, что Тима Дрейка он   о б о ж а е т. И, скорее всего, так было всегда.

- Я не знаю, - честно признается клон, прижимаясь лбом к чужому лбу, - Мне кажется, я бы не удивился ничему, что с тобой связано. - выдыхает, закрывая глаза. Лениво осознавая, что фраза звучит незакончено, - Это типа комплимент. Для тебя нет ничего невозможного.

Ну, то есть... да, Коннер знал о каких-то там подобных случаях в мире, превращения человека в животное, но это полностью не изучено, так как мало кому нравится быть лабораторной крысой, очевидно. Кент понимает это ощущение, как никто другой. И да, Кона удивляет, что его соулмейт - кот, но все же... это некоторое объясняет. Да и это, как минимум, мило. Не говоря уже о том, что Дрейку очень подходит. Что даже странно, ведь он, вроде как, птичка. Но теперь образ действительно встал слишком четко, и кот - это просто идеально для него. Да и потом, вы просто не слышали, как прикольно звучит человеческое мурчание. Оно куда более рычащее, чем у кота, пусть по тональности и похоже, и более редкое, за счет дыхания. От близости Кон чувствует легкую вибрацию от чужой грудной клетки, отчего лишь шире улыбается. - Балдежно. Вряд ли мурчать больно, правильно? Может ли Коннер просить Тима мурчать для него? Или... ладно, в другой раз. Это все же доверие, которое Коннеру очень льстит, да и, по правде, было очень нужно.

- Понял, мистер Возмездие, - теперь то нет никакой нужды называть его хоть как-то, кроме Тима. Даже интересно, кто еще знает. Но интуиция подсказывает Кенту пока больше об этом не спрашивать. Да и настроение другое, если честно. Он бы сам замурчал, если бы умел.

- Пока мы здесь одни... может, хочешь посмотреть фильмец? - на самом деле, он сам не понимает, хочет ли смотреть именно фильм, или заняться чем-то другим. Сейчас важно несколько другое. Что все это - с Тимом. Который сейчас стал еще ближе.


Ладно, фильм - это все же идея не на миллион, как оказалось. Коннер давно перестал следить за событиями, которые лишь резали слух где-то на фоне. Да и вообще, запах его личного помешательства, уединенность, открытость, и дерзкие чужие действия - совершенно не прибавляют интереса к просмотру, к слову. Кент ладонями изучает чужое тело, запоминая [зная], как с чужих губ можно сорвать тихие выдохи, ловя те губами в медленном поцелуе. Он еще никогда настолько не чувствовал себя на своем месте, и дело совсем не в базе, где он был уже сотни раз. Только в этих объятиях чувствуешь себя таким целым. А все остальное в мире... едва ли важно и не решаемо.

Отрывается от губ лишь чтобы посмотреть в чужие голубые глаза. И сразу же находя в них ответ, который был так нужен. Что это чувство - общее. Что чужие действия раздразнили желание. И вопросы здесь - излишни. Обвивает руками чужую талию, притягивая к себе ближе, вплотную, вкрадчиво шепча на ухо, - Держись. Чтобы быстрее оказаться в своей комнате, на кровати.

Утопая всю ночь в самом прекрасном ощущении на свете - близости со своим соулмейтом.


Он и ранее хорошо знал звучание чужого голоса, особенность поступи, сердцебиение. К этому знанию присоединилось еще похожее, но - кошачье. Причем было слишком очевидно теперь, что Тим - вообще не кот. Те абсолютно иначе движутся, да даже просто дышат. Это раньше утекало из внимания Кента, но не сейчас.

Сейчас из-за кота он четко определил, где на улице проблема. Видимо, Тим и сам понимал, что силы Супербоя достаточно, поэтому просто замер черной кошачьей тенью в конце переулка. Но вряд ли был доволен тем, что после миссии его схватили на руки и взмыли с ним в небо. Опять.

- Эй, ты создан, чтобы летать, помнишь? - обычные бы коты, наверное, вырывались, царапались и шипели, но Тим лишь очень и очень страдальчески вздохнул. Коннер завис в небе, посмеявшись, пряча часть черного тела под курткой (кстати, пора бы узнать у эксперта, как котам нравится перемещаться на руках больше всего). Красный Робин мог бы и сам слететь с рук, ведь собственные крылья у него умелись. Так что Кент просто... пользовался моментом.

Пользовался, кстати, недолго. До дождя. Когда чужое тельце ощетинилось, чуть слышно мяукая. Пришлось искать место под козырьком. Чтобы позже увидеть недовольное любимое лицо, - Ты что, дождя боишься, котенок? - он обнимает за талию своего соулмейта, открыто улыбаясь, сам понимая, что в дожде просто приятного мало. Носом скользит по чужим волосам вниз, чтобы прошептать на ухо, - Гав.


Кэсси, как и все амазонки, не имела метки. Она открыто не говорила об этом, но Кент видел, как та отводит взгляд, стараясь выглядеть более отстраненно. Но это и неважно, так? Вспоминая даже Кларка, который нашел семью. У Чудо-девушки тоже все будет отлично.

Сейчас же их разговор явно ушел не туда, но неловкость получилось залатать шуткой. После чего Кент по-дружески обнял её, проводя ладонью по белокурым волосам. Кэсси была замечательной девушкой, и наверняка заслуживает счастья.

Правда Коннер чувствует, как запястье начинает чесаться. И не может не отпрянуть, повинуясь желанию организма провести по зудящему месту. Он никогда не испытывал подобного, это странно. Еще страннее, что прямо на надписи. Это связано с Тимом? Но они же не ссорились.

Зуд проходит также быстро, как и начался, а Коннер ощущает Тима поблизости. Но совершенно не понимает, что это значит.


[float=right]https://forumupload.ru/uploads/001a/48/60/1666/322997.gif[/float]
А ещё он понял, что кошачья сущность Тима - ровно так же важна для него, как и человеческая. Речь здесь даже больше о физиологии. Тим обращался каждый день. Вспоминая момент, когда узнал об этом, Коннер думал, что это просто для того, чтобы кожа, мышцы и кости не отвыкли. Тим же говорил, что ранее было больно. Может, были еще причины, но вопросы не возникали у Кента. Даже сейчас, после долгого дня работы на ферме. Кент абсолютно не удивился черному коту, что вышел из ванной в его спальне, а после растянулся у него на груди. Ну да, действительно, что интересного в телеке, Тим? Но он привычно проводит рукой по мягкой шерсти, получая в награду тихое мурчание. Супербоя с головой накрывает это потрясающее ощущение целостности и спокойствия.

Он не выдерживает и сгребает кота в объятия. После приближает лицо, проводя носом между ушками. У Коннера сразу же вывелась привычка - не говорить кото-Тиму то, на что тот не мог бы ответить в кошачьем облике из-за физиологии. Поэтому и слова любви не вырываются сейчас, лишь какое-то довольное мычание.

- Ма поднимается, - хотя Тим, скорее всего, и сам слышит.


Он не бессмертен. В общем-то, это была мысль понятная, но немного не для подростка. Да-да, этот подросток спасал мир, но  еще он был клоном Супермена,  так что... Он правда сделал все, чтобы противостоять другому Супербою, что считал его недостойным этого звания. Но чужой гнев не получилось унять. Мысль о смерти не была какой-то долгой или философской. Утекающее сознание лишь цеплялось за имя своего соулмейта. Боясь больше за него, чем за себя.

Но это не отменило того факта, что жизнь полностью оставила тело Коннера Кента.


Каждая мышца адово болела, а кости нещадно ломило. Ощущеньице так себе, на троечку. В голове же было как-то слишком уж пусто. Ну, знаете, как будто там должно быть хоть что-то. Планы на сегодня? Занятие вчера? Обиды? Люди? Белый шум, хотя, казалось бы, с чего бы? Он помнит многих людей, но совершенно не понимает, как оказался в этом дебильном месте, больше похожем на лабораторию. А тошнит буквально от всего - от запаха, от боли в голове, от звуков излишне громких писка приборов. Хочется лишь выругаться, но, кажется, какие бы ответы он не вытряс сейчас - они ему не понравятся.

Тим Дрейк в этом совершенно не помогает, кстати.


Он знает. Знает, что он - Супербой, ладно? Но даже героям всея мира нужно отдыхать и развлекаться. Выбор Тима был в обратном - но это выбор Тима. Быть верным брюнет, кстати, не обещал, и вполне уверен, что заслуживает свободы. Как бы птица его порой "опекала, но не опекала, но опекала". Типа, серьезно? Они одного возраста как бы. Да и вряд ли Супербой что-то должен Красному Робину.

[float=left]https://forumupload.ru/uploads/001a/48/60/1666/361725.gif[/float]
Даже если лицо Супербоя печатается чуть ли не на туалетной бумаге - нет-нет, его льстила эта популярность, но все же как-то не очень, если решаешь выбраться в город. Но, наверное, ночной клуб ему подойдет. Там же, все же, темно. И весело. Алкоголь и наркота его бы не взяли. Но ведь есть люди. Может, люди способны заполнить какую-то тупую и странную пустоту. Или, хотя бы, попытаться.

Но его местоположение раскрывается быстро. Пускай он уже и успел привлечь внимание одной парочки, на отношения которых ему плевать, но у них, видимо, не все так гладко, если оба охотно позарились на симпатичного брюнета. Брюнет не скрывается от знакомого лица, пускай и присутствие его обнаружил лишь вблизи - за тьмой голосов, сердцебиений и музыки в этой какофонии звуков как-то фигово разбирается одно конкретное.

Но все же он плавно встает, подходя ближе к Робину, одетому в гражданское, слащаво произнося, - А я все ждал твоего появления, папочка. - конечно, говорил он про опеку и занудство, но тон и музыка вторят чему-то более дразнящему.

[icon]https://i.imgur.com/NrrzB9L.gif[/icon][sign]https://i.imgur.com/1et0r6n.png[/sign][lz]<a class="lzname">коннер кент-дрейк</a><div class="fandom">диси</div><div class="info"><center>I WAS MADE FOR LOVING YOU <a href="http://exlibris.rusff.ru/profile.php?id=481"><b>BABY</b></a></center> </div>[/lz]

Отредактировано Conner Kent (16.08.21 23:05:28)

+1

22

[indent] Всё, что там могли написать в трактатах и читали на лекциях, которые Тим просматривал, пока тщетно пытался найти себя в этом водовороте дел, вещей и людей, которые откровенно не были его и он был чужим во всех смыслах и понятиях - это всё переливание пустого, в порожнее и о том, о чём сами эти учёные и умные и психологи и социологи - вряд ли имели полное представление. Несмотря на то, сколько лет уже этому феномену - он не поддавался логике, имел достаточно физиологических подоплёк, но при этом - мало как мог быть исследован. Не вскрывать же живых? (Хотя Тим кажется слышал о таких бесчеловечных опытах во времена войн, но и они не дали никакой стабильной научной базы)
  Это всё становится на чуть понятнее, лишь когда находишь своё. На чуть. Потому что тебе становится вообще всё равно как оно работает - работает и всё тут. И больше никого и ничего не нужно. Есть ты и есть твоя прекрасная половина души, кем бы она не была. И вы становитесь так зависимы друг от друга, находите всё друг в друге, что перестаёте понимать как раньше можно было без?
   И кино, да, Тим на него согласился, конечно же, но сам фильм его интересовал мало, и он без всякого зазрения совести предположил, что и Кента-то, в общем, мало интересуют эти говорящие с экрана головы, когда можно найти кое-что более интересное. Ведь это их база, их маленькое уютное гнездо, если сохранять аналогию с тем, что он сам - малиновка, да, по своему геройскому имени по крайней мере.
  Дрейк точно знает когда кто и куда прилетает сюда, кто должен находиться, а кто - нет. Система безопасности отточена до секунд и подчиняется каждому клику по кнопке и... Когда смотришь в эти глаза - да разве нужен какой-то там фильм? Нет, вот честное слово, едва ли Тим вообще слышит что говорят с экрана, когда может просто устроиться на чужом плече и оставлять сто и один осторожный поцелуй на шее, на щеках. Отвлекает от кино? Ну да. Переживает ли из-за этого? Ни капельки. Особенно когда хриплое "держись крепче" звучит именно таким тоном.
   Слышал ли Тим чужой голос таким ранее - точно нет, но теперь - хочется, чтобы это повторилось. И, кажется, что не только ему.


[indent] Патрулировать котом он привык ещё в Готэме и не собирался ничего менять, даже когда Брюс говорил ему что это опасно и в целом теряются порой драгоценные минуты, которые можно потратить на помощь тем, кто в этой самой помощи нуждался. И, конечно же, как ментор и куда более опытный человек - он был прав. Тимм не спорил, кивал, выслушивал все претензии на свете и говорил, что так больше не будет.
   Но... Было? И будет.
Это вторая натура, которая помогает ему, которая настолько часть его самого, что иначе - он не понимает как функционировать по-другому. Разве можно его винить в том, что он просто пытается.. Ну быть собой?
  Наверное поэтому и это не совсем претензии со стороны Брюса, а скорее - предостережения. Найти раненого мальчишку всё же будет куда проще, чем раненого кота. Как и оказать ему необходимую помощь. И Тим прекрасно понимает это беспокойство своего ментора, правда понимает, но перестать всё-таки не может.
   Да и к тому же - сейчас он под неустанным контролем одного чудесного полу-криптонца, который разбирается с грабителями на раз и два.
   Чтобы потом тут же подхватить тщедушное котье тело в воздух с собой и заобнимать, пока куда-то летит. Тим не сопротивляется от части потому, что ну, чувство самосохранения, да, оно всё же таки на месте, несмотря на все увлечения и "профессию", но и быть так близко - приятно. Даже когда он кот - чужое сердцебиение самый чудесный звук. А тепло чужого тела даже сквозь костюм самое приятное на свете.
   Но дождь. Он противный. Липкий и холодно-мерзкий. Да, Готэм худшее место для уличных зверей хотя бы из-за количества годовых осадков. И Тим бесится каждый раз, когда вымокает под дождём. Но сейчас - он не злится, а лишь громко даёт понять, что даже куртка чужая не спасает от участи быть чёрной мокрой кляксой.
- Не боюсь, - слегка горделиво вздёргивает нос, запуская руки под чужую куртку, чтобы обнять крепче, пока дождь за спиной и за пределами козырька какого-то здания набирает силу. - Это просто был мой коварный план заставить тебя меня опустить на землю.
   Чужой энтузиазм заразителен, и Тим смеётся на такое простое и немного глупое гав, но ведь, если задуматься, то Коннер и правда как очень активный и ласковый лабрадор. Виляет хвостом, шумный, и безумно дружелюбный со всеми.
- Кошки должны ненавидеть собак, - проговаривает тихонько, пока приподнимается на носочках, - Почему же я тебя обожаю? - риторический, скорее, вопрос, прежде чем чужие губы накрывает с поцелуем.


[indent] Раньше Кассандра чувствовала себя в его компании хорошо - она слышала о том, что у него, как по легенде и у самого Бэтмена (!) нет никакой метки. Ходила шутка, что единственная пара, которая у него может быть - это справедливость. Ну и у Робинов тогда - тоже ведь. Они все из одного теста, и отрицать это глупо.
   Вот только Тим, конечно, улыбался на такое, и кивал, предпочитая не спорить и игнорировать выпады, даже когда надпись таки появилась. А уж потом, когда абсолютно всё встало на свои места - они просто с Коном решили не афишировать свои отношения. Ну есть и есть. Это же что-то личное, разделённое на двоих, и кричать об этом на абсолютно каждом углу - глупо.
  С другой стороны - они и не скрывали ничего толком. Кто хотел или был внимательным, как например Цисси - прознали сразу, Барт просто не очень вовремя забежал к Коннеру в гости, и застал там Тима, который совершенно недвусмысленно с тем целовался. ..А можно ли двусмысленно целоваться? Пожалуй этот вопрос он задаст как-нибудь Барбаре. Уж она должна знать ответы.
   Но.. Кассандра.
Тим понимал. Да, амазонки, как и криптонцы, как и атлантийцы - очевидно ну очень отличаются от всех остальных обычных людей и, наверное, порой эти отличия имели свои сложности. Например, когда все твои друзья находят сразу кого-то, и точно знают, что это тот самый человек - это сложно для восприятия. Но, с другой стороны, это же значило, что они, ну, более цельные изначально? По крайней мере Тиму казалось, что это так.
   Они не испытывают потребности в другом человеке. И конечно же - последствий этой связи тоже.
Ссоры с кем-то не превращаются в марафон невыносимой боли.
   Как и приступы ревности, очевидно.
Тим говорил себе, что ну, нельзя так остро реагировать. Но когда он поворачивает в один из коридоров и видит чуть ли не воркующих Супербоя и Чудо-девушку - его не может не задеть. Он не может не вспоминать как кто-то говорил, что они были бы отличной парой, потому что очень красиво друг с другом смотрятся. Ведь, чёрт подери, это так и есть.
  Дрейк понимает, прекрасно,  что это глупости, что это всё в его голове, но внутри всё сжимается от боли и обиды. Ведь это егоприкосновение. Оно должно было быть ему, а не какой-то там Кассандре. Разве нет? Ведь они вместе, ведь эта улыбка для него всегда была и как реагировать иначе - Тим просто не понимает. Немного болит запястье, но он даже не снимает перчатку, чтобы проверить что происходит.
   Лишь просто разворачивается и уходит в другую сторону, будто его тут и не было.
Не круто, не по-взрослому. Но по-другому почему-то и не выходит.



[indent] Рядом быть хочется как можно больше и чаще и вообще. А потому Тим находит всё новые и новые способы.
  Например - пробраться на ферму Кентов.
   Не так уж и просто, как может показаться на первый взгляд. Ведь нужно как-то спрятать свой джет, а потом уже только просачиваться в дом в виде кота. А вот это было бы тоже просто, если бы не Крипто, которому, очевидно, жизнь на ферме нравится куда больше городской с Кентами, во главе которых Кларк.
  Крипто его уже знал. Но не котом. И тест состоял в том признает ли он, или загонит как какого-то незнакомого кота куда подальше?
    И тест не совсем состоялся, потому что Крипто прямо перед его носом пронёсся куда-то в другую сторону, возможно - на зов Кларка или, может, Джона, абсолютно игнорируя кошачье существование. Это было удачное стечение обстоятельств.
   Как, частично, и отсутствие Коннера в доме. У Тима нашлось время осмотреть и даже вроде как спрятаться, чтобы устроить ему сюрприз.
   Эта неподдельная радость в чужих глазах, когда они встречаются, и ласка - лучшее на свете. Как раз то, зачем Тим это всё и устроил.
Урчит бессовестно, подставляясь под прикосновения, и кратко кивает, на чужие слова о том, что слышит чужие шаги.
  Уйти в сторону - проблема, не хочется, но - нужно. Как-то не так, пожалуй, он собирался знакомиться с этой частью семьи Кентов. Но, ничего, всё ещё успеется, ведь у них с Коннером впереди целая вечность.



[indent] Он понимает всё мгновенно. Ещё до того, как Грейсон приносит тело.
  Он понимает и не понимает одновременно.
   Внутри всё обрывается настолько, что, кажется, будто его самого уже нет. Все звуки, голоса и шум далёкой битвы, лица и окружение - всё блекнет в один конкретный миг. Пропадает, будто бы и не было.
   Больно. Физически и морально настолько, что дышать становится практически не реальной задачей.
Его кто-то спрашивает - в порядке ли он. А как можно быть в порядке, когда только что убили твою душу? То единственное, что делало тебя - тобой? Было тебе дороже всего на свете?
    Тим не понимает. Больше совершенно не понимает. И зачем он остался жить дальше - тем более.
Он пытается подняться с колен и хватает свой посох, чтобы пойти и сделать хотя бы что-то, но его перехватывает Найтвинг. Сжимает в объятиях и нашёптывает на ухо что-то, что он совершенно не в силах понять.
    Это ведь не может быть концом. Не имеет права быть. Ведь у них было столько планов и столько идей. Они не успели ровным счётом ничего из того, что хотели и... Это должна быть ошибка.
    Но он чувствует, просто чувствует внутри себя, что - больше никогда не будет как раньше. Даже так, как было до того как это сияющее солнце озарило его жизнь - не будет.
   Впереди его ждёт только тьма и забвение.
  Больно. Непередаваемо больно.



[indent]  Вот он снова на ферме Кентов.
  Она никогда не выглядела для него столь пугающе и зловеще, как прямо сейчас. И он понимает насколько это не правильный шаг, насколько он совершает ошибку, а, может, даже преступление. Но у него нет другого пути.
   У него не осталось ничего. Вся та радость, весь тот свет - вся его жизнь буквально - держалась на одном-единственном человеке. И тут - его забрали. Жестоко, несвоевременно. Просто отобрали и не дали ничего взамен кроме опустошения и боли.
   Но ничего, это мелочь, которую Тим обязательно исправит. Он точно знает, что он сможет вернуть себе Коннера. И никто его не сможет остановить. Нет, в этот раз у него определённо получится. Ему просто нужен ещё один образец ДНК. Всего-то. Мелочь. Марта и Джон даже не заметят, что кто-то был в их доме.



Empty bed and empty space
It's in my head, your smell, your taste
Your memory is all that's left

[indent] Он не такой. Совершенно. Ни в единой манере, ни в мимике, ни даже, казалось, в тоне голоса. А потому Тим даже не пытается назвать его этим именем. Это не Коннер. Совершенно не он.
   Но всё же...
Тим не участвует в командах и отдалился от всех. Он скрывает его от всех, хотя и не препятствует геройству. Он не позволяет ему нигде толком светиться, потому что из-за этого будет слишком много вопросов, хотя и проигрывает - Супербой всё ещё слишком "медийная" персона. Но как бы он был не им - у него всё ещё было точно такое же лицо. Те же глаза, волосы. Руки.
   Это сводило Дрейка с ума.
Он клялся себе, когда начинал, что понимает, что это никогда не будет Коннер. У них не будет той же самой истории, но он отчаянно надеялся, что он сможет научить этого так же. Он даже сделал ему татуировку с надписью, на том же самом месте. Он готов был объяснять и провести всё необходимое время, чтобы зародить хотя бы блёклое подобие того же чувства, что когда-то наполняло его естество.
   Но он всё-таки не был готов к тому, что вышло в итоге. К тому неприятию себя, с которым сталкивался практически постоянно. К тому отрицанию, которое било так остро под рёбра, безошибочно попадая в сердце.
  Ведь у него всё ещё было то же самое лицо. И тот же самый голос говорил все эти ужасные слова и слал его к чёрту.
Невыносимо.
   Как и все эти побеги.
Дрейку они не нравились потому, что это слишком подставляло всю эту тайную операцию под удар. Но он никак не мог остановить их, какие бы системы охраны не устанавливал - он не мог оставаться с Мэтчем 24/7.
   Найти его, к счастью, было не так уж и трудно. Хотя одновременно с тем и - к сожалению. Этот взгляд, это узнавание, но при этом - полное игнорирование. Поцелуи с какими-то незнакомцами. Тима выворачивало от того, что он делал и насколько ему самому было больно это лицезреть. Он был зол, он был в ярости. Но это было просто бесполезно.
- А ты как всегда выбираешь самые грязные клоповники, да? - Дрейк тоже умеет бить по эго. И сползающая с чужого лица ухмылка как нельзя более яркое этому доказательство. - Папочка? Это что-то новенькое. - он другой, он не тот, он не такой. Но Тим не может ничего поделать с собой, с этим отчаянным стремлением почувствовать себя живым хотя бы на несколько минут, хотя бы вот так - подло пытаясь его поставить на нужное место, вместо того, кто уже никогда не сможет быть рядом.
   Это гадко. Ему должно быть от себя противно, но назад он уже не отступится, обвивая чужую шею руками и притягивая ближе к себе, чтобы укусить за нижнюю губу.
  [ты мой - хотя я никогда не буду твоим. уже слишком поздно что-то менять, верно?]
Help me to pretend that I'm not alone

Отредактировано Timothy Drake (24.10.21 20:27:13)

+1

23

Тим - язва. Это не то, чтобы плохо, ведь острый язык всегда умел добиться нужного эффекта от собеседника. Но сейчас слова Дрейка больше душные, чем дразнящие. От них хочется лишь закатить глаза и выйти из диалога вовсе. Правда это не в их личных правилах, они больше истерят, как женатая парочка, но никогда не приходят к пониманию. Причем сам Мэтч к этому пониманию пришел с момента, когда себя помнит, а вот Тиму что-то вечно надо еще в доказательства. Он же у нас типа дофига умный и все такое. Но вот мозгов, чтобы понять, что собеседнику это неинтересно, не хватает.

- Я вообще полон сюрпризов, - брюнет пожимает плечами, возвращая на губы ухмылку. Не, в битве язв Мэтч не проиграет ни за что, это его поле в том числе,  на котором ему очень комфортно. Правда Дрейк не упирается рогом в землю, не хочет выбраться из "клоповника" (нормальный, кстати, бар, не ресторан уровня люкс, к которому привыкли важные персоны с джинсами от Армани, но все же). Вместо этого Тим кусает его за нижнюю губу.

Мэтч не отстраняется. Это глупо, ведь внешне Тим прикольный, да и разговоры про соулмейтов были весьма однозначные. Было бы круче, правда, если бы птенчик этот мусор в уши Мэтчу не заливал. Знает он, что такое родственная душа. Как и знает, что у некоторых гостей планеты их вовсе нет. А он же тоже таким считается, правильно? Пускай и не помнит, лишь последний месяц есть в памяти. Вряд ли это бы сильно отразилось на сказочной связи, поэтому однозначно лишь одно - это все лажа.

Вместо этого брюнет кладет руку Тиму на спину, притягивая к себе, вовлекая в поцелуй, который почти сразу и углубляет. Между зубов зажатая марка оказывается на языке, а после - в чужом рту. Ага, Мэтча все равно наркота не берет, и он планировал поделиться этой штукой с кем-то таким образом. Супер лишь смутно представляет, как это действует на людей. Он отстраняется, ухмыляясь, - Расслабься. Тебе нужно научиться развлекаться, Тимми, серьезно. Иначе как вообще выдержать этот паштет из супергероики? Должно же быть в жизни и хорошее, что-то для себя, чтобы не утратить вкус к жизни.

Рука скользит по чужим плечам, он немного виснет на знакомом, зная, что тяжелый, но не может не поделиться новым открытием, - Видишь девушку с дредами? Это Анетт. Лучшая татуировщица района, прикинь, как подфартило, - он салютует обратившей внимание девушке двумя пальцами от виска, склоняясь над ухом собеседника, - Знаешь, что она сказала про мою надпись?

Лицо парня чуть серьезнеет. Это уже не едкость. Это говно, в котором Мэтч совершенно заебался разбираться. Он не помнит своего прошло, и Тим абсолютно не помогает в этом. Брюнет вообще узнавал все заново. Как будто жизни у него и не было вовсе. И от этого так тошно и неправильно, что вот такие вот места и незнакомые люди вносят хоть немного конкретики. Хоть немного нового и личного, а не одного лишь "Ну, ты Супербой. Ты был героем. А еще ты то-то и то-то, повторишь?" Жаль, врачей-мозгоправов для полукриптонцев не завезли, Мэтчу бы пригодились.

Он поднимает свое запястье и вглядывается в него, стараясь вспомнить доподлинно, что же там сказала девушка. - Она сказала, что это похоже на ZuperSoulЧто-то-там. Краска для интрижек, люди просто набивают тату, чтобы кому-то понравятся, но косячат во фразе.  Вообще, она сказала еще, что если сковырнуть слой кожи, то будет очевидно, что он покрашен, но такой привилегии у супера не было. Зато при высокой температуре краска бы расплавилась. Проверять это Супербой совершенно не хочет, ему хватает того, что он не помнит прошлого, еще быть косячным без "души"  вдвойне отстойное. Поэтому эта новость его бесит.

- Я думаю, что это все хуйня, - честно признается Супербой, заглядывая в чужие глаза, - но. - он отстраняется от Тима, как-то нервно почесав участок кожи с надписью. - Я этого тебе не говорил. Тебе не приходило в голову, что соулмейты - это лажа? Простая пропаганда верности. Нет, это круто для кого-то, конечно. Но чего-то прикольного лично я не испытываю.

Мэтч вообще не тешит себя иллюзиями. Конечно, ему бы хотелось знать и помнить больше, но мир как-то несправедлив. Да и за всю жизнь он знал лишь Тима? А как же Супермен? Они же должны быть похожи, почему он с ним не связался? Внеземные дела? Глупости какие. Мэтч вот хотел встречи с похожими на себя, чтобы перестать ощущать эту дыру и нихуя вместо жизни. И ведь все, что ему предлагают - просто принять факт того, что он связан с Тимом, и довольствоваться этим. Но это как-то навязано и не прикольно. Если он захочет быть с Тимом - он это почувствует. Захочет в бар - черт возьми, пойдет. У него же даже родителей нет походу, но ощущение схожее. Как будто он в чем-то неправ и не должен поступать самостоятельно. Ну и херня. Самые сильные на планете люди вряд ли должны вести и чувствовать себя так, иначе это полнейший абсурд.

Он выдыхает, меняя мыслительный поток на просто знакомые слова песни в голове, пританцовывая в такт. Интересно, могла ли марка подействовать на Тима? Вполне. Она же просто пропитана наркотиком. В любом случае, он берет птицу за руку, чуть ведя за собой, - Ну и какие планы?

[nick]Match[/nick]

+1

24

[indent] Это всё какие-то искажённые отражения и совершенно ублюдские игры зеркал и дыма. Здесь нет ничего правильного, есть одни сплошные виноватые.
  Но может ли Тим винить его? Он не хотел такой жизни. И, если бы не Тим, - у него бы и вовсе этой жизни не было. Вот так подстава, да?
Он ненавидит того, кто его сотворил. И даже ещё не подозревает этого. На долго ли? Тим надеялся, что да.
   Ему было достаточно чужого отвращения и так, как оно было сейчас. Вот этими вот язвительными уколами, укорами и наёбками, которые одна за одной вырывались из чужого рта. Подставами и полным игнорированием того, что Тим хотел.
   Его желания, его мечты - это всё давным-давно разбилось катком чужого долбоебизма и самодовольства. И если в самом-самом начале у Дрейка была хотя бы какая-то надежда исправить ситуацию, то чем дальше это всё заходило - тем больше он понимал, насколько промахнулся.
  Идеальная внешняя копия была столь далека от оригинала, что делало её абсолютной противоположностью. Это бесило, как будто Тим всё-таки где-то ошибся в расчётах, как будто бы он мог бы и не допустить такого, если бы был достаточно умён и внимателен.
  Но нет.
   Лекс Лютор хотел сделать из Коннера оружие, а тот взял и стал героем. Просто потому, что был реальным. Настоящим и имел душу. Он был больше, чем просто проектом, больше, чем просто клоном.
   Он был абсолютно всем для Тима.
А Мэтч...
   Мэтч притягивает его ближе и перехватывает инициативу в поцелуе. Тим даже не успевает понять, что что-то идёт не так, пока не становится слишком поздно. Глаза раскрываются от ужаса, но он не отталкивает его от себя [потому что это всё ещё те самые руки и такое же тепло нужного тела].
   Этот вечер обретает всё более и более ужасные обороты, кажется.
Какая-то там Аннет. И холодок пробегает по спине от чужого тона. Если раньше Тим думал, что сможет отбрехаться от чего-то подобного, то теперь эти иллюзии таят, как первые снежинки под солнцем, оставляя после себя лишь намёк на то, что там было хотя бы что-то весомое.
   Организм, крепкий и достаточно привычный к нагрузкам и всяческого рода попыткам отравления, ещё держится от попавшего внутрь наркотика, но на долго ли? Дрейк не знает, не может гарантировать себе безопасность. Как и не может быть уверен, что добравшийся до подобной информации Мэтч не сделает с ним что-то плохое сам.
   Хотя морально - хуже он уже вряд ли сможет сделать, если честно. А смерть... Тим уже слишком давно умер. И похоронили его там, где стоит надгробие с ужасающей надписью "Коннер Кент", выбитой на сером камне.
   Ему слишком, кажется, не страшно. Уже нет. Чего бояться? Его раскрыли. А он и правда виноват. И это чувство вины не покидало его с самого первого дня, как он вообще затеял этот проект. Лишь усугубляясь с каждым днём, как в чужих глазах явно различимо росло отвращение.
   Неприятие методов, неудовлетворённость ответами. Тим не мог дать ему ничего откровенного и честного. И предлагал лишь свои истории, те, которые были необходимы ему самому, а никак не Мэтчу. Никогда не для него. Ведь и всё его существование - это эгоистический манифест, сумасшествие обретшее физическую оболочку.
- Я просто слишком хотел тебя, - и в этот раз впервые, кажется, между ними звучит не ложь. Почти. Потому что это тебя относится всё ещё не к нему полноценно. Тим плевал на его интересы, на его характер и поведение. Ему нужна оболочка и откровенно претит вся та начинка, что получилась в итоге. Но он не отпустит его уже, не может, ведь если Мэтч найдёт себе кого-то - это будет ещё одной смертью для Тима. Видеть как он счастлив с кем-то, кто не Дрейк, как он кого-то целует - уже больно до невыносимых пределов. Ведь, это в какой-то степени значит, что и Кон мог бы быть счастлив с кем-то другим, а не с ним.
   Соулмейты. Хуйня. Пожалуй, потеряв всё, всю свою жизнь в какой-то краткий миг, на который, к собственному ужасу, никак не мог повлиять - Да, Тим с этим заявлением согласен. Но это ему не нравится.
   Коннер никогда не был для него хренью собачьей. Их чувство было настоящим. Искренним и таким восхитительным, что... Глупо с его стороны было надеется, что он сможет хотя бы толику вернуть себе. Это не реально, не возможно.
  И теперь он точно видит почему.
На вопрос о планах - он просто пожимает плечами. У него нет планов, больше - никаких. Он один - был его главным планом и надеждой. А теперь, когда всё настолько провалилось и лишь запуталось сверх меры - он не понимает как выкарабкиваться, как спасать себя из этого омута.
   Точно так же, как у него нет никаких ответов на вопросы о соулмейтах. Пережив единожды - ты перестаёшь сомневаться. Хотя, не имея метки до определённого возраста, Тим, скорее, был бы заинтересован в том, что говорит Мэтч. Что это брехня. Что можно быть счастливым и без.
   На его правой руке уже практически не осталось и следа от чужих слов, лишь некое подобие шрама. Поверх которого проступили новые рубцы от попыток прекратить это всё безобразие, от попыток воссоединиться хотя бы как-то с тем, кто был дороже самой жизни.
  А она, жизнь эта, оказалась той ещё ублюдочной сукой. И Тим изменился ей под стать, всё ещё отказываясь раскрыть всю правду тому, кто её столь отчаянно разыскивал.
- Дома алкоголь не хуже, и бесплатно, - проговаривает, ощущая как немеют кончики пальцев - что бы ни было намешано в ту марку, оно начинало действовать.

+1

25

Ты даришь свое доверие незнакомцу. Это просто и неминуемо. Право на ошибку, которая может его подорвать, но пока это не случилось - оно у него есть. Тим был хитер, и Мэтч доверял ему, но его слова с каждым днем все больше теряли в глазах клона искренность. К этому стоило быть готовым, когда рассказываешь форменную неправду, или просто неполную картину, выгодную лишь тебе.

Хотя, как бы сильно не был уверен в себе Супербой... он все же живет лишь месяц по факту. Пускай и не знает об том. Пускай его месяц - не то же самое, что для любого рожденного человека. Но он все еще реагирует на мир одновременно и слишком открыто, но и, в связи с некоторыми фактами, озлобленно, точно избитая людьми собака.

Мэтч не знает, как ловить Тима на лжи. Пускай слышит больше остальных, слышит биение сердца, слышит тембр голоса более явно почти по отдельным отзвукам, и все же - не понимает. В этом у него нет практики. Остается лишь довольствоваться тем, на чем у него практика есть.

Сейчас Дрейк не врет. Это как-то становится слишком очевидно - глупо в этом врать. А что такое лесть на себе Мэтч просто не испытывал. Поэтому все же дарит собеседнику пошлю ухмылочку, - Не так уж и сложно, а? Можно было об этом сказать сразу. Без историй про соулмейтов. Магия человеческого общения, за этим её в мир и завезли, да? Но на следующий довод Мэтч лишь усмехается, притягивая к себе Роба за шлевки джинсов. Он похоже уже поступал, не совсем слово в слово, но. Приходил на какую-то хитрость, чтобы затащить Супербоя домой. Форменная нелепость. Это для Тима то место "дом". А где дом Мэтча - он просто не вспомнил. Да и алкоголь криптонцу не нужен, - Дрейк прекрасно знает об этом.

- Рано идти домой, пташка, - проговаривает на ухо, одну из рук размещая на пояснице. Говорить приходится громче, поскольку Супербой вывел Тима на танцпол. Освещение тоже становится не таким явным, мерцающим, но это не мешает рассмотреть чужое лицо. Да и точно не полукриптонцу. Он проводит рукой по чужой спине, заставляя расслабиться, и просто танцует в такт. Движения максимально простые, ничем не отличающиеся от танца других людей на площадке.

- Есть идея получше, -  он вспоминает о марке, стараясь понять, подействовала она на собеседника хоть как-то. Это же... ЛСД? Или что? Ох, ладно, в любом случае, цель была лишь в том, чтобы немного расслабить внешне всегда собранную птицу. Это было бесцельно, если что. Просто показать ему, что он закапывает молодость невесть где, и обычная жизнь даже для Красного Робина не чужда. - В этом "клоповнике" сдают комнаты, - Ну да, в этих словах уже куда больше даже не намеков, а прямого текста. Но за язык Тима никто не тянул, да? - А еще у этого "клоповника" хороший рейтинг, - он невзначай проводит носом по чужой щеке, когда заканчивает мысль. И заглядывает в глаза. Прежде чем снова сократить дистанцию, впиваясь в чужие губы, под ритмичную музыку. Громкая музыка пробивает даже его, интересно, люди чувствуют то же?

Его радует, что Тим, кажется, расслабляется. Правда он находится так близко, и так невольно трется о пах, что возбуждение игнорировать становится очень сложно, - Пошли, - он кусает птицу за мочку уха, после чего находя его руку, и ведет за собой, в сторону лестниц. Вообще, как по Мэтчу - это выглядело стильно. Весь этот неон вперемешку с легкой простотой. В этом был стиль. В реальный "клоповник" бы клон не полез, да и никто из его сегодняшних собеседников, включая Тима.

Нет, он понял, что его напрягает. Что личность Супербоя куда явнее Красного Робина. Но, как он понял, людям сложно поверить, что в их компании сейчас действительно находится кто-то с силами Супермена. Зачем так париться и закрываться дома? Брюнет вполне контролирует все силы и не спалился ни разу. А затворничество вообще для любителей какой-то фигни. Супербоя прикалывали люди, общение, ему нравилось внимание. И отказываться от этого в угоду чужому желанию, ну... он очевидно не хотел. Да и кто захотел бы? Может, так у него больше шансов вспомнить прошлое и обрести себя. По ощущениям все так и есть.

Он поднимается с Робом на этаж выше, совершенно без зазрения совести расплачиваясь кредиткой Дрейка. А после попадает в апартаменты комнаты. Здесь все также - довольно просто на вид, шарма добавляют неоновые полосы, причудливо расположенные gо стенам и мебели.

Хотел меня, значит?

Он тут же впечатывает Робина в дверь, которая из-за этого с щелчком закрывается. Поцелуй сразу же углубляется. Одна рука находится на робинской щеке, что, в прочем, не добавляет действию мягкости или нежности. Вторая располагается на чужой пояснице, прижимая ближе к себе, пахом к паху. Он ждал этого, если честно. Ждал, когда Робин скинет с себя эти напускные спокойствие и серьезность. Когда откроется для него. Потому что объяснение для всего происходящего Мэтч находил лишь в одном - и это же происходит сейчас. Не только он с жаром целует чужие губы - ему отвечают ровно также. Рука, что была на пояснице, проскальзывает под футболку, давая возможность изучить чужое тело. Но хотелось, конечно же, куда большего.

[icon]https://c.tenor.com/houEreMBg7IAAAAC/thomas-doherty-harry-hook.gif[/icon][nick]Match[/nick]

+1

26

But it's lies now, baby
Oh, lies you're breathing now
[indent] Потерянный контроль - это уже что-то, что стало до абсолютного привычно. Не должно. Не входило в привычку, тем более - когда Мэтч рядом. Он опасен, он та дикая карта, которая сейчас спокойна, но через минуту может спалить тут всё к чёртовой матери.
   Но сейчас - он рядом.
[indent]  [indent]  [indent]  [indent]  [indent]  [indent] Так близко
   Тим не сопротивляется собственническим захватам, не видит в этом никакого смысла, потому что ему только лишь сцены тут не хватало. А она и без того маячила на горизонте, готовая вот-вот разверзнуться прямо под его ногами, утягивая в ещё большие, ещё более далёкие пучины отчаяния и отвращения к самому себе. Вся эта ситуация и без того отвратительно уродливая.
Не решённые вопросы всё ещё остаются таковыми, и едва ли ситуация разразится хоть какими-то откровениями, кроме того, что уже слетело с его собственных губ. Едва ли это истина сердца. Едва ли это та самая правда, которая наладит всё, загладит и сделает лучше. Знаете, как в мультиках, когда расступаются тучи и выглядывает солнце? 
Тим в такое не верит. Не может просто. Ему слишком хорошо известны собственные грехи, они сожгли все его мосты с остальными - Кассандра прокляла его, когда узнала, что он делает. Барт пытался отговорить, но все они проиграли.
  Все они, и Тим в том числе, проиграли тому горю, что его охватило. Он не видит дальше собственного носа, столь отчаянно цепляясь за, хотя бы, образы, лишь бы за внешнюю часть, за те толики тепла, что можно урвать себе. Он становится слабым. Он оказался зависим.
  И, как и любая другая зависимость, эта - ведёт к его разрушению. Возможно, даже быстрее, чем смогли бы какие-то наркотики. Их побочные эффекты давно исследованы, зафиксированы. Его можно было бы запереть в какой-нибудь рехаб, ждать улучшения, проверять с помощью анализов. А здесь? Едва ли он может предугадать последствия своих действий.
    Ведь сейчас, Тим ощущает как его ведёт, как разум затуманивается, и дело не в подставе с маркой, а в том, что при таком освещении так легко и просто представить себе, что с ним сейчас рядом именно Коннер. Что это - его руки и его тело, что это тепло, нарастающее электрическими искрами напряжение - правильное, то самое, как когда Тима ещё хотя бы кто-то любил.
  Сейчас- это не чувство, это лишь ощущение, столь далёкое от чего-то настоящего, как они оба - от всех остальных вокруг. Клон Супербоя. Робин. Им не место в клубе, тем уж более на танцполе, Тим сходу может назвать минимум шестнадцать дел, которые он мог бы делать прямо сейчас, вместо того, чтобы прижимаясь к чужому телу танцевать тут.
  Но он танцует. Так близко, как это возможно. Устраивает собственные руки вокруг чужой шеи, запуская пальцы в тёмные волосы, чуть склоняя собственную голову на бок.
  Мэтч, кажется, слишком осведомлен о том, что в этом клубе есть и где находится. Это отдаёт острой болью в грудной клетке, всепоглощающей ревностью. Мэтч - буквально принадлежал ему, пускай и пытается сопротивляться и утверждать, что это не так - Тиму известно куда больше, чем он позволяет себе сказать. Чем он позволяет тому увидеть.
   Тогда как, как его собственность может быть с кем-то другим? О, нет, нет-нет, это просто неприемлемо, Дрейк этого никогда не допустит.
   Потому - прикосновения принимает, отдавая в ответ не менее жадный поцелуй, чем тот, что был ранее.
Даже если нельзя научить кого-то любить тебя, Тим постарается. Он научит Мэтча быть рядом, даже если тот пока не испытывает в этом никакой необходимости.
  Если Лекс Лютор смог вставить в программирование Кента - модуль на полное подчинение, пускай они и смогли его перебороть, это не так важно.  Важно то, что, возможно, эти его разработки тоже где-то в Лекс Корп имеются? Дрейку нужно будет наведаться к их серверным.
   Да, это грязная игра, но ничего чистого и светлого в этом мире для него больше и не оказалось, как не прискорбно. Да и вот этот "танец", если его хотя бы как-то так можно назвать, - тоже относится к категории грязных. За руки, которые блуждают по телам, за поцелуи такие откровенно-пошлые, что от них отворачиваются все вокруг.
   Мэтч начинает вести его, и Тим шагает, ни капли не сопротивляясь, потому что смысла в этом нет. Может - сегодня его шанс отпустить то, что было. Или - начать всё заново хотя бы вот так. Он не знает. Не думает. Отказывается.
   Ему хочется чувствовать. Чувствовать себя желанным, чувствовать на своей коже эти, пускай и чрезмерно грубые, но по-знакомому горячие прикосновения. Ощущать эти губы на вкус. Ему это было необходимо, и сейчас - ему предоставляют такой шанс.
   И Тим согласен, оплачивает, буквально, эти мгновения. Позволяет впечатать себя в дверь, позволяет начать лапать себя. Ему всё в этом свете кажется каким-то сюрреалистичным, чем, по сути, и является.
   Клон клона. Точная копия погибшего соулмейта. Яростная попытка не отдавать то, что было дорого.
Провальная.
   Но разве это важно?
Дрейк старается уговорить себя, что нет, не важно, совершенно, ни единой каплею не важно, когда собственные пальцы расправляются с пряжкой чужого ремня, а ладонью затем накрывает эрекцию. У него сейчас будет хотя бы это, когда два года была только ноющая в груди боль.
- У тебя бывают не плохие идеи, - сиплый голос между поцелуями, глаза в глаза, просто чтобы зафиксировать для самого себя эту ебанную точку невозврата. В тот мир, где у него не было даже Мэтча. Мэтча и его гребаной грубости, но столь большой жадности до касаний и впечатлений, что становится душно, кажется, в собственной коже. [nick]Stray Cat[/nick][status]paws and claws[/status][icon]https://i.pinimg.com/originals/b5/7e/f6/b57ef63d61a237f836cf466022bb98d3.gif[/icon][sign]https://i.imgur.com/siBBlNj.png https://i.imgur.com/BkWrMTE.png[/sign][lz]<a class="lzname">Тим Дрейк</a> <div class="fandom">dc</div> <div class="info"><center>don't gimme too much - i'll tear <a href="http://exlibris.rusff.me/profile.php?id=1666"><b>you </b></a> to pieces</center></div>[/lz]

+1

27

You came and made me who I am

Мэтч не знал, как относится к Тиму. Ну просто потому что общение с другими людьми начинается со знакомства. А Дрейк - буквально первое лицо, которое увидел Супербой. Он как-то связывает его с прошлым. Но как - сам парень абсолютно без понятия.  И неопытность в мире совершенно не помогает. Он знает, что как-то можно прослеживать чужую ложь по пульсу, или что есть особенности мимические, кричащие об этом. Но каких-то более глубоких познаний в этом у него нет.

Почему он уверен, что Тим врет? Сложно сказать. Это чувствуется интуитивно больше. Внешне - складывается картинка, что Тим в него влюблен, и хочет, чтобы Мэтч помнил это. Но в этом моменте попахивает лажовостью. В маниакальном желании не отпускать от себя и запереть. Здесь Супербой чувствовал себя как-то неправильно. Да, может сейчас он никого и не любил, но знания о мире подсказывают ему, что такое отношение - ненормальное. И помощь с поддержкой должны ощущаться иначе. А если это то, как умеет любить Тим Дрейк - то у парня явно подтекает крыша, и не Мэтчу с этим разбираться, хотя бы по причине того, что ему пофигу.

Хотя, нет. Мэтч мог с уверенностью сказать, что Тим ему нравился. Вот это отношение было для него понятно. У супергероя было крайне симпатичное лицо и пиздатое тело. Да и в отстраненности его был свой шарм, такой же поломанный и странный. Исправлять это Мэтч не планирует. Его полностью устраивает то, что происходит сейчас. Это не территория Дрейка, здесь дышится легче, здесь даже почти существует иллюзия того, что все - настоящее.

Мешает даже не то, что Мэтч не помнит. А то, что Тим то все помнит, и чего-то от него ждет. Поэтому так жаден для прикосновений. Понять это было несложно. Но черта с два это какая-то уступка, нет. Мэтч наконец-то может вылить свои все эмоции и желания адресату, и точно не даст заднюю. Да-да, Тим - все еще непонятный, неискренний, но черт, только он и вызывает в душе реальный пожар именно из-за этих непонятных эмоций. Те, другие, с кем был Мэтч... они пустые. Может быть, потому что им также, как и Супербою, плевать на соулмейтов, а Тиму нет. Может быть даже, эта та связь, о которой Тим так долго ему затирал. Неважно. Это все неважно.

Мэтч не планирует трепаться, даже отвечать на новую подколку или что-то там еще. Он просто тоже хочет Робина. Мысль эта простая влечет за собой, особенно когда прохладные пальцы обхватывают член. Брюнет  шумно выдыхает в чужие губы, от остроты ощущений тело точно прошибает. Это ему нужно. Это нужно им обоим. Это желание ватно расползается по телу, остро ощущаясь внизу живота. Супербой не ждет больше. Перехватывает чужое запястье, ведет к кровати. На ходу стягивая чужую мешающую футболку, расстегивает чертов ремень. Надо же как интересно. Он впервые видит шрамы на чужой коже, обезображивающие её. Не один и не два - их дохреналлион. Конечно, он понимал, что Дрейк человек, но это как-то... не было очевидно? Шрамы. Это так по-людски, иногда даже забываешь, что Дрейк на самом деле такой же хрупкий, как и все за пределами апартаментов. Да и черт с ними.

На горизонтальной поверхности куда проще уделять внимание чужому телу. Кожа к коже. Еще более жарко. Нос выводит незамысловатую дорожку по щеке, шее, когда горячие губы снова накрывают кожу. Несильно заботясь о том, какую россыпь засосов может оставить на этом бледном пергаменте. Это очень странная и чертовски приятная вендетта за все прошедшее время. Которая становится вдвойне приятнее, когда собственная рука уже накрывает чужой член, срывая с уст партнера стон. Проводит по длине. Снова и снова. Слишком терпеливо даже для него. Поэтому рука переходит на чужой пресс, с дразнящей нежностью поглаживая его, но не давая разрядки. Нет. Для этого еще тоже рано. Губы тоже целуют покрасневшую кожу медленно и с большей нежностью, точно извиняясь за принесенный дискомфорт. Спускаясь поцелуями ниже по еще неизученному телу, что так пьяняще-податливо в его руках. Губами касается чужой возбужденной плоти, но снова игнорирует пятерню в волосах, обрывая чужое удовольствие, играя. Вместо этого возвращается к телу, поглаживая бархатную кожу с какой-то безумной нежностью. Мысль будоражит. Довести Робина до грани. Чтобы не просто хотел его. А просил. Он ждет чужих слов. Реакций на такую явную провокацию.

И получает. Почти. Что-то короткое и неверное царапает слух, заглушая страстный шум в голове. Он буквально физически ощущает, как вместе с тем кольнуло его эго. К. О. Н. Ему не послышалось. - Так-так-так, у нашей птички галлюцинации. Все немного проясняется. Так, что музыка за дверью снова хорошо слышится для клона, а возбуждение спадает на нет. Зато остается злоба. Явная для себя же самого, но пока скрываемая за приторным тоном. Что вовсе не контролируется в глазах, где на глубине загораются алые огоньки. - И что за Кон?

Not exactly who you think I am

[nick]Match[/nick][icon]https://c.tenor.com/houEreMBg7IAAAAC/thomas-doherty-harry-hook.gif[/icon]

Отредактировано Conner Kent (28.10.21 07:03:47)

+1

28

[indent] Всё происходит так скоро и стремительно, вся ситуация неслыханно распаляет и без того не ледяные чувства к тому, кто стоит напротив, так по-собственнически вжимая Тима в дверь и одновременно с тем - к себе прижимая. Не встречая при этом никакого сопротивления со стороны Дрейка.
  Потому что ему это не менее необходимо. Это то, чего ему хочется. То, что может окупить хотя бы толику всех страданий и переживаний, всех тех опасений и того огромадного предательства, что он совершает по отношению ко всем своим близким друзьям и семье.
  Хотя бы на краткий миг - он сможет почувствовать себя живым, в этом сраном номере гребаного клуба, где сердце начинает биться чаще, под чужими руками расползается тепло в венах и артериях, распаляя все ощущения до максимума.
   В этой полутьме, освещаемой лишь ультрафиолетом и неоном, где даже зубы и белки глаз выглядят не естественно - Тим не видит ничего, кроме чужого лица. Кроме того откровенно животного желания, что пылает в чужом взгляде, пожирает его самого. Сжигая все мосты между тем как было раньше, и тем, как ему бы хотелось, чтобы всё было.
  Это всё растворяется, становится откровенно не важно, бессмысленно, как и все споры до, как и все дни до. Всё сплетается в один тугой узел, все нервы оголены до предела и чужие пальцы играют по ним как по струнам. Но мелодия не раздражает, нет, она заставляет отпустить себя, расслабиться до того отчаянного предела, что уже не важно. Ничто не важно, кроме того, что происходит.
   Нужно шагать к кровати? Пойдёт. Раздеваться? Да пожалуйста. Тим - безучастная кукла в чужих руках, ему сейчас нужно лишь одно, и, плевать какой ценой это обходится. На свою гордость, на свои принципы - на всё это с высокой колокольни. Оно всё равно уже давным-давно стоит всего лишь грош. А то и того меньше.
На миг он видит мелькнувшее удивление в чужих глазах. Очевидно - реакция на шрамы.

[indent]  Коннер проводит пальцами вдоль старого рубца. Осторожно, так, будто боится, что может его вновь открыть. По одному только животу их разбросано столь много, что откровенно Дрейк не помнит какой в честь чего. Пара крупных на груди. Плечи и спина, руки и ноги - всё усыпано метками чужой жестокости, показателем собственной человечности. А в глазах Кента Тим читает столько сожаления, что ему становится стыдно. Будто он подводит его, будто бы он этими своими шрамами причиняет ему боль.
- Я буду осторожнее, честно, Кон, - шепчет, проводя пальцами по чужой скуле. Он говорит это, и, даже понимая всю бесполезность своих слов - он ведь не собирается бросать эту свою работу, совсем нет, но - он искренне верит, и правда будет стараться. Ради него - всё реально.
- Конечно, ведь теперь тебя есть кому защищать

[indent]  Мэтч не задаёт вопросов, ему, кажется, совершенно плевать. Есть только грубые ласки, есть только дразнящие касания, от которых башню срывает ещё больше. Он хочет довести, он хочет, очевидно, сломать под себя. И Тима это, кажется, прямо сейчас устраивает даже. Да даже если бы и нет - он не может никак повлиять.
   Он пытается тянуть за волосы на себя - его игнорируют, лишь улыбаясь. Он старается вывернуться телом так, чтобы взять верх, подчинить ситуацию себе, но проигрывает. Никто не собирается ему уступать, лишь поцелуи, лишь провокации, что-то, что столь приятно, но обрывается, так и не даря никакого покоя.
  Он играется, намеренно играется с Дрейком, но у того нет никакого контроля, расслабленные мышцы, затуманенный разум - не то от того пожара, что подпитывает каждым своим прикосновением Мэтч, не то от проглоченного наркотика. Всё вязкое, туманное, сложно определить где заканчивается его собственное я, а начинается чужое тело. Всё сливается, в один большой пульсирующий миг желания. Есть только оно и больше - ничего не имеет значения.
   Искать глазами чужой взгляд, хотя бы какой-то якорь, связывающий его с реальностью, которая бесследно просачивается между пальцами, что отчаянно сжимают простынь до побеления костяшек. Ещё поцелуй. Ещё касание губами пылающей кожи.
   Голубые глаза в этом освещении кажутся абсолютно не реальными, но они такие знакомые, что сердце на долгое мгновение перестаёт биться. Чужие губы не шевелятся, лишь улыбка касается уголков рта, столь родная, столь известная, каждой морщинкой на коже, изученная вдоль и поперёк.
  Стон срывается с губ, сопровождаемый именем, пока глаза захлопываются, а тело выгибается навстречу этому ощущению эйфории, сконцентрированном под чужими пальцами в одной точке.
- Кон, - хриплое, в пересохшем горле, после облизывает потрескавшиеся губы.
   И всё тут же обрывается.
  Собственная нагота становится мерзкой, ему хочется в душ, срочно. Ему хочется сбежать, прямо сейчас.
    Чужой голос, со всей его неприязнью не делает ничего лучше, и собственный судорожный выдох - совершенно не уместен.
Дрейку кажется, что сейчас - ещё секунда, и всё - он выпалит всю истину. Разом, не фильтруя. Чужое происхождение до каждого мига, вместе со всеми теми преступлениями, на которые пришлось пойти, чтобы совершить что-то столь... Специфичное. Всю правду, от опустошающей смерти того, кто был дороже собственной жизни, и до этого позорного мига, когда готов был отдать себя, лишь бы почувствовать себя живым и нужным кому-то, кто выглядит точно так же.
- А тебе разве не плевать? - выплёвывает эти слова в чужое лицо, усаживаясь на краю, чувствуя, как онемение ползёт по кончикам пальцев. - Мы просто "ещё одни" друг другу, разве нет?
   Нет. Нет. Тим просто хотел обратно. В то место, где был счастлив. К тому, с кем был вместе. Туда, где всё было решаемо, где было уважение, понимание и любовь. Любовь.
   Ведь она - реальна, существует. И её одной было когда-то достаточно, чтобы перевернуть весь мир.
А теперь?
   Мерзко. Грязно.
Тим теряет не просто контроль. Он потерял самого себя в этой отчаянной гонке за идеалом, за своим чувством, которое похоронили летним вечером неподалёку от Башни Титанов.
- Или я недостаточно хорош для такого? - злится, даже бесится. В ответ на чужую агрессию разливается собственной. Опасно - факт, Коннер никогда бы не позволил себе вести себя так, говорить с Тимом так.
  Но в том-то и вся беда - с ним не Кон. Больше никогда не.[nick]Stray Cat[/nick][status]paws and claws[/status][icon]https://i.pinimg.com/originals/b5/7e/f6/b57ef63d61a237f836cf466022bb98d3.gif[/icon][sign]https://i.imgur.com/siBBlNj.png https://i.imgur.com/BkWrMTE.png[/sign][lz]<a class="lzname">Тим Дрейк</a> <div class="fandom">dc</div> <div class="info"><center>don't gimme too much - i'll tear <a href="http://exlibris.rusff.me/profile.php?id=1666"><b>you </b></a> to pieces</center></div>[/lz]

+1

29

Выдох получается тяжелым, распаляющим внутри, как будто и без того нервы не подводят. Нет, ему и вправду было бы плевать, какое имя произносит Тим в своих влажных фантазиях. Но когда ты с кем-то в постели все же хотелось бы слышать свое. Да и... он же хорош, черт, он смотрел в зеркало, что не так то? Почему с ним вообще должна была произойти такая хрень? Наверное, следовало быть избирательнее с партнером. Например, не приглашать в постель кого-то мутного, мысли которого для тебя настолько закрыты.

Мэтч ощущает жжение в глазах и закрывает их, выдыхая. Форма контроля, которой научил все тот же Тим. Слышит чужую ответную злобу, но... усмехается. Усмешка перерастает в полноценный смех, и Мэтч качает головой. Он такой странный. У парня действительно крыша не на месте. - Подожди-подожди, чувак, давай проясним кое-что, - он освобождает Робина из захвата, садясь на колени, смотря все еще сверху вниз. Ремень быстро застегивает обратно. - Ты месяц щебечешь мне то, что мы - соулмейты, и это важно. Что мы говорили друг другу эти фразочки - и это круто, - он бегло смотрит на своё запястье. Но после возвращает взгляд Дрейку, потому что ничего умного запястье не подсказывает, ожидаемо, - Десять минут назад говорил, что хочешь меня, а теперь - это. Я не говорю, что это любовь. Я не говорю, что ты плох. Но ты явно либо пиздишь мне, либо сам с собой не договорился.

Мэтч поднимается с кровати, нагибаясь за собственной футболкой и заодно прихватывая чужую, бросая ту Тиму.  - Оба варианта, кстати, полная хрень. - как-то философски заканчивает Мэтч. Но вместо того, чтобы нацепить футболку, все же больше обращает внимание на свою надпись. И пытается вспомнить все, что ему говорили люди. Анетт увидела какую-то разницу. Но даже суперзрение здесь не помощник Мэтчу, ведь тот искренне не знает, как она должна выглядеть, ну... по-природному.

осторожнее тут мотайся, Супермальчик

Супермальчик... Тим показывал ему какие-то любительские снимки и видео с ним. Бегло поделился про его жизнь. Это, конечно же, помогло слабо, но то, какими силами он обладает, и что он супергерой - стало понятно. Фразу Тима Супербой видел лишь один раз, и запомнил слабо. Что-то про полет. Короче, Мэтч тогда сложил 1+1 и понял, что это было во время первой миссии, не так уж и сложно. Только вот других миссий у него не было. Дело даже не совсем в желании - даже Тим что-то говорил о том, что без памяти Мэтч может быть не готов. И, ожидаемо, не отпускал.

Но Супербой - часть команды. Ему необязательно слушать только Тима - есть и другие, черт. Почему он раньше до этого не додумался? - Почему я тебя вообще слушаю? У меня есть же другие... Чудо-девушка, - размышляет Супербой вслух, чуть надавливая на надпись, будто бы это явит ему что-то. Глупости какие. Ему не нужны ответы про соулмейтов, больше не нужны, ведь они не делают картину понятнее, но не мешало бы узнать прошлое в более... ярких красках. Другой вопрос в том, почему рядом с ним только Тим. Нет, соулмейт, понятно, но... что же он за член команды такой был, что никто о нем не вспомнил?

Как-то до этого было все же легче доверять Дрейку. Сейчас вот - абсолютно не хотелось. Наверное, поэтому ранее он и не особо продвинулся в понимании себя. Ему было достаточно компании Робина. Тим будто и вел себя иначе. Сейчас даже робинское отношение стало более... колючим. И этого Супербой совершенно не понимает. Еще он не понимает, почему рядом нет никого "супер". Разве это не показатель какой-то семейности, общего знака и прочего? Они наверняка знают и слышали о нем. - Я не понимаю, - тихо выдыхает Мэтч, не смотря в сторону Тима. - Ведь рядом только ты, но я и тебе не нужен, - птичка может говорить что-угодно, но его отношение очевидно, особенно по последним действиям. Как у него может быть прошлое, если это настолько не ощущается? От этого чувства он и бежал из четырех стен чужого жилища. Там было сложно не думать об этом. О том, насколько странная у него жизнь. О том, насколько херово не помнить себя, и строить все с самого начала, когда ты уже, ну... взрослый.

- Кто я?

[nick]Match[/nick][icon]https://c.tenor.com/houEreMBg7IAAAAC/thomas-doherty-harry-hook.gif[/icon]

Отредактировано Conner Kent (01.11.21 14:20:33)

+1

30

[indent]  Та самая точка невозврата, та, после которой впереди - лишь пропасть. Очередная.
   Всего лишь, успокаивает он себя. Всё просто, ты начнёшь с начала. Ты попробуешь ещё раз. Все нужные данные - теперь у него имеются, и не будет больше этих почти ста безуспешных попыток, не будет помех больше - лишь отточенная до идеального результата схема и протокол. Нужно лишь немного изменить начальные установки и, может быть, и правда разжиться модулем, который использовал для кодировки Лютор. Это вряд ли что-то сверх сложное. Уж если он Дрейк смог скопировать чужую программу клонирования человеческого и криптонского ДНК - вряд ли тут он обнаружит для себя какие-то сверхъестественные сложности. Зато - он получит именно то, чего желал. Разве не так?
  [indent] Но нет, больше никогда. Никого. Никак.
Футболка приземляется на него, и Тим сминает её в своём кулаке. Нужно встать, нужно одеться, нужно просто уйти и протрезветь наконец. От чувств, от ощущений. От того горя, которое поглотило всю его жизнь и не даёт ему никакого покоя. Ведь всё так просто - выстроить дистанцию и больше не ловить себя в эту уродливую ловушку. Он же умный, он же сообразительный.
[indent]   Он же всегда знал, что ему не вернуть всё на сто процентов. Не сделать как было.
- Он умер, - глухо, будто бы чужим голосом, будто бы не о самом важном на свете человеке. К этому факту совершенно не прикреплено имя, улыбка и ворох воспоминаний, которые сейчас комом к горлу подступают и душат, душат его за совершенное предательство.
   Это не то, совершенно не то, что ему нужно говорить. Это абсолютно не то, чего сейчас требует Мэтч. И Тим понимает. Понимает прекрасно как его собственное поведение создало всю эту ситуацию. Как его слова и поступки сотворили ещё одно разбитое горем существо.
    Тим хотел уничтожить горе, а, получилось, что лишь приумножил. Теперь в мире на одну потерянную душу больше. На одно разбитое сердце, на горькую судьбу.
   Эгоизм, собственничество. Всё это привело к падению на очередное дно. Собственная бесчеловечность только сейчас показывается ему в полной красе. Заставлять кого-то играть чужую роль, требовать сходства ради себя самого - это так жестоко. Он вгоняет Мэтча в невыполнимые условия, а потом ругает его за то, что тот - живой, настоящий, думающий и дышащий, а не - копирка, в точности воспроизводящая воспоминания.
   Как Мэтч смеет не быть Коннером? Почему это у Мэтча какие-то собственные мысли и поступки? Почему он не такой? - всё это постоянно в его голове вертелось. И ответ столь простой, столь явный и понятный, что, казалось, такой гений как Дрейк мог бы и сразу, до того, как успешно выполнил свой план, понять - так оно всё и будет. И требовать от Мэтча быть Коннером - не реально. И он правда знал. Понимал. Вроде как даже отдавал себе отчёт. Но.
    Но видя эти глаза, эту улыбку и слыша этот голос - он проигрывал и снова и снова хотел, чтобы Мэтч был другим. Разве ему так сложно просто побыть Коннером?
- Его звали Коннер. И я люблю его, - всё ещё и от этого никак не избавиться, не убить в себе, не вытравить. Потому что - настоящее, крепкое, живое. Чувство живо - а Коннер - нет. И это самое несправедливое в мире. Про Кента приходится говорить в прошедшем времени, а про чувство к нему - никак не выходит.- Он - Супербой. Он Кент. Он - клон Супермена и Лекса Лютора. - поднимает глаза, встречаясь взглядом с Мэтчем. Прочь паутины, детские отмазки и лживые истории, да? Плевать ему если умрёт. Наверное - стоило начать именно с этого, а не с клонирования. Если есть какая-то жизнь после смерти, во что верится едва ли больше, чем в концепт божества, то, наверняка, они бы и там встретились, верно?
   Это же настоящая любовь. Про такую везде говорили, что она преодолевает все невзгоды и разрушает все проклятия. И, как бы глупо не было - Тим прямо сейчас готов поверить в эти сказки больше, чем во что бы то ни было в своей гребаной жизни.
   Если Мэтч сейчас сомкнёт свои руки на его шее - Тим не успеет почувствовать страха. Даже боли не успеет. От лазеров - не известно, Кон ни разу даже не обжигал его по случайности, Тиму не известно каково это. Он знаток лишь физических травм, по специфике работы в Готэме.
   Если же Мэтч решит замучить его - что же, наверное нечему будет удивляться - это заслуженная месть за всё то, через что его заставил пройти Тим. А потому, он не откладывает и договаривает начатое.
- А ты - его клон. Клон Коннера. - футболка лежит на собственных коленях, глубокий вдох, пока прикрывает на миг глаза, не то выжидая, не то, осознавая, что теперь - со всей ложью, наконец, покончено.
   Теперь больше нет нужды выдумывать какие-то теории про то, почему Мэтч не помнит каких-то событий, о которых Тим ему рассказывает. Больше не нужно объяснять почему ему не особенно будут рады в некоторых командах. Всё становится куда проще.
    Одновременно - сложнее в сотни раз.
  Правда вышла наружу, и должно полегчать. Но от чего-то становится лишь хуже, собственная ублюдочность проявилась во всей красе, и слёзы выступают в уголках глаз. Как глупо и несвоевременно.
- Я так хотел, чтобы ты полюбил меня, знаешь? Глупо. Он бы тоже меня ненавидел, если бы знал, что я на такое способен. - смеётся, горько и понимает. Это ведь так. Коннер бы никогда не смог простить его за такое. Не смог бы понять. Не смог бы принять такое предательство. Это даже хуже измены, отвратительное и мерзкое.
    И Тим создал всё это собственными руками. [nick]Stray Cat[/nick][status]paws and claws[/status][icon]https://i.pinimg.com/originals/b5/7e/f6/b57ef63d61a237f836cf466022bb98d3.gif[/icon][sign]https://i.imgur.com/siBBlNj.png https://i.imgur.com/BkWrMTE.png[/sign][lz]<a class="lzname">Тим Дрейк</a> <div class="fandom">dc</div> <div class="info"><center>don't gimme too much - i'll tear <a href="http://exlibris.rusff.me/profile.php?id=1666"><b>you </b></a> to pieces</center></div>[/lz]

+1


Вы здесь » ex libris » альтернатива » don't get scratched


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно