ex libris

Объявление

Ярость застила глаза, но – в очередной раз – разум взял своё и Граф легким аккуратным движением руки перехватил Виконта, будто бы тот ничего не весил, и, мягким, останавливающим, движением не дал вспороть шею поверженному некроманту.
— Тут достаточно крови. Он умрет и сам.
Быстрый, внимательный взгляд в сторону человека и вопросительно приподнятая, аккуратная бровь – умрешь же?
Возмущённый вздох – французский.
Хриплый свист через сжатые губы и такой же прямой взгляд в ответ Кролоку. Выживет. Слишком сильный. Слишком долго общается со смертью на ты. Возможно даже последний из тех, первых, что заключили контракт с костлявой.
— Мессир?
Адальберт тоже сохраняет хладный рассудок, чуть взволнованно посматривая на треснувшие зеркала – всплеск силы, произошедший буквально несколько минут назад, вновь зацепил всех. Франсуа тоже пытается сказать что-то, но вместо слов издает очередной булькающий звук и бросается в сторону уборной.
Ситуация сюрреалистична.
Ситуация провокационна.
Рука расслабляется на талии Герберта, не потому что Эрих этого хочет, а потому что в его пальцах сминается ткань тонкой рубахи обнажая… обнажая. На самом дне синих глаз все еще клокочет ярость, и только Виконт сможет понять её суть – не должна была сложится подобная ситуация в эти дни. В любые другие, но не те, что должны были принадлежать им для осознания, понимания, расставления литер и точек.

Лучший пост: Graf von Krolock
Ex Libris

ex libris crossover

— А ты Артёма Соколова видел? – Вася спросил у него первое, что на ум пришло.
— Ну да, он меня рекомендовал.
Вася завистливо хмыкнул, взведя курок.
Никто не понял. До сих пор дело висит без подозреваемых. Стечение случайных обстоятельств.
А Вася и ничего не знал. Спустя три часа после назначенного времени телеграфировал в Москву, что не встретил на перроне напарника. А где мальчик-то? Куда дели?
Ему так и не ответили.
Вася не даже самому себе не смог объяснить, зачем.
До какой-то щемящей завистливой боли в груди он чем-то походил на Артёма, то ли выправкой, то ли молчаливостью. Вася не понял, а, убив, в принципе утратил возможность разобраться. Да чё там было-то, Соколов – это класс, это верхушка, это интеллигенция, как его можно сравнивать с каким-то босяком-курсантом?
Артём бы не позволил себя просто так пристрелить в тёмной подворотне. Никогда.
Вася получил такое моральное удовлетворение, увидев, как разъехались некрасиво молодецкие ноги, как расползлась на груди рубашка. Некрасиво, неправильно, ничтожно. Вот тебе и отличник. Вася с удовлетворением потыкал носком ботинка в ещё румяную щеку, пытаясь примерить на его лицо Тёмино.
Но ничего даже близко.
Это успокаивает его на некоторое время.

Лучший эпизод: чёрный воронок [Eivor & Sirius Black]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ex libris » альтернатива » Апельсинчики - как мед...


Апельсинчики - как мед...

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

[nick]Candy[/nick][status]Все, что пожелаете[/status][icon]https://i.imgur.com/MuS6Uutm.jpg[/icon][lz]<a class="lzname" href="http://exlibris.rusff.me/viewtopic.php?id=10105#p1082553" target="_blank">Конфетка, 19</a> <div class="fandom">the crimson petal and the white</div> <div class="info">И лучше вам не знать, мистер, о чем она думает и что она пишет.</div>
[/lz][sign] [indent] [/sign]


Апельсинчики -  как мед...

Апельсинчики как мед
В колокол Сент-Клемент бьет.
И звонит Сент-Мартин:
Отдавай мне фартинг!
А Олд-Бейли, ох, сердит,
Возвращай должок! – гудит.
Все верну с получки! – хнычет
Колокольный звон Шордитча.
Вот зажгу я пару свеч – ты в постельку можешь лечь.
Вот возьму я острый меч – и головка твоя с плеч.

https://i.imgur.com/bCpTDCE.gif

• Лондон, Ист-Энд, Дом миссис Кастауэй / 1888 год

Шерлок Холмс, Конфетка

На улицах Уайтчепела орудует безымянный убийца проституток, которому газетчики дадут прозвище Джек - Потрошитель. В относительной безопасности чувствуют себя только девочки из борделей, но и они жадно ловят слухи, один другого ужаснее. Мистер Холмс начинает свое собственное расследование, обходя заведения под видом клиента. И находит девушку, которая умеет говорить о том, о чем желает говорить джентльмен. Любой джентльмен.

Отредактировано Arthur Ketch (27.03.22 01:46:16)

+4

2

Булыжники, по которым ступал мужчина в черном вельветовом сюртуке мокрые и грязные, холодный воздух отзывал дешевым джином и неспешно разлагающимся навозом. Где-то неподалеку раздавались приглушенные пьяные голоса, но он ускорил шаг уходя с широкой улицы и ныряя в каменную арку, мимо лежавшей на куче тряпья бездомной попрошайки, которая, едва услышав его шаги приподнялась и посмотрела, кто идет. Завидев, что он довольно состоятельный джентльмен, протянула руку, но мужчина прошел мимо, даже не взглянув на неё. Он шел прекрасно ориентируясь в переулках и домах, выбирая кратчайший маршрут к одному дому, в котором, как он вычитал в одной брошюре, была женщина, способная удовлетворить любую прихоть и интерес мужчины.
И он хотел знать, так ли это.
На Черч-лейн много домов терпимости, каждый из них открыт в этот темный час. Вывеска с красным фонарем светилась под светом настоящего фонаря, но мужчина проходил мимо дверей, за каждой из которых мог бы отдохнуть как следует в компании одной или больше девиц. Поправил шейный платок, чтобы за шиворот не попали капли начавшегося дождя со снегом. В эту зиму он особенно часто начинался именно ночью, покрывая мостовые изморосью. Мелкая, холодная крошка била по щекам, он надвинул котелок на брови ниже, ускоряя шаг. Вытащив часы из внутреннего кармана, мужчина глянул время: еще десять, он успевал в дом мадам Кастауэй, ведь девушка, обитавшая там, уходила в Камелек к одиннадцати. Идти в этот чудесный паб мужчине никак не улыбалось, его там некоторые знали в лицо и подставлять девушку он не желал. Слишком многое было поставлено на кон лично для него и очень многое зависело от их встречи в эту ночь. Проститутка которую он искал, по слухам обладала недюжинными талантами не только в постели, но умела читать и писать, более того, покупала книги, чего среди других проституток не встречалось. Чрезвычайно заинтересованный этой персоной, он хотел встретиться с ней лично. Повернув в последний раз, мужчина остановился перед высокими деревянными дверьми у одного из безликих домов. Все окна в доме были завешаны, но сквозь красные шторы был виден свет. Он толкнул входную дверь и оказался в полутемной прихожей. Узкий коридор вел дальше, в гостиную, где за столом сидела хозяйка борделя: мадам Кастауэй. Сняв шляпу и стряхнув с неё снежную крошку, мужчина прошел под свет желтой лампы. В глаза бросалось потрепанность места, коллажи из вырезанных мадам фотографий и иллюстраций с людьми, пошлые картины на стенах, красные, потрепанные от многочисленных подошв ковры, по которым шел гость. Звуки скрипки наполняли первый этаж дома, тихая мелодия лилась из под невидимого пока смычка самоучки. Он сдержанно улыбнулся хозяйке.
— Добрый вечер, мне сказали, что у вас есть девушка, способная удовлетворить самые смелые фантазии. Надеюсь, я не опоздал к Конфетке? — Он нетерпеливо оглянулся, будто бы она могла выйти из-за угла, но на диване, по другую сторону от мадам сидела другая девушка. Он видел только её обнаженную спину, зажатый между плечом и подбородком инструмент и слышал звуки скрипки.
— О, вы не опоздали, Конфетка еще не ушла, она припозднилась сегодня, но, видимо не зря. Кристофер, предупреди Конфетку, что к ней гость.
Мальчишка лет двенадцати, бросив скомканные простыни на пол, которые нес куда-то, метнулся вверх по лестнице, выполняя поручение мадам.
Цепкий взгляд бандерши мгновенно заметил золотую цепочку на бордовом жилете мужчины, который выглядывал из под черного сюртука, его черный в белую полоску шейный платок и ухоженность его лица и рук, на пальце которой она увидела дорогой перстень. — Комната стоит пять шиллингов, за вино еще два. Но стоимость всего, что случится наверху, определите вы с Конфеткой... Кристофер! проводи джентльмена наверх, к Конфетке.
Мальчишка уже вернулся и теперь стоял рядом с мужчиной, кивая ему.
— Самое лучшее, — лениво бросил посетитель, бросая на стойку десять шиллингов и удаляясь следом за Кристофером. Комната Конфетки была на втором этаже, поднимаясь по лестнице на второй этаж, обходя развешанное белье и простыни, гость задержал дыхание. Пыль летела из ковров, вставая плотными столбами в свете ламп.
— Вам сюда, мистер.
— Благодарю, — он толкнул дверь, входя в комнату проститутки.

[icon]https://i.imgur.com/0IofWkg.png[/icon][nick]Sherlock Holmes[/nick][status]Слабоумие и отвага[/status][lz]<a class="lzname">Шерлок Холмс, 34</a><div class="fandom">Sherlock Holmes Guy Ritchie</div><div class="info">С отвагой в сердце кидайтесь в бой, крича: «За нас Господь и Англия, и Святой Георг!»</div>[/lz]

+2

3

[nick]Candy[/nick][status]Все, что пожелаете[/status][icon]https://i.imgur.com/MuS6Uutm.jpg[/icon][sign][sign] [indent] [/sign][/sign][lz]<a class="lzname" href="http://exlibris.rusff.me/viewtopic.php?id=10105#p1082553" target="_blank">Конфетка, 19</a> <div class="fandom">the crimson petal and the white</div> <div class="info">И лучше вам не знать, мистер, о чем она думает и что она пишет.</div>[/lz][sign] [indent] [/sign]

«Он верещит как недорезанный поросенок, пока я надежно затягиваю и проверяю узлы на его руках и ногах.
— Ты пожалеешь! – кричит он, — Ты не знаешь, кто я такой. Я очень важная персона! Ты закончишь свои дни на виселице или на каторге, уж я об этом позабочусь!
— Да, — отвечаю я и беру со стола хорошо заточенный нож. Мужчина дергается, его багровое от крика и ярости лицо покрывается пятнами и вдруг разом становится мучнисто-бледным, когда холодное острое лезвие щекочет его кадык. Я не спеша веду кончиком ножа вниз по его волосатой обезьяньей груди, по дряблому отвисшему животу, приподнимаю съежившийся липким ошкурком хрен.
— Тогда мне придется позаботиться о том, чтобы ни попасть ни на виселицу, ни на каторгу. Можешь выбрать, что именно первым познакомится с этим ножом, твоя задница или твои причиндалы.
Он придушенно всхлипывает и…»

В дверь стучат. Она вздрагивает, отвлекаясь от обдумывания очередной главы своей книги.
— Конфетка! – раздается голос Кристофера, — К тебе пришел  джентльмен.
Сидящая за небольшим, заваленном бумагой и брошюрами столиком, проститутка поспешно промокает не до конца просохшие чернила и захлопывает толстую, похожую на гроссбух книгу, наполовину исписанную убористым  экономным почерком. Задувает две из трех свечей, оставляя комнату в приятном полумраке, скрывающем общарпанную мебель  и отстающие кое-где от стен обои. Переставляет свечу на ночной столик, так, чтобы свет прежде всего падал на застеленную свежими простынями кровать с зеркальным изголовьем. Идет к двери.
— Хорошо, Кристофер, пусть поднимается, я жду его.
Захлопнув дверь, Конфетка быстро и привычно убирает книгу в тайник под стопками сорочек и панталон, смахивает со столика брошюры, оставляя парочку душеспасительных книжонок, которые щедро раздает падшим женщинам «Общество спасения». Подумав секунду, убирает и их подальше от глаз. На полях этих книжиц ею набросаны комментарии, большей частью ядовитого свойства, а кое-какие места подчеркнуты и ей ни к чему, чтобы очередной мужчина случайно наткнулся на них и прочел.
Бросает быстрый взгляд в зеркало над комодом, поправляет выбившийся рыжий локон на виске, снимает отставший лоскуток кожи с тонких, сухих, шелушащихся губ. В остальном она  полностью готова и  одета для выхода, поскольку меньше, чем через час собиралась идти в «Камелек» и подцепить там кого-нибудь из постоянных клиентов или новенького, прочитавшего о ней в «Новом лондонском жуире» или прослышавшем от приятелей. Конфетка – знаменитость Черч-лейн и лучшая девочка в доме  миссис Кастауэй, собственной матери. Темно-зеленое платье из тафты, неожиданно строгое для девицы ее рода занятий,  и одновременно элегантное   – образчик последней моды, ничуть не хуже тех, что покупают или шьют на заказ настоящие леди. Застежка из множества мелких пуговок тянется по  спине от высокого ворота до талии – такой фасон без слов сообщает окружающим о том, что дама одевается исключительно с помощью горничной. Конфетке, правда, приходится для поддержания этой иллюзии орудовать «шлюшьими крючками» — хитрыми приспособлениями для застегивания пуговиц.
И когда дверь открывается, Конфетка делает шаг навстречу и слегка улыбается вошедшему. В ее улыбке и выражении карих глаз -  предложение  разделить с собой глубины любых, самых нескромных и отвратительных желаний.
Мужчина невысок, но довольно хорош  собой. Недурной образчик развратников, только и думающих, куда бы присунуть свой дрын. С одного взгляда Конфетка оценивает примерную стоимость лишь слегка поношенного костюма,  золотую цепочку часов. Состоятелен или старается казаться таковым. В любом случае – не меньше пятнадцати шиллингов.  Самоуверен, значит, не придется вытягивать из него клещами, чего именно он хочет. Такие сообщают свои пожелания с таким видом, будто покупают пирожное в кондитерской.  Конфетка чуть наклоняется к нему  и доверительным тоном произносит:
— Ваш выбор верен, мистер. Я сделаю все, о чем попросите.

Отредактировано Arthur Ketch (28.03.22 14:47:10)

+2

4

Комната, в которой он оказался, тонула в полумраке. Кружевные тени, падающие тут и там внушали интригу и рыжеволосая нимфа своим появлением вторила им. Здесь, в этом доме, в пределах этой комнаты можно было все. Здесь, за одно простое качество прощали дурной характер, некрасивое лицо или пивное пузо. Пока звенели монеты, любой каприз мог быть исполнен. Мужчина разомкнул губы в приветственной улыбке, окидывая взглядом девушку с головы до ног. Его колкий взгляд карих глаз не могли скрыть даже тени. Шагнув ей навстречу, он протянул руку и взял за руку, отводя её в сторону, чтобы оценить плавность её движений. Зацепился взглядом за чернила на пальцах — совсем свежие, —  и улыбка стала шире. Он обошел её вокруг, коснулся пальцами спины, белых крылышек на платье, — вдоль пуговок и остался доволен увиденным. Она была именно такой, как ему говорили: выглядела как леди, одним взглядом обещала ему исполнить все желания, начитана, что большая редкость для женщин такого плана и умела писать. Пальцы у неё длинные и сильные, сетчатые перчатки закрывали ладошку до середины. И, пока обходил её, успел мельком рассмотреть стол, на котором были свежие листы и скомканные бумаги и чернильница с пером. Рассмотреть было ли что-то написано на них в таком полумраке не представлялось возможным. Это было не важно: все его внимание занимала девушка. Свет единственной свечи играл на её рыжих волосах и зеленой тафте платья, подведенных тенями глазах, взгляд которых был еще глубже и сухих губах. Не удержавшись, он едва коснулся их большим пальцем, но почти сразу убрал руку.
— Тогда мне очень повезло! О вас много говорят, но мои смелые фантазии еще ни одной девушке не удалось удовлетворить. Вы достаточно храбры? — предыдущие проститутки, к которым он обратился на улице сначала посмеялись, а поняв, насколько он серьезно настроен в страхе ушли. Очень не многие согласились бы пойти на то, чего хотел этот невысокий джентльмен. Они просто не верили ему и обещаниям, которые он давал. — Я заплачу столько, сколько попросите, — серьезно сказал он, мягко перехватывая руку Конфетки в свою ладонь и коснулся губами пальцев и хотел сказать что-то еще, но его прервала открывшаяся дверь: вошел Кристофер с вином, одним своим появлением разрушая интригу между ним и Конфеткой. Вряд ли бы кто-то еще заметил как тихо вошел мальчик, но мужчина, словно ждавший какой-то неприятности, резко обернулся на  шум. Проводив мальчишку взглядом, он вернул внимание к девушке. На его губах заиграла лисья улыбка, а в глазах блеснул озорной огонек. — Но сначала, я хочу узнать, как вы умеете работать ртом.
Он выпустил её ладонь из своей руки. Если почти все проститутки соглашались рассказать ему о Потрошителе и как он убивал их товарок и как им страшно теперь, то на последнее не согласился никто. Его прогоняли и уходили прочь сами. И если бы он перешел сразу к своему самому заветному желанию — сделать из Конфетки наживку для Потрошителя, она незамедлительно выставила бы его вон и даже две гинеи, бывшие у него сейчас в кармане, не помогли бы.
— Я надеюсь, что все, что будет происходить в стенах этой комнаты и между нами, останется в секрете. Мое имя Шерлок Холмс, я веду расследование по делу Джека Потрошителя и мне нужна ваша помощь. Расскажите мне все, что знаете о Джеке Потрошителе. Каких улиц избегаете, каких мужчин опасаетесь, что о нем говорят другие... кто и когда стала самой первой жертвой, где нашли её тело и что с ним сделали. Как оно выглядело? Вряд ли Скотланд-Ярд знает обо всех убитых женщинах. Поделитесь со мной всем, что вы знаете, Конфетка.

[nick]Sherlock Holmes[/nick][status]Слабоумие и отвага[/status][icon]https://i.imgur.com/0IofWkg.png[/icon][lz]<a class="lzname">Шерлок Холмс, 34</a><div class="fandom">Sherlock Holmes Guy Ritchie</div><div class="info">С отвагой в сердце кидайтесь в бой, крича: «За нас Господь и Англия, и Святой Георг!»</div>[/lz]

+2

5

[nick]Candy[/nick][status]Все, что пожелаете[/status][icon]https://i.imgur.com/MuS6Uutm.jpg[/icon][lz]<a class="lzname" href="http://exlibris.rusff.me/viewtopic.php?id=10105#p1082553" target="_blank">Конфетка, 19</a> <div class="fandom">the crimson petal and the white</div> <div class="info">И лучше вам не знать, мистер, о чем она думает и что она пишет.</div>
[/lz][sign][sign] [indent] [/sign][/sign]

Джентльмен смотрит на нее так, словно хочет запомнить на всю жизнь. Сердце Конфетки нехорошо екает, но на лице все так же легкая, приглашающая улыбка. Она расслабленно позволяет ему вертеть, трогать и рассматривать себя. Странно, что она не видит  в его взгляде и движениях привычной похоти, нетерпения и страха мужчин, которые приходят к ней, чтобы она исполнила самые грязные и тайные их желания. Конфетка не спешит. Пусть  он  первым скажет, чего хочет.
У мужчины выразительные глаза. И взгляд чересчур цепкий. Пожалуй, это самое примечательное в его внешности. В остальном он выглядит взъерошенным и одежда его не совсем в порядке, будто он только что поднялся с постели, в которой спал одетым. Девушке приходит в голову вдруг, что он из полиции. Но это ничего не значит. Ищейки из Скотланд-Ярда не меньше прочих охочи до платных утех с девушками, а миссис Кастауэй, несомненно, уладит проблемы, если они возникнут. Может быть даже, мадам и подсунула ему Конфетку, зная, что она не подведет.
— Вам очень повезло, мистер, — Конфетка быстро перебирает в уме несколько подходящих к случаю фраз, — Если у вас хватит смелости попросить исполнить ваше желание – моей храбрости хватит исполнить его.
Он  все еще держит ее за руку, свободной рукой она слегка взъерошивает ему волосы,  наклоняется к нему чуть ближе, так, что их лица  почти соприкасаются. Она немного выше ростом, это  ее забавляет.
-  И моя храбрость уж  точно не дешевле вашей смелости, мистер, — ее низкий, чуть хрипловатый голос звучит мягко, с рассчитанной ноткой кокетства.
Одновременно она прислушивается к своим ощущениям. Есть мужчины, которых она равнодушно терпит, есть те, кто не вызывает ничего, кроме брезгливости, есть те, которых она ловко избегает, ничем не нарушая своей репутации. Когда джентльмен касается губами ее руки, Конфетка решает, что  сухие губы – повод отнести его к первой категории.
Дверь бесшумно приоткрывается, Кристофер проскальзывает внутрь и ставит на комод поднос с бутылкой вина и двумя настоящими стеклянными бокалами.  Точно из полиции, снова думает Конфетка, когда  джентльмен оборачивается на скрип двери не смущенно или испуганно, а резко, будто ждет нападения из-за угла. Ох, как же ей не нужны неприятности.
-  О, с огромным удовольствием познакомлюсь с вами поближе, — она облизывает губы, увлажняя сухую, шелушащуюся кожу и ее рука шаловливо  скользит по его груди, она расстегивает пуговицы его сюртука и жилета, забирается под пояс брюк,  поглаживает его пах, заодно оценивая размер и готовность. Не было такого мужчины, который не любил бы, когда проститутка встает перед ним на колени и открывает рот. А трудов почти что и никаких.
Однако мистер Холмс не останавливается и продолжает говорить. Холмс. Это имя кажется Конфетке знакомым. Вроде бы другие девушки упоминали его.  Или что-то похожее. Или нет, но говорили о мужчине, который расспрашивал их о Потрошителе. Может, он из тех,  у кого петушок и не подумает выглянуть из гнезда, если не подстегнуть его разговорами и  подробностями о трупах и издевательствах. И хорошо бы, если только разговорами.  Девушка невольно вздрагивает. Об убийствах  известно всему Ист-Энду. Те проститутки, что работают на улицах,  уже не так гордятся своей независимостью, а после  второй зарезанной женщины   кое-кто попросился под крылышко  владелиц домов терпимости, а кое-кто даже  отправился  в «Общество спасения» — переждать скверные времена под сенью библии и чокнутых дамочек с их брошюрками. А  в борделях предпочитают постоянных проверенных клиентов.
— Так вы из полиции? -  несмотря на  искренний, хоть и недолгий испуг, пальцы Конфетки продолжают свое дело, наглаживая и  потирая пах гостя. Она верит, что ее таланта хватит даже на то, чтобы успокоить и отвлечь любителя резать девушек. До сих пор хватало, она уходила от подобных   живой и здоровой.
— Садитесь, мистер Холмс, — она вдруг прерывает ласку, спокойным, властным движением указывает  на потертое, но отменно удобное кресло. Сама  становится спиной к комоду, — Вас интересует только информация? Для этого достаточно было поговорить с девочками на улицах. Обошлось бы вам куда дешевле.
Она красноречиво постукивает пальцами по  крышке комода. Слова порой стоят дороже, чем просто или с фантазией присунуть  стояк.
— Об этом вам расскажет любая из девушек, мистер Холмс.  Первой убили Полли Николз, ее нашли  ночью на Бакс Роу. Бедняжке перерезали горло и выпотрошили. Следующей была Темная Энни. Обе были  изрядно потрепанными, больными  и пошли бы с любым, кто бы предложил шиллинг, а то и пол-шиллинга. Опаснее всего в Уайтчепеле, в самых трущобах. Но и здесь   относительно в безопасности себя чувствуют только те, кто работает  в домах. Но вы ведь хотите услышать  что-то особенное?

Отредактировано Arthur Ketch (31.03.22 12:30:07)

+2

6

Она пахла так же как и выглядела: приятно. Шерлок сделал глубокий вдох носом, прищурился, кладя ладони на её талию и улыбнулся чуть смущенно, будто бы извинялся за то, что немного вял в её руке. Мысли об убитых мешали сосредоточиться на ласках, но Холмс одернул себя, напоминая, что пришел вовсе не за любовью, а за информацией. Но одно другому ведь не мешает? А деньги у него есть.
Она вздрогнула от его слов, Шерлок провел по её локтю ладонью, чтобы успокоить, а Конфетка отошла, оставляя его с расстегнутыми штанами и в слегка приподнятом настроении.
— Нет, я не из полиции, я частный сыщик, меня не нанимал Скотланд-Ярд. — Холмс снял сюртук, чтобы не мешал свернул, положив его на спинку кресла, на которое указала ему Конфетка. Он, встряхнув руками, чтобы расстегнутые манжеты рукавов рубашки расправились и прежде чем сесть, налил себе вина из принесенного мальчишкой оплетенного кувшина. Изящный силуэт проститутки бросал тень на стену, двигался в свете свечи. Только сейчас Холмс заметил, как она молода и напряжена. Мог ли Потрошитель заметить её? В ней можно узнать проститутку, леди не станет ходить по ночным улицам такого района в одиночестве, она вообще не станет ходить по этим трущобам. Холмс покрутил вино в бокале, поднес к носу, принюхиваясь к нему. Качество вина его мало интересовало, скорее, это была привычка нюхать то, что он пил, особенно в незнакомом месте. В нос ударили цитрусы, без запаха горького миндаля, и он сделал пробный глоток: кислое. Он в три глотка опустошил бокал и налил себе еще — разбавленное, от него не захмелеет.
О том, что Конфетка проститутка можно было понять еще по её взгляду. Её глаза были взрослее, чем она сама, видели жестокость... во сколько её лишили невинности? наверняка еще девочкой. Холмс не любил девственниц, бандерши предлагали девочек лет тринадцати, а лечь с такой в постель... он пожал плечами и снова улыбнулся, отвлекаясь от неприятных мыслей.
— Да... не совсем. Я хочу знать больше, все, что ты можешь мне сказать. Любые подробности. Жертвы были изнасилованы? — последняя найденная проститутка подверглась не только жестокому расчленению. Вполне возможно, что она была с мужчиной до того, как её убили и Холмс придерживался этой версии. — Полли Николз полиция и сама нашла, первая жертва. До неё, неужели никого не было? — Шерлок покрутил вино в бокале, посмотрел на свет. Вино купленное у винодела с Окдел-роуд, именно он поставлял вина в бордели. Очень часто разбавленные, и подешевле. Выгодно для всех, клиенты, пришедшие за утехами не обращали внимание на качество вина, если их от него не проносило и не тошнило. Хорошее для борделя, ведь сюда приходят не пить, и плохое на его вкус.
— О, я говорил с ними, они не рассказали мне ничего стоящего внимания. — Холмс поморщился. Вино, хоть и разбавленное, все же настраивало на определенный лад. Он протянул ей руку, на которой россыпью белели шрамы от собачьих зубов, предлагая сесть себе на колени. — Подойди ближе.
Чуть взбодренный ласками член снова опал, старания рыжей нимфы прошли даром, но Шерлока это не беспокоило, он только развязал шейный платок и расстегнул верхние пуговицы рубашки. Он поставил недопитый бокал с вином на пол, взъерошивая и без того лохматые волосы.
— Ты когда-нибудь замечала что кто-нибудь следит за кем-то? Или, может быть, видела подозрительных мужчин на улицах? Кто-нибудь приставал с такими просьбами, которые нельзя было исполнить?
Холмс мог ответить на этот вопрос сам: приставал. И попроси описать его, они расскажут, как именно выглядел сыщик. Никто не соглашался быть приманкой, страх был так силен, что он засомневался, что пришел вообще по адресу. О Конфетке многое рассказывали и сыщик счел, что она могла согласиться. Девушка неординарная, падкая на деньги, как и все шлюхи. Но она ведь читала газеты? Газет Холмс тут не увидел,как и чего-то, что могло подсказать ему, что же читала эта образованная проститутка. Может, это всего лишь слух, чтобы заинтересовать? Тогда он крупно просчитался.
— Может, прогуляемся?

[nick]Sherlock Holmes[/nick][status]Слабоумие и отвага[/status][icon]https://i.imgur.com/0IofWkg.png[/icon][lz]<a class="lzname">Шерлок Холмс, 34</a><div class="fandom">Sherlock Holmes Guy Ritchie</div><div class="info">С отвагой в сердце кидайтесь в бой, крича: «За нас Господь и Англия, и Святой Георг!»</div>[/lz]

+2

7

[nick]Candy[/nick][status]Все, что пожелаете[/status][icon]https://i.imgur.com/MuS6Uutm.jpg[/icon][sign][sign] [indent] [/sign][/sign][lz]<a class="lzname" href="http://exlibris.rusff.me/viewtopic.php?id=10105#p1082553" target="_blank">Конфетка, 19</a> <div class="fandom">the crimson petal and the white</div> <div class="info">И лучше вам не знать, мистер, о чем она думает и что она пишет.</div>
[/lz]

Частный сыщик? Конфетка чуточку приподнимает брови, придает лицу выражение  искреннего удивления и заинтригованности. Забавно, если он еще и не врет. О частных детективах Конфетка читает в бульварных романах. Там тайны, убийства, пираты  и страстная любовь  вперемешку с ужасами про вампиров,  оборотней и колдунов. Конфетка быстро перебирает подходящие фразы, подавляет  первое естественное желание просто воскликнуть: «Ах, как интересно!» с подходящим выражением восторга и  причастности к тайне.
Если не полицейский – это с одной стороны хорошо. С другой – неизвестно, чего от него ждать. Однако,  меток на нем хватает. Девушка замечает  множество мелких шрамов, похожих на  отметины от собачьих зубов.  Строит из себя загадочность, но что-то таинственное в нем непременно есть. Конфетка привыкла, что большинство клиентов раздеваются впопыхах, суетятся и торопятся, стыдясь своих потаенных  желаний и постельных мечтаний.  Она  подбирает юбки,  охотно присаживается к мужчине на колени,  как бы ненароком позволяя подолу платья  слегка задраться и продемонстрировать довольно изящные щиколотки и  лодыжки, обтянутые тонкими фильдеперсовыми чулками.
— Я бы сказала, что это ужасно интересно. То, чем вы занимаетесь. Не будь  повод, по которому вы заглянули ко мне  таким печальным и пугающим, — сообщает она клиенту, запуская пальцы в его взъерошенные  вьющиеся волосы.  И перебирает их, пропускает между пальцами, разбирая и расчесывая в такт тому, что негромко шепчет на ухо клиенту, то и дело прихватывая губами мочку его уха.
-  Знали или догадались? Примерно за… да, за месяц до  убийства Полли в Уайтчепеле нашли еще двух  проституток. Обеим перерезали горло. Точно так же как Полли и Энни.  Первой была Лили Белл,  ей и двадцати не было. Бедная пьянчужка, — Конфетке вовсе не жаль  девицу, которую она вовсе не знала, но здесь стоит проявить немного сострадания, -  Ее и нашли-то потом случайно, спустя неделю после смерти. Неизвестный ублюдок… ох, простите, мистер, но как еще назвать злодея, отрезал ей груди. А чуть ли не на следующее утро нашли Рыжую Бесс. Вот она была под стать тем убитым, о ком написано в газетах. Ей разрезали живот и  выпотрошили как куренка.   
Не самая подходящая тема для беседы, претворяющей основное действие, но руки Конфетки знают свое дело. Не переставая шептать и  перебирать волосы джентльмена, она запускает руку аккурат между своим бедром, обтянутым шуршащей тафтой и его животом и снова начинает поглаживаниями выманивать петушка из волосяного гнездышка. А то пока что мистер похож на пистолет с ослабленным курком. Пальцы у нее сухие, чуть шершавые из-за шелушащейся на подушечках кожи. Тем контрастнее их прикосновения к гладкой, нежной плоти.
— Как тут скажешь о насилии, мистер. Они ведь не фиалками на улице торговали, а совсем другим цветочком. А мужчины попадаются всякие. Если бы насилие – можно объяснить, у некоторых и встает-то, лишь если они девушку придушат или кровь пустят. К тому же таких девушки знают в лицо и передают друг дружке, кого стоит опасаться. А когда убивают не по причине, а просто так — поди, дознайся, кто это сделал. Вы ведь не из таких, мистер, а? – лукаво мурлычет Конфетка, в уме прикидывая, как ловчее дотянуться до полупустой бутылки, если что.
И негромко смеется.
— Это Ист-Энд, мистер. Здесь хватает подозрительных мужчин. На лице у них не написано, что он сейчас вытащит нож из кармана и пустится кромсать девушку, которая только что предложила провести  с ней часок. Уличные проститутки стараются ходить по улицам  парами. Или ищут себе сутенеров или стараются пристроиться в заведение  к мадам. Выручка меньше, зато безопаснее.
Она исполняет любое желание клиента. Хитрость в том, чтобы выбирать клиентов  с теми желаниями, которые она  может исполнить. Конфетка – девушка с разбором. Ее клиенты  или обитают в «Камельке», или приходят в дом миссис Кастауэй. Но у нее есть подруги из тех, кто утюжит улицы вечер и ночь напролет.
— Конечно, мистер, — продолжает  она уклончиво, ерзая у него на коленях и притираясь поплотнее тафтяным бедром к вновь ожившему члену, -   Джентльмены, любящие экзотические забавы, встречаются нередко. Но   в Лондоне есть заведения, где оказывают особенные услуги. Любители подобных развлечений хорошо о них знают.  Уличные девушки иногда соглашаются, если очень нужны деньги. Вот вы, к примеру, очень подозрительны. Пришли к  женщине и задаете уйму вопросов об убийствах.
А затем предлагаете прогуляться. Сердце Конфетки тревожно екает, но она только морщит нос:
— Зачем куда-то идти? На улице холодно и идет снег. А здесь тепло и совсем рядом очень удобная кровать. Если хотите выпить чего-нибудь покрепче, для особых клиентов мадам держит  неплохой бренди. А затем я выполню ваше желание. Вы ведь не только за разговорами пришли,  мистер? Как вас называть?

Отредактировано Arthur Ketch (04.04.22 16:00:57)

+2

8

Холмс тут же обнимает её за талию, скованную корсетом одной рукой, а вторую кладет на её бедро, ведет ниже, поглаживая сквозь ткани юбок. Ножки у неё стройные, а чулочки, насколько он видит, цветные. То ли синие, то ли сиреневые, в темноте не разобрать, но ему нравится и Холмс, улыбаясь как кот, дорвавшийся до сметаны, опускает руку еще ниже, забирается под её юбку, сжимая кожу. На удивление, его грубые пальцы гладят не бархатистую кожу. Она шершавая... но не вся. Пальцы скользят по гладким участкам кожи и он, любопытствуя, медленно задирает её юбку, оголяя ножку выше колена. Чулки заканчиваются на середине бедра, игриво подвязанные, а кожа покрыта тигриными полосками: но это вовсе не шрамы. Ладонь гладит, изучая полосы, а в груди и в низу живота приятно тяжелеет.
— Я, мм... знал... догадался, — поправляется он. Горячее дыхание Конфетки, её губы на ухе, пальцы в волосах и на члене отвлекают от мыслей о работе. Он ведь пришел сюда совсем за другим, а её рука уже оказалась в его штанах. Он же не собирался этого делать, может, думал Холмс, потом, после дела... но не перед ним. Близость опустошала не только его яйца, но и голову. Он прикрывает глаза, облизывая свои губы и поддается чарам рыжей нимфы. Член уже стоит, он мог бы помочь ей задрать повыше юбки и усесться удобнее, наверняка кресло переживало и не такое, развлечься с ней, может, даже всю ночь, спасти её — ведь она такая молодая и такая соблазнительная. Отчего-то в эту минуту Холмсу кажется, что именно она станет очередной жертвой Потрошителя. Она посмеивается чему-то, но Холмс уже слушает только её голос, вполуха слушая слова. Он понимает, что все важное уже сказано: два трупа, два самых первых трупа, которые ему следует найти. Вернее, их могилы, порыться в полицейских архивах, поговорить с доктором, который нашел их. И только тогда он приблизится к разгадке.
— Нет, — выдыхает Холмс, с мягкой улыбкой на губах. Взгляд у него все еще колкий, когда он смотрит ей в глаза, но уже с чуть затуманен её лаской и голосом. — Если бы я любил боль и унижение, меня бы здесь не было, — сознается он, крепче стискивая её бедро и отпуская. — Шерлок, — он повторяет свое имя. — Меня зовут Шерлок Холмс.
Сыщик теряется на мгновение, глядя в глаза Конфетки. Исполнит желание. Были ли у него желания? Прямо сейчас да, хотелось овладеть ей немедленно, бросить на постель и срывать с губ стоны, расстегнуть её платье, расцеловать грудь, вместо того, чтобы идти на холод, подставляться ледяной крошке и ветру. В этой темной, грязной комнате и правда было тепло и уютно. Но убери из комнаты Конфетку — и уют сразу пропадет, он готов был биться об заклад. Он смотрит ей в глаза, знает, что она в тревоге — интуитивно чувствует это, потому что виду она не подает. Холмс смотрит на её губы и снова в глаза.
— Я тебя не обижу, — в тон ей, тихо говорит сыщик, стараясь успокоить. — И никому не дам в обиду.
Он чуть прикрывает глаза, давая ей искреннее обещание, едва касается её сухих губ легким поцелуем, будто бы закрепляет свое обещание. Он продолжает, делая паузы, будто подбирает слова.
— Мне нужна твоя помощь. Я все время буду рядом, и два полицейских в штатском тоже... ты не пострадаешь, мы успеем раньше, чем кто-либо сможет причинить тебе вред. Все, что нам нужно, чтобы ты ходила по улицам, предлагая себя определенному типу мужчин. У нас есть... у меня есть догадки о том, как он выглядит.
Он гладит её по волосам, словно уговаривая быть хорошей девочкой и согласиться стать приманкой, совсем забыв, что её рука поглаживает одну из ценных частей его тела. Второй рукой он все еще обнимает за талию, но уже не так крепко, перебирает пальцами, щупая плотную ткань.

[nick]Sherlock Holmes[/nick][status]Слабоумие и отвага[/status][icon]https://i.imgur.com/0IofWkg.png[/icon][lz]<a class="lzname">Шерлок Холмс, 34</a><div class="fandom">Sherlock Holmes Guy Ritchie</div><div class="info">С отвагой в сердце кидайтесь в бой, крича: «За нас Господь и Англия, и Святой Георг!»</div>[/lz]

+2

9

[nick]Candy[/nick][status]Все, что пожелаете[/status][icon]https://i.imgur.com/MuS6Uutm.jpg[/icon][sign][sign] [indent] [/sign][/sign][lz]<a class="lzname" href="http://exlibris.rusff.me/viewtopic.php?id=10105#p1082553" target="_blank">Конфетка, 19</a> <div class="fandom">the crimson petal and the white</div> <div class="info">И лучше вам не знать, мистер, о чем она думает и что она пишет.</div>
[/lz]

Рука мужчины проникает под ее юбки и вдруг замирает, а на лице его Конфетка без труда определяет озадаченное выражение, будто  человек не верит тому, что нащупал. И точно, мужчина немедленно задирает ей юбки, чему Конфетка ничуть не препятствует, а наоборот, поощряет  кокетливым грудным смехом. Многим нравится ее смех, хотя сама Конфетка переживает, что ее голос вовсе не похож на звонкие высокие голоса благородных леди, а смех ничуть не напоминает переливчатые птичьи трели. Но с голосом она ничего поделать не может и остается брать тем, что она говорит, а не как.
Эти полосы шершавой, темно-багровой, шелушащейся кожи, симметрично расписавшие ее тело под тигриную шкуру,    появились у нее вскоре после  ее первого мужчины. Но Конфетке удалось превратить болезнь из уродства в завлекательную особенность, которой нет больше ни у одной девушки. Вот и этот джентльмен скорее заинтересовался, чем выказал отвращение. Впрочем, Конфетка думает, что его привлекает все новое и непонятное.
— Шерлок, — произносит она, перекатывая имя на языке, — Шерлок Холмс. Ваши слова означают, что вы не любите причинять боль или не любите, когда ее причиняют вам? Но ведь и кроме нее есть множество куда более приятных вещей, которыми можно заняться с девушкой,  — интимно шепчет она на ухо и снова прихватывает и слегка сжимает губами мочку.
Почему-то это имя кажется ей смутно знакомым. Может, упоминала кто-то из девушек.  Он выглядит тем, кто частенько пользуется услугами проституток. Хотя  вообще-то они редко делятся между собой именами клиентов, разве что приятельница может предупредить, с кем не стоит связываться. Потому что своя рубашка ближе к телу и если жестокий клиент, любящий кровь и крики, в следующий раз выберет себе другую жертву… что ж, значит, не повезет ей.
— Конечно же, не обидите, я вам верю, — Конфетка ерзает у него на коленях так, чтобы развернуться и смотреть прямо ему в глаза, обнимает его за шею, притягивает поближе и смотрит широко раскрытыми, наивными глазами.  За доверчивость ей и платят, в том числе, — Так вы из тех, кто любит смотреть? – она складывает губы бантиком.
Все она отлично понимает. Сложить два и два, расспросы о убитых проститутках и неожиданное предложение, да еще навязчиво  повторяемые слова о полной безопасности – тут уж надо быть полной дурой, чтобы не сообразить, к чему все идет.
— Частный сыщик, — повторяет она, — А я вам вроде живца на крючке, верно? Да еще и в компании «бобби»?  – ее пальцы многообещающе  сжимаются на его  налившемся мужском достоинстве.  Но вместо того, чтобы оторвать член нахалу, предлагающему такое, на что приличная и уважающая себя девушка в жизни  не согласится, кроме как за очень хорошие деньги, Конфетка двигает плотно сжатыми пальцами вверх и вниз, не позволяя клиенту отвлечься и как следует задуматься над тем, что он говорит.
— И сколько же  вы думаете заплатить за столь необычное желание, мистер Холмс? – щурится он уже совершенно по-деловому, — Это мой вечер. Может быть, и не один. А кроме того, я должна думать о своей репутации. «Бобби» в штатском? Да  хоть в лордов их переоденьте, от них за версту несет участком.

+1

10

Она и не возражает, томный голос у самого уха шепчет, манит и обещает ему много интересного, много нового. Шерлок облизывает губы, перебирает пальцами по жесткому корсету платья. Снять бы с неё всю одежду, да завалиться в кровать, но улица звала, настойчивым ветром за окном и холодной снежной крошкой. Выходить туда очень не хотелось. Хоть Конфетка и не выразила резкого отказа, все же, она еще не согласилась и как бы Холмсу не хотелось выбросить мысли о работе из головы, он не мог позволить себе эту роскошь. Вопрос о деньгах не был для Шерлока принципиальным, однако много он с собой не взял, не знал, чем окончится для него этот вечер и ночь.
— У меня при себе две гинеи, — признался сыщик. Две гинеи солидная сумма для постельных утех, сорок два шиллинга, что бы она могла с ним сделать, что бы Конфетка позволила за них сделать с собой?.. Они бы славно покувыркались на этой роскошной кровати до самого утра, в этом Шерлок был уверен. Её шероховатые пальцы и ладошка в митенке на его естестве убеждали в том, что лучше потратить деньги на развлечение, чем подвергать жизни опасности, да и вообще, зачем идти на холод, под снег? Да и вовсе на улице был не снег, а ледяная крошка, забивавшаяся за воротник и обувь. Наверняка она залетела бы во все складки её зеленого платья, превратила бы чудесную копну рыжих волос в скомканный кошмар, отпугивающий любого. Шерлок мельком бросил взгляд затуманенных лаской глаз на окно: медовый свет уличного фонаря едва касался окна снизу, но в его свете было видно падающий снег. Изморось едва коснулась окошек. Ледяная крошка как падала с неба, так и продолжала застилать землю. Потрошитель не боялся выходить в любую погоду, в дождь или снег, и сегодня, возможно, тоже будет на улицах. Убийца выходит бессистемно, не было никакого графика, что удручало не только сыщика, но и полицию. Холмс коснулся её щеки костяшками пальцев, качая головой. Пальцы погладили длинную, тонкую шею, зацепились за ворот её платья. Долго расшнуровывать, ведь им сейчас на прогулку, а так бы он поглядел на её груди, который так низко оценил "жуир". Не могли же они быть в самом деле так плохи? Наверняка там о чем-то лгут, как и всегда. Её рука убедительна, тверда и нежна, а он бы хотел ощутить на своем члене еще и шероховатость её губ. Он выразительно смотрит на неё и взглядом, уже лишенным томной поволоки указывает вниз, на свой пах.
— Потрошитель нападает только в первую половину ночи, всегда до двух. Так что после мы можем продолжить здесь, — он похабно улыбается, тискает её за бедро, пока она не опустилась на колени, уверенный в том, что его обаяние и уверения в защите убедили проститутку идти с ним. — Полиция не подойдет к тебе близко, обещаю, — все тем же доверительным тоном произнес Холмс. — а твои клиенты... вряд ли они узнают кого-то из полиции, они не привыкли наблюдать.
Шерлок знал, что если не все проститутки, то большая часть из них были куда умнее и наблюдательней, чем думали многие мужчины. Думающие о своей безопасности женщины подмечали детали, что было важно и для Холмса.

[nick]Sherlock Holmes[/nick][status]Слабоумие и отвага[/status][icon]https://i.imgur.com/0IofWkg.png[/icon][lz]<a class="lzname">Шерлок Холмс, 34</a><div class="fandom">Sherlock Holmes Guy Ritchie</div><div class="info">С отвагой в сердце кидайтесь в бой, крича: «За нас Господь и Англия, и Святой Георг!»</div>[/lz]

+2

11

[nick]Candy[/nick][status]Все, что пожелаете[/status][icon]https://i.imgur.com/MuS6Uutm.jpg[/icon][sign][sign] [indent] [/sign][/sign][lz]<a class="lzname" href="http://exlibris.rusff.me/viewtopic.php?id=10105#p1082553" target="_blank">Конфетка, 19</a> <div class="fandom">the crimson petal and the white</div> <div class="info">И лучше вам не знать, мистер, о чем она думает и что она пишет.</div>
[/lz]

Две гинеи. Это звучит очень соблазнительно. И всего-то за одну или несколько прогулок по улицам Уайтчепела. И совершенно необязательно отдавать миссис Кастауэй весь заработок. Хватит с нее и, допустим, гинеи. Эти приятные размышления  пробуждают в Конфетке еще большую страстность, она  чуть опускает ресницы, обжигает мистера Холмса приглашающим взглядом, подается чуть вперед и прогибается  так, чтобы ее маленькие груди обрисовали в вырезе платья намек на соблазнительную ложбинку.  А  клиент тискает ее и недвусмысленно предлагает вплотную заняться той частью тела, которую мужчины почитают самой важной и ценной. И которой они, по большей части, и думают.
Конфетка еще разок проводит ладонью по выпирающему, тугому бугру   в паху мистера Холмса и с коротким смешком соскальзывает на пол, многоопытно подхватывает юбки и   немедля оказывается уже стоящей на коленях. Еще один лукавый и томный взгляд снизу вверх из-под ресниц. Язычок медленно и со значением облизывает тонкие, шершавые губы. А руки со знанием дела быстро расстегивают пуговицы  на его брюках.
О, желания большинства мужчин на самом деле лишены  оригинальности. Каждый, кто приходит сюда и намекает на нечто невообразимо непристойное и недопустимое, на самом деле просто хочет пристроить свой отросток в одну из тех оставшихся двух дырок, не предназначенных для деторождения, зато отлично подходящих для ублажения  изысканных мужских предпочтений.   И понятное дело, что  их благовоспитанные англиканские до мозга костей  женушки не соглашаются на такие извращенные игры, а может, еще и жалуются своим маменькам.  И каждый, кто приходит сюда, почитает себя  непревзойденным извращенцем и гордится этим.
Конфетка как девушка образованная, знала, что «это извращение» называется фелляцией и относилась к нему с равнодушным одобрением. Конечно, если джентльмен не пренебрегал мытьем и сменой белья.  Некоторые девушки считали фелляцию гадостью, не понимая, что во-первых, потом не придется возиться с губкой и спринцеванием, во-вторых, хлопот почти что и никаких, а клиент при умелом подходе  становится мягким,  податливым как воск, а зачастую, полностью  удовлетворившись, засыпает или отправляется дальше.
— О-о! –  со значением восклицает Конфетка, выпуская уже готового к подвигам дружка мистера Холмса наружу. Непременно нужно восхититься увиденным, как если бы ты в первый раз видишь штуку таких размеров и формы, — Так зачем  спешить,  еще довольно времени, чтобы я могла познакомиться  с вами поближе. А уж потом…
Что будет потом, Конфетка не уточняет, склоняясь над  его бедрами. Брать в рот она не спешит, разжигая аппетит клиента влажными касаниями  языка и шершавых губ. Вначале нужно дать прочувствовать возможности и само предстоящее удовольствие. Язык Конфетки скользит вдоль набухших вен к основанию члена, пальцы  ловко высвобождают  бубенцы клиента,  поддерживают, пока она играет с ними мягкими, быстрыми толчками кончиком языка, дразнит, дает прочувствовать возможности и само предстоящее удовольствие, и только затем провести полураскрытыми губами вверх, по полностью уже налившейся плоти и  вобрать в рот тугую, выбравшуюся из-под капюшончика шкурки головку. Прижать ее губами и тут уж приласкать  и хорошенько вылизать этот горячий, солоноватый, отдающий мускусом леденец, острым кончиком языка пощекотать дырочку на верхушке.
Зачем  выходить на улицу из уютного тепла комнаты, идти, оскальзываясь, по ледяной корке мостовой и схваченной морозом грязи, когда можно заработать свои пятнадцать шиллингов, а затем просто сообщить джентльмену, что оставшейся суммы никак не хватит на оплату ее услуг. Не верит она мистеру Холмсу. Ничуть не верит. Быть приманкой для убийцы? А вдруг тот клюнет на нее да и успеет ее прирезать? Что, она не знает, как неспешны «бобби» в этом  районе. Да хоть криком изойди  – и не почешутся.
Вот потому Конфетка и демонстрирует все свое искусство, желая удержать клиента в кресле и довести до того момента, когда он просто не сможет уйти прежде, чем она доведет его до конца.

+2

12

Холмс почему-то поверил Конфетке, хотя почти каждая шлюха считала своим долгом сообщить ему, что таких как у него она никогда не видела. Видели, еще как видели. Но ведь хотелось стать для женщины особенным, запомниться в череде других мужчин и плевать, что её лицо сотрется в череде других женщин. Возможно, все дело было в её улыбке и глазах, в которых он видел живой интерес. К деньгам, конечно, он не строил иллюзий, покупая ласку. А сколько он её купил!.. Лица своей первой проститутки Холмс не мог вспомнить, да и второй тоже... Шерлок улыбался, не сводя глаз с Конфетки, запоминая черты её лица, её движения: она проворно опустилась на колени, изящно двигая худым телом и провел пальцами по её локтю и плечу, задел рыжую копну, задумавшись всего на мгновение: а между ног она такая же рыжая? Но думать долго об этом не стал — проверит.
Все мысли о Потрошителе улетучились, едва женское платье растеклось зеленой лужей тафты по полу у его ног. Холмс совсем не мог думать об убийствах, пока влажный язык делал с ним такие вещи.
Он развел колени шире, чтобы ей было удобнее, чуть приспустил штаны. Её ладони в митенках шершавые, а губы... такие же, чуть влажные только. Её язычок блестел в полумраке комнаты, закрыть глаза и отдаться ощущениям казалось немыслимым, хотя, он обычно так и делал. Конфетка не просто брала в рот и отрабатывала свой гонорар, ей это нравилось — и это притягивало его взгляд, подстегивало его стояк. Холмс провел зубами по нижней губе, резко выдыхая и на секунду зажмурился, боясь пропустить что-то интересное. Совершенно расслабленный, он не сводил глаз с лица Конфетки, творившей чудеса. У него еще никогда не стоял так долго.
— Я ведь... — он забыл, что хотел сказать. Эта мысль улетучилась вместе с другими — теми, что по делу, из-за которого он пришел. Полицейские его не ждали. Он их придумал, Скотланд-Ярд просто не позволил бы ему рисковать жизнью женщины, пускай и проститутки. Доктор Ватсон тоже не позволил бы, поэтому, Шерлок и не взял его с собой, даже не сказал ничего, иначе бы доктор уже ворвался в комнату, поторапливая сыщика и беспокоясь за дурочку, что решилась бы стать приманкой. А в таком деле нельзя торопиться. И торопить, и тем более — управлять. Именно поэтому Шерлок только гладил её по щеке, по рыжим волосам, но ни в коем случае не управлял её головой. Иначе о каком удовольствии может идти речь?
У неё беззубый рот. Но нет же, когда она смеялась, он видел белые, здоровые жемчужины зубов. Холмс тихо постанывал, цеплялся пальцами за подлокотники старого кресла, которое стало еще уютнее и удобнее, чем прежде.
— Еще, — попросил он, прежде чем в яйцах и голове стало совсем пусто. Он закрыл глаза, пока по телу разливалось приятное тепло, а член подрагивал. Шерлок предположил, что она, как и многие, сейчас сплюнет, но характерных звуков не услышал и осмелился посмотреть в лицо проститутки. — Иди ко мне, — он снова потянул её на колено, но перед этим спрятал опавший член в штаны, которые не стал застегивать. — Мы же хотели... погулять? — он вспомнил, зачем пришел. Эта идея показалась ему абсурдной, разве можно было посылать такое создание на улицу, искать Потрошителя?.. Нет, пожалуй, он  найдет кого-то... постарше. — Но мы можем погулять в другой раз. На улице такая метель, — он чмокнул её за ушком, забираясь рукой под юбку и гладя по внутренней стороне бедра. — Вдруг ты простынешь?

[nick]Sherlock Holmes[/nick][status]Слабоумие и отвага[/status][icon]https://i.imgur.com/0IofWkg.png[/icon][lz]<a class="lzname">Шерлок Холмс, 34</a><div class="fandom">Sherlock Holmes Guy Ritchie</div><div class="info">С отвагой в сердце кидайтесь в бой, крича: «За нас Господь и Англия, и Святой Георг!»</div>[/lz]

+1

13

[nick]Candy[/nick][status]Все, что пожелаете[/status][icon]https://i.imgur.com/MuS6Uutm.jpg[/icon][sign][sign] [indent] [/sign][/sign][lz]<a class="lzname" href="http://exlibris.rusff.me/viewtopic.php?id=10105#p1082553" target="_blank">Конфетка, 19</a> <div class="fandom">the crimson petal and the white</div> <div class="info">И лучше вам не знать, мистер, о чем она думает и что она пишет.</div>
[/lz]

О, ей не пришлось трудиться слишком долго. Мужчина пыхтел и вздыхал над ее головой, его горячий, твердый отросток упруго подрагивал у нее во рту, пока Конфетка со всем искусством сжимала, щекотала и посасывала, то плотно прихватывая губами, то отпуская скользить в глубину так, как хотелось мужчине и ровно так, насколько желала впустить она.
Наконец, сладковато-соленая, резко пахнущая густая жидкость заполнила рот,  и Конфетка привычно сглотнула. Она не испытывала отвращения от этого действа, вернее, не больше,  чем испытывала к мужчинам вообще. А клиентам это нравилось, клиенты заходились от восторга при виде такой непристойности. Не самое гадкое, что ей приходилось делать, зато сразу добавляло уйму поклонников, готовых платить полновесными монетами. Ведь многие девушки  наотрез отказывались брать «эту штуку» в рот, дескать, их тут же стошнит. Что уж говорить о законных женушках всех этих джентльменов. Это было излюбленной темой злых шуток, предполагать, как именно  они исполняют свой супружеский долг. Оттого Конфетка не прочь была послушать жалобы  клиентов на  холодных как рыбы благовоспитанных жен. Чтобы потом было над чем посмеяться с приятельницами.
Конфетка поднимает голову. На лице мужчины расслабленное довольство. Он пытается что-то сказать, забывает, обрывается на полуслове. Этого она и добивалась. Пусть забудет обо всем до утра и ищет другую дурочку для своих игр в  сыщика. А она уж найдет применение получше для его денежек.
-  Мы обязательно погуляем, Шерлок. В следующий раз, когда будет тепло и не будет снега, -  теплая, мягкая, уютная на его коленях. И его рука под юбками как нечто совершенно естественное.   Дорогие панталоны из мягкого индийского хлопка, с пусть машинными, но кружевами.  Она сама не ожидала, но между ног у нее становится влажно. Этот Шерлок Холмс очень недурен собой, особенно когда помалкивает. И безапелляционный переход на «ты».
-  Ты такой заботливый. Слышишь, как задувает ветер, как метет ледяная крупа по мостовой. Пойдем, в постели будет еще теплее. Я хочу посмотреть на тебя, какой ты без одежды.  Тебя когда-нибудь раздевала женщина?  Ты ведь не стесняешься, а? -  интимно мурлычет ему на ухо, — Можем погасить свечу, но тогда  я не  покажу тебе кое-что интересное.
А уж из ее кровати он точно не вылезет до утра. Сама Конфетка тоже раздумала выходить, а значит, можно и раздеться. Все равно мыться после. Еще разок и ни один мужчина не будет способен ни на что, кроме как закрыть глаза и захрапеть. Даже на то, чтобы кое-как одеться и  вернуться в дом, к жене. А мистер Холмс не похож на женатого. Нет, Конфетка не претендует на звание детектива, но в этом-то разбирается. Есть в женатых мужчинах такая незаметная, но чувствующаяся дерганость и одновременно гордость за то, что они украдкой нарушают правила.
Она не тащит его в кровать. Она предлагает, чтобы он сам сделал выбор. Мужчины это любят. Они хотят все решать сами. Надо только подсказать, что именно они хотят решить.

+1

14

Конфеткино "р", когда она произносит его имя такое... игривое, мурлыкающее, словно бы кошка произносила его имя. Шерлоку нравилось слышать как она это говорит. Было в её речи что-то развратное и упоительное, в звучании её голоса — соблазняющее и расслабляющее. В самом деле, Лондонский жуир не врал — бриллиант по цене сдобной булки. Уже слабая, но взывающая к порядку мысль билась в висках Шерлока, прося его остановиться и пойти искать убийцу. Усилием воли, сыщик растоптал её, успокаивая себя тем, что сделал не верный выбор: Конфетка так молода, разве она сможет постоять за себя, если он не успеет вовремя? Вряд ли она вообще могла сделать что-то такое, ведь она такая нежная и мягкая. И так сладко пахнет... разве среди убитых были рыжие? нет, вовсе нет, ни одной. наверняка Потрошителя они не привлекают. Все женщины зрелые, им за двадцать. А ей? Меньше уж точно. Он шумно выдохнул ей ухо, забрался рукой в панталончики, поглаживая лесок между ног. Меньше, конечно ей меньше двадцати. И не то, чтобы он умел определять возраст по лобку, но она такая аккуратная и... сочная. Пальцы проникли внутрь, в теплые, влажные губы. Он медленно шевелил пальцами, не сводя взгляда с лица Конфетки.
— Я похож на стеснительного? — Шерлок подумал не состроить ли ему оскорбленную гримасу, но заулыбался шире и свободной рукой начал расстегивать пуговки на спине Конфетки. — Хочу видеть тебя, всю, без одежды. Зачем она нужна?..
Шрамы на теле не смущали Холмса, но могли напугать какую-нибудь девушку, особу впечатлительную, только вот Шерлок уже уверился, что рыжую не напугать, она и сама имела метки. Когда последняя пуговка выскочила из петли, Шерлок не особенно церемонясь, спустил с девушки платье, оставляя только белье, сам расстегнул жилет и скинул его на пол. Он был совсем не против, чтобы его раздела женщина, но и стоять в стороне не мог. Шерлок привык руководить процессом, а встретившись с Конфеткой понял, что не он один... умеет направлять. Ему хотелось ей уступить и пусть она сделает с ним все, что захочет.
— Еще раз назови меня по имени, — он увлек её в постель, на красное покрывало, нависая сверху и покрывая поцелуями шею и ключицы. Рыжие волосы разметались по красной ткани, ткань и плоть под грубыми, шершавыми ладонями горела, а может, ему просто так казалось. В конце-концов, он мог бы вылизать её или снова использовать пальцы, если вдруг случится неприятность и его дружок не встанет. С ним такое бывало, и это вводило его в состояние уныния. Впрочем, он не рассчитывал на стояк и полчаса назад, а эта колдунья смогла его поднять. Он колебался почти минуту, прежде чем решился уступить ей и безмолвно дать понять, что водит она. Пусть делает все, она точно знает, что нужно и как. А если нет — все будет более чем очевидно.
Шерлок ловит её сухие губы своими, чуть посасывает их, прежде чем углубить поцелуй. Ладони ложатся на тугой корсет, пальцы поддевают шнуровку и стоит приложить немного усилий, чтобы развязать её. Ладонь легла на оголенную грудь, почти детскую, с крупным, твердым соском.

[nick]Sherlock Holmes[/nick][status]Слабоумие и отвага[/status][icon]https://i.imgur.com/0IofWkg.png[/icon][lz]<a class="lzname">Шерлок Холмс, 34</a><div class="fandom">Sherlock Holmes Guy Ritchie</div><div class="info">С отвагой в сердце кидайтесь в бой, крича: «За нас Господь и Англия, и Святой Георг!»</div>[/lz]

+1

15

[nick]Candy[/nick][status]Все, что пожелаете[/status][icon]https://i.imgur.com/MuS6Uutm.jpg[/icon][sign][sign] [indent] [/sign][/sign][lz]<a class="lzname" href="http://exlibris.rusff.me/viewtopic.php?id=10105#p1082553" target="_blank">Конфетка, 19</a> <div class="fandom">the crimson petal and the white</div> <div class="info">И лучше вам не знать, мистер, о чем она думает и что она пишет.</div>
[/lz]

— Ты похож на опытного мужчину, который точно знает, что ему нужно, — Конфетка слегка расставляет ноги, чтобы клиенту было удобнее шарить и щупать. И игриво постанывает, когда тот забирается в разрез ее панталон.
Это искусство – одновременно позволить клиенту себя раздеть и раздевать его самой, да еще как можно соблазнительнее.  Пока мужчина возится с  ее платьем, расстегивая крошечные, обтянутые материей пуговки на спине от шеи и до талии, Конфетка, не забывая кокетливо поводить плечами,  помогая собственному высвобождению из платья, так же ловко расстегивает его жилет и рубашку. Сначала ослабляет  узел галстука, а следом   освобожденная шелковая ткань соскальзывает с его шеи. Точно в тот момент, когда тафта платья темно-зеленым сугробом оседает на пол. Конфетка склоняет голову к плечу,  улыбается и  вышагивает из платья. На ней  травяно-зеленые чулки и поверх сорочки светло-зеленый  мягкий корсет   на  шнуровке.
Ни одна  приличная леди не наденет цветное нижнее белье. Но ведь зачем-то его продают в Берлингтонском пассаже, куда Конфетка, подкопив деньжат, заглядывает иногда прогуляться и накупить обнов. Как самая что ни на есть благопристойная дамочка.  Попробуешь подцепить там джентльмена -  рискуешь заполучить не шиллинги, а бланш  под глаз и  выдранные волосы. В пассаже полно местных проституток и они  зорко гоняют пришлых со своего хлебного места.
- О, Шерлок!..  -  пока Конфетка думает о чулках цвета спелой вишни и  наглой девице, которая  подстерегла ее на выходе из магазинчика в пассаже и шипела  вполголоса всякие гадостные угрозы,   ее рот сам произносит имя клиента с самой завлекательной  хрипотцой.
-   Я хоть и не частный сыщик, но могу сказать, что жизнь у тебя очень интересная. Куда интереснее, чем у прочих джентльменов.
Ее шершавые пальцы легко скользят по его рукам. Вот шрам. И еще один. А на другой руке -  определенно  зажившие собачьи укусы. Уж отметины от собачьих зубов Конфетка сразу узнает. Как и отметины от зубов крысиных.
Это слегка… объединяет. Холмс изукрашен шрамами, ее тело расписано симметричными полосами багряной, шелушащейся кожи. Они оба небезупречны. И это придает остроту и жар, как изюминки и бренди  в горящем плам-пудинге.
И потому Конфетка отступает, дает увлечь себя на кровать, опрокидывается на спину, с коротким веселым смешком на секунду вскидывает вверх ноги в чулках и ботинках, и позволяет увидеть кое-что в разошедшемся разрезе панталон.
Поцелуй, на который она отвечает. Сильные пальцы, многоопытно распутывающие шнуровку корсета.  Конфетка завлекающе улыбается и перекатывается по кровати, приглашая поиграть в догонялки. Сама же давно отрепетированным движением сдергивает с  постели  атласное стеганое покрывало. Ее постель -  слоеная булочка. Только вместо теста, пересыпанного сахаром и корицей -  простыни, перестеленные  промасленными тряпками.  После каждого клиента можно просто сдернуть грязную простыню, сложить до следующего раза   вываренные в олифе тряпки   и  постель снова свежая. Конфетка следит за собой. Она не какая-нибудь грязнуля из трущоб, которую трахают на одно и том же, пропитанном   мужскими  испарениями и выделениями матрасе.
— Ммм… о, Шерлок… — мурлычет, прикрывая глаза. Руки у него твердые и шершавые. Хм, а по виду -  натуральный джентльмен. А руки  жесткие,   как у рабочего. Только гораздо чище и ухоженней. Конфетка выворачивается из раскрывшегося как скорлупка корсета,   приподнимается и снимает сорочку.  Уж в мужчинах она разбирается,  а этот точно падок на все необычное. Например, на ее расписанную полосами кожу.
Привстает на колени,  склоняется над Холмсом, стаскивает с него брюки и как преданная служанка снимает   с него ботинки. И опрокидывает  мужчину на спину.
— И тут… — проводит пальцем по зажившим следам от укусов на ноге, — И здесь, — длинный рубец  на боку, она целует его,  проводит по нему языком и оседлывает бедра клиента, — Очень интересная жизнь. Ни у одного джентльмена я не видела столько разных шрамов. Но ты не из тех, кто любит боль. Скажи, чего ты хочешь? – она склоняется над ним, ее маленькая, почти детская грудь в этой позе выглядит вполне  себе торчащей, а напрягшиеся от сквозняка крупные соски зрелой женщины  касаются его собственных сосков и Конфетка чуть-чуть покачивается из стороны в сторону, лаская их.

Отредактировано Arthur Ketch (05.08.22 22:18:26)

+1


Вы здесь » ex libris » альтернатива » Апельсинчики - как мед...


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно