ex libris

Объявление

Ярость застила глаза, но – в очередной раз – разум взял своё и Граф легким аккуратным движением руки перехватил Виконта, будто бы тот ничего не весил, и, мягким, останавливающим, движением не дал вспороть шею поверженному некроманту.
— Тут достаточно крови. Он умрет и сам.
Быстрый, внимательный взгляд в сторону человека и вопросительно приподнятая, аккуратная бровь – умрешь же?
Возмущённый вздох – французский.
Хриплый свист через сжатые губы и такой же прямой взгляд в ответ Кролоку. Выживет. Слишком сильный. Слишком долго общается со смертью на ты. Возможно даже последний из тех, первых, что заключили контракт с костлявой.
— Мессир?
Адальберт тоже сохраняет хладный рассудок, чуть взволнованно посматривая на треснувшие зеркала – всплеск силы, произошедший буквально несколько минут назад, вновь зацепил всех. Франсуа тоже пытается сказать что-то, но вместо слов издает очередной булькающий звук и бросается в сторону уборной.
Ситуация сюрреалистична.
Ситуация провокационна.
Рука расслабляется на талии Герберта, не потому что Эрих этого хочет, а потому что в его пальцах сминается ткань тонкой рубахи обнажая… обнажая. На самом дне синих глаз все еще клокочет ярость, и только Виконт сможет понять её суть – не должна была сложится подобная ситуация в эти дни. В любые другие, но не те, что должны были принадлежать им для осознания, понимания, расставления литер и точек.

Лучший пост: Graf von Krolock
Ex Libris

ex libris crossover

— А ты Артёма Соколова видел? – Вася спросил у него первое, что на ум пришло.
— Ну да, он меня рекомендовал.
Вася завистливо хмыкнул, взведя курок.
Никто не понял. До сих пор дело висит без подозреваемых. Стечение случайных обстоятельств.
А Вася и ничего не знал. Спустя три часа после назначенного времени телеграфировал в Москву, что не встретил на перроне напарника. А где мальчик-то? Куда дели?
Ему так и не ответили.
Вася не даже самому себе не смог объяснить, зачем.
До какой-то щемящей завистливой боли в груди он чем-то походил на Артёма, то ли выправкой, то ли молчаливостью. Вася не понял, а, убив, в принципе утратил возможность разобраться. Да чё там было-то, Соколов – это класс, это верхушка, это интеллигенция, как его можно сравнивать с каким-то босяком-курсантом?
Артём бы не позволил себя просто так пристрелить в тёмной подворотне. Никогда.
Вася получил такое моральное удовлетворение, увидев, как разъехались некрасиво молодецкие ноги, как расползлась на груди рубашка. Некрасиво, неправильно, ничтожно. Вот тебе и отличник. Вася с удовлетворением потыкал носком ботинка в ещё румяную щеку, пытаясь примерить на его лицо Тёмино.
Но ничего даже близко.
Это успокаивает его на некоторое время.

Лучший эпизод: чёрный воронок [Eivor & Sirius Black]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ex libris » фандом » days are forgotten [genshin impact]


days are forgotten [genshin impact]

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Days are forgotten

Days
Days are forgotten
Now it's all over
Simply forgotten
How to disappear

https://i.imgur.com/ISXMzaA.jpg

• Ли Юэ, 2.4

Zhongli, Xiao

Хочу спросить... Скажи, Чжун Ли целыми днями просто... Кормит птиц? Любуется цветами? Рассматривает старинные вещи?
Это всё... зачем?

Сяо слишком активно старался избегать людей, чтобы понять, кто именно скрывался все это время за личностью консультанта ритуального бюро «Ваншэн». Но все тайное рано или поздно становится явным.

Отредактировано Xiao (22.08.22 15:35:40)

+1

2

Когда на Гавань опускались сумерки, в большом городке начиналась совершенно другая жизнь. Например, мало кто знал о том, что знаменитый чайный дом «Яньшан» был игорным домом, а его хозяйкой была коварная, как лисица, женщина. За прилавками с дорогими сортами чая и неулыбчивыми вышибалами, была очень большая тайна, где играли в кости, карты – и игра там шла по-крупному. А в Гавани, когда утихала суета и грузовые корабли переставали заходит в порт, почти к самому причалу подходил яркий паром, который у добропорядочных людей тоже успел обзавестись дурной славой. Цисин пытались пресечь любой игорный бизнес в городе, но это было все равно, что носить воду в сите. Уставшие торговцы, моряки, даже банкиры всегда искали места, где можно было бы отдохнуть. Если днем они нелицеприятно отзывались о Бисерном, как и о том, что там за маской обычного прогулочного парома скрывается бордель, то вечером, когда солнце исчезало за горизонтом, сами становились посетителями этого места.

Гавань была словно продолжением его собственной личности, от которой Чжун Ли стремился избавиться, когда передал собственный гнозис – могучий, прекрасный, властный, но хранивший слишком много тайн. Гео архонта похоронили с почестями, а сам он принял в этом важное участие. Люди защитили гавань от Осиала, заключили новые контракты с адептами, оплакали потерю своего бога и начали жить дальше. Люди – всего лишь люди. Их память коротка, поэтому плохое забывается быстро. Люди, даже после больших потерь, умеют жить дальше.

Я проживу остаток своих дней так, как посчитаю нужным.

Кажется, так Чжун Ли тогда ответил Итэру, что прощался с ним, отправляясь в путешествие в таинственную Инадзуму. Может быть, если Эрозия не сведет его с ума, не заставит безумным драконом забиться в самую темную щель, он тоже когда-нибудь отправится в настоящее путешествие, которое еще долго будет тлеть красивым угольком в его увядающей памяти. Звучало забавно и интересно – отправиться, например, в Сумеру, чтобы увидеть старых знакомых, может быть заглянуть в Фонтейн… может и в Инадзуму, когда там жизнь станет немного спокойнее.

Но пока что Чжун Ли шел почти на окраину города, в свое небольшое жилье, предаваясь подобным мечтам, что грели душу. Ему нравилась жизнь смертного. Когда ты знаешь, что тебе отмерено не так много времени, то еда становится вкуснее, краски на картинах выглядят ярче, а жизнь кажется намного прекраснее.

Возвращаясь домой достаточно поздно, Чжун Ли не любил включать свет. Ему нравилось распахивать окна и долгое время находиться в тишине и полумраке, что создавали луна и звезды, слушая звуки ночной Гавани, трели цикад и шорох листьев. Только сейчас, когда Чжун Ли распахнул окно, он понял, что что-то было не так. Века бесконечной войны сделали его параноиком, который даже при праздной жизни способен спать в полглаза и слышать любые подозрительные шорохи. Чжун Ли постоял перед открытым окном, заложив руки за спину, словно прислушиваясь к самой ночи. Ауру, что сейчас наполнила небольшой сад, он узнал сразу. Очень интересный ночной гость.

- По правилам этикета, гости обычно стучатся в двери дома, да и не приходят настолько поздно, - наконец обратился Чжун Ли к темным и недвижимым теням своего небольшого сада. - Войдете в дом, адепт, или так и будете созерцать в ночи мои лилии?

+1

3

Ли Юэ - большой, оживленный, шумный. Город, наполненный людьми, их историями, событиями. Сяо никогда не прогуливался по его ярким улочкам, не бывал в знаменитых ресторанах и чайных, не сидел в первом ряду на очередной прекрасной опере в исполнении Юнь Цзинь. За жизнью города он привык наблюдать с высоты горы Тяньхэн. Оттуда Ли Юэ виделся яркой, искрящей тысячей огней картинкой - красивой, такой близкой, но недостижимой для якши, несущего свое проклятие сквозь тысячелетия.

Одиночество вовсе не тяготило. Напротив, Сяо даже не мог представить, как вытерпел бы постоянное нахождение рядом кого-то.
Впрочем, встречи и беседы с некоторыми носителями Глаза Бога доставляли ему удивительное удовольствие. Удивительное потому, что сам якша совершенно не ожидал, что чьи-то истории или же расслабленное молчание в чьей-то компании могут быть ему... приятны.
К примеру, Шэнь Хэ была невероятно близка ему по характеру - непонимание человеческих эмоций, полнейшее отсутствие социализации, предпочтение одиночества и тишины шумным праздникам. Однако ему было известно, что девушка вела себя именно так, потому что ее истинные эмоции были запечатаны - для ее блага и блага всех живущих. Он никогда не рассуждал по поводу сделанного Шэнь Хэ и Адептами выбора, просто принял его как данность, но не забывал и об оборотной стороне этой мистической истории.

Другим добрым знакомцем Сяо была смертная, подступившая невероятно близко к «границе». Что не удивительно, она тоже частенько слонялась одна в ночи, выискивая неупокоенных духов, развлекая себя общением с призраками и веселясь в компании никому кроме нее невидимых собеседников.
Именно с Ху Тао он встретился в ночь после смерти Моракса.
Юная управляющая ритуальным бюро пила чай и говорила мудрые вещи. В пляске голубых огней на Склоне Уван они простились с богом, которого считали частью своей семьи - каждый из них был привязан к Архонту по-своему.
Сяо помнил, как несколько раз находил Ху Тао, спящей на каменных коленях статуи Моракса. Присмотрел тогда за ней до рассвета, а, проснувшись, девушка лишь рассмеялась:
— Не нужно было беспокоиться. Здесь ночью безопаснее всего в Ли Юэ.
Позже, поборов внутреннее сопротивление перед странным ритуалом, Сяо тоже рискнул переночевать у статуи. Что ж, это была его самая спокойная ночь за прошедшие тысячелетия, ни один кошмар не потревожил якшу.

Что он переживал после смерти Моракса? Он и сам не смог бы ответить на этот вопрос.
Подобно Шэнь Хэ, Сяо не умел испытывать приходящие чувство напрямую, в их истинном виде. Не умел различать переживания, ощущать их, воплощать вовне. Тогда он на мгновение подумал, что вместе с Мораксом он потерял и свой контракт, и смысл дальнейшей жизни. Но эта мысль быстро развеялась в по-ночному освежающем ветерке, а ей на смену пришла другая - неважно, есть контракт или нет, но он поклялся защищать Ли Юэ до самой своей смерти и собирался выполнить данное обещание.

Шло время. Ху Тао рассказывала о делах бюро, о ведущемся расследовании смерти Архонта, о переполохе в городе и рядах Цисин, о консультанте, знающем слишком много об истории этих мест и обычаях. Тогда Сяо не обратил внимания, но, в отличие от него, Ху Тао умела разглядеть самую суть любого явления. Она довольно быстро разгадала секрет консультанта ритуального бюро, но не спешила делиться своим открытием ни с кем, даже с самим виновником открытия. И все же, время от времени в своих рассказах она оставляла зацепки, подсказки для Сяо, на которые при желании он мог бы обратить внимание.

Постепенно получалось расщеплять свое ровное принятие произошедшего на составляющие.
Вот полочка с сожалениями - о том, что не стал к Мораксу ближе, не заслужил достаточного доверия и не смог предотвратить его смерть.
Вот шкатулка с печалью - без Моракса одиночество Сяо стало практически физически осязаемым. Властелин Камня всегда был для него авторитетом, вечно сияющей на небосводе звездой, указывающей путь. Его присутствие в жизни якши придавало ему уверенности, фундамента под ногами, однако его смерть превратила Сяо в листок, сорванный с дерева цуйхуа и подхваченный ветром неизвестности.

Обдумывая, переосмысливая собственные чувства, Сяо возвращался к воспоминаниям о беседах, начал видеть в них новые детали, которые не могли не зацепить.
Чжун Ли. С этого момента якша время от времени незримой тенью на почтительном расстоянии (не позволяя себе вторгаться в город, наполненный смертными, которым опасно было контактировать с его отравляющей аурой) следовал за консультантом.
Что он смог узнать? Что ж, Чжун Ли любил хороший чай, произведения искусства, прогуливаться по старому городу, раздавать советы всем, кто о них попросит. По мнению якши Чжун Ли делал примерно ничего. Как ни старался Сяо не мог застать его в сражении с какими-нибудь врагами Ли Юэ, такими вопросами занимались люди Цисин и такие добровольцы, как Ху Тао, Син Цю и тот рассеянный племянник Шэнь Хэ.
С одной стороны не верилось, что Моракс в самом деле мог оставить свои обязанности и стать обыкновенным смертным, с другой - чем больше Сяо присматривался, тем больше знакомой энергии ощущал.

Неужели он не был достоин правды? Не был достоин посвящения в хитроумный план Властелина Камня? Тот просто решил исчезнуть и сжечь все мосты за собой? Эти вопросы не давали покоя, потому якша решился на встречу.
Под покровом ночи, стараясь держать достаточную дистанцию (вдруг он ошибся и Чжун Ли - всего лишь смертный?), он явился к дому консультанта, где со свойственной ему терпеливостью дождался возвращения хозяина с очередной бессмысленной прогулки.

То, с какой легкостью Чжун Ли распознал чужое присутствие в своих владениях и определил, кто именно потревожил его уединение, само по себе было ответом. Сяо отделился от тени, что была ему надежным убежищем и вышел под голубоватое сияние луны. Золотой взгляд со всей сосредоточенной серьезностью изучал лицо консультанта ритуального бюро.
Я не знаток правил и этикета.
Не став спорить, Сяо проследовал за хозяином в дом.
Встретившись с ним лицом к лицу он осознал, что не имел никакого права задавать Мораксу те вопросы, что его беспокоили - мелочные, слишком личные, неважные. Он был обязан Властелину Камня своей свободой, всем. И никому не мог позволить порочить его имя, особенно - самому себе.
Значит, такой вы сделали выбор?
В чужом доме якша чувствовал себя неуютно. Стулья, кресла - все это не подходило ему. Он остался у окна и оперся поясницей о подоконник.
Вы не обязаны ничего объяснять и все же... я хочу узнать, что произошло.

Отредактировано Xiao (28.08.22 08:23:30)

+1

4

- Не обязательно знать этикет, Алатус, чтобы просто постучаться в двери.

Чжун Ли знал, что, если это когда-нибудь произойдет, то двери он откроет всегда. Сяо не был для него незнакомцем ,кем-то чужим.  Да и с того самого момента, как Чжун Ли понял, кем был его ночной гость, смысла играть в прятки ужен не было. Сяо очень редко бывал в Гавани. И уж тем более его могла мало интересовать личность скромного консультанта ритуального бюро. И тем не менее, Сяо пересилил себя, вошел в город и даже добрался до этого места, чтобы услышать ответ на такой важный для него вопрос.

Маленький охотник на демонов уже знал правду – от адептов сложно было подобное утаить. Просто некоторые предпочитали молчать. Хранительница Облаков, которая итак не часто жаловала чужие компании, теперь просто наблюдала за ним с очень почтительного расстояния. Даже иголку в стоге сена не утаишь, когда имеешь дело с подобными божественными сущностями. С Сяо же все было намного сложнее. С якса он, как Моракс, проделал большой и трудный путь. Наверное, они были ему даже настолько близки, что занимали особое место в сердце, как дети. Сяо же всегда был ближе всех. Несмотря на то, что века их сильно отдалили друг от друга, Чжун Ли старался незримо наблюдать за ним. Война давно закончилась, но Сяо, как оружие, которое не смыслит своего существования вне поля боя, не мог понять, что тоже может прожить свою жизнь – не важно, сколько ее отмерит карма – в мире и покое.

- Садись за стол, не стоит стоять у окна, - Чжун Ли принялся заваривать чай. К счастью, у него нашлись свежие цинсини и еще несколько душистых трав, из которых он всегда готовил особое зелье, что передавал на постоялый двор Ваншу. – Думаю, рано или поздно кто-то из вас задал бы мне такой вопрос. Я даже рад, что ты догадался первым. Не пришлось бы сочинять ложь на ходу.

В последние дни итак было слишком много лжи – так того требовал новый и последний контракт. Без гнозиса жизнь казалось проще, потому что по ощущениям практически гора с плеч свалилась. Сяо задал прямой ответ и Чжун Ли, разливая горячий чай по чашкам, долго думал, медитативно глядя на переливающийся отвар из носика чайника в чашку, как ответить так, чтобы в глазах Сяо это не выглядело… например, трусостью? Внезапно великий Моракс захотел уйти на пенсию, прожить остатки дней почти счастливо, возможно увидеть мир, насладиться природой, новыми историями и знакомствами? Не звучит ли это в устах бога слишком эгоистично?

- Скажи мне Сяо, - наконец он нарушил тишину, - а тебе бы не хотелось прожить жизнь по-другому? Твою работу давно выполняют искатели приключений. Никто бы не осудил тебя, если бы ты захотел по примеру прочих адептов, например, уединиться в горах и жить в гармонии с самим собой. А может…

Чжун Ли внимательно посмотрел на своего бывшего яксу. Конечно, он желал ему счастья. Конечно, Чжун Ли знал, что Сяо, как и ему самому, божественным порядком, что изъедал душу, отмерено не так уж и много. Сяо – его последний кусочек прошлого. И, как тот, кто стал ему практически отцом, Чжун Ли хотел бы видеть его не на поле бесконечных битв. Тем более, среди смертных у Сяо впервые за долгое время появился особый интерес. Чжун Ли был бы рад ,если бы Путешественник хоть как-то повлиять на яксу, но того все еще тяготил тот самый "долг".

- Ты ведь мог отправится в путешествие с Итэром, увидеть новые земли. Думаю, в таких приключениях пригодились бы твои таланты. Я все это к тому, Алатус, не хотел бы ты хоть что-то от этой жизнь взять для себя в качестве награды?

+1

5

Прежде, чем стучать, я должен был убедиться, — впрочем, и в этом случае Сяо, конечно же, не постучал бы. Двери, правила, этикет - все это было для него пустым звуком. Открытое окно - уже приглашение, к чему уподобляться играм смертных, когда не имеешь к ним и их причудам никакого отношения?
Моя ошибка может стоить смертному жизни, — не художественное преувеличение, лишь констатация факта.
Архонт всего ничего успел побыть смертным, а уже с головой увяз в той пьесе, что горожане разыгрывали изо дня в день на улицах Ли Юэ, в уютных домах и шумных чайных. Сяо лишь повел бровью - максимальное выражение его сдержанного удивления. Однако он не собирался оспаривать решение Властелина Камня, захотевшего мгновение из отведенной ему вечности посвятить игре в человеческое.

Стол все еще не вызывал доверия, но гостю следовало соблюдать правила, установленные хозяином дома (и это был тысячелетний обычай, возведенный богами, а не людьми), поэтому Сяо нехотя переместился на указанное место. Ужасно неудобно. Даже на постоялом дворе Сяо предпочитал сидеть на тонких периллах, зависая над водой, видя как на ладони Тростниковые острова. Находиться в закрытом помещении, вдалеке от неба и ветра ему было непривычно, это его сковывало и заставляло чувствовать себя зверем, запертым в клетке.
В то же время Моракс добровольно выбрал клетку, променяв на нее свободу.

Вы собирались мне солгать? — аромат трав наполнил помещение. Перед Сяо предстало необычайное, совершенно неожиданное зрелище - Властелин Камня хозяйничал на своей кухне, окруженный клубами пара от закипающей воды, пучками сушеных трав, домашним уютом. Сложно было даже внутри себя понять, что испытывал, глядя на эту картину. Раздражение? Восторг? Как вообще люди умудрялись испытывать такое количество эмоций, их оттенков и понимать, что именно почувствовали в тот или иной момент?
Но... почему? Разве мы не шли с вами плечом к плечу в сотнях битвах? Разве я дал повод в себе хоть раз усомниться?
Сяо говорил ровно, в своей обычной ворчливой манере, но ни на градус выше. Ему в самом деле были непонятны мотивы Моракса, собиравшегося лгать тем, с кем был связан тысячелетия. Это прозвучало странно и отказывалось вписываться в стройную схему взаимоотношений Властелина Камня с его верными воинами и соратниками.

Пока Моракс занимался чаем, погруженный в собственные мысли, Сяо, словно каменное изваяние ждал. Замерев в одной позе - идеально ровная спина, скрещенные на груди руки, гордо вздернутый подбородок, прямой, хмурый взгляд существа, всегда готового к бою - он не шелохнулся, пока перед ним не опустилась пиала с ароматным травяным настоем. Пар замысловатыми вихрями окутал якшу, ароматы теплыми вспышками пробирались в сознание, успокаивая, отгоняя черноту, что вечно рвалась наружу.

В вопросе Моракса Сяо не уловил заложенного в нем контекста, тонкого намека на нечто совсем иное. На прямые вопросы якша всегда отвечал так же прямо:
Если Ли Юэ не тонет в эпидемиях, как сотни лет назад, это не значит, что гнев погибших Архонтов ослаб. Демоны все так же пробиваются в мир смертных, пытаются захватывать людей и манипулировать их сознанием. Эти истории - не позабытое прошлое, а вполне реальное настоящее. Моя битва все еще длится и никто, кроме меня не сможет нести этот груз. Да, в чем-то, благодаря избранным с Глазами Бога, мне и впрямь стало легче, но в моей главной борьбе я одинок и это никак не изменить.
Словно в подтверждение его слов, вспышка черной ауры на несколько мгновений поглотила Сяо и все пространство вокруг него. В несколько дыхательных тактов он смог совладать с раздирающей его изнутри болью и вернуться в свое обычное состояние.

Тем временем Моракс продолжал говорить странные речи. Сяо силился разобраться, что это значит, почему вдруг Архонт, пусть и считавшийся ныне погибшим, решил усомниться в той роли, которую якша играл столетиями и тысячелетиями. Прислушавшись к себе, попытался понять, что мог сделать не так. Вдруг он уже обезумел и сам того не заметил?
Путешественник помог мне сократить дистанцию между мной и другими, я ему благодарен, но у каждого из нас свой путь и свои задачи.
Всю свою жизнь Сяо был оружием и попросту не мог понять ту простую мысль, что пытался донести до него Властелин Камня.
В палитре ценностей якши не существовало понятия «награды», в той же степени не существовало и желаний - личных, эгоистичных.
Я не понимаю, к чему вы клоните, — честно признался, отбросив попытки понять, что таилось за вереницей этих странных вопросов, — Ваш Гнозис. Как вы его потеряли? В сражении или его отняли обманом?
Сяо должен был узнать ответ на этот вопрос, понять, что именно произошло, кто нес опасность древним устоям и силился разрушить благополучие Ли Юэ.
Хорошо, что Цисин достаточно сильны и смогли устоять перед натиском врага. В тот раз нам повезло, — сражение с Осиалом вполне могло стать последним для населенного города. Хорошо, что Воля Небес и ее подопечные (не без помощи со стороны) смогли выстоять и победить.
Земля слаба без божества-покровителя. Ведь Архонты - первые щиты для своих регионов. Кто же лишил нас вашего покровительства, наставник?
Он и правда не понимал. Травяной чай согревал пиалу и тонкие пальцы якши, что бережно держали ее в ладонях. Поверх мягких клубов пара Сяо смотрел на Моракса, с детской доверчивостью ожидая ответа, способного объяснить все и дать надежду на то, что мир не рушится, что все идет своим чередом.

Отредактировано Xiao (04.09.22 22:17:27)

+1

6

- Разве я когда-нибудь лгал, Алатус? – спокойно поинтересовался Чжун Ли, занимаясь чаем.

Время было позднее для чайной церемонии, но этикет Ли Юэ приписывал не оставлять гостя без угощения. А Сяо был, пусть и незваным в поздний час, но все-таки не чужим человеком в этом доме. Да и давно Чжун Ли не передавал на постоялый двор травы для юноши, которые бы помогли бы ему подавлять ауру собственной кармы.

– Хотя да, я не договаривал, если вспомнить Чайлда, но то были условия контракта. Даже ему я ни разу не соврал. Это не в моем характере. Кажется, я не умею врать, все можно прочитать на моем лице.

Алатус слишком привык быть солдатом. Чжун Ли знал, что такие, как он, навсегда остаются на поле боя, даже если закончилась война. Неприкаянные души, которые всегда что-то ищут на своем пути, везде видят исключительно боль и страдания. Если бы и правда можно было хоть как-то на него повлиять… Да, можно отдать приказ, Сяо подчиниться, но Чжун Ли хотелось, чтобы свобода стала его искренним выбором. Ведь когда-то сам был таким – вечным богом войны в состоянии истребления всего зла. Неужели он так повлиял на Сяо своим примером? Возможно в далеком будущем их ждет война уже с богами Селестии – рано или поздно всем захочется свободы от ига божественности. Сложно будет объяснить Сяо, что его поступок - это первый шаг сделать людей намного сильнее.

- Я не лгал тебе, Алатус и не собирался. Просто Моракс и правда мертв без своего гнозиса. Я совершенно другой человек, которого ты знаешь, как жителя Ли Юэ, который интересуется культурой и историей и даже готовит для тебя отвары трав. Мне сложно это объяснить, Сяо, понимаешь…

Контракт с Царицей развязал ему руки практически во всем, но лишил возможности говорить правду. Время еще не пришло, чтобы сокрытое стало явью. Врать или не договаривать – какая по сути разница? – Чжун Ли был вынужден молчать, возможно, причиняя боль тем, кто сейчас ему дорог. Даже этот невыносимый рыжий мальчишка, который вроде бы, несмотря на прощение от Цисин, спешно покинул Гавань, он ведь был неплохим, несмотря на свой характер и так часто был с ним искренним. Обманывать или водить вокруг пальца того, кто всегда хотел быть честным… странно все это.

- Все, что я делаю – это на благо моего народа, - наконец обронил Чжун Ли, сделав глоток чая и нарушив тишину. – Божественный порядок приписывает нам свою иерархию – все подчиняется логике, так ведь? Есть боги там на недостигаемой высоте, есть их ставленники – архонты, а также есть люди, которые привыкли, что за них все решают боги. Боги защищают и решают проблемы. Не страшно ведь жить, когда есть архонт, что всегда на твоей стороне, который защитит от нападения, спустится с небес и скажет всем, как жить еще один скучный год. Но что будет, если архонт станет злым?

Чжун Ли внимательно посмотрел на Сяо, заглянув ему в глаза, словно говоря ему о том, что может случиться. Такое уже произошло с Аждахой, который прожил достаточно долго и на своей каменной шкуре ощутить, что такое безумие. Нужен ли народу Ли Юэ безумный архонт? На сколько Моракса еще хватит? Пару тысяч лет или сотен? Каково это превратиться в Декарабиана, готового угнетать свой собственный народ?

- Никто не лишал земли Ли Юэ покровительства Гео Архонта. Моракс навсегда останется в сердцах людей, как тот, кто научил их выбирать правильный путь, - произнес Чжун Ли, отставляя пустую пиалу. Чай из цинсиней быстро остывал и начинал горчить, напоминая на вкус его собственную жизнь. – В истории Тейвата существовало много эпох. Был Век Смуты. Был Век Богов. Сейчас начинается Век Смертных. Задача любого архонта, что заботиться о своем народе, научить людей жить без богов. Когда не станет Селестии, люди должны научиться сами противостоять проблемам. Это был мой урок, который я сам выменял на гнозис.

Сяо не должен знать таких подробностей. Не хватало только того, чтобы он объявил какую-то кровавую вендетту Снежной и начал охоту на Фатуи. Разбитые и вынужденные платить репарации Цисин, они быстро оправились от удара. На место Тартальи в город прибыл кто-то более властный, а значит это не был конец бед. Но с Фатуи и их кознями люди должны разобраться сами. Чжун Ли верил в мудрость Нин Гуан, в ее силу воли и способность защищать Гавань. Лучшего лидера этот народ пока что представить не может.

- И все-таки, Сяо, если Итэр помог тебе сократить дистанцию, как ты выразился, - Чжун Ли решил, что надо перевести тему разговора в другое русло, - почему ты все еще ходишь в город тайными тропами? Я и правда желаю тебе лучшего, а не участи быть в бесконечных битвах. Мне кажется, у тебя есть и другие таланты, кроме мастерского владения копьем.

+1


Вы здесь » ex libris » фандом » days are forgotten [genshin impact]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно