ex libris

Объявление

Ярость застила глаза, но – в очередной раз – разум взял своё и Граф легким аккуратным движением руки перехватил Виконта, будто бы тот ничего не весил, и, мягким, останавливающим, движением не дал вспороть шею поверженному некроманту.
— Тут достаточно крови. Он умрет и сам.
Быстрый, внимательный взгляд в сторону человека и вопросительно приподнятая, аккуратная бровь – умрешь же?
Возмущённый вздох – французский.
Хриплый свист через сжатые губы и такой же прямой взгляд в ответ Кролоку. Выживет. Слишком сильный. Слишком долго общается со смертью на ты. Возможно даже последний из тех, первых, что заключили контракт с костлявой.
— Мессир?
Адальберт тоже сохраняет хладный рассудок, чуть взволнованно посматривая на треснувшие зеркала – всплеск силы, произошедший буквально несколько минут назад, вновь зацепил всех. Франсуа тоже пытается сказать что-то, но вместо слов издает очередной булькающий звук и бросается в сторону уборной.
Ситуация сюрреалистична.
Ситуация провокационна.
Рука расслабляется на талии Герберта, не потому что Эрих этого хочет, а потому что в его пальцах сминается ткань тонкой рубахи обнажая… обнажая. На самом дне синих глаз все еще клокочет ярость, и только Виконт сможет понять её суть – не должна была сложится подобная ситуация в эти дни. В любые другие, но не те, что должны были принадлежать им для осознания, понимания, расставления литер и точек.

Лучший пост: Graf von Krolock
Ex Libris

ex libris crossover

— А ты Артёма Соколова видел? – Вася спросил у него первое, что на ум пришло.
— Ну да, он меня рекомендовал.
Вася завистливо хмыкнул, взведя курок.
Никто не понял. До сих пор дело висит без подозреваемых. Стечение случайных обстоятельств.
А Вася и ничего не знал. Спустя три часа после назначенного времени телеграфировал в Москву, что не встретил на перроне напарника. А где мальчик-то? Куда дели?
Ему так и не ответили.
Вася не даже самому себе не смог объяснить, зачем.
До какой-то щемящей завистливой боли в груди он чем-то походил на Артёма, то ли выправкой, то ли молчаливостью. Вася не понял, а, убив, в принципе утратил возможность разобраться. Да чё там было-то, Соколов – это класс, это верхушка, это интеллигенция, как его можно сравнивать с каким-то босяком-курсантом?
Артём бы не позволил себя просто так пристрелить в тёмной подворотне. Никогда.
Вася получил такое моральное удовлетворение, увидев, как разъехались некрасиво молодецкие ноги, как расползлась на груди рубашка. Некрасиво, неправильно, ничтожно. Вот тебе и отличник. Вася с удовлетворением потыкал носком ботинка в ещё румяную щеку, пытаясь примерить на его лицо Тёмино.
Но ничего даже близко.
Это успокаивает его на некоторое время.

Лучший эпизод: чёрный воронок [Eivor & Sirius Black]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ex libris » фандом » Magik dispel [dragon age]


Magik dispel [dragon age]

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Magik dispel

Магия предшествует религии и почти полностью исчезает с её появлением (c) Дж. Фрэзер

https://imageup.ru/img180/3951278/mycollages-2.jpg

• Юго-запад Ферелдена, Бурые трясины /  9:41 Века Дракона

Cullen Rutherford, Cassandra Pentaghast

Бурая трясина укрыла в туманах и топях много забытых историй. Здесь обитают не только авваров, но и множество магов-отступников: многие из них смешались с дикарями, воспитав у последний тотальную неприязнь к любым проявлениям Тени. Свидетельства существования магов среди авваров начали появляться в Инквизиции внезапно, через их следопытов, приносящих странные, переусложнённые послания, от которых за версту веяло чарами.
Командор Каллен, вступив в переговоры с предводителями таких отрядов, сделал вывод что ячейки отступников пытаются выйти на связь с Инквизицией после взрыва. Что-то подталкивает их к этому, и судя по всему они ищут помощи. Быть может, даже возможности для союза. Аввары уважают силу и согласны говорить лишь с храбрыми - с теми, кто пройдёт паломничество к их сокрытым местам по Бурой трясине. Каллен вызвался пойти на это предприятие лично, и столь же интригующей оказалась затея для Искательницы Истины - Кассандры Пентагаст.

Отредактировано Cullen Rutherford (07.06.22 22:22:16)

+2

2

Они встали лагерем вечером, когда солнце уже начало садиться, а испарения болот уже собирались в едкий туман. Лодка причалила на далёком от рваных берегов островке, и их палатку выдавал одинокий огонёк костра - и всё же бродячие порождения Разрыва не были достаточно целеустремлённы, чтоб настичь путников здесь, посреди гиблой воды. Трясина утягивала в себя всё что не обладало должными качествами плавучести, и Командор был счастлив что эльфийская лодка не собиралась подводить их дуэт в столь трудный час.
- Я уверяю Вас, Леди Искательница, что тропа этих авваров абсолютно безопасна. Мы должны причалить к заброшенной ферелденской деревне рядом с чащей, и если всё будет в порядке, то увидим огни ещё издали, за туманом. В противном случае повернём назад. Нас будет ждать один из разведчиков, громадный человек в характерной боевой раскраске и рогатом шлеме. Он отведёт нас к жрецам, и как я понял, они не поклоняются духам Тени как многие другие дикари. Нет, любопытная деталь заключается в том что этот аввар упомянул обряд инициации... - Каллен снял капюшон, сидя на каменистой почве рядом с костром, и принял рисовать веткой в горстке пепла рядом с костром. Его боевое облачение оставалось классическим, и всё свидетельствовало о том что их плавание несёт дипломатическую цель. Но аввары уважали воинов, и ни с кем другим, без узнаваемых регалий, попросту не захотели бы вести речь. - Они проводят обряд погружения неофитов в Тень для испытаний. Это Круг, не так ли? - в пепле вырисовался кружок, обозначающий ритуальный пьедестал, где должен находиться новоиспечённый жрец. Вокруг него - несколько крестиков, обозначающих расположение других жрецов. - Их всего, как я понял, около дюжины в поселении. Они содержат капище некоего божества, и исповедуют крайне радикальную форму поклонения: как я понял, они не принимают естественную смерть. Только в бою. Это боевые маги, и при достаточном усердии мы можем найти в них полезных союзников. Опыт нашего Вестника лишь подтверждает пользу таких союзов, и многие сошлись на том что нам стоит попытать счастья. - обуглившаяся ветка легла на песок, и Каллен потянулся за котелком. - Угри. Я так и знал что наловлю их здесь исподволь.
Из открытого кипящего котелка повалил пар. Где-то вдалеке был слышен вой хищников, и храмовник не понаслышке знал что прямо по их маршруту часто замечали неупокоенных мертвецов. Отряды Инквизиции прошлись здесь недавно, зачистив все логова нечисти что только нашли, надолго отвадив всех соваться на берег. Каллен оставался уверен что им ничто не грозит, ведь аввары никогда не нарушают данных обещаний. Филе угря чёрной полосой легло поверх овощной нарезки - запах поднимался вроде того, что имеет уха с кашей, но благодаря травам чуть более терпкий и аппетитный.
- Эльфийский корень сдабривает любое блюдо. Я уверен что вам понравится. - в рюкзаке, брошенном чуть поодаль, оказались двузубые вилки. Каллен прилично запасся провизией и, казалось, совершенно не выглядел уставшим несмотря на поздний час. Их баркас чуть скрипел на едва заметном ветру, и кудри командора шевелились, указывая направление.
Казалось, у этого человека не может быть проблем с лириумом и святого долга перед миром и Церковью.
- Как вам блюдо? У вас есть мысли перед тем как мы посетим собрание язычников?
Возможно, так и должна выглядеть небольшая передышка перед финальным рывком.

+2

3

Нечасто Кассандре приходится захаживать в такие места. И хотя юность её прошла примерно в той же атмосфере, а времена обучения в Ордене Искателей не скупились на полевые вылазки, в последние годы она скорее отлавливала заговорщиков в замковых залах и подвалах, гораздо реже оказываясь в подобной глуши. Подобное разнообразие, наступившее после разгоревшейся войны магов и храмовников, оказалось даже неожиданно… Занимательным.
Работа за пределами пышных гостиных ей кажется более… Значимой, осязаемой и настоящей.
— Если бы не болотная вонь, здесь было бы почти как дома, — усмехается Кассандра, со скрещенными руками отходя от края островка ближе к костру. — Если вам, Командор, когда-нибудь хотелось повидать Великий Некрополь в Неварре, то вы, считайте, уже там.
Потому Кассандра и чувствует себя здесь совершенно непринуждённо. В детстве воспитанная в окружении мертвецов, прошедших через обряды морталитаси, она не чувствует жути от окружения трупов и не трепещет, точно малахольная жрица, даже когда те грозят подняться из воды. Знакомая со смертью за руку, она лучше прочих знает, как упокоить своевольно бродящие по земле кости.
Тёмные доспехи Искателей немного гремят во время ходьбы. Сопровождаемая этим звуком, Кассандра встаёт рядом с Калленом, внимательно разглядывая его рисунки на золе.
— Интересно, откуда они берут лириум для этих ритуалов. И служат ли поверженные в бою аввары жертвой для ритуала магии крови, — Кассандра не ждёт от дикарей большой осторожности, а потому об их «инициации» рассуждает весьма скептически. Варвары, действующие наобум, в приступе благоговения могут, сами того не понимая, обратиться к магии крови, называя её великой и благородной жертвой во имя божества, дарующего силы выжившим. — Вы помните, чем подобные походы в Тень закончились однажды в Тевинтере.
Опороченным Золотым Городом и Скверной, вылившейся на их головы с небес.
— Разузнаем об их ритуалах побольше. Может быть даже поучаствуем, — Кассандра слегка похлопывает Каллена по наплечнику. — Так что не забудьте размяться с утра, Командор.
Несмотря на отсутствие враждебного настроя, Кассандра мысленно готовится к довольно жарким и жёстким переговорам. Хорошо даже, что с ними не отправили леди Монтилье: в высшей мере деликатная госпожа посол вряд ли сумела бы достучаться до боевых дикарей так, как достучатся два бывалых воина.
Присаживаясь поближе к костру на не слишком удобный камень, Кассандра с благодарностью принимает вилку. Манерничать не приходится: по-солдатски сгорбившись над костром, они едят из одного котла, чтобы не тратить в походных сумках место для лишней посуды. Рутинно жуя угря с овощами, Кассандра кивает, удовлетворённо отмечая, что на вкус еда действительно неплоха. Несмотря на её совершеннейшую непритязательность, даже она рада ужинать тем, что приятно жевать.
— Очень недурно вышло. Из вас, Командор, повар лучше, чем из меня.
Забравшись рукой в приваленную к камню сумку — одну из тех, что они принесли из лодки на остров, — Кассандра достаёт оттуда наполненный бурдюк и передаёт его Каллену. С него еда, с неё — питьё.
— Спиртное я с собой не беру, но это тоже хорошо на вкус. Попробуйте.
В бурдюке — фруктовый сироп, разбавленный горячей (к этому моменту наверняка давно остывшей) водой со специями и листиками мяты. Не медовуха и не сидр, но этого Искательница себе за пределами безопасного замка не позволяет. Голова в диких местах всегда должна оставаться ясной.
— Что до язычников, — положив в рот ещё одну порцию угря, Кассандра вдумчиво её прожёвывает перед продолжением. — Узнать бы, что они хотят. Нечасто варвары обращаются к кому-то вроде нас, и, судя по всему, к ним нагрянуло нечто пострашнее солдат. Демоны, может быть. Или сам Корифей, чего доброго, заявился. Тропа до них может и безопасна, а вот что мы увидим там…
Несправедливо будет обвинять Кассандру в пессимизме: она готовится мысленно к худшему, ожидая опасностей, но надеется вполне искренне на положительный исход. На то, что ожидающее их авварское племя окажется достаточно мудрым, чтобы не поддаться запретным искусствам, и на отсутствие красного лириума, от которого в последнее время рождается половина их бед.
Чей-то протяжный вой раздаётся ближе обычного, и Кассандра настороженно косится в сторону звука, прислушиваясь к происходящему. А после — смотрит на Каллена, будто бы сомневаясь в его словах.
— Первая стража моя. Мало ли, что может случиться ночью в трясине.
Неприятно будет из-за своей доверчивости умереть посреди болот.
Доедая свою часть варева, Кассандра достаёт из сумки обрывок чистой тряпки и обтирает им вилку. Всяко лучше, чем мыть их в трясине. Не поднимая глаз, она как будто бы между делом спрашивает:
— Как ваше самочувствие?
Прекрасно зная, что Каллен её верно поймёт.

+2

4

Твёрдость веры леди Пентагаст поражала храмовника: её логика всегда имела отправной пункт для суждений о чем-либо в Песни Света. Она не зря носила титул правой руки Верховной Жрицы, и этот ночной, тайный визит к магам южных топей мог стать очевидно фатальным для человека её статуса. Аввары способны на подлость - это не раз подтверждали их зимние набеги на беззащитные поселения, и довольно очевидно что дикари и язычники, одержимые магией, быстро выкажут скверный нрав. Завидев эмблемы Церкви, они наверняка сначала выстрелят, и лишь удостоверившись в том что переговорщики не смогут оказать сопротивление, выдвинут ультиматум.
Таков их образ жизни и мышление. Аввары берут силой всё что могут и не могут, пытаясь доказать некую доблесть в бою с неравным противником. Но порой их желание навязать бой, продиктовать волю может дойти до абсурда.
- Мы живем во времена дважды ожившей ереси магистров, леди. - Каллен улыбнулся дружескому похлопыванию и  сидя расправил спальный мешок.  Ему было не впервой спать так, и мясо угря  приятно дополняло отдых нотками осевшей в водоемах морской соли. - Это стратегически верно - объединиться против нового врага с тем, кого знаешь давно, прекрасно знаешь чего ожидать. Нас ждёт холодный приём, драка, угрозы с порога и один кровавый ритуал. Это столь же очевидно как восход солнца: аввары горды, независимы, но предсказуемы. Даже если их авгуры и шаманы таились так долго, они не особо отличаются от собратьев. Бахвальство и испытания силы это часть их образа жизни. - тарелка с угрем легла на жёлтую траву, и Каллен подтащил рюкзак с печатью Ордена под бок, приготовился использовать его как подушку.  - Спасибо. Это рецепт из Киркволла, он почему-то засел у меня в голове, и я не знал как от него избавиться. Всех пугали эти силуэты в мутной воде, и кто-то из Редклифа попытался ударить заклинанием в воду - молнией. Разряды очертили угрей, и я решил что стоит рискнуть. - удочка и леска с окровавленным крючком валялись вблизи кустов осоки неподалёку, приставленные к лодке. Скрип дерева странно успокаивал, как будто убаюкивал, но храмовник не спешил отходить ко сну. Ему было тревожно. К счастью, эта тревога продлилась ровно до тех пор, пока Кассандра не предложила запить обильное мясное. - Спасибо, леди Пентагаст. - лёгкий кивок, и неожиданное откровение: несмотря на то, что это не спиртное, выпить было приятно. - Раньше мы часто брали выпивку в поход, но не теперь.
Он не лгал, это были действительно хорошие времена, когда ещё не приходилось думать о возможности принять высокое звание. В Ферелдене они и с другими неофитами часто брали спиртное в патрули, сидр или эль - святой орден, гроза малефикаров. Но теперь он командор. На дипломатической миссии с человеком столь же высокого звания, в дикой глуши. Их миссия может показаться кому угодно преступлением против Церкви, но это необходимо. Враг твоего врага - твой друг.
- Да-да, первая стража ваша. - он задумался и отставил тарелку, не вытирая приборы. Бурдюк с вкусным фруктовым сиропом, аромат которого так крепко напоминал о Вольной Марке и Бетани, вернулся к сумкам Кассандры. Каллен размял плечи и перекатился к себе, нервно раздумывая о словах Искательницы. Она сведуща в вопросах политики и скрытых мотивах тех, кто проводит её в жизнь. И конечно, нельзя было не почувствовать что она поняла причину нервного беспокойства спутника.
- Я пытаюсь. - Каллен понуро вздохнул и наконец лёг на спину. Звезды в небесах, искры Создателя, успокаивали белым мерцанием, но чувство страха перед ломкой не отступало. - Я не брал с собой лириум в этот поход. Всё хорошо, но я не желаю дать слабину перед этим рогатым сбродом. Насколько я знаю, там будут шаманы большинства их культов, кроме того что восхваляет божество войны. Не помню его имени, но это чудовище описано как ледяной дракон. Его поклонники совершают набеги в Ферелден холодными зимами, и я помню страшные сказки об извергах с юга.  Говорят, Маферат был из их числа. Амунд, следопыт что принес нам весть о собрании здесь, вблизи оплота Щуки, не понимал кто такая Андрасте. Я долго пытался втолковать ему что пророчица - не богиня, но он не понимал как можно почитать кого-то, кто не могущественнее тебя. Я не собираюсь доказывать им силу Инквизиции, мне хочется чтобы они признали что наше дело правое. С помощью рассеяния их магии или без, но мы должны дать им понять что достойны быть союзниками.
Унизительно, но если эти топи будут искромсаны Брешью... мы ведь оба понимаем что в действительности привело их к нам? Они думают что духи гневаются, их Хозяйка Неба, и чувствуют что даже Тень страдает от магии Корифея. Они напуганы. Это внушает страх и мне.
- он сощурился, угадывая в рисунках звёзд рассказанные дикарём узоры Отца Гор, их верховного божества. Отсюда было плохо видно Морозные Горы, но вой волков ясно напоминал храмовнику о том, что обитатели тех гиблых, холодных мест рыщут и здесь. - Но не бойтесь, это всего лишь ферелденские волки. Они испугаются, когда поймут что здесь прошли вооружённые люди. Разбудите меня, если увидите разноцветные огни, я постараюсь отогнать призраков. В последнее время о них говорят всё чаще...
Меч и щит лежали рядом с храмовником, который готовился ко сну. Костёр не спешил гаснуть, и снятый котелок исходил паром неподалёку, пока на берегу озера блестела глазами стая напуганных ужасами болот волков. Они не могли найти себе добычу здесь, столь же сильно напуганные неправильностью творившегося в диких землях. Эти леса и болота видели Мор... и теперь увидят нечто хуже.
Стая воронов прилетела на деревья неподалёку и яростно закаркала, отпугивая волков. Каллен открыл глаза.
- Это птицы авгура племени. Они явно нас ожидают. Но я бы не спешил.

Отредактировано Cullen Rutherford (22.06.22 22:58:58)

+2

5

Заматывая вилку в чистый кусок тряпки, Кассандра роняет её обратно в угол сумки.
— Смелые надежды, Командор, убедить их в праведности нашего замысла. Для этого придётся уболтать их богов, а они, как я думаю, ещё несговорчивее своих последователей. Но в одном вы правы.
Открутив крышку бурдюка, Кассандра и сама делает добрый глоток из него. Напиток, очень простой по наполнению, всегда был удивительно приятен ей на вкус, — с тех самых времён, когда Искатели ещё были целым и нерушимым орденом, а старшие товарищи, отбирая у неофитов тайком раздобытую выпивку, совали им в руки такой вот бурдюк.
— Мы не будем доказывать силу, не то дипломатическая миссия превратится в новый военный поход. Никто, включая Инквизитора, не скажет нам «спасибо» за очередной визит в эти угрюмые места, — закрывая крышку, она кладёт бурдюк в сумку на самый верх, чтобы легко достать его оттуда. — Но мы докажем нашу пользу. И здесь рассеяние окажется как нельзя кстати. Будьте готовы применить его, но не переусердствуйте. Я могу то же, что и вы, и подсоблю в нужный момент.
То ли гордость, то ли долг, то ли огромное чувство вины — в Каллене столько всего вскипает всякий раз, когда дело касается лириума, что бороться с этим оказывается тяжело даже Кассандре. Со стороны он видится ей жертвой собственной ответственности, человеком, взвалившим на себя большую ношу и постоянно преследуемым страхом над трещину под её весом. Есть в этом и ответственность самой Кассандры: она приводит его в Инквизицию, своим проницательным взором увидев в нём верность, надёжность и решительность, которой он и сам временами как будто не видит. Она берёт на себя обязательство быть его беспристрастной судьёй, но истинно единственное, что Каллену на самом деле нужно, — это уверенность в силе собственной воли.
— Я не отправилась бы с вами, Командор, если бы не была в вас уверена, — напоминает она с твёрдостью, на случай, если Каллену придёт в голову вместо сна закопаться в сомнениях. Кассандре чужды формальные любезности: она рубит тем, что истинно лежит на её сердце, и если говорит, то только то, что думает. — Отдохните, с призраками я справлюсь сама.
Тихонько поднимаясь с насиженного места, Кассандра принимается мерно, почти неслышно расхаживать по утоптанному ими островку, разминая ноги. На том берегу озера фонари глаз то замирают, то мечутся, не находя себе места, а ещё дальше вдоль берега в отблесках редкого лунного света неровно, заплетаясь, восстают и бредут костлявые, оборванные силуэты — мертвецы, оживающие силой просачивающейся в этот мир Тени. Кассандра остаётся холодна и непоколебима ко всему, что шумит, шевелится, бродит и воет в ночи: со скучающим видом наблюдая за всем с отдалённого островка, она занимает себя тем, что повторяет в уме стихи Песни Света. Не сосчитать, сколько бдений она так провела за свою жизнь, и скольким странностям была таким же молчаливым свидетелем: ходячие мертвецы и рычащие на них волки едва ли её удивят.
Призраки мелькают вспышками где-то над озером, бродят вокруг, но не решаются подплыть ближе. И пускай.
Мерзкое карканье прорывается в гармоничный, слившийся в сплошной хор звук болот, и Кассандра, недовольно нахмурившись, косится на деревья. Откормленное вороньё, разогнав своим шумом всех, кроме мертвецов, дёргает головами и упирается глазами в их стоянку. Сидят стаей и смотрят — в упор, встречая на себе недовольный, свирепый даже взгляд Кассандры, не выносящей подобных вторжений.
— Авгур подождёт, — отрезает Кассандра, демонстративно отворачиваясь от птиц, будто ей нет до них дела. — Мы будем на месте в назначенное время. Если угодно — пускай смотрит на нас глазами воронья.
Они так и стоят всю её стражу: птицы пялятся, не улетая и не решаясь подобраться ближе, а Кассандра изредка мечет в них грозные взгляды, но не пытается прогнать. Временами какая-нибудь из ворон решается каркнуть, будто бы подразнив Кассандру: на эти выступления она не реагирует намеренно, а, когда наступает время смены, будит Каллена и показательно занимает своё место для сна, отворачиваясь от деревьев и кутаясь по самую макушку.
Проснуться ей приходится под новую порцию громких птичьих воплей: поднимаясь на спальнике, Кассандра оглядывается по сторонам и не замечает никакой угрозы, кроме опостылевших ворон, призывно машущих крыльями. Светлее вокруг тоже почти не становится: даже если над горами настаёт утро, в трясине остаётся вечный мрак, немного разбавляемый рассеивающимся от тумана светом.
Встав на ноги, Кассандра принимается сворачивать свой ночлег.
— Видимо, это приглашение.

+2

6

Когда приходит час встать в дозор, храмовник поднимается без колебаний. Усталость непозволительна, и оставшиеся часы перед рассветом проводятся в сосредоточенном ожидании беды. Вороны каркают, недвижимо наблюдая за путниками, и редкий гнус оказывается съеден кружащими над островком стрекозами. В воде извивающиеся силуэты рыб и амфибий будоражат воображение, но Каллен не теряет самообладания. Меч в ножнах, служащий опорой, странно успокаивает одним своим присутствием рядом. Понимание того что Кассандра проснется при любом намёке на опасность, - тоже. Конечно, их не было четверо, как обычно, но эта вылазка не угрожает их жизням.
По крайней мере, в это хотелось верить.
- Да. - храмовник обернулся, укрытый дорожным плащом, и прищурился, глядя сначала на Искательницу, а затем на небо. - Утро ничем не отличается от ночи, как всегда на юге. Проклятые земли.
Птицы начали кружить над кронами голых деревьев, и казалось что округа понемногу оживала, насколько это слово применимо к изуродованными Брешью землям. Глядя на зелёные вспышки среди тёмных облаков, едва ли не каждый мог почувствовать почти физическое отвращение к тому что они приносили с собой. Тень - отвратительную материю тёмных снов любого человека.
- Нам нужно собраться и отправиться к берегу, чтоб последовать за ними. Может статься, нас охраняли этой ночью, но я сомневаюсь что аввары настолько дорожат возможностью этих переговоров. Скорее это просто слежка ради безопасности. Как бы они ни хвалились силой, страх перед андрастианцами всё ещё жив. Они боятся нашей численности, а мы - их свирепости и тайн магии. - храмовник поднялся и застегнул плащ. Костёр был затоптан,  а вещи аккуратно собраны - мало кто стал бы искать их следы на этом островке посреди озера, но обезопасить себя стоило. Впереди мог быть долгий путь.
Их плаванье до берега было коротким - вороны непрестанно кружили над головами, сопровождая каждое движение весла карканьем, которое начало надоедать. Каллен стиснул зубы и, делая широкие и размашистые движения веслом, обернулся к Кассандре, правящей позади, с другого борта:
- Это насмешка. Могли указать путь гораздо проще, прислав своих людей... - он принюхался, почувствовав невнятный запах. Что-то горело. - Вы чувствуете это? Кто-то поджёг рощу, словно бы. Или... - туман, устилавший тропу дальше по диким холмам, поросшим осокой и жёлтым кустарником, расступился, обнажая следы боя. Издали было видно что на дороге было два трупа: человеческие силуэты угадывались сходу, как и пятна брошенного оружия. Трупы сгорели быстро, и не было слышно ни криков, ни стенаний ночью - словно их сожгли ещё до привала. Но тление углей было столь же очевидным и ярким как вспышки Бреши в небесах. - ...мясо.
Они причалили, и Каллен поспешил к тропе, перехватив щит поудобнее. Вороны приземлились рядом с телами, словно в панике указывая на случившееся, и Каллен невольно раскрыл рот от удивления, поняв что в руках убитых было оружие авварских следопытом, и в груди каждого - по истлевшей стреле. Было очевидно что их вначале убили, а после сожгли с помощью магии, чтоб не дать опознать.
- Нас может ожидать бой. Или кто-то попытался навесить эти убийства на нас, может постарался чтоб мы опоздали на переговоры. Но я не собираюсь поворачивать назад. А вы, леди Кассандра? - храмовник вынул меч из ножен и дотронулся лезвием до щита, надеясь на решение Искательницы. В делах дипломатии он не был настолько сведущ как она - ситуация требовала силового решения как один из вариантов.
Они могли пойти вперед с оружием наготове, а могли положиться на то что кто-то надеялся что андрастианцы придут с обнажёнными мечами или вовсе повернут обратно.
- Это определённо магия. - он кивнул, и легкий ветер едва всколыхнул его русые волосы. - Я узнаю следы, когда вижу. Кто-то сжигал их трупы, и быть может карканье ворон и волчий вой были призваны заглушить крики. Коварство язычников или чьи-то интриги... это последнее что я хотел увидеть на пути сюда. Возможно, десяток их озлобленных воинов вызвали бы у меня меньше беспокойства чем это.
Вороны каркали, не решаясь притронуться к трупам. Падальщики обыкновенно, они не спешили к трапезе, словно пытаясь сказать что-то двум путникам.  Одна из ворон встала между ними и издала вопросительное урчание, глядя на Кассандру. Магия Диких Земель заставила храмовника скривиться от явной неприязни к её грубому проявлению в умных глазах птицы.
- Дикое колдовство... Они явно видят нас глазами этих ворон.

+1


Вы здесь » ex libris » фандом » Magik dispel [dragon age]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно