ex libris

Объявление

Ярость застила глаза, но – в очередной раз – разум взял своё и Граф легким аккуратным движением руки перехватил Виконта, будто бы тот ничего не весил, и, мягким, останавливающим, движением не дал вспороть шею поверженному некроманту.
— Тут достаточно крови. Он умрет и сам.
Быстрый, внимательный взгляд в сторону человека и вопросительно приподнятая, аккуратная бровь – умрешь же?
Возмущённый вздох – французский.
Хриплый свист через сжатые губы и такой же прямой взгляд в ответ Кролоку. Выживет. Слишком сильный. Слишком долго общается со смертью на ты. Возможно даже последний из тех, первых, что заключили контракт с костлявой.
— Мессир?
Адальберт тоже сохраняет хладный рассудок, чуть взволнованно посматривая на треснувшие зеркала – всплеск силы, произошедший буквально несколько минут назад, вновь зацепил всех. Франсуа тоже пытается сказать что-то, но вместо слов издает очередной булькающий звук и бросается в сторону уборной.
Ситуация сюрреалистична.
Ситуация провокационна.
Рука расслабляется на талии Герберта, не потому что Эрих этого хочет, а потому что в его пальцах сминается ткань тонкой рубахи обнажая… обнажая. На самом дне синих глаз все еще клокочет ярость, и только Виконт сможет понять её суть – не должна была сложится подобная ситуация в эти дни. В любые другие, но не те, что должны были принадлежать им для осознания, понимания, расставления литер и точек.

Лучший пост: Graf von Krolock
Ex Libris

ex libris crossover

— А ты Артёма Соколова видел? – Вася спросил у него первое, что на ум пришло.
— Ну да, он меня рекомендовал.
Вася завистливо хмыкнул, взведя курок.
Никто не понял. До сих пор дело висит без подозреваемых. Стечение случайных обстоятельств.
А Вася и ничего не знал. Спустя три часа после назначенного времени телеграфировал в Москву, что не встретил на перроне напарника. А где мальчик-то? Куда дели?
Ему так и не ответили.
Вася не даже самому себе не смог объяснить, зачем.
До какой-то щемящей завистливой боли в груди он чем-то походил на Артёма, то ли выправкой, то ли молчаливостью. Вася не понял, а, убив, в принципе утратил возможность разобраться. Да чё там было-то, Соколов – это класс, это верхушка, это интеллигенция, как его можно сравнивать с каким-то босяком-курсантом?
Артём бы не позволил себя просто так пристрелить в тёмной подворотне. Никогда.
Вася получил такое моральное удовлетворение, увидев, как разъехались некрасиво молодецкие ноги, как расползлась на груди рубашка. Некрасиво, неправильно, ничтожно. Вот тебе и отличник. Вася с удовлетворением потыкал носком ботинка в ещё румяную щеку, пытаясь примерить на его лицо Тёмино.
Но ничего даже близко.
Это успокаивает его на некоторое время.

Лучший эпизод: чёрный воронок [Eivor & Sirius Black]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ex libris » альтернатива » THE H8TFUL 9(9)


THE H8TFUL 9(9)

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

>> вечеринка будет такой мощной, что у вас хлебало порвётся <<
https://i.imgur.com/iAFSJSq.png
📌 Южная мемАмерика, государство: Минимо

https://i.imgur.com/zxbxaep.png
🚩Colonel Flag
https://i.imgur.com/6PpXiVu.png
Harley Quinn
this is the infamous Suicide Squad
...и тут их семеро (7) вошло...

[sign]https://i.imgur.com/mTYdjqE.png https://i.imgur.com/30rOKhQ.png https://i.imgur.com/Q14IAgP.png https://i.imgur.com/Z7ATlkY.png https://i.imgur.com/7SYvEGA.png[/sign][icon]https://i.imgur.com/2EZVxhZ.png[/icon][status]♥ воплощение клоунады ♦[/status][nick]Harley Quinn[/nick][lz]<a class="lzname">Харли Квинн</a><div class="fandom">detective comics</div><div class="info"><center>♥ u're the <a href="https://exlibrisforlife.ru/profile.php?id=3023"><b>entire circus</b></a> ♥</center></div>[/lz]

Отредактировано Natalia Romanova (27.08.22 16:04:44)

+4

2

«Доброе утро» мягким женским голосом — в теории звучит как лучшее начало дня. Но практика разочаровывает — это звонок по телефону в 6 утра, а голос принадлежит Аманде Уоллер и, увы, кроме приветствия имеет продолжение. И предложение, такое же невероятно мягкое, жаль не терпящее отказа — через час прибыть в пункт назначения, куда идут обычно не совсем по личной воле.
С момента выписки с больницы прошло целых три дня — какая щедрость! — Рик Флэг почти что восхищён и сильно б удивился, если бы это счастье не кончалось ещё день-другой. Жаль что такое даже в сказках не покажут.

По хорошему, конечно, стоило бы сразу откреститься, благо что объективных причин подкидывать не надо, и так вполне хватает. Напомнить о недавнем «Йотунхейме» — как, кстати, голова, Аманда? не болит как у меня? — изобразить пародию на отпуск с несуществующими увольнительными днями или же просто малодушно уйти от ответа. Спрятаться под кровать, не отвечать и сделать вид, что умер в конце их прошлой операции, да что угодно, лишь бы не катиться в «Бель Рейв» снова, куда его явно зовут не кофе пить и обсуждать особо интересных арестантов.
Но — тяжкий вздох — Рик думает об этом уже после того, как принимает душ, одевается быстрее чем успела б спичка догореть и падает на заднее сидение авто, так ненавязчиво, едва ли не кокетливо его всё это время ждущее у входа. Ну да, почти что верится что мог бы отказаться напрямую и почти не намекает, что повод для вызова сегодня пробивает все лимиты важности.

Мечтать не вредно.

На сей раз его пропускают без проблем и лишних досмотров — ещё бы, охранники уже по имени здороваются, скоро и за своего начнут считать — и это должно радовать, но по факту… нет. Наоборот. Не потому, что он за последние несколько месяцев находился здесь чуть ли не чаще чем в собственном доме, точнее — не только поэтому. Степень слаженности каждого винтика в механизме сегодняшнего дня поражает в каком-то принципиально новом плане — слишком технично, слишком чётко отработано, ни секунды промедления, как будто сама Аманда либо чертовски торопилась, либо предвидела весь этот сценарий задолго до.

И оба варианта нихрена не радуют, вот честно.

Подтверждение приходит очень быстро — примерно в тот момент, когда он входит в комнату самой главы грядущей операции и видит карту на стене. Ну да, конечно, почему бы и не Минимо.
Давно пора, не так ли?
Разговоры об этой стране витали в стенах ещё с того момента, как он сам к работе с «опергруппой Х» примкнул — закономерно. Остров с бушующей гражданской войной — разумеется, что это если не объект внимания их гордой Америки. До этого, естественно, тоже таковым был— велись какие-то переговоры, общие работы под громкими лозунгами, показательное альтруистское сотрудничество со стороны полос и звёзд, но ничего сверх меры. Львиная доля населения об этом государстве знать не знала, и так было бы и дальше, не пойди народ против правительства, уже успевшего хапнуть благословлённую богом поддержку. Всё пошло не так примерно в тот же миг, и ровно тогда же начала вестись об этом речь и здесь.

Рик предпочёл бы попросту не знать об этом всём, не говоря уже о личном вкладе.
Все эти тончайшие намёки, пометки на магнитных досках в зале, распечатки с новостными сводками и разговоры в штабе — просто увольте. Будучи старомодным, он предпочитал гордиться родиной находясь на её территории, а не где-то за пределами. Не сказать что местных забот мало, а головняк с необходимостью вникать в детали совсем чужой — и субъективно чуждой — для него страны, ещё и включающие координаты с разведданными… Нет, глупо было сомневаться что свои орлы и здесь подсуетились, выстроив целую сеть передачи информации на грёбанном отдалённом острове — суём нос в соседские тарелки профессионально, ха! — но странно по итогу что при всём этом конфликт так затянулся и ушёл в фазу похлеще. Америка не любит проигрывать даже если в участниках не числится — об этом знают все. Об этом знает и сам Флэг. Увы…

Минимо — проклятое ружьё, висящее на стене не менее проклятого их штаба.
По мановению волшебной палочки проблема сама собой не рассосалась — как же так? — и всё сигнализировало, мол, задействование  ресурсов «особой специфики» уже давно является вопросом времени. Сложно не думать о том, что в один прекрасный день ружьё всё-таки выстрелит с заранее до мелочей прописанным превентивно алгоритмом, где все фигуры — да и сам он, что греха таить — словно на шахматной доске, должны ходить по таймеру и делать ровно то, что им положено. В минувшей миссии им отступить не дали, а здесь об этом даже в долгосрочной перспективе не могло и речи быть — если уж отправят, то им останется только один путь. Хотелось б верить что он пролегает всё же через скромную операцию с решением таких же скромных аспектов бытия, а не на тот свет, но верится с трудом.

Аманда заговаривала о Лос-Мангосе и в прошлый раз. В позапрошлый, впрочем, тоже, да и между делом нет-нет, да проскальзывали пара слов о том же самом. Словно невзначай так — «готовься, полковник Флэг, знаешь ведь на кого всё это скинут» — и ответ был неизменным. Рик старательно играл в глухого, ловил взглядом мух под потолком, сливался с мебелью и мимикрировал под фикус, которых в штабе нет и не бывало, невербально донося посыл о том, насколько сильно рад такому счастью. Не наивность и даже не попытка ускользнуть, но некая честность прежде всего перед самим собой. Перспектива отправлять людей — каких-никаких, но всё же для него уже своих, личный отряд! — в самое пекло ради весьма сомнительных мероприятий… не впечатляет, ой не впечатляет, мягко говоря…

Выражать мнение о котором тебя даже не спросили — и не спросят никогда — бессмысленно, да только что осталось кроме?
Разве что на бога уповать, как завещали.

Бог тоже оказался глух, ну либо удачно пародировал сегодня действия самого полковника — не суть важно, факт остаётся фактом. Для «опергруппы Х» настал тот самый «день Х», а вместе с ним и час, похоже — торопливость никуда не делась, и оттого всё это пахло с каждой секундой ещё хуже. В буквальном смысле в том числе, ведь до этого, как оказалось, здесь побывал его бравый отряд, и беседу значимости дружбы и поддержки провели в его отсутствие. Похвально. Жаль только предвкушение после такого горчит ещё сильнее.

Стоит признать — всё могло быть и дрянней. Карта с отметками, уже оперативно выгруженная в наручные часы с возможностью проекции, об этом ему не нашёптывает — вопит в голос. Архипелаг погряз в боевых действиях, нетронутой осталась только часть, да и то… теперь наверняка не скажешь, в этом и крылась часть проблемы и повод для сбора. Обеспечением связи на островах как раз Америка и занималась, тогда, ещё давно, в рамках очередного жеста щедрости большого брата, и станет ли новостью упоминание о том, что все базовые станции были старательно укреплены и оборудованы для использования под цели разведки? Не для Флэга точно — даже плечами не повёл — всё ж не вчера родился, но миссия пока понятнее не делалась никак. Аманда темнила, скрадывая все детали и говоря лишь голую суть — высадка на суше чуть севернее пресловутого Лос-Мангоса, встреча с агентами, что действовали там по месту с дальнейшим следованием их инструктажу и оказанием любой посильной помощи в восстановлении работы комплекса, самого крупного источника всех актуальных сведений с архипелага. Координаты высадки просчитаны довольно чётко — если не брать во внимание, что ныне нет ни крупицы данных касаемо того, не ведётся ли огонь поблизости, но что уж, им не привыкать. Времянка союзников — переменная с погрешностью повыше, но согласно плану связь со штабом должна сохраняться вплоть до последнего этапа. Иначе говоря — на ушко рявкнут в нужную минуту и направят.

Звучит легко, но именно из-за неоговоренности мелочей. И как всегда — даже пытаться расспросить об этом бесполезно. Кидают в лес — увы, не фигурально — и поди знай, что там в действительности будет.
По сторонам в штабе тоже смотреть не стоит лишний раз, а то ещё увидишь ненароком как в перечне уже зачёркнута парочка фото и рядом недвусмысленно лежат купюры. Ничего личного, ага.

Очередной тяжёлый вздох и тут же эхом мысль — вообще ничто из этого для него не впервой. Новые лица в опергруппе вызывают ряд рефлексов воспитателя детского сада и немного интереса, но ни капли удивления и опасения навроде тех что были в первый раз. Знакомое лицо — единственное из восьми его бравых бойцов — отчего-то греет душу, вот только отзывается это тепло внутри смутной тревогой.
Не при таковых обстоятельствах ему б хотелось видеть Харли Квинн, и думать об этом куда сложней чем о задании. Не стоило — и не положено?.. — совсем. Наверно…

В самолёт, как выяснилось, он вошёл последним, и это восхищает и одновременно ужасает. «Красивая партия, Аманда» — мелькает в голове. Осталось проверить, в каждом ли аспекте, благо что для этого самое время — воздушное судно идёт на взлёт незамедлительно. Назад уже не повернуть, конечно, но для личного спокойствия необходимо.
Парашюты за спиной закреплены у всех — мысленно можно здесь поставить галочку и понадеяться, что собирали их с расчётом что те всё-таки раскроются исправно. Гарнитура в ухе — упс — вблизи органов слуха также в наличии у каждого. Отсутствие любой символики и атрибутики Америки, заявленное как условие их скрытой — ха-ха, это про них, и не поспоришь — операции как третья пометка.

Ревизия окончена, итоги…  хотя бы на данный момент не удручают. Жизнь покажет, что из этого получится в конечном счёте. Зачем забегать  с выводами слишком наперёд, когда можно руководствоваться старой поговоркой — «пока всё хорошо», а дальше уж по старинке, по ситуации тобишь. Им всем — Флэг почти наверняка уверен — это привычней.

Учитывая то, что было в штабе, вывод напрашивается такой что до прилёта он бы мог и рта не открывать, но всё ж спустя минуту визуального осмотра по меньшей мере хочется представиться да поздороваться. Рик делает шаг вперёд, чуть выходя с тени и поднимая руку, но внезапно замирает и уже через секунду отступает вновь к перегородке. Кажись, в этот миг не он один созрел — по гарнитуре всех собравшихся (за вычетом пилотов) раздался строгий голос, нетрудно сходу осознать кому принадлежащий. Практика доводит до идеала, ну, именно так твердили в школе, армии и всех местах, где наставнику лишь повод дай снова заняться поучением, а может Аманда просто думает что не договорила, тут как знать. Их сборы он всё же не слышал и, положа руку на сердце — примерно в тот момент, когда его имя-фамилия и прозвучали — ради всего святого, ему ж не жалко. Парень он так-то самостоятельный, представился бы и без помощи чужой, но если так — пускай.

Бла-бла-бла, безоговорочное подчинение приказам полковника. Бла-бла-бла, чёткое следование оговоренному плану. Бла-бла-бла, вы помните что будет если не.

Бравада в гарнитуре затянулась, но скоро перестала отвлекать его от собственных мыслей. Слушают ли остальные? Их дело, в общем-то, до высадки на сушу это всё ещё не более чем лирика, особенно учитывая… гм… особенность «оперативной группы Х».
Голос Аманды им воспринимается как фоновый шум, лёгким эхом расходящийся со всех сторон по стенам. Тёмные глаза в это же время наблюдают бдительно — без подозрений, но почти что из инстинкта — выхватывают говорящих, не вдаваясь в том числе и в их слова, считывают полумеханически на опыте полковничьем. Один раз Рик оборачивается к кабине пилотов — не проходит и минуты как со стороны сидений раздаются нежелательные звуки, слишком уж шипящие по меркам внятной речи. Приходится обратно развернуться, деликатно кашлянуть и как бы невзначай почесать собственный подбородок стиснутым до напряжения костяшек кулаком. Работает исправно, зубастая челюсть Карла вновь смыкается, и в самолёте как-то сразу делается тише и приятней атмосфера. Понятливые, одобряемо, не безнадёжно.

Бла-бла-бла, скоро можете двигаться на выход. Бла-бла-бла, архипелаг прямо по курсу. Бла-бла-бла, напоминаем…

В какой-то момент это становится забавным — надо же, как много им внимания на сей раз уделяют, чуть ли не личная бортпроводница, даром что не присутствует воочию в салоне. Рик усмехается, поглядывая вверх — его, стоящего едва ли не в носу лётного судна, сейчас не видно с  камер. Никакого страха или опасения в плане наблюдения Аманды, но это прибавляет долю озорства. Чего-то детского, непозволительного им обычно, но существующего вопреки. И чувство это лишь усугубляется, когда он ловит на себе взгляд Харли. Едва заметно улыбнувшись, Флэг поднимает руки, машет ими, как будто инструктаж из гарнитуры от него исходит, качает головой, немного пародируя главу великой операции, и как-то на душе становится милее от реакции чужой. Надо же как-то скрасить ожидание, не так ли?

Аманда не прощается — о таком наивно даже думать — но замолкает временно, по-видимому высказав всё то что посчитала нужным до прибытия на место. Рик наклоняет голову к плечу, вздыхает тихо, отрываясь от перегородки.
— Если у кого-то есть ещё вопросы…
«…то лучше б им исчезнуть» — прозрачно намекает тон усталый. Хотя лучше сейчас, пока ещё летят и на ровном месте не успели облажаться. Ну и пока мисс Уоллер слышит тоже.

Краткая пауза перерастает в долгую — Флэг разворачивается и хмурит брови, силясь понять, что отвлекло. Странный звук, только уже не с гарнитуры, сразу после — ругань за спиной. Зрачки улавливают вспышку слева, когда со стороны пилотов доносится уже вполне конкретный крик.

Доля секунды — время как будто расщепилось — в мгновение удара Рик отскакивает вбок, грудью врезаясь в чью-то спину и пытаясь оттолкнуть сидящего ладонью дальше от перегородки.
— НА ВЫХОД! — взрыв оглушает, он не слышит даже самого себя, поэтому, цепляясь кое-как о стену, почти тараном увлекает правый ряд к хвосту. — ЖИВО!!!
Слух возвращается, но толку мало — рёв командира тонет в постороннем шуме. В ухе паникой гудит грёбанный штаб во всём составе, только мешает. Не вникать. Не поддаваться. Позаботиться об остальных, пока ещё есть шанс.

Кабина экипажа разгромлена в труху, а это значит что весь самолёт сейчас — сломленный планер весом в пару сотен тысяч фунтов. Мозг выцепляет все имеющиеся на тему сведения, силясь отвлечься и хоть как-то трезвость мыслей сохранить. Устройство двигателя, которые здесь не при чём, проносится в сознании когда он подаёт Князеву руку и подняться помогает. Эффект Вентури не даёт проникнуть в разум пониманию того, насколько резво за спиной распространяется огонь. Скорость падения летательного аппарата — тридцать два фута в секунду. Это называется конечной скоростью. Это значит — ебически быстро, то есть времени у них уже в обрез.

Чьим-то старанием — опознать не удаётся, но спасибо — рампа поддаётся, дверь открыта. Рик не имеет ни малейшего понятия где именно они сейчас, но внизу всё-таки суша, значит возможно что и близко к нужной точке.

Он прыгает последним, как и положено по званию.
Зеро переживаний за себя — чистый автоматизм движений, да и концепция их парашютов заявлена такой же, дополнительно к тому же оборудована и страховкой. Раскроется даже если не будет активирована вдруг вручную, говоря иначе. Проблема — точка приземления, карта не проявляется, да и глядеть в неё нет времени, когда впереди летит отряд.

Рик видит их силуэты, выдыхает рвано — всё очень плохо, но могло быть хуже. По крайней мере это происшествие ни для кого из них концом не станет, а там уже найдут треклятые ориентиры… или хотя б друг друга для начала.

Со стороны земли больше угроз не наблюдается, за спиной едва ли различимо слышится хлопок. Впереди, над кронами деревьев, так же плавно дрейфуют его люди.
Флэг хочет выдохнуть ещё раз, но заходится в приступе кашля от того, сколь резко нутро сжалось в тиски — в голове выстрелом раздалась мысль, что он не видит Харли, — и только в этот миг ему стало реально страшно.

[icon]https://i.imgur.com/u6enXDh.png[/icon][status]🚩 воплощение смирения 🚩[/status][sign][/sign][lz]<a class="lzname"><div align="center">Рик Флэг</a></div><div class="fandom">Detective Comics</div><div class="info"><div align="center">я полковник Флэг <br>и это мои самые <a href="https://exlibrisforlife.ru/profile.php?id=2575"><b>любимые</b></a> ебалуи <br> из «Бель Рейв»
</div></div>[/lz][nick]Rick Flag[/nick]

Отредактировано Billy Russo (02.09.22 04:15:05)

+4

3

Бегите маленькие сосиски, бегите!!

Ручонки вскидываются кверху, голова запрокидывается назад аж так, что позвонок в шее хрустнул — йяйкс — потолок тут цвета жжёванной жвачки, грязный и уродливый. Пушистые волны морем тявканья, мяуканья и других звуков, бьются о мои полуголые ноги — ладно, шорты не лучший выбор шмота, а колготки в сетку удобны только для носки в них фруктов, но не греют, неудачно вышло, бывает — толпа зверюх всех мастей устремляется к распахнутым дверям приюта, бросаясь врассыпную. Непродуманная часть плана. Не то, чтобы изначально был какой-то план…

После заварушки на Корто Мальтезе и уговора Бладспорта с Уоллер, все разбрелись кто-куда, я была не слишком оригинальной, вернувшись в Готэм. Что поделать, иногда нас тянет к корням, даже если земля под ними прогнила насквозь… была мысль напиться — когда-то давно мне, да не мне, это помогало заснуть… а причин для новых кошмаров… хватало. Старые тоже никуда и не уходили, так, иногда видоизменяли формы, да рожи пытались малевать пострашнее. Посттравматический синдром бился в глухие стенки головёшки бестолку, да и сколь бы мозг не изощрялся в искусстве импрессионизма, рисуя жуткие картинки — со страхом это имело мало общего. И дело даже не в прополосканности в кислоте. Просто все эти детские страшилки не идут ни в какое сравнение с истинным животным ужасом.

Я знаю. Когда-то я смотрела на него помутневшими от любви глазами.
И даже в моменты, когда омшётки инстинкта самосохранения вопили о том, что…

Что-то со всей силы ударяется мне под колено, толкая вперёд к мечущейся пушистой волне — ай! — слишком вихлястая жопа добермана, стремящегося к выходу. Клоня голову к плечу, я улыбнулась с умилением. Бегите, маленькие—... ладно, доберман не очень-то тянет на “маленькую сосиску”, скорее сарделька и очень даже большая, но…

[indent] гулко в отдалении: Упустишь!
[indent]  [indent] скандируя: Соберись, соберись, соберись!!
[indent]  [indent]  [indent]  [indent]  [indent] рявкая, агрессивно, прям в ухо: ДВЕРИ, ЗАЧЕМ ТЫ ОТКРЫЛА ДВЕРИ, ИДИОТКА, ДВЕРИ!

Заткнись, Терри! — огрызнувшись вслух, кидаюсь к выходу, хотяяя, “кидаюсь”... н-да… проблемки. Вокруг слишком много движущихся мелких объектов. Очаровательно-пушистых объектов, поранить ни один из которых не хотелось бы, я же пришла им помочь!

Вместо выпивки в баре, наткнувшись на разговор двух сотрудников приюта, нарвалась на очередной гнилой стебель: из-за недостатка финансирования приют собирались закрыть, а всех зверюшек УСЫПИТЬ. Я поняла, что срочно должна что-то сделать. Начать стоило с кражи ключа. Продолжить — вуаля — выпуском малышей (и тех малышей, что побольше) на волю! Вообще, вся эта телега со спасанием мира…странная штука. Мне словно чертовски хотелось сделать что-то по-настоящему хорошее. Словно, я ещё была…

[indent]  [indent]  [indent]  [indent]  [indent] агрессия возросла: ХАРЛИ, СОБЕРИСЬ! ОНИ ЖЕ СЕЙЧАС ВСЕ ПЕРЕДОХНУТ!
[indent]  [indent]  [indent] робкое перешёптывание: не помогла, убила, не помогла, убила, не помогла
[indent]  [indent]  [indent]  [indent]  [indent] ЦЫЦ!
О и, да, “злобный” голос — Терри. Без понятия, зову его так, когда мне хочется его позлить, он бесится. Технически, неверное определение, но когда имеешь дело с подвидов гебефренической формы шизофрении… хотя, однозначно диагностировать именно её, а не шизотипическое расстройство проблематично. Количество, как совпадающих, так и противоречащих диагнозу симптомов…

[indent]  [indent]  [indent]  [indent]  [indent] агрессия, максимальный уровень: ХАРЛИ, ЧЁРТОВА ИДИОТКА!!!

Заткнись, Терри!!!!

Я всё ещё пытаюсь пробиться к выходу, что… божечки-убожечки, ну зачем вас так много, мои хорошие, маленькие и большие пушистые засранцы… ещё чья-то тушка ударяется мне о щиколотку, коленку, кто-то цапает меня за бедро мимоходом. Нужен какой-то новый план, связка сосисок, в смысле буквально, фургон… покрупнее… фура, да, фура подойдёт и—...

Внезапно прямо передо мной загораются лампы прожекторов, с десяток, если не с сотню, приходится замереть, дёрнувшись назад, резко-рефлекторно вскинув руку, заслоняясь от слепящего света. Живой поток продолжает движение, издавая утроенное число звуков и резко отдаляясь, а затем и вовсе стихая, когда я кое-как разлепляю ресницы, пытаясь смотреть на источник света, то вижу чёрный силуэт. Затем ещё и ещё. И слышу щелчок. Десятки единовременных, слаженных щелчков. На самом деле нет, так бывает только в кино. В реальности толпа силуэтов вскидывает оружие почти бесшумно и угольные тени смотрят дулами на меня, застывшую посреди опустевшего приюта для животных. По крайней мере никто не убьёт щеночка или кису, и мне не придётся играть с ними в Джона Уика…

— Харли.

Цоканье каблука при шаге центральной тени вперёд, звучит, как вжжух от гильотины.

Мэнди, — натянутая улыбочка и раскрытая пятерня, в попытке получше заслониться от света прожекторов и помахать Уоллер. — Как жизнь? Сменила причёску?

— Готэм-Сити. Ты становишься предсказуемой.

Чт-...!? Между прочим, я на этотр аз сделала хорошее дело, я—...

— Выпустив всех этих бездомных зверей в город, где количество психопатов выше, чем обычных людей? Безусловно. Повторяй себе это почаще. Вдруг добавит, как это по-твоему? Положительной динамики?

Зло щурясь, я поджала губы, убирая в сторону руку, хотя прожектора до сих пор слепили во всю.

Ты не понимаешь. Их бы усыпили! Убили, и тебе может быть поебать даже если у тебя на глазах Иисуса второй раз распнут, Мэнди, но—!!!

— Нет, Квинн, — она приблизилась ещё на несколько шагов и замерла. Дула театра теней колонной сдвинулись в мою сторону. — Ты никогда не обладала способностью принимать тяжёлые решения и, к сожалению, очень давно слетела с катушек. Именно потому, что мне не поебать — я знаю, когда бесхозную суку стоит усыпить, а когда дать ей возможность пожить ещё.

И тут что-то влетело мне в шею. Пытаясь ухватиться за своё же горло, чувствуя, как немеют ноги и тяжелеют веки…

… ах ты… бесхоз… на… с… ссу… су—...

Тело перестало реагировать на команды. Устойчивость к токсинам ничего не решает, когда в Бель Рив на тебя заведён талмуд с подробнейшими результатами тестов реакций организма на транквилизаторы разного формата. Я рухнула на жёсткий и грязный пол, думая, но толком не ощущая, как сильно стукнулась головой.

— С возвращением в Отряд.

Говорит чёрная голова, склоняясь надо мной и это последнее, что я вижу перед полным отключением всех систем.

[indent]  [indent] Дальше начинается настоящее… месиво.
Фишечка в том, что если ты частенько стукаешься головой, ну эдак раз... БОЛЬШЕ НЕСКОЛЬКИХ СОТЕН ТЫСЯЧ... кхм, а потом ещё и шарахаешься этой же головушкой об бетонный пол, обдолбанный жестчайшими транквилизаторами — другие-то тебя не берут — когда просыпаешься, помимо "похмельного синдрома", испытываешь (не)лёгкую дезориентацию в пространстве и...

Издав скулящий стон, я завалилась вперёд, пытаясь заставить тело сесть. Божечки-убожечки, как жеж всё болит... меня тошнит... опять всё серое... и ещё этот запах... вонь "родной" тюрьмы. Уоллер, сука...

Потирая глаз кулачком, слыша в отдалении какой-то хнычащий звук полный разочарования и усталости... а... это я... замечаю ещё кое-какую деталь в собственной камере. Вернее ОТСУТСТВИЕ кое-какой важной !!! детали. Резко (ауч, слишком резко, фууу, всё кружится) подрываясь на ноги и подлетая к пустому углу, я взмахнула руками, распахнув рот от возмущения, пытаясь обрисовать пространство бессвязными жестами, словно это могло помочь утрате.

— Ты быстро очнулась. Хорошо.

Ехидная интонация Аманды сталкивается с моим прищуром-лезвием, но к сожалению голова Мэнди всё ещё торчит на месте, а не валяется рядом с тушей.

Г Д Е?

— Что подразумевается под “где”? Где ты находишься? В Бель Рив. Я полагала тебе хорошо знакомо это место.

НЕТ, И ТЫ ЗНАЕШЬ О ЧЁМ Я! ГДЕ. МОЯ. ЧЁРТОВА. КОФЕ. МАШИНА?? — руки драматически взмахнули и подёргались над пустотой угла.

В прошлый раз, ещё до Кортомальтоидов, когда мы типа спасали мир или суицидились (всего понемногу), благодаря протекции полковника Флэга всем выдали по примочке в качестве “вознаграждения”. При мыслях о Рике что-то в рёбрах больно кольнуло, а в глазах защипало, как после взрыва осколочной… Чёрная золотая рыбка выполнила по одному желанию. Моим была кофемашина в камере. ГДЕ ОНА?!

— Плата за аренду.

ЧТ—!?

— Натягивай свои тряпки и поторопись накрасить губёшки, Квинн, — Уоллер кивнула на стоящий слева от койки ящик. — Если захочешь в туалет — сходи заранее,— угольная бровь вильнула вверх и вернулась на место. — Брифинг и посадка через полчаса. Время пошло.

Но я даже ещё не завтракала! И не ужинала…

Схватили-то меня ночью…

И… кофе… — в голосе отразилась вся горечь мира и того кофе, что не был и не будет выпит в этот день… кофе…

— Позавтракаешь по дороге.

Я встрепенулась, радостно схлопнув ладоши.

В полёте будут кормить!?

— Нет. У тебя двадцать пять минут, Квинн.

Гидравлика за спиной Аманды издала мерзкий звук, закупоривая дверь. Ёбанная Уоллер! Ни кофе, ни завтрака, ни… о, это что? Мой арлекинский прикид? Они всё ещё держат это здесь? Зачем?? Я так уже лет пять… семь… не одевалась! Тряпка с возмущением откинута куда-то назад. Ну вот, а где бита? А молот? Мне что, кулаками махать? Где тогда хотя бы кастеты?? А колечки??

Ещё и тот факт, что нужно встречаться с “новым” руководителем Отряда… кем бы он ни был. Или она. Возможно кто-то вроде Уоллер будет стоять во главе и гонять нас, взрывая головы налево и направо. Аманда бы не выбрала кого-то, кто был бы мягок или… кому было бы не плевать. Она ни черта не разбирается в людях. С Риком ей просто повезло. Нам всем с ним… везло… ему было не всё равно. Злая шутка заключается в том, что фактически это его и…

Оружие выдаётся нам прямо перед посадкой в самолёт, вместе с другими полезными — парашют — и не очень — инструктаж — штуками. Знакомство с командой толком и не знакомство, большую часть этих чудиков были известны мне ещё по Аркхэму и в качестве доктора, и в качестве пациентки, а вот руководитель представлял явный интерес, он поднимается на борт и… стоп. Что за наху—...???

Выразительно хлопаю накрашенными ресницами, пытаясь понять стоит во главе нашей группы оптическая иллюзия, плод моего отъехавшего воображения или… голос Аманды в наушнике объявляет полковника Рика Флэга.

Для живого мертвеца он выглядит хорошо. Даже, пожалуй, слишком. Пирожок с пылу с жару, румяный и готовый к “употреблению”. Если под “употреблением” понимать бой, конечно, а не эвфемизм, не в том смысле, что—... СТОП. Пресвятые наггетсы без кляра. Что?

Взгляд съезжает с живого-не живого куда-то вперёд на стену с соседними креслами. Да, команда набралась та ещё, ну, это не первый мой заезд с Отрядом, каждый как последний, какая разница, верно? Ничто всё равно не имеет смысла, ха-ха…

— Т~ы~~, — какой-то странный звук, напоминающий смесь хрипа и рыка, моргая обращаю внимание на костлявую антирекламу анорексии — док Смерть. Точно. — Т~ы~и~з~ее~с~т~н~ааа~к~а~к~т~р~е~п~л~ооо~.~П~о~ч~е~м~у~т~и~ш~и~н~аа?~?~?

О, — моргая, словно польщённая странной вставкой, чуть выпрямляя спину, вскидываю ладошки к груди. — Слава идёт впереди меня? Ха?

— Он прав, Квинн. Обычно тебя не заткнуть, — человек в татуировках поднимает на меня хмурый взгляд. Видимо держит обидку на меня за то, что Джей в своё время стрелял ему в голову из ревности. Ну, во-первых: это была не я, во-вторых: никто не умер, вон, сидит и живёхонький — так что не считается, тоже мне неженка, в-третьих: … — Что случилось? Кошка проглотила твой язык? — он уродливо улыбнулся. Я скуксилась, морща нос.

Нет, просто я не завтракала, ‘кей? А голодная женщина — злая женщина! Но да, я действительно обычно говорю очень много, — повернувшись к доку-Смерти, улыбнувшись немного неловко продолжаю мысль. — Болтаю без умолку, особенно, когда нервничаю, что… на самом деле нечасто, учитывая моё нынешнее психофизическое состояние, раньше, я к примеру страдала мощной “боязнью успеха”, ну это когда на психологическом уровне…

— Ха! А сейчас типа чувствуешь себя чё ли успешной? — какой-то странный тип в спортивках с дебильным имечком. Да и кличкой не лучше.

Оу, нет, — издав звук типа “пффррр” губами, как делают недовольные лошади, я взмахнула ладошкой. — Нынешняя разговорчивость скорее часть истерического расстройства идентичности.

— Ага. Неудачница-истеричка, знач?

Между прочим сейчас я очень успешна! — начала загибать пальцы. — Пережила разрыв тяжёлых абьюзивных отношений, похудела на 2 кило! Избавилась от всех дурацких тату, без обид, — кивок Марку, он поднял пустые руки, всё так же уродливо ухмыляясь. — Спасла миир, кстати, дважды… — знак V, поднятый вверх напомнил мне о покоцанном чёрно-красном маникюре. Ну вот, так и не пофиксила ноготочки… ладно, к успеху это не относится… — Кхм, а, да, выжила в Отряде самоубийц, кстати—... — моё внимание перенеслось к Флэгу. В горле как-то внезапно пересохло, я потеряла нить того, о чём там щебетала до этого и… не знаю… ? хотелось его просто… очень крепко обнять? Спросить какого хрена?? Накричать?? СТукнуть???

— Иными словами… ваша слава дурна и верна…

Скромный мужичёнка в костюме, который он кажись, спёр у Шляпника, отозвался откуда-то из-за Убийцы Крока.

— ~Р~а~з~д~р~а~ж~и~т~е~л~ь~, — вероятно смертный (смертельный?) доктор хотел добавить что-то ещё, но негромкий грозный звук-жест со стороны Флэга оборвал монструозный бубнёж.

Я снова уставилась на Иисусьего полковника. В наушниках заново начинает во всю бубнить Уоллер. Рик ловит мой взгляд и отвечает отыгрышем стюардессы. Ну, стюарда. Хихикая едва слышно, прикрываю рот ладошкой, опуская глаза и поднимая обратно. Чувствую, как в груди разливается что-то тёплое и странное. Как эспрессо с мороженым из роз.

[indent]  [indent] А потом происходит большой БА-БАХ!
[indent]  [indent] УиииииииииииИииИиииииииииииииииии!

— МЫ ВСЕ СДОХНЕМ В ЭТОЙ БЛЯДСКОЙ КОНСЕРВНОЙ БАНКЕ!

Кажется это был парень в спортивках. Или нет. В нас попали, железная птичка падает, всё вертится, кружится, шарашит, шкварчит, словно на раскалённой сковороде — а, ой, огонь! — мигают красные лампы, раздаются крики и команды.

УииииииииииииииИииИИиииииИиииииИИИИИииииии!

С хихиканьем, раскрывающимся бутоном гогочащего смеха, я оказываюсь снаружи, то ли раньше всех, то ли вместе со всеми, свободное падение это почти весело! Особенно, если не прыгать на собственную мозоль дурацких воспоминаний!

Я пролетаю сквозь облако, всё ещё хихикая и улыбаясь, словно “лёжа” на спине в воздухе, скорость высокая, от свиста в ушах не слышно ни хрена, и не видно ничего, кроме бесконечного неба и полыхающих обломков в отдалении…

… красиво… — тихо с искренним выдохом восхищения говорю я, когда это происходит.

В последнее время, стали более яркими вспышки галлюцинаций и сократилось “окно” концентрации внимания.

Издав осуждающе-протестующе-раздражённый в бескрайности звук, я скривила лицо, закатывая глаза. Харлин Квинзель в дебильноватом халате нарисовалась в кресле напротив меня. Я обиженно сложила руки крестом на груди.

У тебя даже прядь волос не болтается. И ты сидишь. Читерша.

Мы обе знаем, что я — плод твоего воображения, Харли, поэтому физика окружающего мира имеет на меня ровно то воздействие, которое ты—...

Ми ОбЭ фНаЕм, ХАрЛи, — глаза закатились повторно, с опасностью провалиться в череп окончательно. Я высунула язык, показывая его своему плоду воображения. Харлин поправила очки. Её лицо не поменялось. — У тебя дебильная причёска. Тебе нужен парикмахер.

Спасибо. Я — это ты. Просто напоминаю, — она сделала какую-то пометку в своём дебильном несуществующем блокноте. Я нахмурилась, насупившись. — Если ты не готова поговорить об указанных проблемах, пожалуй, стоит разобраться со слоном в комнате…

Агх, мы падаем из горящей леталки, дурёха, о какой комн—...

Харлин ткнула ручкой мне за спину. Подозрительно щурясь, я скосила взгляд вбок и назад, и увидела знакомую тёмную макушку, а затем почти услышала кашель. Глаза округлились.

А… о… так, доктор Душнила, позже, тут…

… срочное дело, — заканчивает она за меня, растворяясь в воздухе.

Сгруппировавшись, держу курс парения в сторону полковника, здесь главное зацепиться так, чтобы не вызвать панику или вроде того, но Рикки-Тикки вояка с большим опытом, хотя служба его была не в Готэме, конечно… психика выдержит. Моё тело небольшое, гибкое, и я знаю, что делаю, поэтому очень скоро происходит…

Цап!

Ухватившись за мощное плечо, улыбаясь, я одновременно обвиваю своей ногой его ногу, проделываю то же с второй и, хоп, дёргаю за кольцо его парашюта — бэм — нас подкидывает вверх, парашют раскрывается здоровенными крыльями, пока мои ногти слегка впиваются в шею командира, мы пружиним и, наконец, условно стабилизируемся.

Я думала ты умер! — улыбка резко сменилась на обиженно нахмуренные брови и тычок-удар, совсем слабый, правда, вообще не удар толком, дети больнее стукают, в мощную грудь. По ощущениям: лапка котёнка ткнула бетонную стенку. Уфъ. — И ещё думала, что мы друзья! — ну или… это… так называется, да? Ну… друзья? Когда людям… не всё равно и… — Мог бы хоть позвонить! Сказать: эй, Харл, — понизив голос до максимально возможного, я попыталась изобразить полковника, похоже было больше на, не знаю, пародию на Би-Мэна, но пофиг. — Как сама? Кстати, я не помер. Чмоки-полковничьи-поки. Конец связи. И ВСЁ! Я что? Так многого прошу?! — пальцы, переместившиеся на стропы парашюта Рика, в унисон с моим возмущением растопырились, ну не все, а то упаду и разговор неловко прервётся. Брови резко подкинулись вверх и вернулись на место, отворачивая голову с раздосадованным качанием ей, я вдруг кое-что поняла… и нахмурилась, надув и скривив губы. — Хотяяяя… да… как бы ты позвонил, ты ж не знал мой новый номер… и я типа немножечко скрывалась… не вышло. Упс, да?И твой мобильник чуть-чуть, наверное, мертвее, чем ты… — цыкнув, я втянула воздух, отражая неловкость. — В любом случае, знаешь—!!!...

Мы столкнулись взглядами потому, что я резко развернула голову назад к нему. Замолчала на пару мгновений, показавшихся мне больше, чем вечностью. Все предыдущие эмоции куда-то испарились, глядя на полковника здесь и сейчас, я почувствовала, как почему-то колет в носу и картинка… становится какой-то мутной… как будто кто-то долил воды или… а ещё в груди это… это дурацкое ощущение, и…

Я думала ты умер… — очень тихо и как-то хрипло, нижняя губа почему-то дрогнула. Мне хотелось ему улыбнуться, но почему-то… стало так… тяжело и… намного тяжелее, чем обычно… опустив голову, качаю ей, глядя на едва ли заметные верхушки деревьев. Всхлипываю, втягивая всё обратно и, поднимая голову думаю: эта блядская тушь наверняка потекла. Уоллер держит всю мою косметичку просрочкой. Ещё и кофемашину украла...

— Концентрация. Внимания.

Выглядывающая из-за плеча Рика Харлин ОЧЕНЬ некстати. Зло зыркнув на неё, возвращаю внимание Флэгу и ещё раз шмыгаю носом.

Я очень рада, что ты не. В смысле, что ты жив! И что нами руководишь снова ты! Ну, как нами, тут из не-повторяшек только я… такой себе ящик с киндер сюрпризами, но… кстати, ты пробовал киндер сюприз? Поверить не могу, что они не продают их у нас потому, что внутри несъедобная часть, можно подумать американцы настолько тупые, чтобы не отличать, где шоколадка, а где—...

Пёстрая птичка летит в нашу сторону. Такая бойкая маленькая пичушка. Авввв, пташки такие милые! Ну не все из них, но вот эта например похожа на диснеевскую— я улыбаюсь, но картинка птицы вдруг странно подёргивается и улыбка сменяется на прищур. Ха?

Харли.

Тц, отвянь душнодок, мы зависаем с Риком, если я начну с тобой болтать, он решит, что я ещё более чокнутая, чем, — едва слышно произношу я, не глядя на Квинзель.

Харли. Концентрация.

Говорю же, отвянь…

Харли. Это НЕ птица.

Да о чём она вообще—?? Глаза резко распахиваются осознанием и изображение мультяшной птички рвётся в клочья, обнажая летящую нам на встречу ГРЁБАННУЮ РАКЕТУ. Вцепившись в Рика, резко убрав с него ноги, поджавшись, словно пытаюсь свернуться в комок у него на груди в воздухе, я изо всех сил отталкиваюсь от него ногами, “швыряя” Флэга в сторону и снова переходя в падение сама.

— По вам… вед… ОБСТРЕЛ!

Голоса (уже не из моей головы, ну почти не) в наушнике звучат помехами, ракета должна была достичь “цели” и взорваться, отнеся нас с Риком в разные стороны и, видимо, ауч, зацепив, но она не взорвалась.

“Птица” ощеривается коршуном и стремительно движется в мою сторону. Ой-ёй.

— Сам—... о—... н—... водя—... !!!

Да, да, ребята из штаба. Самонаводящиеся, мы уж догадались…
Ой.
Ёй.

[sign]https://i.imgur.com/mTYdjqE.png https://i.imgur.com/30rOKhQ.png https://i.imgur.com/Q14IAgP.png https://i.imgur.com/Z7ATlkY.png https://i.imgur.com/7SYvEGA.png[/sign][icon]https://i.imgur.com/2EZVxhZ.png[/icon][status]♥ воплощение клоунады ♦[/status][nick]Harley Quinn[/nick][lz]<a class="lzname">Харли Квинн</a><div class="fandom">detective comics</div><div class="info"><center>♥ u're the <a href="https://exlibrisforlife.ru/profile.php?id=3023"><b>entire circus</b></a> ♥</center></div>[/lz]

+3


Вы здесь » ex libris » альтернатива » THE H8TFUL 9(9)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно