ex libris

Объявление

Ярость застила глаза, но – в очередной раз – разум взял своё и Граф легким аккуратным движением руки перехватил Виконта, будто бы тот ничего не весил, и, мягким, останавливающим, движением не дал вспороть шею поверженному некроманту.
— Тут достаточно крови. Он умрет и сам.
Быстрый, внимательный взгляд в сторону человека и вопросительно приподнятая, аккуратная бровь – умрешь же?
Возмущённый вздох – французский.
Хриплый свист через сжатые губы и такой же прямой взгляд в ответ Кролоку. Выживет. Слишком сильный. Слишком долго общается со смертью на ты. Возможно даже последний из тех, первых, что заключили контракт с костлявой.
— Мессир?
Адальберт тоже сохраняет хладный рассудок, чуть взволнованно посматривая на треснувшие зеркала – всплеск силы, произошедший буквально несколько минут назад, вновь зацепил всех. Франсуа тоже пытается сказать что-то, но вместо слов издает очередной булькающий звук и бросается в сторону уборной.
Ситуация сюрреалистична.
Ситуация провокационна.
Рука расслабляется на талии Герберта, не потому что Эрих этого хочет, а потому что в его пальцах сминается ткань тонкой рубахи обнажая… обнажая. На самом дне синих глаз все еще клокочет ярость, и только Виконт сможет понять её суть – не должна была сложится подобная ситуация в эти дни. В любые другие, но не те, что должны были принадлежать им для осознания, понимания, расставления литер и точек.

Лучший пост: Graf von Krolock
Ex Libris

ex libris crossover

— А ты Артёма Соколова видел? – Вася спросил у него первое, что на ум пришло.
— Ну да, он меня рекомендовал.
Вася завистливо хмыкнул, взведя курок.
Никто не понял. До сих пор дело висит без подозреваемых. Стечение случайных обстоятельств.
А Вася и ничего не знал. Спустя три часа после назначенного времени телеграфировал в Москву, что не встретил на перроне напарника. А где мальчик-то? Куда дели?
Ему так и не ответили.
Вася не даже самому себе не смог объяснить, зачем.
До какой-то щемящей завистливой боли в груди он чем-то походил на Артёма, то ли выправкой, то ли молчаливостью. Вася не понял, а, убив, в принципе утратил возможность разобраться. Да чё там было-то, Соколов – это класс, это верхушка, это интеллигенция, как его можно сравнивать с каким-то босяком-курсантом?
Артём бы не позволил себя просто так пристрелить в тёмной подворотне. Никогда.
Вася получил такое моральное удовлетворение, увидев, как разъехались некрасиво молодецкие ноги, как расползлась на груди рубашка. Некрасиво, неправильно, ничтожно. Вот тебе и отличник. Вася с удовлетворением потыкал носком ботинка в ещё румяную щеку, пытаясь примерить на его лицо Тёмино.
Но ничего даже близко.
Это успокаивает его на некоторое время.

Лучший эпизод: чёрный воронок [Eivor & Sirius Black]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ex libris » альтернатива » нас единицы [shingeki no kyojin]


нас единицы [shingeki no kyojin]

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

[html]<div class="episode3"><div class="episodeinner">

    <span>нас единицы<br>
</span>

    <span class="episodecita">У нас есть в себе несгоревшее сердце,  <br>
но на снегу нам не согреться.<br>
Боже, не дай нам забыть и забыться - <br>
нас стерегут наши прежние лица.</span>

<div class="episodepic3">
    <img src="https://i.imgur.com/IRhBI39.png"><br>
</div>

<div class="players3"><span>
  mikasa ackerman, historia reiss
</span></div>

<p>
Свобода где-то там, не здесь. Не за стенами - стен больше нет и никогда не будет; не за безбрежным океаном - там всего лишь весь мир, который боится, который жаждет крови и отомщения.  Может быть, свобода где-то еще дальше - на линии горизонта между небом и землей<br>
Мы не сможем стать свободными, Эрен, — оковы сожалений, цепи прошлого и тяжесть долга никогда не позволят. <br>
Мы можем только жить дальше.<br>
Мы можем сделать все, чтобы уже другие, те, кто будут после нас, были свободны.
</p>

<div class="data3"><span>
  Парадиз / 856 год
</span></div></div></div>[/html]

[nick]Historia Reiss[/nick][status]the darkest of empires[/status][icon]https://i.imgur.com/1ChPx0P.gif[/icon][sign]

https://i.imgur.com/6OHReNr.gif
What if God is (not) real and everything I've done
pushed me down this path?
And it's only growing colder

[/sign][lz]<a class="lzname">Хистория Рейсс</a><div class="fandom">shingeki no kyojin</div><div class="info">«Я — Озимандия, великий царь царей. Взгляните на мои деянья и дрожите.» — кругом нет ничего; истлевший мавзолей пустыней окружен. Гуляет ветр свободный. И стелются пески, безбрежны и бесплодны.</div>[/lz]

+2

2

– Здравствуй, Эрен.
Приветствие срывается с губ мгновенно, стоило лишь увидеть смутные очертания надгробного камня, виднеющегося на фоне одинокого дерева. Того самого, где они так часто любили отдыхать после утомительных часов, проведённых за сбором хвороста. Микаса и не сосчитает, сколько раз они с Эреном и Армином (порой и без него) опускались на мягкую, пахнущую утренней свежестью траву, смотрели на небо, погружённые каждый в свои мысли, мечтали, а после сами не замечали, как проваливались в обволакивающий мир сновидений. Жаль, сейчас от всего этого совсем ничего не осталось. Их родной дом уже не так прекрасен, как раньше, лишь огромен и необъятен по-прежнему, их покой более не охраняют три огромные Стены, а их мечты, те самые, подкрепленные красивыми картинками, воплотились в форме столь извращённой и кровавой, что от одних воспоминаний становится не по себе.
Повезло лишь Армину. – Тот, кажется, сумел реализоваться, как следует, с лихвой оправдывая свою сообразительность и активно применяя талант миротворца там, где это больше всего требуется, однако о давней подруге не забывал, здесь Арлерта не упрекнёшь. Писал письма, рассказывая о себе и их товарищах, интересовался её делами в ответ, даже обещал в скором времени приехать да навестить, якобы им о многом нужно побеседовать.
– Так что скоро он тебя навестит, отдохнёшь немного от моего общества. –Усмехается, привычным жестом поправляя шарф. Понимает, насколько жалко, быть может, выглядит со стороны, однако лучше произносить фразы в пустоту, чем вести бесконечный монолог и окончательно сойти с ума. Она ведь всегда хотела этого, верно? Быть рядом, ничего не требуя взамен, вот и получила желаемое с крохотной поправкой на то, что Йегер уже два года как мёртв.
Никогда не прощу тебе этого, Эрен. – Всю жизнь, сколько она помнит, он игнорировал её, пресекал любые попытки заботиться, отталкивал, мчался навстречу своим целям, напрочь забывая про остальных да выбирая самый опасный из всех вариантов. Неужели у них и правда не было иного выхода, кроме  повторения истории тысячелетней давности? Только на сей раз круг мировой ненависти сомкнулся на одном конкретном человеке, решившем принять на себя гнев человечества и отомстить за нарушенный покой. Микаса с десяток, если не сотню раз прокручивала в голове события прошлого, наивно пытаясь отыскать возможность решить  конфликт иначе, без гибели Йегера и львиной доли невинных людей, однако всё безрезультатно.
Знал ли сам Эрен о том, что встретит свою погибель от руки Аккерман? Она понятия не имела. Сама ведь до последнего мгновения отказывалась верить в необходимость закончить их историю именно так. Чувствовала, как клинки предательски дрожали в руке, стоило лишь представить, как единственный родной человек погибает из-за неё. Понимала, что в любой момент может проявить слабость, позволяя сердцу взять верх над здравым смыслом. Видимо, потому их с Эреном прощание всплыло в памяти именно тогда. Решающее мгновение, верно?
Но такое прекрасное. – Бесценное мгновение жизни, в котором она сделала правильный выбор, сказала правду и сумела прожить неповторимые четыре года в тихом, уютном доме, расположенном как можно дальше от людских поселений, рядом  тем, кого любила больше всего на свете. Разумеется, им было трудно во всём, от попыток жить нормально до осознания приближающейся трагедии, однако Микаса никогда не была и не будет так счастлива, как тогда в Путях.
– И всё же мне тебя очень не хватает, Эрен. – Не без грусти произносит, вновь натягивая на нос сползший вниз шарф. Изрядно поношенный, но такой же мягкий и тёплый, как прежде. Единственное осязаемое напоминание о демоне с острова Парадиз, которое осталось у Аккерман и которое она никогда не выбросит.
Знаю, ты просил, но я не могу это сделать. – Забыть и жить дальше, словно ничего не было, девушка никогда не сможет. Она хотела выполнить хотя бы часть просьбы покойного Йегера, когда после скромных похорон оного пыталась заглушить старые раны и подалась в Кадетский корпус. Глупо, бесполезно, но что ещё она умеет делать в этой жизни, кроме как сражаться? Жаль, попытка передать свои знания другим провалилась, поскольку трудно было не узнать Йегера в каждом идейном парнишке, упрямо пытавшемся добиться успехов на занятии, так что долго она в этом статусе не продержалась, сменив шум и суету на покой скромного дома семьи Браус.
– Знаешь, никогда не думала, что окажусь успешна в вопросах ведения хозяйства.– Похоже, годы, проведённые в Путях не прошли бесследно, помощник из Микасы оказался неплохой, да и не особо привередливый, лишь бы крыша над головой была да возможность в любое удобное время отправиться на могилу к Эрену, больше ничего.
– Звучит невесело, но я счастлива, тебе… – фраза обрывается на полуслове, стоит только заметить приближающийся издалека силуэт. Девушка сперва глазам cвоим не верит, вглядывается, будто себя проверяя, но спустя мгновение спокойно выдыхает, убеждаясь в собственной правоте.
Хистория. – Кто ещё мог прийти сюда, кроме неё?
– Ваше Величество, – пусть она и не любит этого, но формальность нужно соблюсти, ради себя прежде всего. – Прости, Хистория, рада тебя видеть. Давно не виделись.

[nick]Mikasa Ackerman[/nick][status]not strong enough[/status][icon]https://i.pinimg.com/originals/c9/61/ca/c961ca084d6b8db081d1229d9fcb830e.gif[/icon][sign][/sign][lz]<a class="lzname">Микаса Аккерман</a><div class="fandom">shingeki no kyojin</div><div class="info"><center>Томный капкан из четырёх стен,
Как в клетку зверь попала я в плен.
Не вижу закат, не встречаю рассвет,
Я сижу у окна, которого нет.</center></div>[/lz]

Отредактировано Chani Kynes (12.05.22 12:36:39)

+1

3

Над Парадизом солнце, безоблачное, безграничное небо и никаких стен.
Над Парадизом мир.
«Больше никогда,» — его прощальный подарок им.
«Больше никогда,» — её запоздалое обещание уже не ему - уже никому и всем одновременно.
Но как бы солнечный свет не слепил глаза, сколько бы голубизна неба не завораживала взгляд, а мечта о мире не соблазняла сердце отступить, обмануться, Хистория видела лишь тени. И странно ведь, правда странно - не было стен, которые могли бы их отбрасывать. И горько, правда горько - действительно хотелось верить, что эйфорийный мир, полный надежды, продлится дольше, чем полуденный сон.

И все, что остается - это защищать его так, как она может. Так, как она не может - в конце концов, она посвятила этому свое сердце много лет назад.
Мысленно она приветствует Эрена, стоит только холму с деревом появиться в поле зрения, почему-то внутри жила какая-то искренняя детская вера, что он слышит.
В мягких чертах лица появляется что-то болезненно-острое от слов Микасы.

- Прошу, не надо, - поднимает руки, в её взгляде смущение смешивается с чем-то паническим и искренней мольбой. Хистория привыкла к титулу, он прилагался к принятому бремени, но никак, никогда не могла привыкнуть к тому, что её так называли те, кто знали её как её; в Кристе было много лжи, но больше всего - лжи себе, не другим, в Хистории было больше. Просто больше.

- Спасибо, - избавляясь от формальностей, она искренне улыбается. Стоит буквально пару секунд, размышляя, но все же хоть и коротко, но крепко обнимает девушку, отстраняясь раньше, чем отстранится сама Микаса. Где-то между шумом качающихся веток будто бы прозвенел короткий, но веселый смешок. Это будто бы даже её маленькая месть, крохотная шалость за излишний церемониал - крохотные частицы бунта, которые были ей доступны. - Я тоже очень рада тебя видеть.

И хоть улыбка тает, но в глазах у Хистории сохраняется тепло. Она скучает по друзьям, и пусть они часто пишут об успехах (и неудачах) во внешнем мире (в частоте писем особенно отличился Райнер, вызывая у неё искреннее веселье). Еще больше она скучает по тем, от кого никогда не дождется ответа. Опускаясь на траву, она скользит взглядом по камню, устремляя его следом в небеса. Наверное, Имир не дает Эрену спуску, задирая так, как может только она. И правильно делает.

- Я хотела бы поговорить с тобой просто, - но вместо этого говорила от сердца, пусть даже и самой от честности было больно. - Поговорить о какой-нибудь мелочи, вроде хорошего урожая кукурузы. Спросить у тебя, как дела. Напомнить, что ты не одна, и...

Хистория прикрывает глаза. Она правда хотела этого. Ей хотелось быть другом - может, даже и не слишком хорошим, но она никогда и не умела быть хорошей - но могла бы быть настоящим другом. И будто бы здесь, в тени дерева, рядом с Микасой и Эреном тени будто бы даже отступили, но не исчезли, терпеливо напоминая, что едва ли в её жизни будет когда-нибудь место для собственных желаний.

- И я не могу, - и тень сожаления переходит на её лицо. - Хочу, но не могу.

Хистория качает головой и замолкает. Слишком явно то, к чему сейчас она начнет клонить, и она с самого начала старалась сделать это таковым. Если у неё самой нет выбора, то она хотя бы предоставит выбор Микасе. Уйти. Сделать вид, что она ничего не слышит. Сменить тему. Потому что это правильно. Потому что Микаса заслужила куда больше, чем получила. И сейчас Хистория вновь будет требовать с неё, хотя это несправедливо.

- Йегеристы готовят переворот. Опять, - Хистория старается звучать отстраненно. Рассказывать только факты, потому что на самом деле неважно то, что произойдет с ней в этом случае. Если бы йегеристы смогли привнести для острова больше, чем она, то так тому и быть, но Хистория знала: будут лишь смерть и разрушения. И мир снова будет их ненавидеть. - В последнее время мы очень продвинулись в переговорах с внешним миром, и им это очень не нравится. Любой шаг не в ту сторону может стоить нам всего.

Хистория сжимает ткань платья. Она молчит, пытаясь подобрать слова, собрать все в одно единственное, правильное. Хистория судорожно, в своем личном прыжке веры на выдохе произносит, поднимая взгляд на Микасу:

- Будь рядом со мной, - потому что ей больше некому доверять. Потому что даже если она и сама может держать в руках клинок, чтобы защитить себя, она не сможет в одиночку спасти Парадиз.  - Я прошу тебя не как королева. Как друг.

Королева бы требовала мудро и справедливо, взвешенно, единственно верным решением.
Хистория просит как друг - эгоистично и лично, отвратительно, но она всегда была худшей девчонкой во вселенной, с годами только подтверждая это.

[nick]Historia Reiss[/nick][status]the darkest of empires[/status][icon]https://i.imgur.com/1ChPx0P.gif[/icon][sign]

https://i.imgur.com/6OHReNr.gif
What if God is (not) real and everything I've done
pushed me down this path?
And it's only growing colder

[/sign][lz]<a class="lzname">Хистория Рейесс</a><div class="fandom">shingeki no kyojin</div><div class="info">«Я — Озимандия, великий царь царей. Взгляните на мои деянья и дрожите.» -  кругом нет ничего; истлевший мавзолей пустыней окружен. Гуляет ветр свободный. И стелются пески, безбрежны и бесплодны.</div>[/lz]

Отредактировано Bobbi Morse (05.06.22 14:22:00)

+1

4

Хистория со своими объятиями вторгается в личное пространство слишком неожиданно. Микаса даже понять ничего не успела, когда и как оказалась заложницей королевского радушия, однако последней следовало отдать должное: она, зная, видимо, с кем придётся иметь дело ближайшее время, довольно быстро отстранилась. Напомнила о том, что они не чужие люди, и достаточно, пора о дистанции вспомнить, а Аккерман... Она и благодарна была, поскольку излишняя эмоциональность редко когда входила в число её добродетелей, а рисковать собственным спокойствием тоже не особо хотелось. Мало ли, вдруг за прошедшее время она настолько преисполнилась в своём одиночестве, что готова расклеиться от любого проявления заботы?
Аккерман в ответ на её слова лишь едва улыбается, спокойно наблюдая за тем, как собеседница мягко опускается на траву, неподалёку от камня. То ли от усталости, то ли от предвкушения не самого простого разговора  – это пока понять трудно. Аккерман не торопит, ни на чём не настаивает, однако и занимать место рядом с Рейсс не спешит; подумывает, к собственному стыду, о том, чтобы ненавязчиво попрощаться да уйти, сославшись на необходимость помочь родителям Саши, однако её намерения тут же пресекают, словно догадываясь обо всём.
Впрочем, что тут удивительного? – Когда они в последний раз говорили друг с другом? Не в письмах, а так? Обсуждали бытовые мелочи, делились собственными пожеланиями? Да никогда, ибо Микаса в принципе старалась избегать общества бывших товарищей. Слишком уж много неприятных воспоминаний было, слишком много сложных решений, последствиями которых, похоже, лишь она тяготится.
– Не стоит переживать из-за этого, Хистория, я в порядке. – Наконец произносит Аккерман, глядя на свою несчастную королеву. Ставшую таковой вопреки собственной воле и вынужденную нести на своих хрупких плечах тяжкое бремя правления. В чём-то они вдвоём даже схожи: любая могла довольно много рассказать о внезапных семейных открытиях, только это никогда не делало их подругами. Да, Микаса могла понять свою венценосную собеседницу, посочувствовать ей, но...
Ты ведь не за этим сюда пришла, верно?
Ещё как, она и сама это подтверждает. Возможно, и правда хочет отринуть ненадолго собственный статус, однако по каким-то причинам не может этого сделать. Каким? Аккерман порывается спросить, да только слова застревают в глотке от невозможности вырваться наружу. Замирают где-то там, глубоко, остановившись где-то неподалёку от решительности Хистории.
Ну же, скажи. – Она взглядом просит, хотя собеседница на девушку совсем не глядит. Она руку хочет протянуть, коснуться хрупкого плеча, дать понять, что ей нечего бояться, ведь... Кому они нужны, кроме друг друга? Кому ещё можно довериться без опаски быть свергнутым или преданным? Кто, как не товарищ, поддержит в трудный час?
– Ты сказала "переворот"? – Повторяет вслед за своей королевой, прекрасно зная, что не ослышалась. Так вот почему Хистория сама не своя, да? Во всём виноваты проклятые йегеристы, будь они неладны. Один из основных источников проблем острова Парадиз ещё со времён тех самых событий. Вдохновлённые чёртовым фанатиком Флоком, они каким-то неведомым образом сохранили своё единство, не разошлись по разным дорогам, не сменили, очевидно, сторону. Остались верны собственным идеалам и плевать, как сильно они, идеалы эти, вредят их родному дому, верно?
– Странно, что в них нет ни капли уважения к тебе, – и Аккерман ни разу не лицемерит, поскольку находит такую позицию слишком уж дикой. Почему они не защищают свою королеву? Хотя ответ на вопрос слетает из уст её.
Переговоры с внешним миром. Продвинулись. Разумеется, позиция миролюбивого государства, никому не желающего зла, их раздражает. Злит. Бесит. Как иначе, это ведь лютое надругательство над сотнями погибших солдат. Многие сердца и жизни отдали за свободу острова Парадиз, а теперь то, что было добыто ценой стольких жертв, просто берут и добровольно передают в чужие руки. Тем, кто желал элдийцам смерти. Тем, кто может быть намного хуже марлийцев.
Но и это ещё не всё. – Хуже только помилование грязных предателей, обративших клинки против Эрена Йегера. Армин, Жан, Конни, Энни, сама Микаса в конце концов... По логике йегеристов всех вышеперечисленных следовало предать суду и самому жестокому наказанию, однако Хистория стеной встала между двумя сторонами, заступилась, уберегла близких Жана и Конни от возмездия, а теперь... Что она получила теперь? Лишь благодарность в письмах, не более того.
– Остальные знают? – Глупый вопрос, бесполезный. Даже если она известила их общих товарищей, те не сумеют повлиять на ситуацию, находясь по ту сторону океана. Смешно даже, как усердно выполнялась предсмертная воля Йегера: каждый пытался прожить свою жизнь как можно дольше, с лёгкостью покинув свои родные края.
– Я понимаю, Хистория, – королева могла просто отдать приказ либо добиваться своего осторожно, лавируя между фразами и непростыми ситуациями. – И раз ты являешься моим другом, то скажи, кого  хочешь видеть рядом с собой? Такого же друга? Солдата? Или человека, который может помочь тебе заручиться поддержкой со стороны внешнего мира?

[nick]Mikasa Ackerman[/nick][status]not strong enough[/status][icon]https://i.pinimg.com/originals/c9/61/ca/c961ca084d6b8db081d1229d9fcb830e.gif[/icon][sign][/sign][lz]<a class="lzname">Микаса Аккерман</a><div class="fandom">shingeki no kyojin</div><div class="info"><center>Томный капкан из четырёх стен, <br>Как в клетку зверь попала я в плен. <br>Не вижу закат, не встречаю рассвет, <br>Я сижу у окна, которого нет.</center></div>[/lz]

Отредактировано Chani Kynes (29.08.22 23:09:34)

0


Вы здесь » ex libris » альтернатива » нас единицы [shingeki no kyojin]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно