ex libris

Объявление

Ярость застила глаза, но – в очередной раз – разум взял своё и Граф легким аккуратным движением руки перехватил Виконта, будто бы тот ничего не весил, и, мягким, останавливающим, движением не дал вспороть шею поверженному некроманту.
— Тут достаточно крови. Он умрет и сам.
Быстрый, внимательный взгляд в сторону человека и вопросительно приподнятая, аккуратная бровь – умрешь же?
Возмущённый вздох – французский.
Хриплый свист через сжатые губы и такой же прямой взгляд в ответ Кролоку. Выживет. Слишком сильный. Слишком долго общается со смертью на ты. Возможно даже последний из тех, первых, что заключили контракт с костлявой.
— Мессир?
Адальберт тоже сохраняет хладный рассудок, чуть взволнованно посматривая на треснувшие зеркала – всплеск силы, произошедший буквально несколько минут назад, вновь зацепил всех. Франсуа тоже пытается сказать что-то, но вместо слов издает очередной булькающий звук и бросается в сторону уборной.
Ситуация сюрреалистична.
Ситуация провокационна.
Рука расслабляется на талии Герберта, не потому что Эрих этого хочет, а потому что в его пальцах сминается ткань тонкой рубахи обнажая… обнажая. На самом дне синих глаз все еще клокочет ярость, и только Виконт сможет понять её суть – не должна была сложится подобная ситуация в эти дни. В любые другие, но не те, что должны были принадлежать им для осознания, понимания, расставления литер и точек.

Лучший пост: Graf von Krolock
Ex Libris

ex libris crossover

— А ты Артёма Соколова видел? – Вася спросил у него первое, что на ум пришло.
— Ну да, он меня рекомендовал.
Вася завистливо хмыкнул, взведя курок.
Никто не понял. До сих пор дело висит без подозреваемых. Стечение случайных обстоятельств.
А Вася и ничего не знал. Спустя три часа после назначенного времени телеграфировал в Москву, что не встретил на перроне напарника. А где мальчик-то? Куда дели?
Ему так и не ответили.
Вася не даже самому себе не смог объяснить, зачем.
До какой-то щемящей завистливой боли в груди он чем-то походил на Артёма, то ли выправкой, то ли молчаливостью. Вася не понял, а, убив, в принципе утратил возможность разобраться. Да чё там было-то, Соколов – это класс, это верхушка, это интеллигенция, как его можно сравнивать с каким-то босяком-курсантом?
Артём бы не позволил себя просто так пристрелить в тёмной подворотне. Никогда.
Вася получил такое моральное удовлетворение, увидев, как разъехались некрасиво молодецкие ноги, как расползлась на груди рубашка. Некрасиво, неправильно, ничтожно. Вот тебе и отличник. Вася с удовлетворением потыкал носком ботинка в ещё румяную щеку, пытаясь примерить на его лицо Тёмино.
Но ничего даже близко.
Это успокаивает его на некоторое время.

Лучший эпизод: чёрный воронок [Eivor & Sirius Black]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ex libris » фандом » сквозь стены лжи и горы фальши [resident evil]


сквозь стены лжи и горы фальши [resident evil]

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

https://i.imgur.com/xPna0uv.png
leon & ada // вашингтон// лето 2005

+3

2

- Вероятно, я не та, за кого вы меня принимаете.
Спокойный и невозмутимый голос азиатки никоим образом не выбивается из ее облика - она кажется холодной, отстраненной и несколько раздосадованной из-за случившегося. Быть пойманной BSAA по собственной неосмотрительности - казалось, что могло быть еще глупее? Впрочем, для себя Вонг решает играть оскорбленную, ничего не понимающую невинность до конца, а дальше - импровизировать, потому что сложно было вот так сходу предугадать действия и намерения военных, что засадив ее в замкнутое помещение и пристегнув наручниками к стулу с хмурым лицом изучали сидящую перед ними азиатку.
Она потягивается, пытаясь размять затекшие от единого положения лопатки и похрустывает шеей, демонстративно закидывая ногу на ногу, "закрываясь" от своих оппонентов единственным доступным способом. Недовольно поджав губы сверлит взглядом одного, высокого и невольно радуется, что здесь нет Редфилда - попробуй ему соври о том, что ты не Ада Вонг и оказалась недалеко от места очередного биологического теракта совершенно случайно, так просто, проходила мимо.
Очередной заданный вопрос о ее намерениях женщина игнорирует - как и три до этого. Лишь смотрит с вызовом на мужчину, прекрасно ощущая, как сгущается вокруг воздух. Понимает, что он злиться, вскипает, но полученное с молоком матери уважение к женщинам не позволяет ему поднять руку на Вонг и отвесить той ощутимый подзатыльник.
- Я не понимаю о чем вы. - меланхолично парирует азиатка, слабо дернув острыми плечами и все же отводит взгляд, с интересом изучая помещение, пытаясь найти пути к отступлению. Выход один - за спинами мужчин, которые так просто женщину не пропустят, а вентиляция слишком мелкая, чтобы туда просочилась даже хрупкая Вонг. Что ж, придется идти на попятную, придумывая альтернативные способы уйти из плена агентов BSAA, что едва слышно переговаривались, то и дело поглядывая на женщину.
- Честно говоря, я могу говорить лишь с одним человеком, но не уверена, что вы его знаете. - она ловит на себе недовольный взгляд высокого, кареглазого мужчины, что молчаливо хрустит костяшками пальцев и демонстративно закатывает глаза, цокнув языком. Боже, до чего же они были нетерпеливыми! Ада толком-то ничего плохого не сделала, а недовольство с их стороны с каждой секундой становилось лишь явственнее. Что за мужчины пошли? Леон, вон, сколько выходок с ее стороны терпел, а ограничивался лишь занудными нотациями, которые Вонг, честно говоря, пропускала мимо ушей. Но черт возьми, он в такие моменты становился чертовски сексуальным, в то время как недовольные мужчины напротив начинали откровенно раздражать.
- Позовите Леона Кеннеди, он правительственный агент. - с усмешкой озвучивает азиатка свою просьбу, отчего незнакомцы лишь недоуменно переглядываются и один из них удаляется прочь, оставляя в допросной лишь молчаливого, понимая, что большего Ада не произнесет. Весьма предусмотрительно и не глупо - останься Вонг в гордом одиночестве, совершенно точно постаралась бы выбраться прочь даже через мизерное вентиляционное окошко, а так оставалось лишь с вызовом лицезреть приставленного к ней охранника, заставляя его смущаться.
Только дай мне возможность... повод. И я не стану дожидаться Кеннеди, чтобы убраться отсюда.

+2

3

Он вернулся в свою квартиру, выходящую окнами на площадь Фаррагут, когда за окном солнце еще не взошло, но уже светало. Начинался новый день и у нормальных людей с нормальной работой вот-вот должны были начать срабатывать заведенные накануне будильники. Последний стаканчик черного кофе, выпитый где-то за три часа до возвращения домой, больше не бодрил, лишь горечь дешевых зерен, помол которых оставлял желать лучшего, осевшая на зубной эмали, напоминала о том, что это действительно случилось.
Леон бродил по своей квартире без какой – либо определенной цели. Стянул с себя рубашку, помассировал лицо, подушечками пальцев без взаимодействия с зеркалом оценивая собственную щетину, вдохнул – выдохнул, после чего взглянул на кровать. Он знал наверняка, что едва его голова коснется подушки – он тут же провалится в тяжелый и глубокий сон. Кеннеди протер глаза, поморгал и на очередной выдохе сел на самый край кровати, если не откидываться на спину, то есть все шансы не вырубиться сном мертвеца. Он невесело усмехнулся. Похоже его настигла профдеформация о которой столько болтала оперативный координатор Ингрид Ханниган, с которой он встречался пару раз после той вполне себе успешной операции в испанской деревушке, когда она помогла Кеннеди, спасти дочь президента Грэма от группы террористов. Мысли посещали его голову в каком-то хаотичном беспорядке. За какие-то пару минут в полной тишине квартиры, оставшись наедине с самим собой, он успел подумать и о том, что перегорел своей работой, и о том, что не мешало бы сварить себе НОРМАЛЬНЫЙ кофе, даже о том, что сварить кофе ему могла бы агент Ханниган, пригласи он ее к себе, скажем в приближающуюся субботу. Леон взял в руки телефон, пролистал список контактов, выискав номер Ингрид и уже приготовился услышать сонный и немного раздраженный голос агента Ханнигана, как телефон в его руке переключился с экрана списка входящих и исходящих звонков на новый входящий, номер которого не был внесен, а засыпающий на ходу мозг, отказывался анализировать цифры и сопоставлять с тем, кто бы мог ему звонить в такую рань. Палец скользнул по экрану, переводя телефон в беззвучный режим, о том, что до него пытаются дозвониться, мог свидетельствовать только не гаснущий экран. Он перезвонит позже, если это что-то важное, его наберут снова. Кеннеди откинулся на спину, вперив взгляд в потолок, правда ненадолго, веки под собственной тяжестью медленно опустились, сквозь сон он слышал, как с улицы доносились завлекающие к завтраку на свежем воздухе, слоганы, произносимые приятным женским голосом в микрофон. Сознание медленно утекало из него, впитываясь в мягкий удобный матрац, вместе с расслабленным телом. Ему снилась хмурая старушка, встречающая его в общем холле их подъезда.  Где-то с неделю назад, когда он возвращался домой неприлично рано по меркам трудоголика, его выловила в коридоре эта самая старушка-соседка, принявшаяся ему жаловаться на этот самый приятный голос, ее окна, как оказалось, тоже выходили на парк, и она так же, как и Леон слышала эти призывы каждую среду, начиная с весны, как только в парк начинали захаживать не только местные, проживающие неподалеку, но и туристы, посещающие достопримечательности города. А еще старушка была в курсе, что Кеннеди работает в «полиции», поэтому она была настроена решительно на тему того, что ему необходимо разобраться с этим безобразием, творящимся в парке. И он зачем-то пообещал, что непременно разберется с этим. 

///

Проснулся он от того, что за окном по улице, отделяющей его дом от парка, пронеслась с включенной сиреной пожарная машина. Все тело ощущалось как монолит, первые минуты не удавалось пошевелить ни рукой, ни ногой. Сколько же он проспал? Первая же попытка зевнуть едва ли не закончилась вывихом челюсти. Наконец-то он смог поднять руку и дотронуться до своего заспанного лица, чтобы согнать с того остатки сна. Ему не мешало бы побриться. И кофе, ему жизненно необходима порция кофеина. Кеннеди застонал и перевернулся на другой бок. Взгляд наткнулся на оставленный телефон, перевернутый экраном вниз, снова светился. И, Леон взял его в руку только после того, как тот погас.
Он бросил взгляд на часы. 2:10 a.m. Батарея была почти разряжена, а в списке пропущенных значилось около пятнадцати звонков с интервалом примерно в каждые полчаса. Нет. – Подумал он и отложил телефон, позволяя тому затеряться в складках одеяла. – Сначала душ, затем кофе. Самое то для двух часов ночи и к черту сбитого режима. Он облизнул губы и поднялся с кровати.
Из отражения в зеркале на него смотрела слишком потрёпанная и всеми позабытая рок-звезда, что-то среднее между Куртом Кобейном и вокалистом Энтони Кидисом, основавшим Red Hot Chili Peppers, отличие было лишь в том, что эти двое всегда смотрелись в своих образах куда гармоничнее.  Бритье и душ немного добавили очков его внешнему виду, а о пропущенных звонках Леон вспомнил лишь тогда, когда в его руке оказалась кружка с кофе. Он перезвонил по незнакомому номеру, когда на часах светилось 3:45 a.m.

///

– Ханниган! – Реакция была слегка заторможенной, она сначала договорила что-то вяло жестикулируя правой рукой в направлении одного из «костюмов» и лишь после повернув голову, так, что ее узнаваемый «пучок» из волос, скрылся из поля зрения Леона Кеннеди, нахмурилась, увидев, что тот несется к ней через весь коридор, натужено дыша, как закоренелый курильщик. Впрочем, в его направлении смотрела вовсе не одна пара глаз, принадлежащих Ингрид Ханниган, но и те, с кем она вела беседу, один даже выпятил губы, будто у него было право капризничать на тему того, что его собеседницу кто-то посмел отвлечь.
– Я уже думала, что мне придется лично наведаться в твою квартиру, Кеннеди. – В голосе Ханнигана звякнула сталь. Она шагнула в его направлении, но остановилась прежде, чем произошло вторжение в личное пространство. К груди Ингрид Ханниган прижимала светло – коричневую папку с пометкой «важно».
– Ну? – Леон замер перед ней, чуть хмурясь самодовольным улыбкам, в которых расплывались собеседники агента Ханниган, за ее спиной. – Кто введет меня в курс дела?  – Взгляд голубых глаз скользнул за расправленные женские плечи, в направлении «костюмов».  Молча обратив внимание на то, что говорят больше не с ней, Ингрид Ханниган медленно и аккуратно развернулась лицом к тем, с кем беседовала до появления в коридоре Леона Кеннеди.
– Господа, перед вами наш лучший агент, тот самый Леон Кеннеди.
«Тот самый» прозвучало как-то слишком уж подозрительно, заставляя Кеннеди нахмуриться.
– Майкл Кейн. – Первым руку в направлении Леона протянул высокий кареглазый «костюм». Ответом ему было крепкое и уверенное рукопожатие:
– Леон Скотт Кеннеди, – он немного помолчал, затем добавил – Тот самый.
Где-то рядом, у его левого плеча слегка раздраженно фыркнула Ингрид.
– Хорошо, – сухо усмехнулся Майкл Кейн, окидывая взглядом слегка помятого на вид лучшего агента, работающего на нынешнего президента. – К вам, тот самый мистер Кеннеди, у нас есть дело чрезвычайной важности. И его слова прозвучали так загадочно, словно он собирался поманить за собой в шкаф, где по ту сторону существует волшебная Нарния, не иначе.
Разумеется, ничего такого не случилось. Дверь, перед которой они замерли всей толпой, была самой обыкновенной, с табличкой «комната дознания». В таких комнатах, согласно канону фильмов о шпионах, всегда присутствовало зеркало Гезелла.
– Благодаря слаженной работе агентов BSAA нам удалось поймать женщину, которую вы, агент Кеннеди, когда-то упоминали в одном из своих самых первых отчетов. Мы тщательно изучили его. – Его слова прозвучали с долей издевки. –  Мы полагаем, что она имеет тесные связи с террористической организацией, устроившей биологический теракт в Праге, неделей ранее.  – И единственное, чего мы сумели добиться к этому часу – она затребовала вас, агент Кеннеди.
– Надеюсь, она не обидится на то, что я явился без цветов и конфет. – Буркнул Леон, подступая к двери с табличкой, но прежде, чем войти, помедлил, а затем и вовсе развернулся лицом к «костюмам». – Не принесете нам кофе? – В ответ послышалось недовольное фырканье в исполнении все той же Ингрид, а затем она впихнула в руки Леона светло-коричневую папку.
– Здесь все, что тебе нужно. – Папку пришлось взять, пока удерживаемые парой скрепок листы, внутри той, не осыпались вниз, разлетевшись по полу.
Выбора ему не оставили. Он вошел в допросную, мягко прикрыв за собой дверь.

///

Светло-коричневая папка с пометкой «важно» шлепнулась на серый стол. Брякнули тонкие, но очень крепкие цепи наручников, что были протянуты через отверстие в столе и прикреплены к ввинченной в бетонный пол, ножке стола.  Он замер у стола на выдохе, заставив ножки стула, который двинул к себе, противно скрипнуть.
– Ты могла бы просто позвонить мне, Ада.

Отредактировано Leon S. Kennedy (17.07.22 19:10:31)

+2

4

Оставшийся охранник мозолит глаза недолго - скрывается за дверью, позволяя Аде с недовольным фырканьем откинуться на спинку жесткого стула, потянув на себя руки. Металл печально звякнув ограничивает ее движения, не позволяя женщине почесать нос и Вонг, кинув беглый взгляд в сторону непрозрачного зеркала демонстративно прикрывает глаза, обращаясь в слух. Глупо было надеяться на то, что здание разом опустеет и шпионка, чуть повозившись с дурацким замком на наручниках все же испарится из столицы Америки. Еще более глупым было бы верить в то, что пришедший Кеннеди будет разыгрывать театр одного актера и делать вид, что сидящую напротив женщину он не знает - даже играя в молчанку, азиатка прекрасно осознавала, что BSAA уже наверняка успело навести о ней справки.
Ведь Леон наверняка упоминал о моем присутствии в Раккуне и Испании в своих отчетах.
Скверно, но иных вариантов не оставалось. С другой стороны, правительственный агент был тем единственным человеком, который был заинтересован в том, чтобы Вонг ушла от правосудия с наименьшими для них обоих потерями. Хотя, кто знает - в таком случае он явно бы мог устраивать с ней свидания по своему усмотрению.
- Мерзость. - сдавленно парирует азиатка, передернувшись всем телом. Находиться на решеткой, кратковременно или на постоянной основе ей совсем не хотелось. Интересно, сколько времени понадобиться ее новым знакомым, чтобы окончательно прозреть и понять, кто оказался в их потных ладошках? Будут ли они танцевать ламбаду от восторга или по-быстрому спихнут на нее все мирские грешки, вздохнув свободно? Оставалось надеяться на то, что Кеннеди все же в Вашингтоне и ждать себя не заставит.
Время тянется, словно жвачка и Вонг успевает задремать, прежде чем тихий стук двери, с последующим звуком шлепнувшейся о стол папки вынуждает Аду чуть приоткрыть глаза, замечая в помещении новое действующее лицо. Усмехается, демонстративно потягиваясь, разминая затекшие плечи и все же усаживается на стуле прямо, стараясь приподнять руки - цепи недовольно звякают, с резким рывком не позволяя женщине поднять их на высоту, больше позволенной; она тяжело вздыхает, укладывая их на стол, лишний раз пытаясь показать себя невинной жертвой, пусть даже оба присутствующих в комнате знали, что подобным словом охарактеризовать Аду было просто невозможно.
- Могла бы, если бы хотела увидеться. - спокойно парирует женщина, поведя затекшими лопатками. Окидывает взглядом свою безразмерную белоснежную блузу, что тут и там была покрыта грязными пятнами, черную деловую юбку - в сравнении с Кеннеди, она выглядела просто отвратительно и осознание этого несколько пристыжает Вонг. В конце-концов, как так вышло, что он выглядит столь свежо и молодо? Разве это не ее обязанность?
- Понимаешь, тут вышла некая глупость и неразбериха... - елейным голосом начинает она, утыкаясь внимательным взглядом карих глаз в его лицо, буквально пытаясь гипнотизировать, как змея глупого кролика. Подается вперед, опираясь всем весом на свои руки, ощущая, как металл начинает врезаться в запястья, но отстраняться не спешит, чуть склоняя голову набок. - Я была проездом в Вашингтоне, а агенты BSAA приняли меня под белы-рученьки. Твердили что-то про Прагу, вот только я с этим никак не связана, даже чуть-чуть.
Небольшая ложь во имя собственного блага. Прямой вины Вонг в случившемся террористическом акте конечно же не было, но вот использованный штамм вируса был крайне схож с тем, что украла Ада несколькими месяцами ранее в "Трицелл". С другой стороны, быть может случившееся было глупым совпадением и никоим образом не было связано с ее миссией - крупные корпорации имеют дерьмовую привычку плохо защищать объекты своих исследований, в результате чего часть из них рано или поздно вырывалась наружу. Достаточно было вспомнить печально известный город Раккун, о котором теперь любые воспоминания были жестким табу.
- Не будешь ли ты так любезен снять с меня наручники, Леон? - интересуется азиатка, возвращаясь в привычное, видимое спокойствие, откидываясь на спинку стула. - Руки затекли.

Отредактировано Ada Wong (16.07.22 16:15:10)

+2

5

Он рассматривает женщину перед ним с позиции сверху, все еще забыв присесть на стул, который выдвинул на себя от стола. Задерживает взгляд на её лице, — по-своему красивом и очень усталом, что невозможно скрыть тем незначительным количеством косметики, которое использует Ада Вонг. Конечно, их встречи можно пересчитать по пальцам и одной руки, но как Леон не пытался он не смог вспомнить «боевой раскрас» который бы использовала эта женщина, чтобы он отчетливо въедался в память своей экзотичностью или же напротив несуразностью. Кеннеди вообще сомневается в том, что Ада использует в своем макияже что-то кроме черной туши и блеска для губ с оттеночным эффектом, которым покрывает свои губы. Сейчас, если верить отчетам, она провела в этой комнате уже больше двенадцати часов ожидания и, разумеется, блеска на ее губах почти не осталось. Он смотрит на неё с полминуты, затем резко садится на стул. Теперь они плюс-минус на одном уровне и могут смотреть друг другу в лицо не испытывая дискомфорта. Сердце нетерпеливо бьется в груди. Кеннеди усмехается, внимательно наблюдая за эмоциями в бесконечном танце, сменяющими друг друга на женском лице, в особенности легко считывается взгляд, коим Ада окинув лишь мельком самого агента Кеннеди, переключается на себя.
— Ясно. — Леон откидывается на спинку неудобного стула с видом человека, которого совершенно не задели чужие слова, в его зажатых пальцах дважды щелкает автоматическая ручка.
Щелк – щелк.
— Значит мое имя всплыло в твоей памяти совершенно случайно? — Слова Кеннеди звучат словно автоматная очередь. — И как же я сразу не догадался…
Он еще немного молчит, слушая ее версию случившегося. Вонг, как и всегда, довольно скупа на подробности, ее сложно поймать на лжи, когда она отвечает на все задаваемые вопросы чаще всего односложно.
— Сочувствую, — ледяным тоном отзывается Кеннеди снова щелкнув ручкой, а второй рукой подтягивая к себе светло-коричневую папку и раскрывая ту. Ему бы следовало ознакомиться со всей этой кипой бумаг прежде, чем входить в эту комнату.
В комнате устанавливается немного гнетущая тишина. Леон, скрестив руки на груди, глядит на шпионку сверху вниз и медленно, точно дразня, водит наконечником колпачка ручки от виска к скуле и обратно. Молчание затягивается. Он догадывается, что по ту сторону зеркала, в котором они оба отражаются, за ними наблюдают и Кейн, и его напарник, и возможно втянутая в это против своей воли Ингрид Ханниган.
Была не была.
— Ты уверена, что тебе нечего мне рассказать о Праге? — Негромко спрошивает он, пристально глядя ей в глаза. И, вместо ответа, разумеется, слышит просьбу ее освободить. Пока он, значит, подстраивается к каждой ситуации и пытается выглядеть естественно, ее методы не меняются. Вздох. Он возводит глаза к потолку. Это все напоминает ему хождение по канату без дополнительных предметов для нахождения баланса. Леон мысленно сжимает кулаки. Ничего не ответив, он продолжает смотреть на нее изучающе, словно единственная причина его прибывания здесь — запомнить каждую черту ее лица. Все-таки она необыкновенно красивая женщина, даже после того, как ее «мариновали» двенадцать часов в комнате допросов. Темные волосы в стрижке каре, как в их первую встречу, которую он и по сей день старается вычеркнуть из памяти, на вид все такие же гладкие и сияющие, как из рекламы шампуня; никаких секущихся кончиков или намеков на раннюю седину. Ровный тон кожи подчеркивал привлекательность ее губ даже не смотря на частично «съеденный» блеск. Она была красива. Игнорировать такое было сложно.
— Я не могу этого сделать, — он медленно закрывает папку, пальцами проведя по верхнему краю, чтобы убедиться, что кое-кто не стащил для себя скрепку, которой собирался вскрыть замок, как только Кеннеди бы отвернулся. — И ты об этом прекрасно осведомлена.
Почему ей все сходит с рук, а ему все время приходится выкручиваться? Он снова поворачивает голову в направлении отражающей поверхности на стене, где видит ответ на свой вопрос, строго напротив того места, с которого смотрит. Все дело в том, Леон, что ты ей вечно потакаешь в её желаниях и она этим беззастенчиво пользуется.
Болезненно поморщившись, Кеннеди возвращает взгляд к женщине в наручниках.
— Наша, — он слегка прищуривается, — связь, — слова получше в его голове не возникает, особенно под пристальным взглядом шпионки, сидящей напротив. — не дает тебе каких-то там «привилегий» на который ты рассчитывала называя агентам BSAA мое имя. — Один беспокойный взгляд на дверь, когда ухом улавливаются шаги вблизи той и чьи-то приглушенные голоса. — И, если ты правда хочешь избавиться от наручников, — голубые глаза Леона Кеннеди смещаются на браслеты, сдавливающие женские запястья. — Дай мне хоть что-то, что можно постараться обменять на твою свободу.
Кеннеди немного подается вперед, к Вонг, чтобы увидеть, что в глазах шпионки — ни тени страха, только непоколебимая уверенность в том, что и в этот раз ей все сойдет с рук, главное разыграть правильные козыри, что припрятаны в рукаве.
— Хоть что-то, — повторяет он, прежде чем дверь позади него открывается и напарник Майкла Кейна, имя которого Кеннеди даже не старается вспомнить, вносит в комнату два стаканчика с кофе. Это непохоже на кофе из Старбакс, потому что картонные стаканчики, в руках мужчины, без всемирно известного логотипа, соответствующий вывод — скорее всего кофе куплено в ближайшем кофейном автомате. Поставив стаканчики на стол, по сути, единственную горизонтальную поверхность в комнате, если не считать те две, к которым прижаты задницы агента Кеннеди и арестантки Ады Вонг, агент BSAA выкладывает из кармана еще и злаковый батончик с карамелизированным орехом и клюквой. Интересно, а если бы Леон попросил доставить сюда ужин на двоих, скажем из его любимого азиатского ресторанчика, ему бы и это организовали без возражений?

+2

6

Леон, пытающийся сохранять видимое спокойствие забавляет Аду, однако вслух она подобного не озвучивает, лишь наблюдает за ним исподлобья. Она вовсе не намеревалась портить его карьеру, ляпнула его фамилию чисто случайно, пытаясь найти пути отступления. В конце-концов, его имя из ее уст никак не дискредитировало Кеннеди, как агента - они встречались и не раз, об этом он явно не умалчивал, но вот насколько часто и близко наверняка не распространялся, прекрасно осознавая, что связь со шпионкой может стоить ему блистательной карьеры. Мальчик с развитым чувством долга и спасения всего и вся вокруг не смел бы себе подобного позволить.
Она отводит взгляд, изучая свое отражение в тусклом свете одинокой лампы, висящей над столом. Замечает залегшие синяки под глазами - следы бессонницы и усталости, что с лихвой давали понять, сколько времени просидела Вонг за дурацким столом в допросной. Косметика смазалась, тушь под глазами несколько осыпалась - привычный, идеальный образ рушился на глазах, превращался в жалкие осколки, сменяя излишнюю эффектность азиатки изнеможенностью. До прихода Леона Ада не задумывалась о времени и том, что устала - допрос пусть и не был суровым, но все же утомлял; стянутые металлическими кольцами руки ныли и саднили - в излишней злобе, агенты BSAA слишком крепко стянули наручники на ее тонких запястьях, из-за чего металл гадко терся о кости.
- Мы не раз сталкивались... при разных обстоятельствах. - расплывчато замечает женщина, старательно пытаясь не смотреть на сидящего перед ней блондина. - Странно было бы не вспомнить о тебе, когда я оказалась... здесь.
Неловко ерзает, легонько задевая его ногу кончиком своей туфли и в очередной раз недовольно дергает руками, в попытке ослабить давление холодного металла на свою кожу. Едва слышно выдыхает ругательство на китайском и все же переводит испытующий взгляд на Кеннеди, чуть склоняя голову набок. Он должен продолжать играть свою роль, не показывать излишнюю заинтересованность в плененной, но черт возьми, как же его бездействие злит! Руки затекли и ноют так, что даже нож из каблука туфли не выудить, да и толку от него против цепей будет мизерно, а угрожать Леону было бесполезно - знает же, что она вреда ему не причинит.
- Прага - очень красивый город, агент Кеннеди. Но не уверена, что вы хотите услышать от меня именно это. - холодно парирует Вонг, с вызовом глядя ему в глаза. Поджимает губы, в попытке скрыть зреющее раздражение и вновь откидывается на спинку стула, закидывая ногу на ногу, бережно устраивая израненные руки на своих коленях. Тихо фыркает, слыша его отказ и закатывает глаза. - Ты прекрасно справишься со мной, если я решу бежать, Леон. Прекрати этот глупый фарс. В этом... - она чуть приподнимает руки, демонстрируя покрасневшие запястья - Определенно нет смысла.
Он просит пойти ему навстречу, дать хоть какую-то зацепку, что позволит Кеннеди вытащить ее из лап BSAA, но Вонг медлит, бросая выразительный взгляд за его спину, на дверь, за которой раздавались странные звуки. Хмурится, мысленно прикидывая худшие из возможных вариантов - еще одно нападение мертвецов или плаги? - однако их импровизированное свидание прерывается явлением одного из агентов, что ставит на стол стаканчики из серого картона и словно от сердца оторвав, злаковый батончик с клюквой. Ада вопросительно смотрит на мужчину, впрочем переводя взгляд на Кеннеди и не сдержавшись, тихо смеется от абсурдности происходящей ситуации.
- Если это была попытка подката, то неудачная. - язвительно выдыхает азиатка, фокусируясь на Кеннеди. - Тройничок меня не прельщает, знаете ли. Мой мужчина... любовник... Если узнает, будет очень, очень зол.
Агент BSAA в легкой панике отшатывается, заслышав слова Ады, что взгляда от Леона не отстраняет, подаваясь чуть вперед. Вытягивает губки уточкой, подкладывая стянутые руки под подбородок и готовиться ляпнуть очередную похабность, лишь бы избавиться от ненужных людей в помещении, однако агент спешно удаляется, что-то пробормотав про срочные дела.
- У вас всегда варят помои вместо кофе? - скучающе интересуется брюнетка, возвращаясь в видимое спокойствие, вновь занимая привычное положение. - И не стоит обсуждать нашу связь, Леон. Иначе я так громко о ней заявлю, что пинком под зад вылетишь из правительства.
Усмехается, а в глазах чертики скачут; конечно же она и слова не скажет, но подразнить его было делом чести.
- Хочешь услышать хоть что-то? Тогда проверь такую зацепку... - постучав ноготками по столу, предлагает Вонг. - Советник Эндрюс связана с таинственной организацией, что нередко устраивает биотеррористические акты.

Отредактировано Ada Wong (22.07.22 15:44:16)

+2

7

В деталях она, разумеется, права. Это здание доверху набито специалистами в разных областях, в том числе и тех, где происходит полная ликвидация таких кадров как Ада Вонг. И, если бы в BSAA действительно хотели ее убрать, никакие бы потуги агента Кеннеди не могли исправить ситуацию, даже если бы он на кон поставил все, что у него имелось, включая собственную голову.
Кеннеди поджимает губы, поджимает лишь затем, чтобы дать себе последний шанс не разболтать всех методов, включая секретные, которыми пользуется BSAA для поимки преступников; если Вонг попробует сбежать ему нет нужды ее останавливать, он будет первым, кто поймает своим затылком пулю. Никто не хочет в этом участвовать. Он – то уж точно.
Кеннеди набирает в легкие побольше воздуха, в точности как перед долгим погружением под воду, держит в себе, мысленно считая до десяти. Невыносимая женщина, удивительно как он еще не умер от ее поцелуев, ведь у нее с языка непрерывно капает яд.
– Это его работа. – Примирительно говорит Кеннеди, подсознательно пытаясь защитить и себя и временного напарника. – И моя тоже. – Нужны ли уточнения, что речь идет вовсе не об организации тройничков в допросных комнатах? – Ты находишься в этой комнате больше двенадцати часов и наверняка проголодалась. – Кеннеди указывает взглядом на стаканчик с кофе и злаковый батончик. Он щурится в ожидании подробностей о «любовнике», ему критически не хватает ума сопоставить одни факты с другими и понять, что, произнося слово «любовник» Ада Вонг имеет в виду самого Кеннеди. К счастью, его тупость не так очевидна по внешней реакции самого агента, так что высмеять его конкретно по этому моменту не получится. Пока что.
— У вас всегда варят помои вместо кофе? — Интересуется Ада именно тогда, когда он делает небольшой глоток из своего стаканчика, настойчиво продолжая демонстрировать свою невозмутимость. Кеннеди максимально сосредотачивается на том, чтобы не выдать себя мимикой. Как она это делает? Этот кофе действительно очень гадкий. Он проводит рукой по краешку стола, чтобы отвлечь себя от желания сплюнуть горечь, налипшую на язык рядом со стулом, на котором сидит.
— Нет, конечно, — шумно сглотнув, глупо отшучивается он в ответ, сдвигая в сторону манжет рубашки, чтобы взглянуть на циферблат наручных часов, словно торопится закончить этот разговор и отправиться по своим другим, не менее важным делам. —Только по четвергам. — День недели упоминается неспроста, ведь это часть его провального стендап-выступления. — Вот тебе и совет на будущее, о том, что не следует попадаться BSAA по четвергам. — Он делает еще один глоток кофе.  Нет, определенно, это пойло все еще гадкое на вкус. Оно чуть было не льется у него на стул и бумаги, курсируя изо рта в нос, когда Вонг берется обсудить тему их личных отношений. Опять? Да, похоже опять. В адрес Кеннеди звучит уточнение насчет упомянутого «любовника» и настолько оно едкое и прямолинейное, что каждый его мускул в теле напрягается.
— Кто же тогда будет твоим рыцарем, спасающим тебя из лап BSAA? — Его сердце колотится так сильно, что кажется, оно сейчас выпрыгнет из его груди. Леон наверняка знает ответ на этот вопрос, потому что он скользит по ее губам от уголка к уголку, образуя собой подобие улыбки. Это ужасно и это несправедливо по отношению к нему. И еще эти эмоции, они абсолютно мешают ему думать.
— Можешь не отвечать без своего адвоката, —хмурится он и вроде как идет на уступки, хоть его об этом и не просил никто. — Каждое твое появление – огромный риск для меня … – он слегка щурится, чтобы как можно точнее процитировать слова Ады Вонг. – …пинком под зад вылететь из правительства. — иронизирует он. — Это отличный план. Ты ведь всегда мыслишь нестандартно и далеко наперед.
Черт, мне не нужны неприятности. Никому в этой комнате они не нужны.
Но, у него стало неплохо получаться ставить людей на место. Есть чем гордиться.
— Советник Эндрюс связана с таинственной организацией, что нередко устраивает биотеррористические акты.
Советник Эндрюс?
Кеннеди снова щелкает ручкой. Щелк-щелк. Ему знакома эта фамилия. Он изучал немало досье тех, кто имел прямой доступ и личные контакт с президентом Грэмом. И эта фамилия точно попадалась ему на глаза. Жаклин М. Эндрюс – профессор Массачусетского технологического института. Еще и пары месяцев не прошло с момента, как она получила свою новую должность советника президента по науке.
— Она работает на Амбреллу? — Зачем-то уточняет Кеннеди, пристально изучая взглядом лицо азиатки. Какой, однако глупый вопрос, ему ли не знать, что «таинственных организаций» в последнее время всплывает на поверхность столько, что рано или поздно они добьются своего и уничтожат человечество. Но в слава Ады Вонг все равно сложно поверить. Леон касается правой ладонью лица, ведет по глазам, прикрывая те. Если хоть что-то из этого правда, он в полной заднице.
— Господи боже, — негромко произносит он, прежде чем дверь в допросную снова под чьим-то давлением распахивается. Это Майкл Кейн и он, очевидно, все это время находился по ту сторону зеркала и слушал их.
— У тебя есть этому какие-то подтверждения, кроме собственных слов? — Кейн не церемонится и замирает у стола, за которым сидят друг напротив друга Кеннеди и Вонг.  Леон поднимает глаза на вошедшего.
— Разве не в этом заключается Ваша работа, агент Кейн? — Он поднимается из-за стола, протягивая руку в направлении Майкла, жестом требуя ключ от наручников. — Вы сами должны нарыть доказательства вины на советника Эндрюс. Мисс Вонг и так сильно рискует, назвав её имя, Вам. И Вы сами знаете почему. — Леон переводит взгляд с Кейна на сидящую за столом Аду. Кажется, он и правда вылетит пинком под зад из правительства.
— Нет, агент Кеннеди. —Возражение звучит едко, и Кейн демонстративно закрепляет собственные руки на пояса, чуть сдвигая полы расстёгнутого пиджака за спину. — В случае с мисс Вонг, мы следуем по собственному усмотрению, а не протоколу. И Вы сами знаете почему. — Одергивает Леона агент Кейн с напускной строгостью.
Как же ему сейчас хочется вмазать!
— Поступим следующим образом. — Кейн кивает кому-то за спиной Кеннеди, и в кабинет входит помощник Майкла Кейна с кейсом в руке. Кейс с эмблемой отдела разработок очень хорошо знаком Леону, он сам лично несколько раз получал такой, прежде чем выдвигаться на задания. Обычно в таких кейсах выдавались всякого рода примочки, позволяющие незаметно проникнуть в стан врага или выйти из него с минимальными потерями. В общем в таких чемоданчиках всегда что-то стоящее, крутые приспособления для крутых агентов BSAA.
В полной тишине они ждут, когда помощник прекратит возиться с кодовым замком на кейсе, расположив тот на столе. Внутри обнаруживается два браслета толщиной сантиметра в три, с непонятным индикатором по центру. Взяв один из них из кейса, и продемонстрировав его собравшимся, Кейн говорит:
— Новейшая разработка нашего отдела. Принцип работы достаточно прост. Браслеты работают синхронно. При увеличении дистанции скажем в один километр, индикатор, на который вы смотрите, загорается красным и издает долгий и резкий сигнал, после чего запускается таймер в три минуты, когда время выйдет, произойдет взрыв. Снять или отключить не выйдет.
Вся эта затея пахнет, как огромная и свежая куча дерьма, а на самой ее верхушке крутой и опасный девайс, который на себя наденет только безумец. Леон морщится.
— Господа, поймите меня правильно. Я вам не враг. — Кейн вынимает из кейса и второй браслет. — Мне лишь нужно, чтобы мисс Вонг предоставила нам доказательства вины советника Эндрюс, раньше, чем случится очередной биотеррористический акт.

+2

8

Атмосфера нервозности пропитывала допросную, но даже несмотря на это, Вонг продолжала казаться невозмутимой, рассматривая сидящего перед ней мужчину. Косится в сторону злакового батончика - безусловно, есть после 12 часов плена хотелось зверски, но проигрывать агентам BSAA и принимать столь жалкую подачку женщина не спешила. В конце-концов, чертов злаковый батончик только раззадорит аппетит и станет только хуже. Лучше бы Кеннеди забрал ее отсюда и отвел в ресторан, как полагается благовоспитанному мужчине, но что-то подсказывало азиатке, что сгустившиеся над ними двумя тучи предрекали что-то малоприятное.
- Проголодалась. - немногословно подтверждает его догадки Ада, отводя взгляд в сторону, вновь фокусируясь на лице Леона. - Но я бы предпочла съесть добротную порцию рамёна или самгёпсаля в приятной компании, нежели жевать этот подсохший батончик. И я терпеть не могу клюкву, фу!
По-детски складывает пухлые губы в уточку и едва слышно посвистывает, с недовольством дергая стянутыми руками, вновь вынуждая цепи жалобно звякнуть. Хмурится, заслышав его неудачную шутку про четверг и усмехается, косясь в сторону зеркала. Кеннеди всегда был плох в шутках, но его новые друзья, похоже, били все рекорды, на голову перепрыгивая на этом поприще правительственного агента.
- Спасибо, буду иметь ввиду. Хотя я бы предпочла вообще никому и никогда не попадаться. - фыркает она, замечая, как буквально на секунду меняется его лицо после глотка кофе. Понимает, что не прогадала в своих предположениям, но не высмеивает Леона, что решился попробовать эту бурду, ведь можно было считать, что Аду от мерзкого привкусе пережженного, горького кофе спас Кеннеди, геройски взявшийся попробовать напиток первым. За что, впрочем и поплатился.
Вопрос о рыцаре она игнорирует - агент и без ее жирнейших намеков понимал, что оставить шпионку без помощи для него будет смерти подобно. Слышит мелькнувшее в его голосе недовольство и чуть приподнимает четко очерченные брови в легком удивлении, поджимая губы. Он что, был недоволен тому, что Вонг в очередной раз пытается втянуть его в сомнительную авантюру?
- Знаю, но звать Редфилда было бы иррациональным, Леон. - невозмутимо парирует брюнетка, с видимым интересом рассматривая стянутые наручниками запястья. Да и разве бы Крис понял, на кой черт его к ноге зовет Ада Вонг? Упек бы за решетку или живьем во влажную землицу закатал, априори считая виноватой во всех неблагих делах. Нет, подобного женщина допустить никак не могла, слишком уж ей была дорога собственная шкура.
Озвученная ею фамилия эффекта взорвавшейся бомбы не производит - даже скучно; Ее виз-а-ви пытается уточнить причастность миссис Эндрюс к "Амбрелле" и Ада не может сдержать тихого, снисходительного смеха - мягкий, грудной, словно мурлыкание сытой кошки. Глупо было рассчитывать, что во всем была виновата корпорация с зонтиком на логотипе - в конце-концов, от детища Спенсера давно уже остались лишь воспоминания и то, что еще было принято называть "Амбреллой" являлось буквально полуживым мертвецом.
- Боже, ты что, вылез из 1998? "Амбреллы", в привычном смысле уже давно нет. Она превратилась в жалкую пыль, оставив после себя многочисленные дубли, растиражировавшись по миру. Тебе ли об этом не знать, агент Кеннеди?
Она никоим образом не пытается его задеть, но глупость, сказанная Леоном кажется Аде милой. Уж кто-то, но великий борец с биотерроризмом должен был знать о тайных подвижках корпорации, что за короткое время умудрилась вынудить правительство стереть с лица земли печально известный Раккун-Сити. С другой стороны, у них выбора особого и не было - остановить распространение полчищ мертвецов иным способом не представлялось возможным, как и вернуть к жизни усопших.
- Дерьмовая новость, правда? - невинно интересуется Вонг, переводя взгляд на ворвавшегося в допросную Майкла. Самодовольный сыч врывается в их диалог с грациозностью слона, пытается наседать, но Ада лишь недовольно фыркнув закатывает глаза, да отворачивается от мужчины, прижимая стянутые наручниками запястья к своей груди. Он игнорирует приказ Леона выдать наручники и ссылается на то, что со шпионами им разрешено делать все, на свое усмотрение и черт возьми, как же раздражает его довольна ухмылка.
К появлению его помощника Ада уже на ногах. Недовольно наблюдает за чемоданчиком, следит за передвижениями юнца - такими неуверенными и робкими, что решается на шантаж. Стоит ему подойти чуть ближе, еще немного и она сорвется, вынудит Кейна отпустить ее.
- Я похожа на дуру, что позволит нацепить на себя эту цацку, Кейн? - голос спокоен, поскольку Ада полностью сфокусирована на парне, что все ближе и ближе подходит к ней, вытаскивая из креплений импровизированную бомбу. - После вашей сиесты я собиралась отправиться домой, принять душ и съесть рамён. Агента Кеннеди в моих планах нет - сильно сомневаюсь, что он останется спать на придверном коврике.
Помощник Кейна подходит еще ближе и Вонг, подавшись вперед, заламывает его руку, вынуждая выронить браслет на пол, а затем, стукнув его по ноге упасть на колени. Большего она не делает, лишь поднимает невозмутимый взгляд на Майкла, чуть склоняя голову набок.
- За минуту неосмотрительности этого юноши, я могла сломать ему шею, но делать этого не стала. - фыркает она пренебрежительно, отталкивая юнца в сторону от себя. - И плевать мне было на то, выстрелишь ты в меня или нет, потому что выбирать мне приходится между смертью и смертью. Так что не пошел бы ты нахрен, Кейн и не стал бы выполнять свою работу самостоятельно?

Отредактировано Ada Wong (28.07.22 20:08:01)

+3

9

В шахматах это положение называется красиво – цейтнот. Один неверный шаг помощника Кейна, и он становится разменной монетой в этой партии. Леон дергается вперед, но замирает, едва заметив руку Майкла, преградившую ему путь, затем сурово сдвигает брови к переносице:
— Ада, не делай этого.
— Да-а, это я уже понял, — Кейн отвлекающим жестом ослабляет под выглаженным воротником своей рубашки стильный галстук. голос у Майкла сухой и холодный. Его безразличный взгляд скользит по помощнику, который позволил себя скрутить и, внутренний голос Кеннеди подсказывает ему, что Майкл Кейн вряд ли бы вмешался даже если бы Ада Вонг действительно планировала свернуть новичку шею, а не просто блефовала. Сопутствующие потери, так вроде? — Но, ты зря думаешь, что «пощадив» беднягу, — он кивает на собственного помощника, который, кажется, словил приступ паники. Взгляд Леона зачем-то скользит по темной брючине того, чтобы убедиться, что он не намочил штаны. — Смогла переиграть меня. — Слышится щелчок. Это один из браслетов сдавливает металлическим кольцом запястье Леона Кеннеди.
— Какого хрена, Кейн?! — Кеннеди пытается стряхнуть браслет, но это бесполезно. Его рука надежно зажата в железной хватке.
— Напомню, что ты первая решила поиграть в эту игру, Вонг. — Он поворачивает голову в направлении камеры, закрепленной в углу комнаты. Леон напряженно вслушивается в каждое произнесенное слово. — Агент Ханниган, активируйте протокол «беглец».
— Ты, блять, издеваешься? — Леон преграждает путь пытающемуся выйти из комнаты Майклу, хватая его за воротник обеими руками и отталкивая обратно в комнату. И именно в этот момент браслет на его руке загорается красным и издает долгий и резкий сигнал, точь-в-точь как по инструкции, которую вкратце пересказал им агент Кейн. Леон замирает, медленно сжимая пальцы руки, на которой надет браслет в кулак. — Ханниган! — Леон выкрикивает в сторону камеры так громко, что со стороны это похоже на оглушительный рев. — Отмени протокол! — Надежды на то, что она прислушается к нему очень мало, в конце концов не он ее прямой руководитель и не ему отдавать приказы, которым она будет следовать.
— У вас три минуты. — Кейн делает все ради того, чтобы нажить себе двух новых врагов —холодно, но торжествующе улыбается, а затем кладет на стол второй браслет и рядом ключ от наручников, в которые закована шпионка. — Браслет влагоустойчив и почти не ощущается на руке, так что и душ принять, и рамен съесть ты сможешь даже надев его, Ада. 
Кейн отступает от стола, демонстрируя всем собравшимся свои белые ладони, выставляя те на уровни своей груди.
— Я лишь делаю свою работу.
— Хреново делаешь, — огрызается Кеннеди, когда Кейн проходит мимо него. — Твои методы – полный отстой.
— Зато они работают, — Кейн замедляет шаг, поравнявшись с блондином, склоняется чуть ближе, почти шепча, — дверь запирать не буду. — Их взгляды встречаются — Скажешь об этом ей сам?
— Пошел ты, Майкл Кейн.
Второй раз Леон не препятствует агентам BSAA, когда те собираются выйти за дверь. Кеннеди снова переводит взгляд своих голубых глаз на подмигивающую красным огоньком камеру в углу комнаты, но молчит. Даже если по ту сторону его слышат, приказ Кейна никто не захочет нарушить. Они все здесь своего рода заложники.
— Обязательно было выкручивать руку мальцу? — За неимением других целей, на которые можно было выплеснуть свой гнев, Леон переводит взгляд на Аду Вонг. Это из-за нее он оказался здесь. — В стенах этого здания, — он обводит комнату взглядом, возвращая взгляд к Вонг, — нужно уметь договариваться, а не доминировать.
Господи.
Он приподнимает руку на уровень глаз, разглядывая впивающийся в запястье браслет. Не подкопаться, почти литой, без единой выемки, в которую можно было бы всунуть скрепку и закоротить. Новейшие разработки IT – отдела он еще с помощью скрепок не вскрывал.
Боже.
Так и уверовать недолго.
— Я бы нашел способ вытащить тебя отсюда. — Не стоило ему вообще соглашаться на эту авантюру Кеннеди делает глубокий вдох и смотрит прямо перед собой, сквозь азиатку.  — Возможно он, как и ты, блефует? Вонг должно быть виднее блеф ли это в исполнении Кейна или нет, в конце концов она специалист по замыливанию глаз и притворству. Он почти подпрыгивает на месте, когда браслет на его руке мощно вибрирует и снова издает протяжный сигнал. Осталось меньше минуты на принятие решения.
— Ада, — произносит Кеннеди сквозь сжатые зубы чуть более резко, чем хотелось бы. — Не соглашайся на это ради меня. — Секундная заминка, чтобы вдохнуть поглубже. Их счастливое будущее видится Леону разбитым на кусочки. — Но сделай это если хочешь спасти себя.
Он медленно оборачивается и смотрит на дверь, лишь предполагая, что и Вонг делает тоже самое за его спиной.
— Дверь не заперта. Ты еще можешь уйти.
10…
9…
8…
7…
6…

Вдох поглубже.
…5
…4
…3

+2

10

Блефует ли Ада Вонг, когда обещает убить неразумного юнца, подошедшего слишком близко к недовольной шпионке? Безусловно - пачкать свои руки лишь для того, чтобы выбраться из допросной было глупо и неосмотрительно, но женщина искренне надеялась, что Кейн проглотит заброшенную наживу и пойдет на попятную. Вот только она никак не ожидает, что Майкл, сделав финт ушами закрепит один из браслетов на руке Кеннеди и поспешит удалится, вновь озвучив свои требования.
Она устало закрывает глаза - сказывались часы, проведенные в ожидании, отсутствие сна и усталость. Ругань мужчин и раздражение Леона превращалось в сплошной белый шум, на который Вонг старательно пыталась не обращать внимания, опираясь ладонями о стол. Шумно выдыхает, дернув головой, в жалкой попытке выкинуть омерзительный писк браслета из своей головы и понимает, что ей не помешало бы выпить обезболивающее - виски предательски сдавило мерзким ощущением, вынуждая женщину тихонько фыркнуть.
Когда она открывает глаза, в комнате почти безлюдно - на столе лежит ключ и браслет, а Кеннеди, пусть и пытается сдерживать свое раздражение, все же выговаривает Аде все, что думает о произошедшей ситуации.
- Так забавно. - хрипло замечает брюнетка, едва он замолкает. - Во мгновение ока из друга президента и его верного охранника ты стал глупой, разменной монетой в руках Кейна. Неужели ты не подпортишь ему карьеру после подобного финта?
Тихо смеется, неловко подцепляя ключ пальцами и провозившись около двадцати секунд высвобождает себя из плена металлических наручей, с наслаждением растирая саднящую, покрасневшую кожу. Сдавленно зевает, прикрывая рот запястьем и лениво разминает шею, наконец-то фокусируя свой взгляд на Кеннеди, что в легкой панике оглядывал допросную, прикидывая пути к отступлению. Приятного действительно было мало - маленькая бомба, надежно спрятанная в браслете грозилась оторвать мужчине руку, а то и еще что покрупнее.
- Безусловно. А что еще делать, если доминирую постоянно и везде только я? - маленькая шпилька в его адрес уязвляет не меньше выразительного взгляда, брошенного Леону. Она бы с радостью сбежала - в конце-концов, разве они бы посмели причинить вред Кеннеди? - но маленький червячок сомнения, в лице Кейна вынуждает ее медлить, рассматривая лежащий на столе браслет, взвешивая все "за" и "против".
Она не намерена сотрудничать с ними - это совершенно точно, но что, если нацепив дурацкую цацку она выиграет время для Леона, что найдет способ избавиться от новейших наработок BSAA? Что, если наступив на горло своим амбициям и желаниям она обеспечит им грандиозное отступление? Не станет язвить, пытаться удушить Кейна (а последнее, признаться честно, было ой как непросто!) и перечить Кеннеди, что вновь спешит выдернуть ее из размышлений своими "если бы да кабы".
- Не нашел бы. - флегматично парирует она, бросая беглый взгляд на загоревшийся красным браслет, что в очередной раз подавал признаки жизни, отсчитывая отведенные им три минуты. Безбожно мало для того, чтобы Вонг по-настоящему могла взвесить каждый свой шаг, прикинуть, чем он обернется. Но видеть Леона подавленным - было выше ее сил, пусть даже Ада никогда в этом вслух не признается. Он был предан - предан чертовой структурой, в которой варился последние годы, которой безропотно служил, защищая Америку. Хваленой благодарности за это, черт возьми, ему не следует.
За пять секунд до конца отведенного времени браслет защелкивается на тонком запястье женщины, больно врезаясь в воспаленную кожу - она сдавленно шипит, до крови прикусывая губу и спешно направляется к выходу, стараясь не смотреть на Кеннеди.
- Забери мое оружие. Я буду на улице. Мне нужен душ, рамён и сон. - бросает она ему и направляется прочь с этажа, потирая больное запястье. Вдыхать теплый, свежий воздух после двенадцати часов взаперти невероятно приятно - она прислоняется к стене здания, шумно вздыхая и устало потирает лицо ладонями, чуть похлопав себя по щекам, пытаясь бороться с сонливостью.
Ночь, вероятно, грозила быть длинной.

+2

11

Кеннеди оборачивается только когда слышит позади тихий щелчок – дверь закрылась. Он медленно переводит взгляд на стол, где лежал второй браслет, чтобы убедиться, что все происходящее ему не почудилось. Браслета на столе нет. Его взгляд медленно опускается на собственную руку, небольшой индикатор больше не горит красным цветом, согласно стандартам и тупому клишированию, он зеленый. Как и должно быть.
— Она и правда это сделала, — бормочет он себе под нос, а затем устало трет пальцами переносицу. От напряжения мозг работает с трудом, единственное, что вспоминается легко – взгляд Ады Вонг, она довольно красноречиво дала понять, что не верит в Леона и его методы по спасению.
Его мышцы все еще немного напряжены, когда он покидает допросную комнату, рывком распахивая перед собой дверь. По ту сторону в большем пространстве всего лишь на мгновение замирает весь остальной мир – все, кто работает на BSAA, будто бы нарочно поворачивают головы в одном направлении – его направлении.
— Вот дерьмо, — тихо шепчет Леон, чувствуя их взгляды на себе. Несколько мгновений он стоит неподвижно, пытаясь вспомнить слова Ады перед уходом, было что-то про рамён и сон. Его челюсть резко сжимается, когда в паре шагов от него, намечается движение. Кейн. Никак не отвяжется.
— А я ведь знал, что это сработает. — Он доволен собой – это хорошо слышно в интонации с какой он произносит свою фразу. Раздражение Леона резким выпадом кулака в направлении Майкла Кейна, верно выходит наружу, а внешняя растерянность оказывается искусным обманом.
— А вот это ты предвидел, Кейн?! — Он рвется вперед, выгибаясь, пока его сдерживают вовремя подоспевшие коллеги. Со стороны Майкла тоже появляются люди – живой щит, заботливо протягивающий в направлении гребанного мудака салфетки, чтобы у него была возможность унять кровь, хлыщущую из его разбитого носа. Он довольно скалится в ответ, и демонстрирует Леону залитые кровью виниры, благодаря которым его улыбка такая потрясающая и такая голливудская. — Давай, Кейн, покажи миру свое настоящее лицо! Покажи всем, кто ты есть на самом деле! — Не унимается Леон, натыкаясь на сопротивление чужих рук и еще больше заводясь от того, как гадко в его адрес ухмыляется Майкл.
— Все, хватит. Прекратите, вы! Оба! — Ханниган втиснувшись в узкое пространство между двумя мужиками, которых разнимает весь отдел, напоминает собой Моисея, заставившего воды красного моря расступиться перед еврейским народом. Тяжкий крест – стоять между двумя вспыльчивыми быками с самыми разными характерами. Смерив ее взглядом с головы до ног, Леон отступает, зло стряхивая с себя чужие руки и расталкивая перед собой собравшихся зевак.
Ингрид Ханниган нагоняет его уже у самого лифта, когда Леон яростно вдавливает кнопку вызова в панель. Едва заслышав стук ее каблуков, оглянувшись мимолетно через плечо, Кеннеди отрицательно качает головой, сразу отклоняя любую ее просьбу, даже если та окажется здравомыслящей.
— Леон, успокойся. — решительно пытается вразумить его Ханниган.
— Даже обсуждать это не хочу, — Леон снова давит на кнопку вызова лифта, нервно поглядывая на электронное табло над дверьми, где отображается этаж, на котором остановилась лифтовая кабина. — Поверить не могу, что ты поддержала его затею. — Он довольно резко разворачивается лицом к девушке, заставляя ту отпрянуть. Сердце отчаянно бьется в ушах. — Майкл Кейн – отъявленный мерзавец!
— А еще он мой начальник, — взгляд Ингрид становится каким-то совершенно отрешенным.
Кеннеди мрачно смотрит на Ханнигана и долго молчит, но когда с тихим звоном перед ним расходятся створки лифта, и он делает шаг внутрь кабины, а затем разворачивается лицом к Ханниган, не спешащей войти следом, он устало произносит:
— Надеюсь ненадолго. — И медленно ведет ладонью [той самой руки, на которую надет браслет] из стороны в сторону, прощаясь. Опомнившись на последних секундах, прежде чем створки лифта сомкнутся, и кабина начнет спуск, девушка протягивает в сторону Кеннеди бланк с печатью.
— Тебе это понадобится, чтобы забрать изъятые у мисс Вонг вещи.

●●●

Офицер, работающий с вещдоками и являющийся хранителем вещей, изъятых при аресте, почувствовав взгляд Кеннеди на себе, поднял голову. В области груди на нашивке значилась фамилия Майерс. Все время, что он тут был один [а это большая часть] он быстро переворачивал страницы местной газеты, словно надеясь найти на ее страницах что-то определенное. Все его движения ленивы и расчетливы, словно у робота. Майерс долго вчитывается в бланк, который ему вручает Леон, затем смотрит на суровое лицо агента и снова на бланк. Затем вздыхает, и неспешно развернувшись, вышагивает в направлении стеллажей позади себя. Там он невыносимо долго копается в ящиках и вскоре, наконец, сунув один из полупрозрачных пакетов под свою вспотевшую подмышку, направляется к столу выдачи. Выглядит он так, словно у него вот-вот закончится заряд. Леон уже грешным делом думает о том, что нужно было сбегать за пончиками в столовую и приманивать этого парня пережаренными куском теста, вываленного в сахарной пудре, чтобы дело сдвинулось с мертвой точке как можно скорее.
— Распишитесь. — Вздох. В сторону Кеннеди в узкое отверстие пролезает пластиковый планшет, к которому крепится лист. Выхватив из крепления у окна ручку, Леон ставит на листе размашистую подпись. — И здесь. — Вздох. Планшет заползает обратно в отверстие, а на его место кладется другой, с другим бланком. Процедура повторяется. Офицер Майерс заставляет поставить Кеннеди около пяти подписей, прежде чем им удается обменять бланк на пакет с вещами. И наконец-то Леон покидает комнату с вещдоками, торопливым шагом направляясь на выход из здания.

♥♥♥

— Вот, — Первым дело он вручает пакет Вонг, едва только обнаружив ее и сократив дистанцию между собой и ней максимально, едва ли не подбородком задевая ее макушку. — Твои вещи. — Уточняет он, хотя это вовсе и необязательно, ведь на пакете крепится небольшая бирка, заполненная от руки, где значится все начиная с имени владельца у которого изъяли вещи и заканчивая списком того, что сложено в этот пакет.
Его мотоцикл припаркован на пустой стоянке для сотрудников в его сторону он и совершает кивок головы, едва пересекаясь взглядом с Адой.
— Планов брать пассажира не было, так что один из нас поедет без шлема. — Он роется в кармане своей кожаной куртки, вынимая новенький и навороченный смартфон. — Могу вызвать тебе такси, если хочешь.
Им придется справляться своими силами, потому что Кеннеди хорошенько вмазал Кейну напоследок, а значит никаких шикарных номеров в стильных и уютных отелях Вашингтона, мисс Вонг не светит. Максимум – холостяцкая квартира Леона С. Кеннеди, но о таких деталях он предпочитает умолчать.
— Сделаю заказ на рамён и гедза с говядиной и перечным соусом, — бормочет он, уставившись в экран своего смартфона и накидывая в корзину одно блюдо за другим, пока они направляются к мотоциклу на пустой стоянке.

+2

12

Hwa Sa - I'm a 빛
Оставалось надеяться, что лимит проблем, обрушившихся на Аду Вонг ограничится знакомством с агентом Кейном, хотя, признаться честно, она предпочла бы влезть в хорошую заварушку, а не быть разменной монетой между двух мужчин, оказываясь по итогу с браслетом, что в любой миг грозил взорваться. Конечно, стоило взбунтоваться и просто-напросто уйти после подобной выходки Майкла, но разве женщина могла оставить Кеннеди в беде, учитывая, что сама и затащила его в эту глупейшую игру? Нет, но теперь приходилось расхлебывать гору проблем, возникшую из-за ее сентиментальности и чувств к Леону.
- Спасибо. - он вырывает ее из задумчивости, прибегая с пакетом вещей. Оказывается слишком близко, однако Ада не отстраняется, невозмутимо капается в своих вещах, проверяя, не потерялось ли что в обширных камерах хранений организации. Спешно вынимает оружие и многочисленные ремни-сумки и, не сильно комплексуя начинает надевать их на себя прямо на глазах Кеннеди: кобуру к бедру пристегивает, бережно прячет за краем юбки пистолет и нож; вешает напоясную сумку, бегло проверяя ее содержимое и наконец-то поднимает глаза на блондина, что старается быть невозмутимым, несмотря на маленькое представление, устроенное шпионкой.
- Я, конечно, не против удобств, но ты кажется забываешь... - она чуть приподнимает бледную руку, на которой красовался мигающий зеленым огоньком браслет. - что если мы слишком удалимся друг от друга, головы мы лишимся.
Ехать на мотоцикле в юбке - такое себе развлечение, но сейчас Вонг готова на любое безрассудство. Она слишком устала, была голодна и хотела как можно быстрее привести себя в порядок, что была согласна оказаться даже в самом дешевом и вонючем мотеле Вашингтона, но что-то подсказывало женщине, что Кеннеди скорее всего повезет ее в свою холостяцкую квартиру. Не лучший вариант, где бы хотела оказаться Ада (почему не Багамы или Мальдивы, черт возьми?), но капризничать шпионка не собиралась.
- Сяду сзади. - чуть дернув плечом произносит брюнетка, нервно касаясь подаренного Кейном украшения, чуть поморщившись. Она может сколько угодно делать вид, что все прекрасно, но отрицать того, что чертов браслет причинял ей боль, врезаясь в тонкую, воспаленную после наручников кожу не могла; вот только Леону этого знать не обязательно - в конце-концов, что он сможет предпринять, чтобы ослабить давление обруча на ее запястье?
- Бери Шою Рамён, тогда его хватит на нас двоих. - бегло глянув на экран его телефона произносит Вонг, медленно направляясь за Леоном. Забирается на мотоцикл, устраиваясь позади него и фыркает на предложение надеть на себя шлем - беспокоиться о прическе сейчас было бы глупо, равно как и бояться, что Кеннеди не справиться с управлением, отправляясь домой. Нападать на них тем более никто не собирался - максимально глупая задумка, учитывая близость большого скопления правительственных агентов на квадратный метр возле здания.
- А знаешь, что означает предложение "поесть рамён" в Корее? - невозмутимо интересуется Ада, мягко обхватывая бедра мужчины своими коленями, неторопливо обвив его талию тонкими руками. - Таким образом, девушки предлагают своему партнеру остаться на ночь.
Положение не позволяет рассмотреть наверняка вспыхнувший румянец на щеках мальчика-зайчика Леона, однако ощущение его напряжения вынуждает азиатку тихо рассмеяться, плотнее прижавшись к нему, устало прикрывая глаза.

●●●

Добираются они быстро - за окном потихоньку начинает светать, но даже это не удерживает Вонг от короткого зевка, пока она проходит внутрь холостяцкой квартиры. Видит пуфик, стоящий у стены и недолго думая падает на него, устало прижимаясь виском к стене, прикрывая глаза.
- Пара минут и я в норме. - сонно бубнит женщина, сдавленно продолжая зевать, устало вытянув ноги. - Я просто чуточку подремлю, помоюсь, поем и посплю, ладно?
Тихо фыркает от недовольства, разминая затекшие плечи и продолжает:
- Этот идиот мурыжил меня пятнадцать часов к ряду и даже не подумал принести нормального кофе и обеда. К слову, тебе не стоило его бить.. - она была прозорлива и не глупа, подметив чужую кровь на костяшках его пальцев. - Я хотела вернуться и свернуть ему шею, чтобы больше не смел пытаться кем-то манипулировать.

+3

13

Удобства. Леон хмыкает.
— Иногда ты противоречишь самой себе, — его взгляд замирает на прелестных женских ножках и поднимается выше по одернутой до приличной длины [но все равно недостаточной на его взгляд] юбке. — Я все еще помню то красное платье, в котором ты явилась в испанскую деревушку. Смелый вырез на бедре, декольте, вышивка по краю, а главное цвет…— Кеннеди качает головой, припоминая едва ли не каждую деталь въевшегося в его память наряда. Производить впечатление Ада Вонг умела. Он смеется, но вслух ей, разумеется, никогда не признается в том, что, тогда залюбовавшись видами, чуть штаны не потерял.
Замерев у мотоцикла, он некоторое время наблюдает затем, как его женщина в крайне неудобной на вид юбке, перекидывает ногу через мотоцикл, ерзает по сидению в поисках хоть каких-нибудь удобств. В последний момент, чтобы не спалиться, он снова переводит взгляд на экран мобильного и закидывает в корзину Шою Рамён, как того хочет Вонг. Отказать ей выше его сил, точно заколдованный злой ведьмой, с глупой ухмылкой приклеившейся к его губам, он делает абсолютно все, о чем бы она его не попросила. Убирая телефон во внутренний карман своей кожаной куртки, он изучал ее усталое лицо взглядом и в какой-то момент, лишь на доли секунд, могло бы показаться, что его взгляд блуждает по ее губам.
Как джентльмен Кеннеди предлагает ей надеть шлем, но Ада отказывается, и ему не остается ничего, кроме как надеть его самому. Взявшись одной рукой за ручку руля, он оседлал мотоцикл, а затем удерживая руль уже двумя руками, подтолкнул тот вперед, снимая с подставки точно на колеса. Легким нажатием большим пальцем правой руки он запустил двигатель и наконец-то повернул ключ зажигания.  Все было привычно, за исключением одной детали – и деталью этой была Ада Вонг, чьи руки, подобно лианам обвились вокруг его талии, едва он устроился поудобнее на мотоцикле. Он опустил тонированный визор на глаза, лишь на мгновение представив себя рыцарем, спасающим свою даму из лап гнусного чудовища и этого вполне хватило, чтобы почувствовать себя немного лучше.  Слова шпионки о рамёне и Корее заставляют его немного напрячься и вдохнуть поглубже, не смотря на толщину надетого на его голову шлема, он прекрасно расслышал каждое произнесенное ею слово. Его бормотание заглушает все тот же шлем и некоторая неловкость, которую он испытывает:
— Я всегда думал, что ты из Китая.

●●●

Ди-Си особенно прекрасен ранним утром, когда люди не наполняют его улицы толпами, выгуливая четвероногих питомцев и не торопясь на работу или по другим не менее важным делам. Они проносятся на запредельной скорости мимо национального музея естественной истории при Смитсоновском институте и мчатся вперед по констинтьюшен – авеню до поворота на 14-ю стрит, устремляющуюся на северо-запад, параллельно президентскому парку.  Квартира, отданная ему в пользование все там же, где была и в прошлый раз – за парком Франклин. Его апартаменты едва ли стали лучше после последнего визита Ады, но кое-какие обновления все же случились, взять хоть бы пуфик у двери, на который она присаживается, едва ли только входит в квартиру.
Некоторое время Кеннеди борется сам с собой, размышляя над тем, чтобы помочь гостье перебраться на кровать, проще говоря – перенести её туда, пока она не особо желает двигаться самостоятельно.
— Мы едва ли куда-то торопимся, — Леон кладет шлем, который держит в руке на тумбу и кидает связку ключей рядом. В его кармане вибрирует телефон и он, вынув его, некоторое время тупо пялится в экран. — Доставка. Курьер уже будет через пару минут. — Едва он только это произносит, как в дверь звонят. Кеннеди принимает заказ – два бумажных пакета из рук сонного курьера и поблагодарив того за скорую доставку, закрывает дверь.  Никогда прежде он не заказывал за раз столько еды. Он даже не уверен, что все это поместится в его холодильник.
— Может это и не такая уж и плохая идея, — чуть щурясь отзывается он, когда речь заходит о том, что было бы неплохо свернуть шею Майклу Кейну. Он раскрывает оба пакета, водрузив их на стол и вынимает контейнер, а за ним еще один и еще. На самом дне бумажного пакета обнаруживается подарок от заведения – брелок в виде сердца. Сначала это заставляет Кеннеди нахмуриться, затем хмыкнуть. Что ж, спасибо, что не кольцо. Он оборачивается в направлении затихшей Вонг, собираясь ей вручить безделушку, но понимает одну простую истину – уставшая шпионка задремала в неудобной позе, даже на сантиметр, не сдвинувшись с пуфика.
— Все в порядке, — его голос чуть вибрирует в груди, когда ему удается аккуратно подхватить тело Ады Вонг на руки, медленно перемещаясь с ней в сторону единственной в этой квартире кровати. — Держу тебя, — он вздыхает негромко, — и себя, в руках.

+2

14

Рамëн доставляют слишком быстро - Ада едва ли успевает заметить, как в руках Леона появляется пакет из доставки, заставленный снедью и сдавленно зевает, прижимаясь макушкой к стенке. Как бы она не пыталась казаться крепкой, несломленной, глупо было отрицать, что прошедшие сутки не были утомительными. И пусть даже изначально Вонг пыталась не признавать в открытую своё желание поспать, слабость в организме и сонливость сделали своё дело, погружая женщину в беспокойную дрëму.
Последнее, что она помнила - его тихий, убаюкивающий, словно ребёнка, голос и крепкие руки. Должно быть, Кеннеди не выдержал сонливого вида шпионки и искренне посчитал, что ближайшие пару часов ей стоит провести в постели.
- Я не кореянка, просто так про рамëн сказала... - слабо бубнит она, припомнив его слова о происхождении, прежде чем засыпает окончательно.
***
Яркие лучи солнца, что настойчиво пытаются пробиваться сквозь плотные тучи беспокоят её хрупкий сон, вынуждая с недовольным ворчанием отвернуться от окна, плотнее закутываясь в одеяло. Просыпаться совсем не хотелось - она всё ещё остро ощущала недостаток сна, который коррелировал с неудобством от врезавшихся в бедро креплений и ремней - вероятно, Леон посчитал себя не в праве избавлять женщину от лишней одежды и оружия.
Она лениво потягивается, замечая перед глазами браслет и достаточно быстро восстанавливает события прошедшей ночи. Кожа выглядела куда лучше - во всяком случае, браслет не ощущался тяжёлой ношей, но расстройства женщине прибавил,  что будучи не в самом лучшем расположении духа всё же соскальзывает прочь с кровати, сиротливо оставив валятся посреди ложа своё оружие и маленькую, набедренную сумку.
Первым в плане значится душ - она ведёт себя слишком по-хозяйски, когда выдергивает из шкафа первую попавшуюся футболку Кеннеди, что должна была быть ей по колено, но не сильно беспокоится об этом, невозмутимо направляясь в ванную комнату. Леон по пути встречен не был - быть может, отлучился по делам или ковырялся где-нибудь на кухне, ожидая пробуждения шпионки.
Одежду она не перебирает - скидывает всё в стиральную машину, запуская быстрый цикл и с наслаждением юркает под тугие струи воды, наконец-то позволяя напряжённым мышцам расслабиться; сдавленно зевает, лениво намыливая тело его гелем для душа - право слово, мог бы запастись чём-то с более нейтральным запахом. - и попутно, невзначай, пытается стянуть браслет с узкого запястья, пользуясь возможностью. Чёртово украшение с места не сдвигается, вынуждая Аду недовольно цокнуть языком и спешно приведя себя в порядок выбраться из-под душа, натягивая на обнажённое тело чужую футболку.  Беспокоится о том, как отреагирует Леон на её внешний вид не приходилось - в конце-концов, агент был готов к различным выходкам Вонг.
- Нужно позавтракать - бубнит она себе под нос, выпархивая из ванной комнаты, решительно направляясь на кухню, в глубокой задумчивости обозревая стоящие на столе лотки с едой. Чуть поколебавшись, разворачивается к холодильнику и деловито начинает изучать его содержимое, не сразу услышав деликатный кашель позади себя. Инстинктивно одергивает футболку, стремясь прикрыть обнажённые бёдра и оглядывается, бросая беглый взгляд на появившегося позади неё Леона.
- Доброе утро. Позавтракаем? - спрашивает Вонг, теряя интерес к содержимому холодильника, отстраняясь от него. - У тебя есть кофе?

+1

15

Леон еще некоторое время смотрит на спящую в его постели Аду Вонг и размышляет на тему того имеет ли он право её раздеть, раз уж она в ней оказалась не в первый раз. Вздыхает, когда она ворочается, меняя позу, и идет к шкафу, чтобы вынуть из того плед. Именно пледом он и накрывает девушку, прежде чем выйти из комнаты и с самым героическим выражением лица, на которое в принципе способен, прилечь на диван. Леон долго лежит, глядя в потолок и желая оказаться в этот момент где-то в другом месте, ну или хотя бы не в столь глупом положении в каком прибывает сейчас. Сон не идет.
— Да чтоб тебя, — ворчит Кеннеди со спины переворачиваясь на бок, и зарываясь носом в диванную подушку, которая ни разу неудобнее той, что досталась шпионке. Леон нехотя, но все же в раздраженном рывке поднимается с дивана и, направляется в сторону кухонной зоны, где оставлена была заказанная для них двоих еда. Гедза с говядиной еще горячие. Кеннеди задумчиво перекладывает несколько штук из контейнера в тарелку и отправляет один в рот. Неплохо, весьма неплохо. Из-за неплотно задернутых штор в гостиной уже светло, но мысли его заняты немного другим – он думает о том, что никогда прежде не ел жаренные пельмени в перечном соусе в такую рань.

♥♥♥

Он задумчиво чешет репу, когда в шкафчике не оказывается кофе. Это не вписывается в его план. Как и отсутствие тостового хлеба. Кеннеди почти уверен в том, что завтракать холодным шою рамён очаровательная шпионка не будет. Он скребет пятерней блондинистый затылок и бросает быстрый взгляд на часы. Если бы он хотя бы примерно представлял сколько ей нужно на сон, то сказал бы, что она проснется в ближайшие два и еще минут сорок потратит на душ, и не то, чтобы бы он хорошо знает ее привычки, всего дважды найдя повод переночевать с ней под одной крышей, просто он бы именно так и поступил.
На углы дома есть небольшой магазинчик и кофейня. Он довольно хмыкает и направляется к двери, и лишь спустя пять минут и два лестничных пролета, которые преодолевает, вспоминает про браслет.
Вот черт!
Кеннеди замирает и цепким взглядом изучает тот. Из плюсов – он почти привык и едва ли ощущает браслет на собственном запястье. Из минусов – он совершенно не уверен, что эта штуковина не сработает, пока она дойдёт до магазина и вернется обратно. Его рука ныряет в карман и выуживает из того телефон.
— Ханниган, — он все еще немного зол на неё, но выбора сейчас нет, — вы отслеживаете наше перемещение? Отлично. Мне нужно, чтобы ты немного помогла мне. Нет, ничего глупого я не задумал.
Он шагает вдоль дома до самого магазинчика на углу.
— Сколько еще могу я сделать шагов? — Взгляд голубых глаз сосредоточен на вывеске кофейни через дорогу. — Не больше десяти? Черт. — Его губы шевелятся, пока он считает сколько шагов делает какой-то ребенок в желтом дождевике по пешеходному переходу. Выходит, больше десяти. — Придется пить растворимый. — Усмехается он, делая еще несколько шагов по ступенькам вверх и входит в магазинчик. Приходится держаться ближе к прилавку, что выглядит несколько нелепо и подозрительно для продавца, который не сводит с Кеннеди пристального взгляда.
— Проблема, Леон. — Голос взволнованной Ханниган доносится из трубки, прижатой к его уху. — Предполагаю, что мисс Вонг проснулась и теперь движется, это не позволяет мне точно определить то количество шагов, которое тебе еще можно сделать. Бери чертов кофе и возвращайся в квартиру.
— Еще апельсиновый джем, пожалуйста. — Кеннеди кладет на прилавок пластиковую карту и ждет, когда рядом появится бумажный пакет с купленными продуктами. Он буквально заигрывает со смертью.

♥♥♥

Что за прекрасный вид. Его взгляд скользит по обнаженным женским ногам до самого края футболки. Его футболки.
— Как раз занимался этим вопросом. — Бормочет он, через силу отводя взгляд в сторону. — Освоилась? — Легкий кивок головой в сторону ванной, где слышно, как работает стиральная машина, потом еще один в сторону знакомой футболки. — В шкафу ... гм... и штаны были.
Кажется, она не обратила внимания на его слова, даже бровью не повела.
Кеннеди обреченно вздыхает. Это похоже на очередную игру в кошки – мышки и он в ней, увы, не в роли кошки.
— Тосты ешь с джемом или с ... кхм… мягким сыром? — Он вынимает из пакета, в котором ковыряется, баночку апельсинового джема и упаковку тостового хлеба, затем банку с растворимым кофе.  Взгляд снова медленно от этикетки на банке, которую он очень внимательно изучает, к краю футболки, он и не сразу соображает, что Ада Вонг, заметив его взгляд, приближается к нему. Сейчас бы без резких движений. Ч п о к. Это слетает крышка с банки с джемом, что оказывается в руках Леона.
— Попробуешь? — Шумно сглатывая, он наклоняет баночку в ее сторону, но чайную ложку не предлагает отчего-то. Происходящее все больше напоминает ему сцену из фильма, которая так запомнилась многим и теперь на слуху едва ли не у каждого. Вот только в его кухне не Шерон Стоун, а сам он не Майкл Дуглас и вроде как сейчас они не в допросной комнате.

+1

16

Сколько бы времени не прошло с их знакомства, Ада Вонг все равно считала Леона юнцом-полицейским, что в первый же свой рабочий день попал в оживший хаос. Право слово - каждая их встреча буквально сквозила неловкостью с его стороны, в то время как азиатка, напротив, ощущала себя слишком уверенно и спокойно. Она соврет, если скажет, что не догадывается о чувствах с его стороны, но сама прямо никогда не озвучит, что они могли бы быть взаимными - слишком уж было быстротечным время и все вокруг постоянно менялось. Они жили в то время, когда люди не боялись воевать друг с другом не без помощи извращенных орудий и так уж вышло, что шпионка не раз подобному потакала.
Сколько себя помнила Ада, она всегда была вне закона. Ходила по грани, добиваясь желаемого, хотя нередко поступалась приказами, выворачивая происходящее в свою пользу. Она давно уже должна была убить Кеннеди - еще в Раккуне, а потом и в Испании, но он все еще здесь, рядом. Смотрит на нее с абсолютно глупым выражением лица, чуть приоткрыв рот от ее слабо прикрытой наготы, да чувствует себя далеко не в своей тарелке, предлагая ей, видимо пальцами, есть апельсиновый джем.
- Ненавижу апельсиновый джем. - фыркает Вонг, впрочем пододвигая к себе банку с кофе. Озирается в поисках чистой чашки, что находится в первом попавшемся шкафу и щелкнув кнопкой электрического чайника с величайшим сосредоточением на лице ссыпает в чашку две чайные ложки растворимого напитка. Оставалось надеяться, что впопыхах Кеннеди не забыл про молоко и оно тихо-мирно покоилось на полупустых полках холодильника и просто осталось незамеченным острым взглядом азиатской шпионки. - Сыр можно. И.. неужели ты съел все гёдза?
Праздный интерес, подкрепленный, впрочем, желанием полакомиться одним из любимых блюд. Рамён в холодном виде Ада есть конечно же не собиралась - лапша подобного испытания, обычно, не выдерживала и превращалась в огромный, липкий и склизкий ком, а вот пельмени, да еще и в перечном соусе отведать Вонг была не прочь. Впрочем, особого расстройства по поводу съеденного блюда она не проявляет: смиренно заваривает бурду, называемую кофе водой, да подтягивает к себе тосты, попутно вытащив из холодильника сыр и молоко. Усаживается рядом с Леоном, невозмутимо закидывая ногу на ногу и разбавив крепкость кофе, подтягивает чашку к своим губам, делая небольшой глоток.
- Звучит смешно, но я бы не отказалась от кофе, что мне пару часов назад предлагал Кейн. - растворимый порошок буквально хрустит на зубах и лишь усилием воли азиатка удерживается от желания скривиться. Отодвигает чашку в сторону, с невозмутимым видом намазывая сыр на тост и с большим воодушевлением вгрызается в него, бросая на мужчину внимательный взгляд. - Отвлекись от моей наготы, право слово. Нам нужно решить, что делать с доказательствами. Не думаю, что советник так просто себя выдаст, а флешки с подтверждением его вины у меня, как видишь, нет.
Откидывается на спинку стула, всухомятку продолжая жевать тост, попутно потянувшись за следующим и утыкается задумчивым взглядом куда-то за плечо агента, прикидывая вероятные сценарии развитий ситуаций. Она могла бы попытаться узнать ее расписание, скрытно проследить за ней и установить прослушку - вот только имея прикрепленного к ней Леона, что имел возможность остаться без руки (впрочем, как и она), особо изощряться в планах было проблематично.
- Спроси у своего координатора план дня мадам Эндрюс. - наконец-то озвучивает она, переводя взгляд на Кеннеди. - Поскольку сильно отдаляться друг от друга мы не сможем, придется подгадать варианты, как мы сможем повесить на нее прослушку. Надеюсь, что твои друзья из правительства смогут нас хотя бы снарядить подходящей техникой?

+1


Вы здесь » ex libris » фандом » сквозь стены лжи и горы фальши [resident evil]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно