ex libris

Объявление

Ярость застила глаза, но – в очередной раз – разум взял своё и Граф легким аккуратным движением руки перехватил Виконта, будто бы тот ничего не весил, и, мягким, останавливающим, движением не дал вспороть шею поверженному некроманту.
— Тут достаточно крови. Он умрет и сам.
Быстрый, внимательный взгляд в сторону человека и вопросительно приподнятая, аккуратная бровь – умрешь же?
Возмущённый вздох – французский.
Хриплый свист через сжатые губы и такой же прямой взгляд в ответ Кролоку. Выживет. Слишком сильный. Слишком долго общается со смертью на ты. Возможно даже последний из тех, первых, что заключили контракт с костлявой.
— Мессир?
Адальберт тоже сохраняет хладный рассудок, чуть взволнованно посматривая на треснувшие зеркала – всплеск силы, произошедший буквально несколько минут назад, вновь зацепил всех. Франсуа тоже пытается сказать что-то, но вместо слов издает очередной булькающий звук и бросается в сторону уборной.
Ситуация сюрреалистична.
Ситуация провокационна.
Рука расслабляется на талии Герберта, не потому что Эрих этого хочет, а потому что в его пальцах сминается ткань тонкой рубахи обнажая… обнажая. На самом дне синих глаз все еще клокочет ярость, и только Виконт сможет понять её суть – не должна была сложится подобная ситуация в эти дни. В любые другие, но не те, что должны были принадлежать им для осознания, понимания, расставления литер и точек.

Лучший пост: Graf von Krolock
Ex Libris

ex libris crossover

— А ты Артёма Соколова видел? – Вася спросил у него первое, что на ум пришло.
— Ну да, он меня рекомендовал.
Вася завистливо хмыкнул, взведя курок.
Никто не понял. До сих пор дело висит без подозреваемых. Стечение случайных обстоятельств.
А Вася и ничего не знал. Спустя три часа после назначенного времени телеграфировал в Москву, что не встретил на перроне напарника. А где мальчик-то? Куда дели?
Ему так и не ответили.
Вася не даже самому себе не смог объяснить, зачем.
До какой-то щемящей завистливой боли в груди он чем-то походил на Артёма, то ли выправкой, то ли молчаливостью. Вася не понял, а, убив, в принципе утратил возможность разобраться. Да чё там было-то, Соколов – это класс, это верхушка, это интеллигенция, как его можно сравнивать с каким-то босяком-курсантом?
Артём бы не позволил себя просто так пристрелить в тёмной подворотне. Никогда.
Вася получил такое моральное удовлетворение, увидев, как разъехались некрасиво молодецкие ноги, как расползлась на груди рубашка. Некрасиво, неправильно, ничтожно. Вот тебе и отличник. Вася с удовлетворением потыкал носком ботинка в ещё румяную щеку, пытаясь примерить на его лицо Тёмино.
Но ничего даже близко.
Это успокаивает его на некоторое время.

Лучший эпизод: чёрный воронок [Eivor & Sirius Black]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ex libris » альтернатива » Трудно быть богом


Трудно быть богом

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

[html]
<div class="episodebox"><div class="epizodecont">

<span class="cita">Just beat it, beat it!</span>

<span class="data">Ли Юэ / Золотая палата</span>

<div class="episodepic"><img src="https://i.imgur.com/TWSesfe.png">
</div>

<p>
Трудно быть богом
<span>
Tartaglia, Zhongli

</span></p>
</div>

В нашем деле не может быть друзей наполовину. Друг наполовину — это всегда наполовину враг.
</div>[/html]

+2

2

или ты, как другие, решил потягаться с судьбой?
что ж, тогда тебя ждет изначально проигранный бой -
с этой битвы всегда возвращается кто-то иной

Он думал о том, что еще несколько минут назад находился на вершине торжества, триумфа. Сумел незамеченным пробраться в Золотую палату, сейчас, наверное, одно из самых охраняемых мест во всем Ли Юэ; не убил ни единого стражника внутри - каждый из них вскоре проснется, если только его сосуды достаточно крепкие. Вполне неплохо, особенно если сравнивать с другими Предвестниками, с тем, как обычно действуют они - громко и дерзко, или под прикрытием целой свиты из лучших бойцов фатуи.

Что ж, Чайлд всегда был индивидуалистом, всегда считал, что нет такого дела, с которым он бы не справился в одиночку, если только это не что-то запредельно невозможное.

Похищение Сердца бога было одним из этого списка, но он все-таки смог. Почти смог.

Почти - ведь что-то было не так. Он хорошо знал, как заполучить это Сердце, слушал указания из уст самой Царицы; он доподлинно помнил, что у Синьоры все получилось: о, как она хвастала тем, что держала гнозис в руках!.. И Чайлд был в полушаге от той же славы, но его рука проходила сквозь барьер и зачерпывала пустоту, раз за разом.

Его ошибка? Его просчет? Или что-то другое?

Затем он услышал шаги. Первая мысль была о ком-то из стражи: может, он пропустил кого-нибудь, или, скорее, какой-то из них очнулся первым, однако эти шаги были расчетливыми, твердыми, как будто их обладатель точно знал, куда идет и с чем - с кем - столкнется в конце.

Тарталья попробовал добраться до драконьего Сердца в третий раз, но результат не изменился, и тогда он, уже окончательно поверив в то, что планы придется пересматривать, развернулся в сторону звука, в сторону лестницы и основного зала Палаты.

- Как интересно.

Он узнал Чжун Ли с первого взгляда - его характерный высокий силуэт, его выверенную осанку. Его образ и раньше не вязался на сто процентов с должностью всего-лишь-консультанта, но теперь он куда сильнее походил на воина, чем на кого-либо еще. Во многом благодаря копью, которое он держал в руке так легко и привычно, словно оно было неотъемлемой частью гардероба. Словно Чжун Ли носил его всегда, просто Чайлд почему-то был слеп и заметил только сейчас.

- Я ожидал кого угодно другого, - он начал спускаться навстречу, пока что не доставая оружие. - Ты вправду собираешься драться со мной один на один?

Тарталью никогда не пугали драки, однако в этой, предстоящей, было что-то необычное, будоражащее. То, что Чжун Ли вообще догадался прийти сюда, как и то, что он сделал это в одиночку, а не в сопровождении миллелитов - все это не могло быть просто так, но Чайлд никак не улавливал, в чем именно здесь суть. Архонт в его представлении по-прежнему являлся мертвым, и все, что он мог предположить - Сердце успели забрать раньше, до него.

Как может быть иначе?

Он остановился посреди лестницы, желая оставить за собой преимущество высоты, пускай и небольшой. Еще раз глянул на спокойное лицо Чжун Ли, на опущенное острие копья; ощутил некоторую долю грусти - он ведь хорошо относился к этому человеку, на самом деле. Не хотелось превращать его из друга во врага, но теперь от этого никуда не денешься.

- Мы неплохо ладили, мне казалось, - Чайлд знал, что Чжун Ли, придя сюда, вряд ли развернется и покинет Палату, но все-таки попытался: - Может, лучше оставим наши отношения прежними?

+2

3

My Songs Know What You Did In The Dark
Fall Out Boy

- А разве между нами что-то изменилось, Чайлд?

Ветер немилостив хлестал по лицу, завывал, закручивался в вихри, наполненный предвестниками грозы и дождя — самого немилостивого дождя, который мог бы обрушиться на мирную Гавань Ли Юэ. Уже в воздухе Моракс чувствовал, насколько его старый враг Осиал был близок к цели. Осиал искал его, ему было по большому счету плевать на Гавань, которую тот разрушит только ради того, чтобы встретиться со старым противником лицом к лицу. Но Чжун Ли шел совершенно в другом направлении, поднимаясь по ступеням к Золотой Палате. Там он и встретил Итэра, который непонимающее посмотрел на копье в его руке. Достаточно просто было убедить его отправиться на помощь адептам и Цисин.

Чайлд — это моя проблема.

Стражники без сознания, но жить будут, если их кости и головы были достаточно крепкими. Большой плюс в копилку Чайлда. Где-то там в городе его, Моракса, в нетерпении ждала Синьора. Чжун Ли достаточно четко и ясно озвучил свою позицию, вынуждая эту женщину ждать. Но, судя по ее взгляду, она была готова вцепиться ему в глотку и получить желаемое. И только контракт и инстинкт самосохранения сдерживал ее, позволив отпустить и, как она плюнула вслед, «поиграться в свое удовольствие».

Чжун Ли стоял в дверях и смотрел, как Чайлд снова и снова в нетерпении погружал ладонь в грудь фальшивого дракона, разыскивая там сердце. Когда Тарталья поймет, что сердца нет, на кого он обрушит свой гнев? На Цисин и город? Легко обвинить во всем Нин Гуан — в том, что она спрятала настоящее тело мертвого бога. А когда поймет, что был всего лишь игрушкой в планах богов? Кто будет виноват в его глазах? Моракс, что так коварно ввел в заблуждение и использовал?

- Пока что я не собираюсь с тобой драться, Чайлд, если ты послушаешь голос разума. Тебе здесь делать нечего. Сердца в этой пустышке нет, - спокойно произнес Чжун Ли и даже улыбнулся кончиками губ. - Куда мне драться с тобой? Я всего лишь консультант ритуального бюро, а не воин. Я просто пришел спасти тебя от твоей же глупости.

Чжун Ли держал копье в руки свободно так, что оно иногда чиркало металлическим кончиком по плитам Золотой палаты. Давно он не ощущал тяжесть и вес любимого оружия в руках. Каждая мышца пела и требовала хорошей битвы, но... Чжун Ли, коим он жил много лет, был против драки. С виду копье небрежно лежало в ладони, но в его хватке была сила, способная, если надо одним броском пробить стены.

Чжун Ли и правда не хотел воевать с Чайлдом, но, если придется, будет вбивать в него голос разума тем способом, к которому парень привык — силой. Они оба обманывали друг друга с того самого момента, как встретились в первый раз. Чжун Ли знал, кем был Чайлд Тарталья, ради чего прибыл в Гавань и насколько опасным он мог быть, несмотря на свою беззаботную и слишком очаровательную улыбку. Но ему нравилось проводить время в компании этого мальчишки. Их встречи, прогулки по городу, беседы и даже те редкие и забавные моменты, когда Чжун Ли предпринимал попытки научить его пользоваться палочками для еды. Озорной взгляд, искренняя улыбка и этот неповторимый запах стали и битв, которые Чайлд всегда приносил с собой — это все заставляло Чжун Ли чувствовать себя по-настоящему живым.

Чайлд не знал, что был частью контракта, заключенного между двумя архонтами. Чайлд и не знал, что был всего лишь пешкой в игре. Чайлд не знал, что, несмотря на весь этот обман, он был слишком дорог для него. Именно поэтому и сейчас Чжун Ли был готов протянуть ему руку, надеясь, что рано или поздно Чайлд все поймет. Если отступится сейчас, если прекратит поиски гнозиса, опустит оружие и выйдет из палаты, то не будет заклеймен, как убийца и разрушитель Гавани. У него еще будет шанс сохранить к себе нормальное отношение жителей этого города? Но хотел ли этого Тарталья, маниакально преданный своей Царице? Интересно, чем она могла купить его верность? И будет ли так любить своего архонта Чайлд, когда узнает, что она его просто продала в угоду своим планам?

- Пойдем отсюда, Чайлд, - Чжун Ли протянул ему свободную от копья руку, все еще надеясь, что они смогут разрешить все миром.

Чайлд своим существованием словно воздвиг вокруг жизни простого консультанта своеобразный купол, в котором было так комфортно существовать, забыв о том, как по контракту должно закончится их общение.

- Оставь свои поиски. Ты еще можешь сохранить статус и свое лицо перед жителями Гавани, несмотря на то, что совершил. Давай уйдем отсюда и просто вместе переждем бурю, а потом поговорим.

+2

4

Чжун Ли любил говорить много, и этой же привычке он не изменял сейчас, но Чайлд среди всех его слов услышал главное: сердца бога здесь нет. Он нахмурился, информации было недостаточно: нет его уже или совсем не было? Нет в Золотой палате? В городе? И, главное, где же тогда это сердце, если тело Владыки Камня вначале свалилось с небес на глазах у толпы, а теперь было заключено тут, прямо за его спиной?

- Какой голос разума я должен послушать, твой?

Тарталья всегда считал его умным. Пожалуй, умнее всех других в гавани, может быть, даже умнее Нин Гуан. Не хитрее, конечно, насколько Чжун Ли это демонстрировал, но глубина его познаний порой поражала. И наверняка он хорошо был осведомлен о том, что представляет из себя одиннадцатый из предвестников: почему же пришел один, вооруженный только копьем и Глазом Бога? Действительно рассчитывал, что Тарталья с такой легкостью согласится с собственным поражением и уйдет отсюда без боя?

В груди начал закипать гнев, направленный пускай и не на Чжун Ли, но на весь город, на общество, частью которого тот являлся. Кто-то из этих людей сумел узнать о планах фатуи, сумел опередить Тарталью!.. Что ж… Получается, Осиал разрушит гавань совершенно зря. А ведь Чайлд готов был утихомирить его, если бы получил гнозис, как и планировал - тогда ни в каких человеческих жертвах не было бы смысла, как сильно бы ни хотелось полюбоваться на величие пробужденного бога.

Чайлд глянул на протянутую руку. Раскрытая ладонь, обращенная к нему, словно обещание, что все может закончиться хорошо. Он даже ощутил сомнение, какое-то странное, глубинное желание ступить вперед, принять эту ладонь, сделать как Чжун Ли хочет; сердца все равно здесь нет, он уже проиграл. Но вот беда - Тарталья ненавидел проигрывать.

- Ты разве не понимаешь - это не мои поиски. Я служу Царице и я должен сделать то, чего она хочет, любой ценой. Очень жаль, что кто-то успел унести сердце, ведь тогда не пришлось бы разрушать целую гавань, но ничего не поделаешь.

Он склонил голову набок, глядя теперь на Чжун Ли немного по-иному. Откуда он вообще узнал, что Чайлд тут? Как понял, что именно тот ищет, когда даже Цисин сосредоточились на защите города, оставив Золотую Палату на кучку хилых миллелитов?

Теория, возникшая сразу за этими мыслями, казалась чересчур громадной, чтобы оказаться правдой. Все же Тарталья знал этого человека, провел бок о бок с ним немало времени; он не ожидал от Чжун Ли ничего выходящего из ряда вон, даже несмотря на то, что Глазом Бога обладал далеко не каждый, и вот теперь столкнулся с реальностью, которую не мог осознать.

- Оно у тебя? - прямо спросил Тарталья, делая небольшой шаг вперед, ниже на одну ступеньку.

Копье в руке Чжун Ли все еще указывало вниз, но оно все-таки было тут. Тарталья чувствовал себя раздетым без оружия, и потому призвал собственную глефу, искряющую электричеством даже сейчас, когда он просто сжимал древко, будто передавая в него собственное нетерпение. Чего ему хотелось больше: получить искомое или устроить хорошую драку, которая разрядила бы напряжение?..

- Отдай его мне. - Его голос немного изменился - чувствовало уже, что та сила, которую Чайлд до поры мог держать под контролем, поднимается из глубин его естества и готовится вырваться на свободу. - Просто отдай, - он сделал последний шанс решить это мирно. Хотя бы попытаться. - Потом поговорим. Но я должен закончить это дело.

+2

5

I'm in the details with the devil,
So now the world can never get me on my level.
I just got to get you out of the cage.
I'm a young lover's rage,
Gonna need a spark to ignite.


- Сердце? Оно всегда было здесь, Чайлд. Его никто не забирал, - тихо произнес в ответ Чжун Ли, не сдвинувшись с места и не опустив руку. Он слушал тираду юноши и все еще надеялся, что ситуацию можно переломить не путем боли и крови, которых итак было полно в жизни Тартальи.

Подобно тому как слепой не отличает свет от тьмы, глупец не отличает разума от глупости. Но Чайлд не был слепцом или глупцом. Он был одержим идеей. Чжун Ли и сам знал, что, если ты одержим какой-то мыслью, то она подстерегает тебя на каждом шагу, даже в воздухе ты чуешь её запах.

Желанная Цель.
Главное осознать, как твоя одержимость держит тебя, чтобы наконец найти пути избавления от этого. И иногда человека надо всего лишь подтолкнуть к этому краю.

- Чего ты на самом деле хочешь, Чайлд? Мы много хотим. Мы хотим все. Мы своими руками закрываем себя в тюрьме наших желаний и потребностей. Ты склоняешь голову перед владеющим тем, в чем ты на самом деле нуждаешься, - внезапно громко произнес Чжун Ли, сделав резкое движение и силой вонзил копью в каменные плиты у себя под ногами. - Ты раб Царицы, Чайлд. Ты нуждаешься в свободе, а она держит ее в своих руках.

Раб. Вещь. Сопутствующий ущерб. К сожалению, Моракс прожил достаточно, чтобы увидеть, что стало с той, кого называли Архонтом Любви. В ней давно не осталось тепла к тем, кто ее окружал. Она так гордилась своими слугами, но легко могла их заменить. На место горячего и амбициозного снова и снова приходили новые, готовые бросить весь мир к ногам своей Царицы. Чайлд, несмотря на то, что был истинным сыном Снежной, горел настолько ярко, что в руках своей богини мог выгореть дотла. Именно сейчас, когда чудовищные вихри разбивались о стены Золотой палаты, Чжун Ли осознавал, что этот день для юноши настал. Вернее, его приход он чувствовал, как неизбежное день за днем разыгрывая спектакль со смертью Властелина Камня. И у любого спектакля бывает финал. И не всегда он бывает счастливым.

«Ты можешь забрать мальчишку, если у получится».

Сколько самоуверенности в голосе. Преданный пес никогда не отползет от ноги своего хозяина, даже избитый, до последнего вздоха готовый выполнять любые команды. Если бы знал Чайлд на самом деле весь сюжет этого фарса, участником которого стал! Но еще слишком рано было раскрывать карты. Все решит исход битвы в Гавани. Моракс верил в людей, но почему-то сейчас не верил в себя.

За долгие годы жизни, когда ему приходилось отвоевывать эту землю у смерти и тьмы, он заключил сотни контрактов и вырвал из рук архонтов так много пропащих и поломанных душ. Только вот сейчас он почему-то слабо верил в то, что у него еще раз получится это сделать. Тарталья не был слаб. В этом юноше силы хватит на десятерых, он не сломается. Такие, как он, могут падать на колени под напором жизненных сил, но каждый раз снова встают с улыбкой и идут вперед. Просто Моракс сам слишком устал, слишком стар, чтобы верить в собственные силы.

И Чжун Ли не надо было говорить, где на самом деле скрывалась правда от глаз Тартальи. Он был умным, ярким, опасным – именно этим Чайлд и нашел лазейку в его собственное давно покрывшееся камнем сердце. Уходя с «поста бога», Моракс не хотел ничего брать для себя, кроме свободы. Но, словно надломившись морально, он был вынужден снова торговаться.

Драки было не избежать. Сейчас Чайлду достаточно посмотреть в глаза того, кто стоял перед ним, чтобы понять увидеть истину. Сердце Бога всегда было так близко, даже сейчас в Золотой палате оно было рядом с бесформенной пустышкой, которой удалось обмануть даже Цисин… Драки было не избежать. Но Чайлд не знал другого языка убеждения.

- На самом деле тебе нужно не Сердце Бога, Чайлд. Тебе нужна свобода, которую твоя Царица никогда не смогла бы тебе дать. Не заставляй меня силой вбивать в тебя эту истину.

Чжун Ли не собирался нападать первым. Воздух итак накалился от натянутых, как тетива, нервов Чайлда. Если он хочет боя, то пусть бьёт первым. Только биться с ним будет не занудный консультант из бюро, который любил поболтать об истории за чашкой чая.

Отредактировано Zhongli (25.02.22 23:51:32)

+2

6

Звук копья, ударившегося о камень, заставил Тарталью отвести взгляд от лица Чжун Ли. Он весь был напряжен, поэтому почти не вздрогнул от резкого движения, но оно все-таки сыграло свою роль - подобно пощечине, самую малость привел в чувство, отрезвил, заставил думать более широко, более контрастно. Те догадки, которые раньше только вихрились у края сознания, то получая косвенное подтверждение, то чем-нибудь опровергаясь, оформились в нечто громадное, чего восприятие пока не могло вместить. Тарталья ведь знал Чжун Ли, знал долго и, как он полагал, хорошо…

Его голос изменился. Обычно спокойный, выверенный, голос прирожденного рассказчика, теперь в нем появились новые интонации: свидетельство силы и власти. Этот голос подходил Чжун Ли, обрамлял его меняющийся образ, как металлическая оправа под драгоценный камень; этот же голос декларировал его силу, которая для Тартальи значила одно - никто из них не отступит.

- Ты заблуждаешься. - Невольно он сжал глефу крепче. Электрические разряды, окружавшие лезвия и древко, привычно толкнулись в ладонь, немного взбодрив и не нанеся вреда. - Я не раб ей. Я сам выбрал ей служить. И то, что мне нужно - это ресурсы, которые она может предоставить, чтобы я стал сильнее. И гнозис.

Теперь вид Чжун Ли был немного пугающим. Что-то преобразилось неуловимо, словно заострились черты его лица, словно некая аура могущества окружала его силуэт - Тарталья стоял напротив и все равно это чувствовал. ОН уже не был тем консультантом, с которым Чайлд когда-то знакомился, не был его приятелем, знатоком сотен историй; теперь было не ясно, как он мог не заметить в нем это - все равно что не замечать солнечный свет в безоблачный полдень.

Принять открывшуюся истину оказалось непросто. Тарталья в своей жизни видел только одного архонта, а еще думал, что видел второго, и теперь он жадно рассматривал Чжун Ли, как будто искал новые подсказки в его внешности, манере держаться или взгляде. Сразиться с ним - безумная идея. Чайлд не был идиотом, он оценивал собственные силы здраво, куда ему тягаться с богом? Не только с этим - с любым из семерых. Пожалуй, было бы интересно попробовать, но ставить собственную жизнь на кон… уж точно не сейчас. Пока еще он недостаточно готов для подобного рода подвигов.

- Я собирался взять Сердце у мертвого архонта, а не отнимать у живого.

Царица, должно быть, придумает какой-то новый план, раз этот провалился. Жаль, что придется докладывать ей о неудаче… Это была первая серьезная миссия Тартальи, ее совершенно не хотелось проваливать - не после того, как Синьора с легкостью выполнила свою.

Он нахмурился, уязвленная гордость не давала просто так отступить. Чего Царица ждет от него? Чтобы он попытался и рискнул собственной жизнью, чтобы трусливо сдался, даже не попробовав?.. У него не было свиты из магов, потому что он привык справляться в одиночку… но было кое-что другое.

Кто сильнее, архонт или порождение бездны?.. Чайлд никогда этого не проверял, но не сказать, чтобы не задумывался…

- Но в целом я не принципиальный.

Электричество сверкнуло фиолетовой вспышкой, окутало на несколько мгновений всего Тарталью, а затем вернулось в глефу, размер которой увеличился пропорционально всей его фигуре. В голове гудело от стремительной метаморфозы, по венам переливалась сила и жажда сражения - теперь перед Чжун Ли стоял оппонент, достойный архонта, а сомнения, которые до последнего не оставляли Тарталью, развеялись под напором боевого азарта.

Больше он не разменивался на слова - их время прошло. Взмахнул глефой и размашисто ударил; освобожденная сила сорвалась вперед несколькими быстрыми волнами, режущими все на своем пути.

+2

7

- Не раб? Тогда почему она продала тебя, Чайлд? – вопрос прозвучал слишком иронично.

Драки не избежать, как этого хотелось. Чжун Ли много раз за свою долгую жизнь приходилось быть переговорщиком. Иногда в руках приходилось держать контракт, иногда впивать в противника истину силой. Кто-то признавал язык пера и бумаги, а кто-то – крови и стали. Сейчас же Тарталью будет сложно убедить, остановить. Он слишком хотел гнозис, который и так принадлежал Царице. Были «вещи», с которыми Чжун Ли действительно хотелось расстаться без слез и сожаления. Просто передачу сердца превратили в какой-то фарс.

Насколько сильно может ранить правда?

- Царица, как хороший меняла, рассталась на выгодных условиях с тем, чего не ценила, Чайлд. Гнозис еще у меня, но его скоро передадут твоему бывшему архонту. Синьора в городе. Как только битва над Гаванью утихнет, я отдам ей сердце бога.

Чжун Ли не хотел говорить о Синьоре, понимая, что это может вызвать своеобразную реакцию, но в этой ситуации приходилось уже говорить правду и не увиливать. Копье, вонзившееся в каменные плиты, расколовшее их, пульсировало гео-энергией, будто само просилось в руки. Оружие – это не люди. Оружие помнить больше битв, чем даже самые подробные истории известных историков и рассказчиков.

Пальцы Чжун Ли сами потянулись к пуговицам плаща. Он избавлялся от мешавшей ему одежды. Сначала плащ полетел в сторону, потом жилет с рубашкой. Чайлд хотел попробовать свои силы. Как опасный, но осторожный хищник, способный бросится ради азарта даже на добычу, что была в разы сильнее, чем он.  Чжун Ли поднял руку, наблюдая за тем, как она медленно меняет цвет, как жилы наполняются янтарным свечением кор ляписа, расползаются черно-золотым свечением по всей коже.

- Ни ты, ни я, Чайлд… мы больше не владеем гнозисом. Близится час, когда он перейдет в руки нового хозяина. Таковы условия контакта. Играл ли ты когда-нибудь в шахматы? Знаешь, что такое «гамбит»? шахматный дебют, в котором игрок жертвует материалом с целью достижения последующего позиционного преимущества. Отдать меньшее, для достижения большего. Так вот, мы оба шахматные фигуры на чужой доске.

Чжун Ли, нет, уже Моракса не впечатляла эта жуткая метаморфоза Тартальи. Он знал, что мальчишка за своими силами прячет больше, чем простой владелец Гидро Глаза Бога. За Фатуи было слишком много тайн, а за Тартальей, словно черный шлейф, тянулась тьма, пустота, аура Бездны. Мальчик, что вернулся оттуда, откуда, наверное, не было прямой дороги.

Мальчик, что получил благословение самой Пустоты.

- Я даю тебе последний шанс, Чайлд. Давай опустим оружие и выйдем отсюда. Скоро буря утихнет, и я готов дать тебе защиту, как твой архонт.

Слишком много им предстояло сказать. Слишком много откровений, правды, что пряталась за лживой вуалью. И о таких вещая явно говорят не в пылу чудовищной битвы.  Царица продала мальчишку, как ненужную вещь, отдала, понимая, что никогда не будет так, как хотелось бы самому Мораксу. Он привязался к этому смертному, хотел спасти его жизнь. Но что на самом деле нужно было Тарталье – свобода или рабские цепи?

- Хотя я и правда могу вытащить тебя из Золотой палаты силой.

Оружие вибрировало, звало его, словно чувствовало опасность, исходившую от фиолетовых молний, от существа, в которое превратился Тарталья. Чжун Ли с силой нанес удар ногой по копью ногой, заставляя гео-стихию войти в резонанс с каменными плитами, разрывая их чудовищным ударом, движением лезвия, словно бы камни были мягкими, как масло. Он совершил резкий рывок, перехватывая летящее копье и нанося прямой удар Тарталье. Он бил в пол силы, понимая, что такую простую атаку отразят. Все еще Чжун Ли надеялся, что в Чайлде проснется голос разума.

- Я хочу, чтобы ты жил, Чайлд!

+2

8

Теперь, находясь в боевой форме, с бурлящей в крови жаждой битвы, было проще игнорировать слова Чжун Ли, резкие и острые, будто сами они вдруг тоже стали оружием. Чайлд был всегда верным Царице, потому что сам выбрал эту судьбу, и поэтому он доверял ей больше, чем кому угодно еще. Она не могла просто отказаться от него, не могла оставить того человека, которого не так давно сама же возвела в ранг предвестников. И Синьора… при чем здесь Синьора?

Упоминание о ней разозлило Тарталью еще больше. Он не любил никого из своих коллег, но к некоторым мог относиться равнодушно, мог игнорировать их или даже уважать за какие-то поступки или принципы. Но среди них был только один человек, которого Чайлд не просто недолюбливал, а презирал - за методы, за слова, за образ мыслей, за каждое ее решение.

И теперь ему говорят, что она в городе. Что это в ее руки попадет гнозис, который должен достаться Тарталье.

Он взревел, отражая удар, от которого дрогнула каждая клеточка тела, и нанес новый, сильнее, точнее. Для архонта было не проблемой принять его на щит, слишком крепкий, чтобы проломить, но Чайлда это не остановило. Он был зол, полон эмоциями и Бездной, он представлял на месте Моракса Синьору, которая придет на все готовое, и Царицу, если та действительно так с ним поступила, и всех прочих Предвестников, и самого Чжун Ли, конечно, тоже - ведь он был тут, напротив, и почему-то хотел дать ему шанс, тогда как сам Чайлд желал лишь разрушений.

Еще несколько ударов, и в стене Золотой палаты появилась трещина, а щит вокруг архонта наконец исчез. Чайлд не мог воспользоваться этим достижением, ему пришлось потратить несколько секунд, чтобы скопить достаточно сил для нового удара, но никто не собирался милостиво давать ему это время. Моракса недаром называли богом войны: он был стремительным и точным, заставлял Чайлда защищаться больше, чем нападать - совсем не тот стиль, к которому он привык.

Плащ метался за спиной под невидимым ветром; он тоже пользовался всеми силами, чтобы менять позицию, двигался рывками, куда больше уместными в Бездне, а не здесь. Все это время его согревала одна мысль - сердце бога пока у Моракса, а это значит, что остается шанс взять его. Маленький, призрачный, но все-таки шанс.

Пожалуй, впервые Чайлд дрался в форме духа в полную силу. Он испытывал бы наслаждение, если бы обстоятельства не были такими горькими, и может именно поэтому он показывал себя не с лучшей стороны. Золотая палата трещала уже по швам, нужно было переходить к финалу, и Чайлд злился от бессилия - все еще не выиграл, - и рисковал, и шел на крайние меры.

Его коронный удар: огромный кит, сотканный из насильно взятой частицы Гидро и силы Бездны. Существо, которое могло обрушиться на половину города, оставив все в руинах. У Моракса просто не было шансов, чтобы избежать этого удара, и Чайлд сомневался, что хоть какой-нибудь элементальный щит в этом мире может подобное выдержать. Единственный нюанс заключался в том, что для призыва этой магии ему требовалось сосредоточиться на несколько секунд, и именно в эти краткие мгновения Тарталья пропустил удар.

Его отбросило назад, плащ клочками распался, исчезая. Дыхание сперло в груди, он даже подумал, что ничего не получится, но кит уже вырвался на свободу - Тарталья слышал его стон, - и потом здание задрожало, пол раскрошился, и в следующее мгновение они оба уже падали вниз, а громоздкая крыша Золотой палаты рушилась сверху, превращая монетный двор в гробницу.

Тарталья подумал, падая, что вряд ли переживет подобное. А потом он ударился о каменные плиты внизу так сильно, что маска раскололась, а сознание провалилось в черноту.

+1

9

Наутилус Помпилиус - "Дыхание"

Кто бы знал, что этот мальчишка так западет ему в сердце? Тарталья был особенным. И не только потому, что был тем, кто выбрался из Бездны и обрел свои уникальные силы. Тарталья был особенным и по той причине, что запал в сердце одного архонта. Но так уж получилось, что этого он никогда уже не узнает. Архонт был стар и прожил большую часть жизни, которая была полна приключений и потерь. Теперь же архонт просто желал дожить свой век в гармонии до тех самых пор, пока Эрозия не пожрет его разум, не сотрет все светлые воспоминания. У Тартальи же был другой жизненный путь, в котором значимое место занимал разве что гнозис, как ключ к величию, силе и власти.

Чжун Ли до последнего не хотел драться с Чайлдом – их силы были неравны. Даже когда помещение Золотой палаты наполнила чудовищная аура Бездны, Чжун Ли знал, что с легкостью победит того, кто свои силы берет сейчас не только от тьмы, но и от собственной ярости и злости на тех, кто его предал. Их бой был коротким. Чжун Ли не хотел нападать, а Тарталья, наоборот, спешил – у него было не так уж и много времени. Чайлд выпустил из заточения чудовище, которое может стереть в прах всю Гавань, не дав ему завершить этот бой победой.

Тарталья нападал, давил. И Чжун Ли, который хотел провести бой из позиции защиты, был вынужден снова и снова атаковать. Покоритель Вихрей, наконец получивший свободу и снова оказавшийся на поле боя, пел в предвкушении, стараясь расколоть чужую броню, когда Чжун Ли иногда с трудом держал свою собственную. Каменные колоны по приказу архонта, вырастали на их не таком уж большом поле боя, резонировали друг с другом, заставляли дрожать под натиском стихий стены Золотой палаты.

Чжун Ли знал, что Тарталья не поверит в его слова о том, что Царица использовала его, как оружие, которое бросила на поле боя за ненадобностью, заменив чем-то более эффективным. Тарталья заслуживал большего, а Чжун Ли хотел, чтобы юноша прожил жизнь, полную ярких впечатлений, свободный от чужой воли. Тарталье не нужен был архонт, который то и дело указывал бы ему путь. Чжун Ли не стремился к власти, не желал, чтобы ему поклонялись и уж тем более не хотел, чтобы его воля довлела над кем-то из смертных. Но что теперь кривить душой? Привязавшись к одному мальчишке, он хотел незримо, хотя бы одним глазом наблюдать за его судьбой, зная, что не получит большего.

И в тот самый момент, когда Тарталья был готов нанести свой последний удар, Чжун Ли защитился уже чисто инстинктивно – над ними развезлись небеса, обрушивая на голову Предвестника и на все здание огромный метеорит. Пол под ними затрещал и рухнул каменным крошевом на нижний уровень золотой палаты. Чжун Ли видя, как падает Тарталья, едва успел создать объемный щит, чтобы их не похоронить их двоих под каменными плитами. Используя копье, чтобы замедлить падение, Чжун Ли прыгнул вниз. Пыль оседала медленно, щипала глаза, но Чжун Ли даже в этом мареве видел лежавшее рядом с ним тело. Чжун Ли коснулся своей обнаженной груди – шрам тянулся от плеча. Будь он простым смертным, Тарталья бы его рассек пополам своей глефой. Выдержала кожа дракона, но рана кровоточила и неприятно щипала. Магия Бездны медленно исчезала, растворяя доспех, меняя тело юноши. Не прошло и нескольких минут, как перед ним без сознания лежал Тарталья в своем привычном облике. Тело смертного было хрупким – куча ссадин и кровоподтеков, тонкая струйка крови стекала из уголка губы.

Покоритель вихрей, воткнутый в каменные плиты, исчез, а Чжун Ли, понимая, что очень скоро здесь появятся миллелиты, решил, что им пора перенести разговор в другое место. Он подхватил Тарталью на руки и вышел из Золотой палаты, миновав все еще лежавших без сознания охранников. На Гавань обрушился ливень, который подгонял к докам огромные волны, немилостиво хлестал мокрыми порывами ветра в лицо. Чжун Ли шел все дальше и дальше от Золотой палаты, оставляя битву за своей спиной, пока не оказался в удобном для маневра месте. Он положил Тарталью на плоский камень, убедился, что у него нет опасных для жизни ран, удивляясь, что тот еще не пришел в сознание от холодного дождя, а потом стал медленно менять свое тело.  Вскоре огромный обсидиановый дракон с золотой гривой занимал практически все свободное пространство, даже обвил хвостом камень, на котором лежал юноша. Чжун Ли, бережно подхватив Тарталью когтистой лапой, взлетел вверх и полетел к ближайшей каменной гряде. Чем он был дальше от Гавани, тем меньше Осиал будет ощущать его присутствие.

У Чжун Ли было много мест, которые мудрый божественный зверь называл бы норами – туда не добирались даже самые настырные приключенцы. Одно из таких было недалеко от Гавани, вернее, весь город с того места был виден, как на ладони. Пещера была достаточно глубокой, чтобы вместить дракона и позволить тому развалиться в ней без каких-либо стеснений. Чжун Ли устроил Тарталью на давно высохшем мхе, а сам свернулся у самого входа, положив голову на лапы.

Оставалось только ждать.

+1

10

В жизни Чайлда было немало боев, дуэлей и битв, и в основном из них он выходил победителем. Он любил побеждать, но это не было главным - приятной была сама битва, ощущение азарта и опасности, возможность использовать силу. Это наделяло его особой энергией, придавало жизни краски и смысл; Тарталья вряд ли смог бы когда-нибудь остановиться, но вместе с тем всегда знал, что рано или поздно найдется противник, который окажется ему не по зубам, с которым не под силу будет справиться даже Бездне, которая жила в его теле. И этим противником оказался архонт: не худший вариант, стыдиться определенно нечего.

Юноша нередко размышлял о смерти. Без страха, скорее с легким оттенком любопытства, он считал смерть событием естественным, и знал, что рано или поздно оно произойдет с каждым. С некоторыми быстрее, если те любят поставить свою жизнь под угрозу так, как любил Тарталья. Ему всегда казалось, что смерть станет неким аналогом Бездны, куда он провалится и откуда никогда уже не найдет выхода. Может, это и будет сама Бездна, такая, которую он помнил, населенная чудовищами, с какими он больше не сможет справиться. Или же не будет вообще ничего, вечная пустота, в которой его разум даже не осознает, что уже мертв.

Чайлд был далек от философских размышлений, его догадки были поверхностными и ничем не обоснованными, но все они сводили к тому, что ему не должно быть больно после смерти. Боль, как и прочие физические ощущения, это привилегия живых.

Что же тогда с ним не так?..

Больше всего болела спина, невыносимо ломило голову, словно от удара на каменные плиты череп раскололся надвое. Во рту стоял четкий вкус крови, в воздухе пахло влажным камнем и железом, каждый вдох отдавался порцией боли в ребрах. Что-то было сломано, хотя тело твари из Бездны наверняка уберегло Тарталью от серьезных травм. Сейчас он снова был собой, и поэтому так мучился, еще даже не успев открыть глаза.

Он застонал, пытаясь осмотреться. Почти заскулил, поворачивая голову. Где бы он ни был, он не узнавал этого места. Точно не Золотая палата, хотя теперь та была разрушена и вряд ли походила на прежнее шикарное и величественное здание. Слабый серый свет позволял рассмотреть каменные стены и своды; был еще шум проливного дождя и звук капающей на камень воды. И было что-то странное с той стороны, откуда шел свет, большое, с золотистыми отблесками, пробегающими по шкуре. Что-то нереальное, куда сильнее походящее на галлюцинацию, чем на реальность.

Чайлд снова закрыл глаза и провалился в сон, не удержав контроля над сознанием.

Второе пробуждение было таким же болезненным, но теперь он уже не позволил себе расслабиться. Если он живой, то нужно что-то делать; Тарталья рывком заставил себя сесть, и сжал зубы, сдерживая стон. Тело не слушалось, противилось движению, голова кружилась, так что пришлось сжать ее ладонями, чтобы избавиться от ощущения полета. В пещере стало немного светлее, дождь снаружи утих, и теперь Чайлд смог лучше рассмотреть существо, преграждавшее выход.

Это был дракон - тот самый, из тела которого Тарталья пробовал достать гнозис. Но теперь он, определенно, был живым. Слышалось дыхание, вздымались могучие бока, ветер шевелил золотистую гриву - такую мягкую на вид, что хотелось дотронуться.

Чайлд поверить не мог, что видит сейчас архонта в своем истинном облике. Если бы Чжун Ли превратился в это в палате, у Тартальи не было бы и шанса…

Веки дракона поднялись, глаза сверкнули расплавленным золотом, безошибочно находя его в полутьме пещеры.

- А где твоя куча сокровищ? - Чайлд прокашлялся, голос его хрипел, пересохшая глотка сопротивлялась любому слову. - Неужели украли?

Он не представлял, что можно сказать. Что нужно сказать. Попросить прощения за разрушенную палату и за нападение? Но он не чувствовал себя виноватым, он выполнял приказ и сделал то, что должен был сделать хороший Предвестник. Не лучший, а просто хороший, ведь лучший получил бы гнозис, так или иначе. Теперь он перейдет в руки Синьоры, а он, Чайлд Тарталья, похоже, будет теперь жить в этой пещере, вместо кучи сокровищ, от которой тут не было и следа.

+1


Вы здесь » ex libris » альтернатива » Трудно быть богом


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно